Бог в маске Дьявола

Спустя две недели. Настя стояла в магазине женских платьев и выбирала себе подходящее. Хотелось что-то красивое, но при этом простое и приличное. Без всяких там глубоких декольте и разрезов на подоле. Вздыхая, она вдруг поняла, что никак не может выбрать. Потеряв окончательно надежду на то, что с выбором справится сама, девушка подошла к молодой продавщице-консультанту и, улыбнувшись, спросила: - Вы не могли бы мне помочь, пожалуйста? Глаза разбегаются, а сама никак не могу выбрать подходящее платье. - Конечно, - дружелюбно отозвалась та. – Какой стиль вы предпочитаете? - Мне нужно что-то неброское и простое. Без глубоко декольте и разрезов. - Уже примерно поняла, что вам подойдёт. Пройдёмте со мной. Юная художница проследовала за продавщицей, которая, проходя между рядами, внимательно смотрела, словно выискивая какое-то конкретное. - О, вот оно, - обрадовалась девушка, снимая синее платье вместе с вешалкой. – Думаю, это вам очень подойдёт. Примерите? - Да, конечно, - улыбнулась Настя. – Мне оно нравится. Отправившись в примерочную, она надела вещь на себя. Боже правый… Сидит на её плавных изгибах тела, как влитое. Прямо по размеру. Облегая формы, ткань мягко ложилась на тело. Не короткое – сантиметров на пять всего выше колена. Декольте полностью отсутствует, закрывая всю грудь, сзади коротенькая шлица, рукавчики спускаются чуть ниже локтя. Да ещё и этот ультрамариновый цвет ткани идеально подходит под светлые волосы. Прекрасно! Забрав платье и поблагодарив за помощь консультантку, девушка отправилась домой. Сегодня был выходной в честь дня города, поэтому на работе запланировали корпоратив. Изначально Настя не хотела идти, но одно слово Дениса Юрьевича – и она тут же согласилась. Подчинилась, не задумываясь. Ох, уж этот мужчина. И как ему удаётся быть настолько убедительным? *** Настя, выйдя из такси, направилась в зеркальное здание. Торжество уже было слышно, как только входишь в двери. На цокольном этаже здания у фирмы имелся собственный просторный бар, где сотрудники могли отдыхать по выходным после работы. Войдя внутрь, девушка обомлела. Всё было шикарно. Громко играла музыка, почти все коллеги были здесь: кто сидел за столиками, кто танцевал, некоторые восседали на высоких стульях у барной стойки, разговаривая между собой и потягивая алкоголь. Две молодые девушки, подруги по работе, тут же подскочили к Насте и повлекли с собой за столик. - Что-то ты припозднилась, - весело сказала одна. – Тебя Денис Юрьевич искал. - Ну, я же всё-таки пришла, - расплылась в улыбке художница, присаживаясь на мягкое кресло. – Весело тут у вас. - Это точно. Люблю, когда корпоративы устраивают. Шикарная возможность оторваться по полной. Кстати, ты с нами сейчас бокальчик вина выпьешь за праздник. Тебе красное, или белое? - Давай красное. - Сейчас всё будет! Девушки выпили и разговорились ещё больше. Смеялись, шутили, веселились. В общем – отдыхали на славу. Разве что Настя не особо рвалась отрываться по полной программе. Она была более спокойной в отличие от коллег. Девчонки, набравшись изрядно вина, встали из-за столика и пошли танцевать. А художница с улыбкой наблюдала за происходящим. Но в одиночестве она сидела недолго. К ней подсел Александр – тот молодой парень, что когда-то подходил познакомиться в буфете. Окинув взглядом толпу, словно кого-то выискивая, он сел так близко, что девушка невольно отодвинулась чуть подальше от него. - Нравится здесь? – спросил молодой человек, странно блеснув глазами. - Очень, - неуверенно улыбнувшись, ответила та. - А где твой Денис Юрьевич? - Он не мой, - смутилась девушка, чуть испуганно взглянув на нетрезвого