Слепо иди за мной

С чего начинается утро человека? С того, что ты открываешь глаза, глядя по сторонам, радуясь солнцу, пробивающемуся в комнату, или огорчаясь дождю, бьющемуся в стекло. Даже жизнь человека начинается с созерцания. Младенец видит лицо матери, видит все вокруг. Хороший вопрос, что чувствует ребенок в момент рождения? И, как жаль, что нельзя его об этом спросить. -Ребра срастаются достаточно быстро, но ей понадобится время на восстановление. Много времени... -Что вы имеете в виду? - обеспокоено спрашивает Октавия, косо поглядывая на лежащую на кушетке блондинку. В голове рождались самые страшные опасения. - Что-то с позвоночником? -Боже упаси. Вашу подругу сберег господь. В таких авариях редко когда выживают. Внедорожник тащил ее машину по дороге несколько метров. - врач торопливо попытался успокоить Октавию. -Доктор, что с Кларк...? Почему вы говорите о долгом восстановлении? - оборвала его описание брюнетка, хмуро глядя на врача. Брюнет взглянул на Октавию и, вздохнув, пояснил. -Сильный удар пришелся на затылок. Мелкие осколки стекла попали ей на роговицу... Мисс Блейк, мы сделали все что могли, но Кларк не сможет видеть. Непонимающе приподнимая брови, Окти уверенно поинтересовалась. -Как долго? -Никогда... -Что? Подождите... Что значит никогда?? - испуганно покосившись на Кларк, Блейк низко произнесла -Вы знаете кто она? Вы... Вы хоть представляете... Боже... -Мало кто не слышал, кто такая Кларк Гриффин. Мне очень жаль... - посмотрев на Гриффин, врач добавил. - Прошло несколько недель, она уже начинает просыпаться и нам нужно снять повязку. Нужно, чтобы присутствовал кто-нибудь, чтобы поддержать ее. -Я... Я понимаю... Скажите, там все плохо да? -Нет. Есть небольшой шрам под левым глазом, но сами глазные яблоки целы. Но... -Но вы не смогли восстановить зрительную функцию, я поняла, - оборвала Окти и тихо прошла в палату, присаживаясь у кушетки Кларк. Вздохнув, брюнетка провела пальцами по руке подруги, вздрогнув, когда ее пальцы зашевелились и Гриффин начала приходить в себя. -Кларк? Кларк... Тихо... -Октавия. - улыбнувшись, Гриффин замерла, понимая что ее голова перевязана. Нахмурившись, блондинка затихла. -Тихо, тихо моя хорошая... - ласково прошептала Блейк, поглаживая подругу по руке. Доктор остановился у кушетки и мягко произнес, взяв ножницы в руки: -Я сейчас сниму бинты, мисс Гриффин. Самое страшное позади, - заметив как Октавия зло сверкнула на него глазами, врач, понимая что сказал лишнего, поджал губы и аккуратно срезал бинты. Все существо Кларк наполнилось трепетом от ожидания возможности, взглянуть на подругу. Бинты спадают и девушка открывает глаза, но ничего не видит. Абсолютная темнота. -Октавия... Я... Я не понимаю... Окти. - дрожащим голосом произнесла Кларк, часто моргая. Ее глаза по-прежнему были чисты, как небо, но зачем ей глаза, если ими нельзя видеть? Зачем?! -Тихо. Тихо, Кларк... Послушай. -Почему я ничего не вижу?! Почему? Октавия! - хватаясь слабыми руками за руку подруги блондинка не хотела даже думать, что все это реально. Мотая головой по сторонам, Гриффин моргала, жмурила глаза, но ничего не видела. Ничего, совсем ничего. -Осколки попавшие на роговицу... Они... - подбирая слова, начала было Окти, но закончить не успела. Кларк поняла все сама. -Нет... Нет-нет-нет! - ее голубые глаза наполняются слезами, и брюнетка тут же прижимает подругу к себе, зарываясь пальцами в ее волосы, второй рукой поглаживая спину Кларк. Девушка плачет навзрыд, обнимая Октавию за плечи. Горячие слезы стекали по щекам, падая на водолазку брюнетки. Художница начинала понимать, что ее жизнь рухнула. Ее карьера сломана, и теперь она никогда не сможет насладиться всей красотой мира. Она ослепла, напоминая беспомощного котенка, которому только предстоит узнать о мире. Разница лишь в том, что в свои двадцать три Кларк лишилась возможности узнать мир во всей красе, запечатлеть его на холсте. Она ничего не может. Ничего не хочет. Даже жить стало в тягость... Она успокоились лишь через час, когда плакать уже