Пророчество о наследнице

      Кейтлин безмолвно сидела на траве напротив дракона с закрытыми глазами. Руки ее мирно покоились на коленях, а сама она казалась полностью расслабленной и отрешенной от окружающего ее мира. Легкие касания ветра тревожили ее светлые волосы, пробуждая в застывшей картинке каплю жизни. Легкий трепет ресниц — всего на миг она открыла глаза и тут же закрыла. Окрашенный мраком взгляд цвета почерневшей стали сверкнул в залитом солнцем саду ярче языков пламени.       Дэмиан стоял подле Кейтлин, положив левую ладонь ей на плечо, а правой касался чешуйчатой морды дракона. Взор его был устремлен в землю, впрочем, глаза его тоже оставались закрытыми. Темный туман магии вокруг них пожирал сам воздух, заполняя собой почти весь сад. Однако и этого, казалось, было недостаточно. Грей старался усилить связь между пророком и ее драконом, минуя медальон. Тонкие капли пота стекали по его обнаженным рукам, словно не находящее выхода напряжение просачивалось сквозь кожу. Дэмиан смог впитать в себя большую часть магии медальона, и все же он продолжал действовать на Кейтлин, отравляя своей силой ее разум.       — Скажи, что есть хоть что-то? — подал голос Никиас, все это время стоящий неподалеку. Колдун плавно покачал головой, призывая к тишине. — Шесть часов прошло.       — Если бы был результат, я бы сказал, — раздраженным тоном бросил Дэмиан. — Не надо меня отвлекать.       Никиас тяжело вздохнул и отвернулся. Все эти часы он отрешенно бродил туда-сюда, встревожено наблюдая за ним, и ничем не мог помочь. Дэмиан выглядел потрепанным, одному создателю известно, как он продолжал держаться на ногах в таком состоянии. Около месяца они потратили на установление доверия между Никиасом и императором, но все это время маг пристально следил за одной лишь Кейтлин, не успевая должным образом контролировать рал-дис. И расплата не заставила себя долго ждать.       — Когда Найда последний раз снисходила до того, чтобы кормить своих воспитанников? — спросил Никиас, видя осунувшееся лицо друга. Под свободным одеянием невозможно было оценить, насколько он похудел, но по лицу и так легко можно было догадаться, что он серьезно истощен.       — Давно хотел сбросить вес, — непроницаемо ответил Дэмиан, не прерывая работу.       — Не загоняй себя, твои друзья беспокоятся о тебе, — Никиас улыбнулся краешком губ.       — Мне не нужна ваша забота, — Дэмиан косо взглянул на собеседника, и в его темных прищуренных глазах внезапно возникло замешательство. — Друзья?..       Никиас деликатно промолчал, давая ему возможность осмыслить эти слова. Даже он сам упоминал, что в прошлом не было человека, которого он бы мог назвать другом. Это новое для него чувство, с которым еще придется свыкнуться. А также Никиас понимал, что с Греем всегда будет сложно разговаривать и тем более договариваться. Было тому виной долгое одиночество, или же он родился с таким характером — в любом случае Дэмиан остается закрытой личностью. Но, тем не менее, хоть Грей и не считал их своими друзьями, все же приходил на помощь каждый раз, когда этого требовали обстоятельства.       — Нет, я не могу ничего сделать, пока она сопротивляется, — раздраженно произнес Дэмиан, резко отнимая руки. Никиас непонимающе взглянул на Кейтлин: она выглядела более чем расслабленно. Никаких признаков сопротивления.       — Объясни еще раз, — переспросил Никиас. Дэмиан взъерошил рукой волосы, шумно выдохнув.       — Я устал с ней бороться. Что бы ни давал ей медальон, она явно не хочет это отпускать, — измученно ответил колдун. Кейтлин молча встала и потрепала дракона по носу. Взгляд ее вскользь пробежался по обитателем сада, так ни на ком и не задержавшись. Каждым своим движением и взглядом она подчеркивала свое безразличие к тем, кого она ранее называла друзьями.       — Нокс, ты обдумал мою просьбу? — лишенным и капли эмоций голосом спросила Кейтлин. Дракон равнодушно хмыкнул, и сад окутал серый дым.       — Я и сам не желаю здесь оставаться, — проворчал он. Кейтлин взмахнула рукой, рассеивая едкий дым.       — Значит, единственное, что нам нужно, так это избавиться от ошейника, — Кейтлин обернулась на Никиаса. Холодный взгляд ее серых глаз будто желал пронзить его насквозь огромной сосулькой. Недоверие и злость причудливо сплетались в ее взоре острыми молниями, однако ненависть превращала их из пылающего огня в твердый лед. Никиас устало сложил руки за спиной, бессильно взирая на Кейт. Голос ее, как и взгляд, примораживал к месту силой выливаемой ненависти, будто все ее чувства в одночасье исказились.       — И что ты будешь делать потом? — сурово спросил Никиас. — Куда побежишь?       — Это твой единственный шанс доказать, что ты не приспешник той твари, — брезгливо произнесла Кейтлин и отвернулась. — Я уничтожу его, мне не хватает лишь некоторых знаний.       — Некоторых? Так ты направляешься во дворец?       — В библиотеку. Уверена, щиты прячут еще много полезной литературы, — Кейт отбросила назад прядь волос, неприязненно нахмурившись. — Я вообще не понимаю, какого черта я должна тебе все это рассказывать? Ты мне нужен, только чтобы избавиться от ошейника. Так что, если ты на самом деле со мной, тогда докажи! — Кейтлин приблизилась к нему, болезненно ткнув пальцем в плечо. Никиас быстро поймал ее ладонь и ласково сжал, но Кейт тут же вырвала руку.       Дэмиан молчал, наблюдая за их разговором, но его сила улавливала каждую их случайную мысль, отчего в голове был бардак. Никиас, безусловно, расстроен ее словами, однако можно ли верить в его искренность? Чтецы отвратительны, они способны создать любую мысль в своем разуме и выдать ее за единственно верную. Что в его словах правда, а что — очередной обман? Кейтлин прячется от его чувств, прячется от собственных, и магия медальона дает ей нечто, способное сбежать от них. Как же разорвать этот порочный круг?       — Какие речи! — Дэмиан и Кейтлин мгновенно обернулись на голос и замерли, не решаясь двинуться с места. Никиас сглотнул и плавно поднял голову, с опаской встречаясь взглядом с обладателем бархатного голоса. По коже побежали мурашки, а тело в ужасе окаменело, Никиас застыл каменным изваянием, не решаясь даже вдох сделать.       — Предательство? Задумала побег? — император неспешно вошел в сад, окинув грозным взглядом присутствующую троицу. Кейтлин нахмурила брови и поджала губы, но с места не сдвинулась. — Да и не одна?       — Эм… господин, это не то, чем кажется на первый взгляд, — постарался оправдаться Никиас, но поднятая рука императора заставила его мгновенно замолчать. Правитель грозно прищурился.       — Алистер следил за тобой, Никиас, за каждым твоим шагом, — Дерк Ренэт ни на мгновение не отрывал взгляда от Кейтлин. Она надменно улыбнулась, вскинув голову. — И хоть у него и не нашлось доказательств, он не ошибся на твой счет.       — Правитель, который не знает о силах собственных подчиненных, просто смешон, — пренебрежительно ответила Кейтлин и сжала кулаки. — Как недостойно!       — О! В тебе больше тьмы, чем я считал, — император выбросил руку вперед, усмехнувшись уголком губ.       Кейтлин жутко вскрикнула, схватившись за шею. В тело будто вонзилась молния, и каждая клеточка онемела от боли. Она не могла вздохнуть, царапала пальцами горло, стараясь протолкнуть хоть каплю воздуха. Голова закружилась, Кейтлин осела на траву и вцепилась в Фейлт, изо всех сил пытаясь его содрать.       Никиас, не успев даже осмыслить свои действия, стремглав подбежал к ней и сдернул с шеи ошейник. Кейтлин удушливо закашлялась, опираясь руками о землю. Тонкие вибрации чужой силы наполнили воздух в саду. Никиас обернулся и едва успел перехватить убийственный взгляд императора, тут же бросился к колдуну и снял его кольцо прежде, чем Дерк Ренэт смог что-либо предпринять.       — Вы ошиблись не только в этом, — Никиас с опаской взглянул на правителя: тот грозно нахмурился, стиснув зубы, даже магическая аура вокруг него потемнела. — Дэмиан, скорее!       — Стоило убить тебя сразу, — мстительно прорычал император, перевернув руку ладонью вверх, с пальцев его сорвалась черная молния, устремляясь прямо в него.       Никиас в ужасе смотрел на приближающуюся смертельную магию, понимая, что не успеет даже вдохнуть, прежде чем та уничтожит его на месте, но в это же мгновение дракон выдохнул огромную струю пламени прямо перед ним. Столкнувшись, молния и огонь за секунду уничтожили друг друга. Скользнув взглядом в сторону, Никиас увидел только желтый глаз и ряд огромных белоснежных зубов.       — Никиас, живо сюда! — нетерпеливо крикнул Дэмиан. Ждать здесь, пока их обоих сотрут в порошок, совершенно не хотелось. Воспользовавшись заминкой, он вместе с Кейтлин забрался на спину дракона, расправившего свои огромные крылья.       