собеседника. – У нас с ним ничего нет. - Ой, да ладно? – усмехнулся Саша. – Ты же трахаешься с ним. Он ведь не просто так тебе глазки строит. - Я не хочу с тобой разговаривать. - А что такого? Все свои. Давай со мной наверх? Будет весело. - Уйди, - немного начала волноваться Настя, отодвигаясь дальше от назойливого парня. - Ты пьян. - Что ты ломаешься, как целка? – изменился в лице тот. – Я тебя хочу. Одна ночь – и разбежимся. С ним же ты трахаешься, так почему со мной не хочешь? Я тебе не нравлюсь? - Саша, я не буду с тобой разговаривать. Юная художница, собираясь избавиться от неприятной беседы, поспешила встать и уйти. Но не тут то было. Молодой человек потянул её за руку и, прижав к себе, принялся нагло приставать и лезть с поцелуями. - Ты что делаешь?! – страх охватил в одно мгновение девичий разум. – Отпусти меня! - Не ломайся, - говорил он сквозь наглые поцелуи в шею, которую девушка изо всех сил пыталась спрятать, вырываясь из цепких рук нахала. – тебе понравится. - Саша, отпусти! За другим столиком на противоположной стороне с мужчинами сидел Денис Юрьевич и, попивая виски, смеялся. Он был уже изрядно пьян, когда вдруг краем глаза заметил Настю. А точнее картину, которая мгновенно смахнула улыбку с его лица, заменив радость на вспышку адской злобы. Тут же сообразив, что до девушки против её воли домогается этот чёртов обнаглевший в корень ловелас Саша, мужчина взбесился. Чуть не перевернув столик, он вскочил и буквально побежал через зал. В следующее мгновение молодой человек от рывка сильной руки начальника с грохотом полетел на пол. А это значило, что всё крайне плохо. Мужчина, разъярённый до предела, бросился на нахала и, подняв его левой рукой за грудки, принялся наносить удары в лицо. Брызги крови уже через несколько секунд окропили пол. Парень тоже оказался не промах. Будучи крепким, он сумел вырваться. И началась страшная бойня. Такой наглый ход подчинённого отнял у Дениса Юрьевича последнюю каплю здравого рассудка. От его удара парень с треском полетел на рядом стоящий столик, разбив своей спиной бокалы и заставив вскрикнуть сидящих рядом женщин, которые в испуге тут же вскочили и отбежали, криками умоляя кого-нибудь остановить этот беспредел. Подбежавшие двое мужчин, попытавшись оторвать директора от Саши, были отброшены им назад сильными толчками рук. Казалось, Денис Юрьевич никогда не остановится. Гнев фонтаном бил из него. Не видя ничего вокруг себя, он лишь наносил удары в голову парню, который, будучи в полуживом состоянии, лишь безрезультатно пытался закрыть лицо руками. Кровь хлестала из носа и даже рта, капая на пол. Казалось, убийство неминуемо… - Вы же его сейчас убьёте! – крикнул кто-то из девушек от ужаса. Уже сразу пятеро представителей мужского пола через страх принялись отрывать директора от его жертвы, чтобы спасти одного от смерти, а второго от тюрьмы. Мужчина упорно не хотел останавливаться, но коллегам удалось, к счастью, оттащить его от Саши, к которому тут же подбежали женщины, пытаясь хоть чем-нибудь помочь. Он был почти в бессознательном состоянии и еле шевелил губами, словно пытаясь что-то сказать. Сам же Денис Юрьевич ещё около минуты рвался назад, желая выместить всю ненависть. Но потом затих, присев на кожаный диван и, локтями опираясь о колени, опустил голову. Его руки были испачканы кровью, однако на одежду не попала ни одна капля. Тяжело дыша, он смотрел в пол и переваривал в голове то, что натворил. Затем поднялся и медленно побрёл в туалет, чтобы отмыть руки. Затем вернулся и сел у барной стойки, не обращая внимания на переполох, что творился за его спиной. Настя, увидев столь страшное зрелище, сидела