не было сил, когда все слезы были выплаканы. Обессилено ложась на подушку, Кларк закрыла глаза, слушая все вокруг в надежде уснуть и, проснувшись, понять, что это все был лишь плохой сон. Октавия просидела с подругой около трех часов и ушла только после того, как Гриффин уснула. Уже через час, брюнетка сидела в мастерской Кларк, тяжелым взглядом оглядывая присутствующих. Барри, Рейвен, Беллами, Монти и Джаспер, - все они с сожалением смотрели по сторонам, рассматривая работы художницы. -Так, ничего больше сделать нельзя? - подал голос Белл, ничего не трогая в комнате. Никто из них не притрагивался к вещам Кларк, к ее кисточкам, палитрам, холстам и прочему. Будто Кларк не лежала в больнице, а умерла, и их собрание было не собранием группы помощи, а поминками... -Нет. Доктор Купер сказал, что выхода нет. Ей придется жить дальше, точнее... Учиться жить дальше... -Мы должны поддержать ее. - воодушевленно произнес Барри, всплеснув руками - Одна она не справится с этим. Они так бодро обсуждали, как помогут блондинке, как она начнет новую жизнь и они будут рядом, что будь рядом Кларк, она бы обязательно улыбнулась, если бы ей хватило на это сил. Повисла тишина и Рейвен осторожно спросила, оглядывая мастерскую. -А что делать со всем этим? -В смысле? - настороженно спросила Окти, нахмурив брови. -Ну... У Кларк через пол года должна была состояться выставка. Не хватало трех работ... Боюсь, мастерскую придется закрыть... -Для начала, это нужно обсудить с Кларк! - возразил Барри, ему не хотелось закрывать мастерскую, но все они понимали, что платить за неиспользуемое помещение это глупо. -Нельзя закрывать ее детище без ее ведома, - поддержал Беллами и хлопнув ладонями по коленкам, - На неделе заеду к ней. Окти, когда ее выписывают? -Через две недели. Если восстановление пойдет хорошо. -Может, все вместе приедем? -Врач говорит, что пока она не привыкла, лучше не нагружать ее. Мозг будет перестраиваться. Мистер Купер предупредил, что мы можем столкнуться с трудностями... Люди легко ломаются в таких ситуациях... -Все получится. - воодушевленно отчеканил Беллами, когда их компания уже вышла на улицу. -Кто куда? - спросила Октавия, взглянув на друзей. Сама она собиралась заехать в дом к подруге и подумать, что можно привезти ей в больницу перед выпиской. "Еще надо купить трость для слепых" - невесело пробормотал внутренний голос Блейк, пока она ожидала ответов от друзей. -Мы с Монти и Джаспером поедем в гараж. - отозвалась Рейв. -Я в больницу. - накидывая куртку, Барри отделился от них и ушел в сторону своей машины. Он уже не слышал ответов остальных, все его мысли занимали переживания за Гриффин. -Вы к кому? - взглянув на Барри, девушка за стойкой регистратуры нахмурилась и открыла журнал. -К Кларк Гриффин. - слегка дрожащим от волнения голосом произнес Барри. -Кем вы ей приходитесь? -Я ее сотрудник и... Друг. -Наденьте халат и проходите в палату двести пятнадцать. - протягивая парню бейдж с буквой "V"- visitor, девушка указала на коридор. Проходя в палату, Бар аккуратно прикрыл дверь и обернулся к кушетке. -Доктор Купер? - голос Кларк растерянный, она поворачивает голову и смотрит, как ей кажется, в сторону двери. Подойдя к Кларк, Барри сел и взял ладонь девушки в свою. -Нет, это я... Кларк. - видя как девушка подняла взгляд выше его лица, парень вздохнул и погладил Гриффин по тыльной стороне ладони. -Бар... - устало позвала его по имени блондинка, давая понять, что не хочет вытягивать из него слова по чайной ложке. -Я чувствую, что ты хочешь что-то сказать. -Я сегодня виделся с Рейвен, Монти, Джаспером и Беллами с Окти. Мы были у тебя в мастерской. При этих словах лицо Кларк скривилось в болезненной гримасе и Барри уже засомневался, стоит ли ей говорить о том, что они обсуждали. -Почему ты молчишь? - обеспокоено спросила Гриффин, нахмурившись и сжимая ладонь друга. -Мы обсуждали, что делать с... С мастерской. -И что же вы решили? - не без иронии в голосе спросила блондинка, напрягаясь от переживания. -Мы думаем, что мастерскую нужно