Впрочем, и император был настроен серьезно. Лишь эффект неожиданности давал им некое преимущество в побеге. Краем зрения Никиас успел заметить еще две смертельные молнии, выпущенные в его сторону, пока Дэмиан помогал ему забраться на дракона. Громкие хлопки от столкновения мощной магии оглушали, и не было возможности разобрать, кто на самом деле являлся целью разгневанного правителя.       — Вам не удастся сбежать так просто, — прорычал Дерк Ренэт и коснулся ладонью земли. Все вокруг задрожало от сильнейшего землетрясения, зеленые поляны и цветущие кустарники прорезали рваные расщелины, тянущиеся прямиком к дракону. Земля разверзалась прямо у них под ногами. Всего мгновение — и их похоронят в недрах замка. Нокс прижался к земле, готовый в любое мгновение подняться в небо, и расправил чешуйчатые крылья над садом. Черная тень накрыла сад, сливаясь с мертвенной аурой императора.       Никиас в последний момент успел заскочить на чешуйчатую спину, прежде чем дракон взмыл в воздух. Дэмиан наспех создал вокруг них жидкостную сферу, поглощающую все физические атаки, однако сил его едва хватало на ее поддержку. Ладони дрожали, Грей стиснул зубы и крепче сжал бедра, чтобы не свалиться с дракона. Взгляд упал на Никиаса — тот неловко протянул руку, а зелень глаз вспыхнула магией. Помощь. Дэмиан поджал губы и, поколебавшись, схватился за протянутое запястье. Целебная магия вмиг потекла по венам, словно заряд энергии от самого солнца. Щит блеснул от переполняющей его силы. Дэмиан прикрыл глаза и тихо выдохнул.       И все же император не желал их отпускать без боя. Вскинув руки к небу, он безжалостно посылал новые и новые уничтожающие молнии, даже не заботясь о том, что мог убить такого нужного ему пророка. Черная пелена слепой ярости затуманила разум и взор, мешая точнее прицелиться. Но каждая молния, что попадала в щит, казалось, вонзалась в самого Дэмиана, и не будь у него целебной поддержки Никиаса, сфера бы пала раньше, чем они смогли сбежать.       К счастью, с таким союзником, как Нокс, они могли свободно скрыться из ненавистного замка с охраной. Даже императору нечего было противопоставить крыльям. Впрочем, даже дракон не смог бы выстоять против рал-дис. Словами не передать, как им повезло, что император появился в саду один, вероятнее всего, желая полюбопытствовать, как продвигается подготовка пророка. Он явно не ожидал, что придется останавливать беглецов. Лишь волей случая они оказались быстрее его убийственных заклятий.       — Стоило его прикончить, — недовольным тоном проговорила Кейтлин. — Пока была возможность.       — Мы с трудом сами ушли, — хмыкнул Дэмиан, обернувшись к ней. Опустив ладонь, он снял защитную сферу и вырвал запястье из пальцев Никиаса. Тот лишь тихо выдохнул и взялся за шип дракона, удерживая равновесие.       Дэмиан отряхнул руки и последовал примеру Никиаса, смотря вперед на проплывающие облака. Даже сбежав от врага, девица была не особенно рада этому. «Что не так с этим медальоном?» Эта мысль пожирала Грея, заставляя раз за разом думать об этом. Ведь в нем нет особой выгоды, он не превращает добро в зло и не ломает добродетельные мысли, заменяя их ненавистью. Он лишь погружает человека в его собственную тьму, так почему же Кейтлин так плотно увязла в ней?       — Тебе еще представится такой шанс, — снисходительным голосом заговорил Никиас. — Но сейчас важнее всего добраться до дворца Магистра Реина.       — Мне не нужны лишние люди, — сурово сказала Кейтлин, даже не взглянув на него. Хоть это именно он помог ей сбежать из замка, она даже теперь не считала его не то что другом, но и вообще полезным членом команды. — Не хочу видеть вас после прибытия.       — Да что с тобой, Кейт? — Никиас смотрел на нее, но не верил, что это говорит та девушка, которую он так любит. С самой их встречи, никогда она не была такой жестокой, даже в минуты гнева. А сейчас она словно стала другим человеком.       — Это тьма, что хранилась в ее сердце, — тихо заговорил Дэмиан, рассеянно смотря на облака, стремительно пролетавшие над головой. Шум в ушах от проносящегося ветра мешал четко слышать его, однако эти слова Никиас расслышал даже слишком отчетливо.       — Не желаю ничего слышать от тебя, Никиас, — грубо прошипела Кейтлин, на миг обернувшись к нему, и лицо ее скривилось от отвращения. — Ты пользовался мной! Ты мерзкий ублюдок, осквернивший меня!       Никиас застыл, пораженный ее словами, словно молнией. Даже Грей изумленно поднял брови, повернув голову в ее сторону. Он лучше нее самой знал, что Кейтлин желала намного больше, чем смог позволить себе Никиас. Дэмиан не раз повторил, что наследнице не быть со слугой, и все же произнесенные слова невероятно сильно ранили, даже Кейтлин должна это понимать. Впрочем, все она понимала. На ее лице отражалось лишь презрение и холод во взгляде.       — Как же ты, родная… — Никиас запнулся на полуслове, не зная, как и выразиться. От боли перехватывало дыхание, а в грудь будто кол вонзили. Никиас с трудом сглотнул и чуть не расплакался от отчаяния.       — Противно видеть тебя рядом, — надменно бросила Кейт и отвернулась.       Никиас прикрыл глаза и едва слышно выдохнул. Сердце рассыпалось на куски и упало в алый океан крови. Грудная клетка не желал вздыматься ради дыхания, словно после этих слов тело не хотело продолжать жить. Впрочем, и впрямь не хотело.       — Никиас, стой, — тихо прошептал Дэмиан, и Никиас неуверенно поднял на него пустые глаза. — Не придавай значения этим словам. Твоя Кейтлин так не думает.       — Но ее слова… — Никиас вновь осекся. Грей предостерегающе покачал головой, намекая, что не стоит сейчас ничего говорить, и отвернулся. Никиас набрал полную грудь воздуха и выпрямил спину. Кейтлин явно одержима медальоном и не станет выслушивать ни объяснения, ни оправдания.       Никиас растерянно опустил голову. «Значит, ты так себя чувствовала, когда я говорил тебе те злые вещи в замке императора?» Видимо, пришло время расплачиваться по долгам. Он и сам страдал, с трудом сдерживая себя, когда ему приходилось произносить столь очевидную ложь. И сейчас ему придется на себе ощутить ее боль в те секунды.       — Скука смертная, — уныло произнес Нокс, вырывая из неприятных размышлений.       — Я не стану препятствовать, если ты будешь улетать из дворца, — предложила Кейтлин, чувствуя его недовольство. — Но возвращайся, если я позову, просто так я тебя дергать не буду. О, а еще людей не ешь.       — Я и так не собирался задерживаться, — фыркнул дракон, однако было заметно, как он приободрился после этих слов. — Я не ошибся, ты внешне выглядишь более жалкой, чем есть на самом деле.       — Драконов почитают, но ужасно боятся, — заботливо предупредил Никиас и осторожно погладил блестящую черную чешую. — Особенно в Виленсии. Будь внимателен.       — Я не питаюсь мясом, — хмыкнул Нокс. — А людей поедаю из интереса только.       — Что же ты ешь? — скептически полюбопытствовал колдун.       — Чаще листья, но я их не люблю. У меня не было выбора, я не покидал подземелья. Сейчас у меня есть возможность найти для себя новую пищу.       — Травоядный дракон?! Смех, да и только! — искренне рассмеялась Кейтлин, прикрыв рот ладонью.       — Не нравится? Может, мне стоит питаться твоими друзьями? — угрожающе прорычал оскорбленный Нокс.       — Как хочешь, — безразлично пожала плечами она, все еще посмеиваясь. — Эти два идиота мне никто.       Никиас горестно прикрыл глаза, шумно выдохнув. Даже Дэмиан, казалось, не нашелся с ответом после таких слов. Дракон заинтересованно повернул голову к ней.       — Вот как? — переспросил он. — А если я хочу сжечь их прямо сейчас?       — Мне все равно, — Кейтлин твердо смотрела на него без тени смущения.       — И не пожалеешь потом? — Нокс недоверчиво смотрел на ту, кого только что спасли люди, на которых теперь ей было откровенно начхать. Дракон не мог этого понять.       — Ни капли, — бесстрастно ответила Кейт, даже глазом не моргнув. Абсолютно непроницаемый суровый взгляд и неподвижная поза — что тут добавить?       — Ты хоть понимаешь, что эти двое спасли твою тушу! Должна же быть элементарная благодарность! — в бешенстве прорычал дракон, выдохнув столб дыма. Кейтлин никак не отреагировала, будто ей и дела не было. Она лишь рукой слегка взмахнула, разгоняя противный дым.       — Нокс, не нужно, медальон уничтожил даже малейшую каплю света в ее сердце. Какой смысл что-либо говорить? — все так же спокойным голосом произнес Дэмиан.       