Became one of us

Что мне сказать по поводу того, что это за дерьмо я прочитал? Страх. Гнев. Подавленность. …Неизвестность. Я не знал, не понимал, не осознавал, что делал. Если я не спросил бы Слендера, что за контракт — он бы непременно заставил меня убить Итана. И что со мной бы стало? Опустился бы до убийства людей и моральных блядей? Да. Хотя, я и так уже убил. Сошел с ума и потерял смысл жизни? Первое — нет, второе — возможно. Дал бы унизить себя? Нет. Эта тварь ответит мне за содеянное. Последний раз, когда я разговаривал с Роном и Алексой. Чувствую себя мразью. (Lost Frequencies — Are You With Me) Медленными и неторопливыми шагами, я спустился в Подвал. Железная и ржвая дверь с тягостным скрипом открывается, заставляет замереть в ожидании и зайти в темное помещение, что сейчас осветит свет ламп издалека. Ничего не изменилось. Где-то неподалеку я вижу светящиеся интересом и страхом глаза, в других — жажда убить и хитрость, в третьих — пустоту. Сглатываю в горле стоящий ком и несмело ступаю на склизкие от крови и бетонные ступеньки. Меня мгновенно пробивает в дрожь от холода и от гнетущей здесь атмосферы. Ха, привычный и старый Подвал. Невольно вспоминаю об ошейнике и рефлекторно касаюсь ладонью своей шеи. Чувствуется шрам на ней. Я старался взглядом отыскать хотя бы Алексу и… — Братик Дин! — услышал я хриплый и тихий голос рыжего мальчишки Рона. Я быстро подбежал к нему. Он с каким-то особым интересом посмотрел на меня и повел к Алексе, что сидела в углу и снова ела что-то наподобие каши из кровавого мессива. И это их заставляют есть? В последнее время я Алексу совсем перестал узнавать: взгляд голубых глаз потускнел в разы, губы разбиты в кровь, одежда практически порвана, а от нее самой исходил запах гнили. От недовольства и стыда такой картины, я нахмурился и начал сожалеть, что я не пришел раньше. Если бы пришел — смог защитить ее от этих уродов и, возможно, дать возможность сбежать. Раздражает это чувство бесполезности. — Здравствуй, Дин. — тихо сказала она, — ты давно сюда не заходил. У Слендера? — Привет. — прохрипел я и посмотрел на нее своими красными, как кровь, глазами, — Ты уже совсем сдулась. Могла бы попросить меня — и я бы забрал. — улыбнулся уголком губ я, чем заставил усмехнуться подругу. Она тяжко приподнялась на локтях и облокотилась спиной о серую стену. — Как принц на белом коне? — Иронично усмехнулась она. — Нет. Как ублюдок из страшилок, который просто решил пощадить свою жертву. — Как трогательно. — И не говори. Мы некоторое время молчали, замечая вокруг себя недовольные взгляды рабов. Ну ну. Сидите там, сучки, не высовывайтесь! — Я слышала от Клокворк, что ты пошел в жилой дом и убил человека… — В этот момент у меня все рухнуло вниз. Просто полетело к чертям. — Это… правда? По интонации можно было понять, что она разочарована во мне или же просто сейчас начнет презирать, что я опустился до их уровня. Стиснув со всей силы зубы, я нашел силы признаться ей в этом. — Да. Но у меня были на это особые причины, — выдавил я и посмотрел на Алексу. Та просто с холодным взглядом слушала меня. — … — Понимаю твое состояние. Ты можешь хвалить, унижать, ненавидеть, плюнуть мне в лицо — мне похуй. Если ты считаешь меня тем, кем я стал сейчас — пожалуйста. Высказывай свое мнение прямо сейчас. Мне и впрямь было плевать на то, что она меня посчитает убийцей и тыкнет в меня пальцем при этом. Но если она решит свои слова оставить на замке — ладно. Пусть молчит. Мне все равно. Уже терять просто нечего. Если я ей скажу, что это все было из цели мести — она начнет мне вбивать в голову, что местью я не добьюсь ничего. А если и добьюсь — то потеряю смысл и цели. Я встал, чтобы уйти, развернулся уже к ней спиной, как она меня резко хватает за рукав толстовки и заставляет посмотреть на нее. На ее лице отчетливо читался гнев и ненависть. Мое лицо оставалось равнодушным ко всему. — Зачем? — просипела она, — Они же невинные люди, они не виноваты… — Виноваты, — громко прикрикнул я, — Это все ОНИ делают из нас делают моральных уродов и убийц, это из-за них мы становимся ничтожными, а потом они удивляются, какого хрена и почему! Страдают другие люди из-за их чертового блядства и высокомерия! Мой голос конкретно срывался на крик. Я потерял самообладание именно в тот момент, когда она сказала, что никто не виновен в том, что мы такие твари. Она не права. Из-за слов, действий каждого — мы становимся кем-то. Либо нормальным человеком, либо убийцей-психопатом. Из-за этого, мы теряем себя и остаемся в густой пелене бездны и отчаяния. Мы полностью доверяем свою жизнь определенному случаю, надеясь, что все будет хорошо, но нет… Пока ты не поднимешь свой жирный зад и не сделаешь то, что надо — по другому ничего не будет. Полностью осознав, что я ей сейчас наговорил, я наблюдал за тем, как ее лицо медленно вытягивалось от удивления. Стиснув зубы от злости, я вышел из Подвала, едва услышав то, как она плачет… Я мудак. Твою мать, да за что мне все это?! Выйдя из своей комнаты, я направился в общий зал, где непосредственно сидела маленькая девочка, восьми лет в розовом платье. Я тебя узнал. Ты — Салли Олдер. Она тихо напевала какую-то песенку, играя с медведем, что был в какой-то грязи. А грязь ли это вообще?. Я подошел к ней со спины, думал напугать, а она сама меня спалила уже. — А! Это тот страшный дядя из Подвала? — спросила она хриплым голосом, но тонким, обернувшись ко мне. Ну да, блин… Я ж беловолосый альбинос, девочка, а ты что хотела? Решив не играть в гляделки с ребенком, я приветливо улыбнулся и присел рядом с ней. — Во что играешь? — мой голос звучал довольно-таки громко, по сравнению с ее. — Я не могу Тедди покормить! — обиженно надула губки девчушка. Вспори ему живот — и накормишь! — Ну, наверное, он не голодный, и хочет спать, — усмехнулся я, почесав затылок, чем словил озадаченный взгляд призрака. — Да… наверно, Тедди устал, правда? — Я кивнул. — Тогда, вы пойдете со мной играть? Ну, а что? А что я мог сделать, собственно?! Идти против призрака — равносильно самоубийству! Пришлось согласиться и под радостные вопли, девочка повела меня в свою комнату…

***

Не ржать! Не ржать! Не ржать! Сука… — Папа Сленди, дядя Спленди, я привела еще одного гостя к нашему чаепитию! Это — братик Дин! — День добрый, — кивнул спокойно я и безразлично покосился на Палочника, на лбу которого вздулась венка. Злится. Пусть и внешне я не смеюсь, но… Твою мать, смешно, блять! «Воу, воу! Братец, ржи по тише, я занят!» О, а вот и моя шизофрения проснулась! И чем же ты там таким занят? Подсматриваешь за кем-то? «Блять… Ты как догадался?!» …Извращенец. — Ой, Сленд, глянь, наш Дьявол пришел! — да чтоб вас!.. — М-да… Как спалось, Эванс? — почесал вектором затылок Безликий и отпил из розовой чашки. — Замечательно, — съязвил я и принялся сверлить взглядом эту наглую тварь. Эх… Слендер-Слендером, а чаепитие — по расписанию…