закрыть, Кларк... -Почему? -Потому что... Потому что... Ну как ты сможешь вести дела в таком состоянии... - с грустью прошептал Барри, жалостливо рассматривая лицо американки. -А меня вы не хотите спросить, что я думаю об этом?! - возмущенно произнесла девушка, чувствуя, как слезы вновь подступают к глазам. -Так я спрашиваю... - растерянно произнес Барри, понимая, что начал все неправильно. -Кларк, Кларк не нервничай. Голубые глаза забегали, слепо шаря по помещению, и Бар сглотнул. Ему все тяжелее было наблюдать за беспомощностью красавицы. Перед ним предстала совсем другая Кларк. Беззащитная. Уязвимая. -Что-то я не услышала в твоем рассказе вопроса, Бар. И не смей меня успокаивать! Ты не знаешь, что я чувствую! - возмутилась блондинка, пару раз моргнув, чтобы смахнуть слезы. -Что ты предлагаешь? Кларк, не злись. Я... Я на твоей стороне. Мы все на твоей стороне. -Я не хочу закрывать мастерскую. Она цеплялась за последнее что осталось от прошлого, которое так быстро разбилось вдребезги. -Хорошо-хорошо. Мы придем к тебе все вместе и решим, как нам быть. -Бар... -Что? -Оставь меня, ладно? - разговоры ее слишком утомляли, а подобная тема совсем выбивала из шаткого состояния спокойствия. -Но... -Я хочу побыть одна. Бар, я очень устала. -Хорошо... - поднимаясь, он с сожалением посмотрел на блондинку и вышел. Общаться с ней стало тяжело, но он списал все на усталость, все еще надеясь, что они со всем справятся. Закрывая глаза, девушка покачала головой, пытаясь сдержать эмоции, которые последнее время хлестали через край, ведь столько всего навалилось сразу. Возможно, Барри и КО были правы и мастерскую нужно закрыть, просто за ненадобностью. Но Гриффин была просто неспособна так поступить со своим детищем. Она даже не могла представить, что на месте ее мастерской откроется какой-нибудь офис - эта мысль была просто невыносима. Сжимая и разжимая пальцами простыню, Гриффин сделала глубокий вдох и перевернулась на бок, натягивая одеяло считай до макушки, чтобы скрыться от внешнего мира, который был теперь таким пугающим для нее. Доктор Купер смотрел на свою пациентку не заходя в палату, когда его отвлекли вопросом. -Как она? Обернувшись, врач поджал губы и покачал головой. Он мог столько всего сказать, ведь раньше уже видел, как травмы ломали людей. Как сильные гнулись под тяжестью своей утраты. А что такое для художника потерять зрение? -Она тяжело переживает случившееся. -Относительно ее клинического состояния, - ровный голос звучал четко и спокойно. -Через неделю-две ее можно будет выписывать. И если ее близкие согласятся, то можно будет нанять волонтера или сиделку, - с сожалением произнес Купер, проводя пальцами по шее. - Жаль, такая талантливая художница и такой удар судьбы. -Да, талантливая... Врач смотрит на лежащую в палате Кларк и, обернувшись, хотел было спросить с кем имеет честь разговаривать, но рядом уже никого не было. Кашлянув, мужчина подошел к стойке регистрации и кивнул в сторону удалившейся фигуры. -Кори, кто это был? -Не знаю, доктор Купер... -Что значит "не знаю"? Палата двести пятнадцать. -В листе посещений записан только Барри Сеймур. Нахмурившись, врач отмахнулся от назойливых мыслей и поблагодарив девушку за информацию, ушел в сторону служебного помещения. Гости приходили к Кларк почти каждый день. Все кроме матери, которая еще не знала, что случилось с ее девочкой. Эбби была в экспедиции с корпусом мира, помогая голодающим детям Африки. Возможно, конечно, она уже узнала, но приехать у Эбигейл просто не было возможности. Прошло несколько дней с момента посещения Барри и новым посетителем оказался Беллами. Он, набравшись смелости, все же пришел к пострадавшей в аварии Кларк. -Принцесса... - садясь рядом, Белл взял Гриффин за руку, взволновано глядя на ее лицо, подернутое гримасой тоски и безразличия. Голубые глаза смотрели в шкаф у стены, будто Кларк искала там что-то. -Белл... - тихо отозвалась девушка и улыбнулась едва заметно уголками губ. -Мне так жаль, Кларк... -Не надо. Не надо меня жалеть. Я уже устала