Ему действительно надоело это объяснять то дракону, то Никиасу. Они как дети, которым по сотне раз повторяешь одно и то же, а они все равно упрямятся. В сущности, им еще придется поискать способ снять магию медальона, и в общих чертах Дэмиан уже представлял, в какой книге искать ответы. И потому он хотел наконец приземлиться и попасть во дворцовую библиотеку. На поиски книги наверняка уйдет немало времени. И он хотел поскорее заняться этим.       — Еще раз так назовешь меня, зажарю живьем, — неприязненно выплюнул дракон, отворачиваясь.       — Извини меня, Скаринокс, — кивнул колдун, улыбнувшись. Вредный дракон, ведет себя прямо как ребенок. Впрочем, он и есть ребенок, совсем молод еще.       Спустя время впереди показался Дворец Магистра Реина. Всего несколько часов, а они почти на месте, на повозке они бы потратили не меньше нескольких дней. Дракон несколько раз взмахнул крыльями, и они начали медленно снижаться внутри стен прямо перед парадным входом во дворец Магистра. Увидев их приближение, огромное количество стражи тут же сбежалось во внутренний двор, едва они заметили в небе странное существо. Каждый из них моментально обнажил оружие, угрожающе готовясь к битве. Каждый чувствовал свой долг защищать правителя.       Никиас сложил ладони вместе, вокруг него возникла теплая аура магии. Барьер, окружающий замок, может вмиг уничтожить их, если маг не вмешается. Он был одним из немногих, кто может открыть его. Вместе с другими магами Виленсии он участвовал в поддержании этого барьера. Пусть народ недолюбливает магию, но в минуты опасности они не смеют возражать против любых мер защиты.       Никиас развел руки, и щит вслед за этим движением раскрыл огромную брешь, позволяя дракону спокойно приземлиться в стенах дворца. Солдаты разбежались, окружая их плотным кольцом. Они все еще не теряли бдительность, настороженно следя за каждым движением чудовища. Однако дракон опустился на четыре конечности и медленно сложил крылья за спиной, а затем неторопливо опустил голову.       — Кейтлин?! — ошарашено воскликнул Артис Реин, появившись в парадных дверях. Стражники бросились к нему и широко распахнули двери.       — Это вместо «С возвращением!» — Кейт спрыгнула на землю и торопливо поднялась по ступенькам. — Ситуация с повстанцами успокоилась? — Кейтлин зорким взглядом огляделась по сторонам и остановила свой взор на отце. Тот тяжко вздохнул.       — Ненамного, — покачал головой правитель. — Это твой дракон?       Нокс выпустил в небо струю пламени. Солдаты резко отпрянули назад, с опаской наблюдая за чудовищем. Кейтлин еле слышно засмеялась.       — Нокс не любит, когда к нему обращаются, словно он принадлежит. Он не особенно дружелюбен, — пояснила она и махнула рукой дракону, призывая его уходить.       — О, так он все же с тобой, — Артис Реин внимательно осмотрел дракона, и тот вытянул шею, взирая на смертного сверху вниз. — Такой огромный.       Нокс молча расправил крылья и, прижавшись к земле, резко взмыл в небо, растворяясь в облаках. В его планы не входила беседа с этими людьми, и потому он просто поспешил удалиться.       Никиас приблизился к лестнице и преклонил колено перед своим повелителем. Кейтлин стиснула зубы и раздраженно фыркнула, удостоив его убийственным взглядом. Впрочем, Никиас не рассчитывал на ее снисходительность.       — Магистр Реин, госпожа Кейтлин, умоляю вас о прощении, — смиренно произнес он, склонив голову. Он и без ее слов знал о всех своих проступках. А теперь, когда его работа выполнена, Никиас был готов принять наказание. Своеволие и нарушение закона — он виновен во стольких проступках, но все-таки краешком сердца желает прощения.       — Убей его! — грубо выпалила Кейтлин, высокомерно вскинув голову, и быстрым шагом удалилась во дворец. Никиас поджал дрожащие губы и стиснул пальцы в кулаки, хоть чуть стараясь сдержаться. Злые слова резали больнее острого клинка. Никиас осторожно погладил рукоять дареного меча — если бы его силы могло хватить, чтобы уничтожить медальон…       — Простите мою наглость, но ваша дочь сейчас не в себе, — выступил Дэмиан и размеренным шагом прошел мимо правителя. Артис Реин проследил за ним взглядом, но не успел он и рта раскрыть, как тут же получил ответ на невысказанный вопрос: — Я намерен найти информацию в вашей библиотеке.       