Became one of us

Зачем я здесь нахожусь? — Если ты не станешь сильным — тебе нету здесь места, Эванс. Почему он выбрал именно меня? — У тебя особый дар, мой мальчик. Пойдем со мной… Ты пришел убить меня? — Пойдем со мной…

***

Момент, и меня дергает как от удара током. Просыпаюсь со сиплым и застрявшим в горле криком и в поту. Бегло осматриваю глазами помещение и понимаю, что это был всего лишь сон. Кошмар. Кошмар, что может воплотиться в реальность. Облегченно выдохнув и устало закрыв лицо руками, я вновь завалился на что-то подобие моей кровати. Жизнь не сахар, знаете ли… Серые стены, исписанные мольбами и предупреждениями, вокруг засохшие пятна крови и запах гнили, лампочка на стене, что едва освещает комнату и подобие кровати, расстеленное на полу. Говорить было что-то тяжело — во рту дико пересохло и я не мог и звука издать после такого срыва голоса. Ох черт, я так с ума сойду когда-нибудь… Чувствую себя главным антагонистом в какой-то хоррор-игре. Поднявшись и одеваясь, я чувствовал, что за мной наблюдают. Я знал, что это делал Слендер и поэтому не стал обращать внимания. Ноги затекли от пребывания в одном и том же положении, я еле шевелился, но идти нужно было. Стоило мне открыть дверь, как на пороге стояла… Вечная? Джейн Вечная? Ее рука застыла в жесте постучать ко мне в дверь. Маска на лице не могла мне показать тех эмоций, которых страшилась сама девушка. Меня ее присутствие немного настораживало. Приподняв бровь, я облокотился о дверной косяк и скрестил руки на груди. — …Я слышала, что ты теперь служишь у Слендера. — после недолгого молчания произнесла она и опустила руку, смотря прямо на меня. Я раздраженно выдохнул. — Тебе-то какое дело? Убить меня решила? — съязвил я и сунул руки в карманы, разминая костяшки пальцев. Сквозь маску я услышал приглушенный смешок. Чего смешного? Чего смешного в том, что человек может сдохнуть?.. — Может, дашь даме пройти, или мне тут стоять? — намекнула коротко она и усмехнулась вновь. Закатив глаза и покачав головой, я пропустил ее в свою комнату, закрыл за собой дверь и облокотился об нее. На всякий случай. Она встала напротив меня и как-то отстраненно наблюдала за мной. Такое впечатление, что дыру во мне просверлит. — Зачем пришла? — довольно-таки громко прозвучал мой голос в помещении, отчего она вздрогнула. — Предупредить тебя. — О чем? — а вот это уже интересно. «Готов поспорить, она что-то скажет насчет Слендера!» — То, что ты не выживешь — чистой воды ложь, — не удивила.- Но и про Обреченного тебе сказали правду. Чего?! Так, Алан, прибавь моим мозгам немного фосфора, я что-то ничего не понял… Как это: солгали и правду сказали?! А ты думаешь, что я понимаю женщин?! Ну ты даешь…» Господи, заткнись! От тебя никакого толку! Я непонимающе посмотрел на нее и изогнул бровь. — А по-английски сказать можешь? Она устало вздохнула, но повторила. — Ты не погибнешь, вот о чем я тебе говорю. Но это уже зависит от тебя. Слендер лишь так тебя запугивает, чтобы ты у него остался. У тебя есть шанс сбежать отсюда. — Пока нет шансов для меня — побег не планирую, — отрезал я и размял костяшки пальцев. — А ты хоть знаешь, что означает «Обреченный»? — Объясни. — Имеется в виду то, что у тебя нет выхода, выбора, свободы — называй как хочешь, но Слендер и остальные убийцы считают Обреченных теми людьми, которые не имеют права решать что-либо. Решают все за них. — Ну наконец-то, мне это кто-то объяснил! Какое счастье знать, что ты не сдох! — иронично воскликнул я и возвел руки к потолку, язвительно усмехаясь. Та с непониманием посмотрела на меня и скрестила руки на груди. — Дин, у тебя есть реальный шанс уйти отсюда живым и начать новую жизнь… — У меня нет новой жизни, Джейн, — перебил ее я, — Меня давно уже ее лишили, и я вынужден жить так, как хочется мне, а не как уготовила ваша хуевая судьба. — К чему ты клонишь? — Догадайся: на мне в детстве собственный отец поставил эксперимент, врача, которого мы посещали в детдоме, умер, меня все ненавидели и считали говном — отсюда и следует вывод, что? — я нарочно затянул паузу, что бы она сама догадалась. — …что ты разрушен изнутри и не можешь жить нормально? — предположила она и скрестила руки на груди. — Браво, Вечная, браво! — я для наглядности похлопал в ладоши и поклонился, — Дошло! И после этого всего ты думаешь, что есть гарантии того, что меня эти твари не найдут и не грохнут в какой-нибудь подворотне за углом? — Гарантии тут не понадобятся. Тут понадобятся твой ум, ловкость и твой нахальный язык, который ты используешь в своей повседневной жизни. — А моя манера речи тут причем? — Я слышала, что ты на той вечеринке притворился чьим-то другом или братом, и тебя без всяких проблем пропустили. Так что, Оскар тебе надо смело отдавать. — Усмехнулась Аркенсоу. Ну да, ну да… — И ты помогаешь мне сбежать? — спросил я. — А это уже твой выбор, Дин. Захочешь ли ты бежать — зависит все от тебя, и только от тебя. — Так ты мне поможешь, или нет? — проигнорировал ее ответ я. — Если ты согласишься, то я со временем придумаю план, и сбегу. Тебя я не сдам. Аркенсоу снова что-то пробурчала непонятное, но помочь мне согласилась С ТЕМ УСЛОВИЕМ, что я возьму ее с собой! Странно, правда? Она хотела идти со мной, так как ей самой идти некуда, вот тебе и будет напарник! Капец… В личной жизни полный пиздец, так еще кого-то и тащить за собой! Я уже в конец запутался, что мне делать. Я уже практически не уверен в своих дальнейших действиях. Что-то у меня плохое предчувствие… — И помни, Дин, — твое решение повлияет на жизнь других. Такие слова я услышал напоследок от Аркенсоу, что закрыла за собой двери и оставила меня в гордом одиночестве. Выбор. У меня есть выбор? «Он был у тебя всегда, идиот. Если бы тогда не тупил в подвале, не сбил нахуй этого очкарика с топорами — ты бы бежал!» Но меня бы все равно поймали. «А во время того, когда ты разговаривал с Палочником? Или Трендером?» Ты больной, что ли? «А, ну да, безликие ж…» И-ди-от. «Злой ты, братец.» Я не смогу бежать. Это невозможно. «Сраный ты пессимист… Невозможное возможно, Дин. У каждого есть право выбора, и он есть у тебя сейчас. Решай.»