за своим столиком, зажавшись в угол, и плакала, опустив лицо в ладони. Она была очень напугана. Все тело жутко трясло, сердце готово было выскочить из груди. Она никогда не видела Дениса Юрьевича в столь чудовищном состоянии. Она не знала, что он может быть настолько безжалостным. Боже, как же страшно. Но ведь это он из-за неё. Он же заступился, защитил, как и подобает мужчине. Но чтобы до такой степени потерять рассудок… теперь она винила во всём себя и тихо рыдала. Несколько женщин подошли к ней, чтобы успокоить. - Настя, ты чего? – произнесла одна из них, осторожно погладив её по волосам. – Не плачь. - Это я виновата, - рыдая и пряча лицо в ладони, с трудом ответила та. – Он из-за меня на Сашу кинулся. - Он заступился ведь, я же видела. Да, переборщил слишком. Но он тебя хотел уберечь. Это мужской долг – защищать нас, женщин. Не вини себя. Саша сам виноват, что повёл себя, как скотина последняя. Получил по заслугам. С ним всё будет в порядке, ты не переживай. Женщина, с сочувствием обняла девушку и молча сидела с ней рядом, пока та выпускала эмоции. *** Денис Юрьевич просидел за барной стойкой около получаса. За это время Александр уже был увезён на скорой, а сотрудники привели в порядок помещение, убрав разбитое стекло и кровь на полу. Мужчина, которого до сих пор трясло, никак не мог успокоиться. Высушив уже третий бокал виски, сложил руки на стойке и опустил на них голову. Чего-то ему не хватало. Успокоительное не помешало бы. А где сейчас его взять? В баре лекарств нет. До ушей начальника донеслась приятная медленная мелодия, играющая в музыкальных колонках. Он вдруг тут же вздрогнул. Настя! Ему нужна была сейчас именно Настя. Вскочив со стула, он пошёл по залу, глазами ища её. Нашёл. Она сидела с женщинами с опушенным в ладони лицом. Боже, она снова плачет. Подойдя ближе он мягко взял девушку за запястье и осторожно потянул на себя. Та подняла голову. Он, молча глядя ей в глаза, продолжал настаивать на своём. Юная художница подчинилась и пошла за ним. Вытянув девушку на танцпол, он крепко прижал её к себе, говоря этим, что хочет от неё медленный танец. И она снова подчинилась, опустив голову на крепкую грудь мужчины, она ощутила его бешеное сердцебиение, отчего сама разволновалась. Денис Юрьевич, чувствуя своим телом Настю, ощущал, как быстро приходит умиротворение. Она была его живым успокоительным, которое сейчас необходимо больше всего. Изредка поглаживая девичью спину, он зажмуривал глаза и вдыхал запах её мягкий волос, что приятно сводило с ума. Она была так близко, что он не мог больше сдерживать себя в узде. Не прерывая их танец и наплевав на всё, мужчина ласково приподнял её подбородок и без всяких раздумий прижался к родным губам. Как же он давно хотел это сделать. Так почему не сделал? Почему для того, чтобы поцеловать ту, которую так сильно полюбил, нужно было сорваться и довести себя до такого состояния? Наверное, он мазохист… Настя, не ожидая такого, сначала хотела, было, отстраниться, но властные объятия Дениса Юрьевича сжали её хрупкое тело ещё сильнее, давая понять, что он не даст ей разорвать то, чего он так сильно желал. Дрожа от нахлынувших чувств и забыв напрочь обо всём и всех, она сдалась. Ведь сама хотела этого не меньше мужчины. Его поцелуй дурманил, как сладкий яд, обжигая губы. Ладони девушки сами скользнули по крепкой груди, руки обвили его шею. Безумство. Запретное, дурманящее, сладостное безумство. - Ты - моя, - шептал мужчина сквозь поцелуй. – Никому тебя не отдам, слышишь. Никому… Окружённые десятками опешивших взглядов, они утопали в бездонном океане нежного поцелуя, разрывать который теперь уже не хотелось никогда…