Магистр Реин несколько секунд непонимающе смотрел вдаль коридора, где скрылись Кейтлин и Дэмиан, а затем рассеянно перевел взгляд на склоненного Никиаса. В голове был ворох мыслей, но ни одна не могла собраться в единое предложение. Предатель… Возвращение дочери… Враг его страны, желающий найти помощь в его библиотеке… Как Никиас допустил, что Грей до сих пор сопровождает их?       — Но как же… — растерянно произнес Артис Реин и встряхнул головой, разгоняя путаницу. — Никиас! Потрудись объяснить! — грозно приказал правитель, нахмурившись.       Никиас покорно встал на ноги, не поднимая головы. Ладонь его мягко соскользнула с эфеса и упала вдоль бедра.       — Магистр, я просто не знаю, с чего начать, — растерянными голосом начал он. — Но, пожалуй, главное — это медальон Тай на шее дракона. Его магия сделала из вашей дочери бесчувственную оболочку.

***

      Кейтлин сидела за рабочим столом в собственной комнате, обхватив голову руками, и бессмысленно смотрела на гладкую поверхность. На ней все еще было надето то черное платье, признак рал-дис, и ей хотелось прямо сейчас разорвать его на мелкие куски. Хотелось уничтожить все следы пребывания у императора. Она не представляла, что творила, не понимала, что за черные цепи сковали ее душу, словно окрашивая сердце в грязный цвет. Но до разодранных в кровь ладоней хотелось уничтожить все следы, что приносили боль.       «Больно! Как больно!» — проносилось в мозгу от одной мысли о случившемся. Пальцы рук дрожали, и она сжала их в кулаки. Но Кейтлин не плакала, слез не было ни капли. Она просто была невероятно зла. Хотелось растереть в пыль весь этот мир, чтобы боли больше никогда не было. Слепая безудержная ярость, кажется, сжигала все внутренности, принося с собой все больше и больше боли.       — А! Как же больно! — истерически вскрикнула Кейтлин, с глухим стуком уронив голову на столешницу. Это невыносимо! Она сама сжигала себя в пламени этой яростной боли, сама во всем виновата. Будь она более решительной, не пришлось бы сейчас так мучиться. Сама же накликала на себя эти неприятности. Теперь будет расхлебывать последствия своей слабости.       Легкий стук в дверь заставил ее мгновенно очнуться от забвения. Резко вскочив на ноги, Кейтлин первые несколько секунд непонимающе озиралась по сторонам, пытаясь прийти в себя. Вероятно, она задремала ненадолго, пока сидела здесь одна. А теперь старалась привести мысли в порядок.       — Да? — крикнула она.       — Госпожа, разрешите мне отвлечь вас? — тихо попросил Никиас, приоткрыв дверь. Кейтлин скривилась, увидев его. Боль, злость, обида — все эти чувства вихрем нахлынули на нее, порождая вслед за собой бурю злобы.       — Я своими руками убью тебя! — нервно вскрикнула она, бросившись к нему.       Никиас ловко скользнул в комнату, прикрыв дверь, и успел вовремя поймать Кейт, с силой ударившую его по щеке. Он не понимал причин ее поведения, но очень хотел понять, хотел услышать правду, из-за которой магия медальона так крепко поселилась в ее душе.       — Тише, тише, — шептал Никиас, крепко прижав ее за талию и мягко поглаживая по голове. — Все хорошо.       — Мерзкий урод! Ненавижу тебя! — визжала Кейт, яростно вырываясь.       «Нет, так я долго не удержу ее…»       Никиас резко закинул Кейт на плечо и быстрым шагом потащил в спальню. Если он желает услышать правду, то в первую очередь должен разговорить госпожу. И не имеет значения, каким способом. Кейтлин кричала, рвалась, но Никиас просто не обращал ни на что внимания, небрежно кинув ее на кровать. Кейт постаралась встать, и тогда Никиас быстро сел ей на бедра, схватив за руки. Покраснев от злости, Кейтлин продолжала поливать его грязью, дергаясь и извиваясь. Бесполезно, она не готова слушать. Никиас стиснул зубы и безропотно ждал, пока она хоть немного успокоится, бесстрастно взирая сверху вниз. Не о чем говорить, если она даже не пытается услышать его.       — Это твои последние секунды жизни! — угрожающе прошипела Кейтлин, изо всех сил стараясь выдернуть руку. Дыхание сбилось от тщетных попыток вырваться, но его взгляд настолько теплый и родной, что сердце заходилось в груди.       — Успокойся и выдохни, — непроницаемо ответил Никиас. Кейтлин стиснула зубы и зарычала, мелко дрожа от бессильной злости. Сколько он еще планирует издеваться? Каждое его слово пропитано ложью. Пальцы рук сводит от желания прикоснуться, но его сердце так далеко, что в горле зудит и хочется кричать так громко, чтобы в конце концов докричаться.       — Ненавижу! — воскликнула Кейт, и по щекам ее покатились слезы, стекая по вискам. Как унизительно показывать слабость, тем более такую жалкую! Верно сказал Нокс, она никчемная. Грудь сотрясалась от рыданий и судорожных вдохов, и все же… Ласковый свет изумрудов, словно молот, опускался на грудную клетку, не давая отдышаться.       — Родная моя, как больно слышать все это от тебя, — горестно прошептал Никиас, склонившись и коснувшись лбом ее лба. — Я же люблю тебя.       Кейтлин зажмурилась и задержала дыхание. Запах его тела сводил с ума, но сейчас нет времени поддаваться желаниям. Если она хочет избавиться от боли, ей нужно следовать зову магии медальона. Если она вновь поддастся, другого способа уничтожить эту пытку у нее не будет.       — Все это меня никак не касается, — наконец взяв себя в руки, ответила Кейтлин. Ее голос вновь был холоден и безразличен. Словно на самом деле поменялись ролями.       — Ну, если ты такая бесчувственная, я просто воспользуюсь своим преимуществом, — Никиас был зол на нее за такое очевидно лживое поведение. Зачем она творила это? Как медальон повлиял на нее? Да какая к черту разница? Так больно, словно ее слова оставляют шрамы на коже — несмываемые метки обиды и огорчения.       На мгновение перехватив ее обезумевший взгляд, Никиас впился зубами в ее шею и всем телом вжал ее в кровать, перехватывая вмиг охватившую ее дрожь. Кейт неистово забилась, крича проклятия в ужасе. Голос ее срывался, будто она и впрямь испугана. Не может быть… Никиас поднялся на вытянутых руках и отшатнулся от ее потемневших глаз, из которых градом бежали слезы.       «Зачем? Зачем? Ты не такая! Я не могу так с тобой!»       — Нет, пожалуйста! Стой! Не надо! — не в силах сдерживаться, разрыдалась Кейт. — Прошу тебя!       Никиас уткнулся носом в подушку возле ее уха, шумно выдохнув. Проклятие, и почему все так сложно? Даже решив отбросить ее желания, Никиас все еще не в силах пойти против ее воли. Особенно когда видит эти глаза. Проклятье! Такие глаза, словно она смотрит на чудовище, способное вмиг поглотить ее. Еще болезненнее всех этих гадких слов.       «Как подло, родная!»       — Не могу я так с тобой, даже если терять больше нечего, — горестно прошептал он сам себе, осознавая собственную слабость перед ней. Какую бы сильную боль она ему не причиняла, он все равно не мог отплатить ей тем же, не мог использовать. — Я так сильно хочу тебя, но все равно не могу ничего сделать против твоей воли.       — Ты уже пользовался мною! — неприязненно прорычала Кейтлин. Никиас от неожиданности замер.       — Как же ты можешь такое говорить? Я все делал только для тебя, моей любимой, — через силу выдавил из себя Никиас.       — Докажи! — вне себя воскликнула Кейтлин. Все чувства смешались в один общий тугой комок. Но, пожалуй, гнев и обида был все же сильнее всех других. — Чего бы я сейчас могла хотеть? Ты всегда заставлял меня.       Никиас невыразимо медленно коснулся ладонью ее талии и плавно завел руку за спину, бережно обнимая. Кейт вновь начала дергаться, и Никиас отпустил ее руки, прижавшись теплой щекой к мокрому виску. Она все еще плакала, хоть и пыталась делать вид, что это не так. Он понимал, что все эти болезненные слова были сказаны под действием магии, но все равно хотел заставить ее честно признаться в своих чувствах.       — Все равно не могу, — потерянно выдохнул Никиас. Кейтлин уперлась обеими руками ему в плечи и изо всех сил отталкивала.       — Уйди! Уйди! — обессилено заныла она. — Не смей осквернять меня своими грязными мыслями!       — Ты совсем ничего не чувствуешь? Даже когда я вот так целую тебя? — мрачно спросил Никиас, едва касаясь губами щеки. Он ведь и так знал ответ на этот вопрос. Знал, но все равно спросил, хоть и не хотел слышать этого.       — Ненависть, — брезгливо выплюнула Кейт. — И только.       — Кейтлин! — взволнованный голос заставил обоих резко перевести взгляд в сторону шума. Дэмиан тут же замер в дверях, увидев их на кровати. — Ох, похоже, я вовремя.       — Убирайтесь! — пронзительно взвизгнула Кейтлин, мощным щитом отбрасывая обоих. Словно весь мир сговорился уничтожить ее! Так унизительно Кейт никогда в жизни себя не чувствовала. Какая отвратительная мерзость!       