каждый день слышать эту жалость в голосе, - раздраженно произнесла блондинка, напрягая голосовые связки, так что из горла вырвался кашель. -Прости, я понимаю... Как ты? Скоро тебя выписывают, Октавия приедет, чтобы забрать тебя домой. -А как ты думаешь, как я? - со вздохом произнесла Гриффин. -У меня уже нет сил жалеть себя. Меня тошнит от этого сожаления. Тошнит от запаха больницы и постоянного шума. Я хочу домой в тишину. Я хочу домой, Беллами. Жалобно прошептала девушка, сжимая пальцами смуглую ладонь Белла. Ей до безумия хотелось вернуться домой в знакомую обстановку, где все знакомо, даже с закрытыми глазами, даже если ты слепа. -Скоро ты будешь дома. Скоро, Кларк... -Мы приедем в воскресение и все обсудим, доедем до дома и поможем тебе все обустроить. -Все обустроить...? - нахмурившись спросила Кларк, слепо смотря сквозь брюнета. Она с трудом понимала, что будет дальше, когда она окажется дома. -Ну... Чтобы тебе было удобнее ориентироваться, - осторожно пояснил молодой человек, поглаживая руку американки. Они проговорили еще несколько минут, прежде чем часы приема закончились и Блейк ушел, оставив Кларк в одиночестве, снова. Послушав, что происходит за дверью, но слыша только крики врачей, Гриффин перевернулась на бок, подтягивая ноги и охотно погружаясь в сон. Во сне она могла видеть, только сон дарил ей спокойствие, отдаляя от ужасной реальности. Как ей и обещали, ребята пришли к художнице в воскресение, помогая ей собраться и расписываясь в больничных бланках. Оставив свои номера, друзья обговорили все с мистером Купером, записав все, что он советовал, на лист. -Я готова. - воодушевленно произнесла Кларк, сидя на кушетке. Этот день настал, она выписывалась из больницы и возвращалась домой. -Пойдем, - взяв Кларк за руку, Окти повела ее на выход, а друзья шагали рядом, пристально следя за неуверенной поступью художницы. -Осторожно, ступеньки. Прохладный ветерок ударяет в лицо и Кларк догадалась, что они вышли на улицу. Усталость быстро одолевала ее, но блондинка не подавала виду. -Садись, - и вот они уже в машине. Пробок почти не было, так что вскоре девушка вздохнула с облегчением, оказавшись дома. Друзья тут же засуетились, стараясь все удобно расположить. Беллами и Ко приводили комнату в порядок, пока Октавия готовила обед, чтобы Гриффин наконец-то поела нормальной еды. -Я вижу тень улыбки, Кларк. -Я рада быть дома, - и желание выходить из квартиры посещало ее все реже и реже. Сидя за столом, девушка водила ладонями по гладкой поверхности и слушая все вокруг. Зазвенели тарелки и повеяло ароматом супа. -Спасибо. - шаря рукой по столу, Гриффин уронила ложку на пол и, нагибаясь, ударилась лбом об угол, зло сцепив зубы. -Кларк! - подорвавшись с места, Окти провела ладонями по волосам подруги и осмотрела ее лицо. - Синяк будет... Держи. -Спасибо, - буркнула Принцесса, сжимая пальцами ложку. Настроение, такое хорошее в момент выписки, быстро садилось. Она была беспомощной, как котенок. Невыносимо было быть такой и чувствовать жалость со стороны друзей. Она обуза для них... Балласт.  После обеда ребята с сомнением посматривали на подругу, боясь оставить ее одну. Впервые Кларк останется дома одна в таком состоянии. Объяснив ей все, что они сделали, чтобы облегчить привыкание к собственной квартире, друзья замолчали и просто ходили за Кларк, следя за тем, чтобы она не ударилась об угол или косяк. -Ладно, идите... Я знаю, что вы уже не знаете, что делать, - ухмыльнувшись произнесла Гриффин, садясь в кресло в гостиной. Подтянув колени к груди, Кларк накрылась пледом и посмотрела в сторону арки, через которую можно было пройти в коридор до прихожей. -Вот, это тебе понадобится, - кладя сложенную трость на столик, Окти поцеловала подругу в лоб. Все попрощались с ней и неохотно ушли из квартиры, оставив блондинку одну. Квартира погрузилась в тишину, а Кларк уснула, просто потому что не знала чем ей заняться. Телевизор утомил ее еще в больнице, а книжки теперь стали бесполезны. Сон пришел как единственный выход из ситуации.