На коротком поводке

Если судить по собранным показаниям, Пейн был очень обычным, очень замкнутым и очень скучным человеком. Когда-то в молодости он сильно увлекался байками и гонками, состоял в мотоклубе и вел отвязную жизнь, но после открытия своего дела его словно подменили. В клуб Саске тоже наведался, но там сказали, что не видели Пейна уже давно, а когда попытались завлечь его на очередные гонки, то он ясно дал понять, что ему не интересно. Он словно единовременно потерял вкус к прежней жизни, не приобретя новую. Дело уже перестало казаться возбуждающе-новым и интересным, но Саске с остервенением копал, надеясь вот-вот выйти на правильный след. Он отмечал галочками всех, с кем успел пообщаться, и к концу недели в его списке людей, с которыми встречался Пейн, были отмечены все, кроме одного. Найти его было довольно трудно, несмотря на то, что у Пейна сохранились все контакты. Тем не менее, Саске установил личность парня, с которым спал Пейн, и собирался допросить и его тоже. Многие делятся со своими любовниками тем, чем не делятся больше ни с кем другим, а со шлюхами порой делятся более охотно. Нечто вроде личного секс-психотерапевта. Если выяснится, что и тут пусто, то Саске и не знал, что будет делать дальше — типичный «висяк», никаких зацепок. Первое серьезное дело и он его почти провалил. Район, где жил этот парень, был довольно престижным, да и дом не из дешевых. Даже если он снимал квартиру, а не владел ею, это все равно требовало приличных денег. Дорогая, элитная шлюха — завязав с пьянками, гонками, мотоциклами и ширянием, Пейн все же не жалел денег на другие плотские утехи. И, как уже успел увидеть Саске, это того стоило. — Цукиеми Итачи? — спросил Саске, когда ему открыли. Тот склонил голову набок, рассматривая Саске с интересом, но без беспокойства. — Да. Вы что-то хотели? Саске продемонстрировал удостоверение. — Учиха Саске. Мне нужно с вами поговорить, позволите? — он кивнул на дверь. Итачи молча распахнул ее и пригласил Саске внутрь. Итачи был в шелковом длинном халате, он прошел вглубь квартиры, Саске ничего не осталось, кроме как следовать за ним. Волосы его были распущены и слегка влажные, что говорило о том, что не так давно Итачи принимал душ. Саске не мог оторвать взгляда от стройной, гибкой спины, которая вкупе с грациозной походкой упорно подсовывала нежный женский образ. — Что вы хотели спросить? — сказал Итачи, и магия рассеялась. Голос у него был низкий и глубокий, не вяжущийся с тем женственным образом, который уже успел составить про себя Саске. — Может, чаю? — Вынужден отказаться, — усмехнулся Саске. — Скажите, вы знали человека по имени Сато Яхико? Итачи удобно уселся в кресле, абсолютно не стесняясь того, как халат задрался, обнажая ноги. Саске заметил, какие они были гладкие, но у Итачи и на лице абсолютно не было растительности и даже ее следов, поэтому оставалось загадкой, он сам такой или просто тщательно бреется. Саске бы поставил на второе. Он был уверен, что у тех, кто предпочитает спать с мужчинами, так и принято. Хотя красить ногти темным лаком было по мнению Саске перебором и граничило с вульгарностью. — Да, я знал его, — сказал Итачи наконец. — Простите мое любопытство, если я спрошу, что с ним случилось? — Его нашли мертвым, — ответил Саске, не вдаваясь в излишние подробности. Итачи кивнул. — Ясно. Я расскажу вам все, что про него знаю. Это не так много, но буду надеяться, что это поможет следствию. Пейн был добр ко мне и мне бы хотелось хоть немного его отблагодарить. — Я слушаю. — Мы виделись нечасто. Раз в неделю, иногда реже, у него был плотный график. — Какой характер носили ваши встречи? — Интимный, — без тени смущения сказал Итачи. — Мы спали. — И насколько интенсивными были ваши отношения? Итачи сощурился и некоторое время молчал, словно решая, стоит ли рассказывать об этом, но потом видимо решил, что стоит. — Несколько лет назад у нас был роман, но потом он закончился и остался только секс. Я… оказывал ему услугу. Пейн был довольно брезглив, чтобы спать с кем попало, а найти кого-то постоянного ему не удавалось. — И он конечно же щедро за это платил? Итачи улыбнулся уголками губ. — Не поймите это превратно, я не шлюха. В свое время я мог бы ею стать, но не стал, благодаря Пейну. — Расскажите подробнее. — Сомневаюсь, что это как-то поможет вам, но расскажу. Шесть лет назад я приехал в Коноху на учебу. Без труда поступил туда, куда хотел и даже получал гранты и стипендии, но денег было недостаточно, чтобы оплачивать учебу и проживание. Мне пришлось найти подработку. — Проституция? Итачи покачал головой. — Я устроился стриптизером в ночной клуб. Часто клиентами были женщинами, но иногда приходили мужчины. Нам обычно не приходилось продавать себя, но иногда клиенты хотели секса и были готовы за это платить. Мне