Дэмиан лениво поднял руку и вовремя закрылся магией, смягчая удар. Однако щит оказался мощнее, чем можно было предположить с учетом ее знаний о собственной силе. Никиас с оглушительным треском свалился на пол, не успев среагировать на внезапную атаку. Плечо и бедро вспыхнули болью, будто его приложили мечом, а не застеленным ковром полом. Никиас тихо застонал и оперся на руку, жмурясь от очередной вспышки боли.       — Итак, вот что мне удалось узнать насчет медальона Тай, — невозмутимо продолжил гость, сняв блок, словно сейчас ничего и вовсе не произошло. — Так вот, он…       — Дэмиан! — Кейтлин, казалось, совершенно не колеблемая собственным внешним видом, просто встала с кровати и бесцеремонно пнула лежащего рядом Никиаса. — Исчезните оба! Все, что не касается уничтожения императора, меня не волнует.       Она сдернула с кресла плед и спешно завернулась в него. Да! Ее в действительности не интересовало ничего более. Только месть. Этот подонок поплатится за все, что сотворил! По его вине она должна была встретить Никиаса и теперь… Кейтлин стиснула кулаки и развернулась лицом. Стальной взгляд полыхнул, а мутная аура чужеродной магии заполнила собой рабочий кабинет, словно грязь. Черная ненависть, самая страшная, подпитываемая желанием отомстить. Что может быть хуже, чем эта слепая ярость?       — Ты не чувствуешь холода? — горестно произнес Никиас, медленно поднимаясь. И пусть каждое движение причиняло боль, он меньше всего сейчас чувствовал именно ее. Ему хотелось понять, неужели Кейтлин не ощущала внутри себя эту грызущую черноту, какую видели они с Дэмианом. Как эти ледяные тиски могут так незаметно хозяйничать в такой горячей душе?       — Не понимаю, о чем ты, — бесстрастно ответила Кейтлин, ни единым жестом не выдав себя. Никиас глубоко вздохнул, не в силах поверить, что эта тьма так глубоко забралась ей в душу. Как же так случилось? В чем она могла так сильно сомневаться, если позволила сомнениям похоронить все то хорошее, чем богато ее сердце.       — И ты даже не поинтересуешься той магией, что действует на тебя? — с подозрением переспросил Дэмиан, пробежав взглядом по ее внешнему виду. Он уже порядочно злился на нее. Раздражающая самоуверенность невероятно выводила из себя, особенно не подкрепленная соответствующей силой.       — Если это не мешает мне уничтожать ненавистных ублюдков, то совершенно нет, — ничуть не смутившись, ответила Кейтлин, устроившись в кресле.       — И как же ты об этом узнаешь, если не желаешь ничего слушать, — язвительно заметил колдун. Она на секунду замялась, но уже через мгновение бодро вскинула голову:       — Я могу почувствовать посторонние силы. Мне ничто не угрожает, — спокойно ответила Кейтлин.       — Я на твоем месте не утверждал бы так уверенно, — сурово заметил Грей. — Медальон Тай не так прост. Но если тебе не интересно…       Дэмиан неспешно двинулся в сторону дверей, демонстративно не желая ничего объяснять. Она вывела его из себя, и он с легкостью заставит ее подчиняться, если сам пожелает. Император не смог справиться с медальоном, а вот ему не составит труда перенаправить ее гнев и тем самым подчинить. Стоит лишь верно подкинуть наживку.       Кейтлин закатила глаза, возмущенно выдохнув: играть в его игры ей абсолютно не хотелось, однако выбора не оставалось. Пульсирующая боль в висках вернулась в тот же момент, как она вновь ощутила в душе казавшееся спокойствие. Виной тому Никиас или нет, пока оставалось неясным. Придется просить о помощи. Эта разрывающая на части боль просто сводит с ума, и если ее не утихомирить, в один момент просто поглотит Кейтлин.       — Я выслушаю тебя, но при одном условии, — голос, пропитанный отвращением, заставил колдуна обернуться. Кейтлин медленно перевела неприязненный взгляд на Никиаса и оскалилась. — Я хочу его смерти!       Бровь изумленно изогнулась над округлившимся черным глазом. Дэмиан потрясенно замер, в первое мгновение решив, что ослышался. Абсурдность этих слов не заставляла сомневаться в ошибочности. Но ее взгляд, направленный на мага, был исполнен ненавистью. Глупость, ему наверняка просто показалось. Но возможно…       Невероятно, что тьма смогла убить в ней всю любовь к этому человеку. Он должен узнать, что за страх и сомнения подпитывают энергию медальона. Что смогло быть столь сильно, чтобы так долго отравлять ее чистое сердце.