повезло, я встретил Пейна почти сразу и он не захотел мною делиться. — Он оплатил вашу учебу? — Да. Но я никогда не спрашивал его о делах. Я мало знал о том, чем он занимается, тогда, и я абсолютно ничего не знаю о нем сейчас. — Спасибо за предоставленную информацию, — Саске поднялся. Его немного завораживало и пьянило бесстыдство, с которым Итачи говорил про секс. Слова и поведение просто говорили о доступности и о том, что, вздумай Саске сейчас прижать Итачи к стене и грубо трахнуть, тот совсем не будет против. Поняв, что они просто стоят и смотрят друг другу в глаза, Саске отвел взгляд усилием воли. Он не заметил улыбку, промелькнувшую на губах Итачи. Времени оставалось еще достаточно, чтобы собраться и быть готовым к тому времени, когда водитель Мадары уже ждал его на улице. Итачи оделся совсем просто — футболка, кроссовки, джинсы. Одежда не играла большой роли, когда дело касалось Мадары. В большинстве случаев их встречи происходили совсем без нее. Мадара открыл дверь сам, словно ждал его с нетерпением. Вероятно, так оно и было. Он улыбнулся Итачи и кивнул ему, приглашая внутрь. — Сегодня у нас гости, мальчик мой. Иди приготовь себя как следует, я хочу, чтобы они ушли отсюда довольными. — Есть, хозяин, — едва слышно ответил Итачи. — Прими душ и иди к себе. Твой костюм уже готов, — сказал Мадара ему вслед. Вытеревшись насухо, Итачи, совершенно обнаженный прошел к себе. В комнате на кровати действительно были разложены вещи — корсет, чулки, тонкие кружевные стринги и короткая юбочка. Рядом с кроватью стояли туфли на высоком каблуке. На тумбочке рядом с кроватью лежал тюбик смазки и анальная пробка с вибрацией. Итачи взял ее, выдавил на нее смазку и лег на кровать, раздвинув ноги. Пробка была большая и чтобы как следует разработать себя и ввести ее ему потребуется несколько минут. Давно Мадара не устраивал оргий с ним, в последнее время он завел себе новую игрушку, сильно младше Итачи. Итачи подозревал, что сегодня он будет только развлекать гостей, тогда как Мадара наверняка будет трахать своего нового протеже. Он любил молоденьких и еще кажущихся невинными мальчиков, Итачи был для Мадары слишком старым. Когда он был готов, Итачи надел туфли и прошел в зал. Он слишком хорошо знал, где Мадара собирает своих гостей. Он открыл двери и поклонился. — Проходи, Итачи, — поприветствовал его Мадара. — Познакомься, Орочимару, Данзо и Хирузен. Я запрещаю тебе называть их по именам, будешь обращаться только «сэр». — Слушаюсь, хозяин. — Он красивый, — заметил Орочимару. Итачи чувствовал на себе его взгляд, липкий и похотливый. — Вы еще не знаете, насколько он хорош, — с видимым самодовольством произнес Мадара. — Я сам его тренировал. Сыграем в карты? — вдруг предложил он. — На деньги? — поинтересовался Данзо. Они все еще рассматривали Итачи. — В покер, — кивнул Мадара. — Итачи, — приказал он. — Да, хозяин, — сказал Итачи и опустился на колени, залезая под стол. Раздался звук расстегиваемых ширинок. — Вам понравится эта версия игры, — ухмыльнулся Мадара, заметив как Хирузен закрыл глаза, стараясь не застонать. Итачи потрясающе сосал. В эту игру Мадара обычно выигрывал без проблем. Мадара вышел проводить своих гостей. Несмотря на позднее время ни один из них не смог остаться на ночь, хотя Мадара предлагал, справедливо замечая, что их будет ждать теплая постель. Итачи терпеливо ждал, когда Мадара вернется и, наконец, развяжет его. Кажется, это был Данзо, тот, кто заставил его встать в настолько неудобную позу, даже Мадара до такой не додумался. Он стоял только на одной полусогнутой ноге, вторая была поднята вбок и связана, согнутая в колене. Руки за спиной, во рту кляп, да еще эти туфли на каблуках. Хлопнула дверь и Итачи скосил глаза, стараясь разглядеть, кто там. Скоро его погладили по обнаженной спине и он дернулся, изо всех сил показывая, что ему надоело. Но с Мадарой это не всегда работало. — Ты им понравился, — шепнул он. Итачи почувствовал, как из него вынимают пробку, которую гости заботливо вернули на место, когда собрались уходить. Мадара зашуршал чем-то, скорее всего презервативом, подумалось Итачи. Его дядя всегда был брезглив и он не будет трахать Итачи без защиты, если его уже трахали до этого. Странно, что Мадара вообще захотел его трахнуть. — Орочимару предложил мне купить тебя, — резкий толчок, и Итачи тихо застонал. — Не смей кончать, — приказал Мадара. Одной рукой он схватил Итачи за волосы, дергая на себя, другой расстегнул кляп и отбросил его в сторону. — Слушаюсь, — задыхаясь, ответил Итачи. Он весь горел внутри, как случалось всегда, когда Мадара имел его. Долгие годы тренировок не прошли даром. — Сегодня я ему отказал, — Мадара трахал Итачи быстро и резко, явно желая поскорее кончить. — Но могу согласиться, если ты всегда будешь витать где-то в облаках. Хорошо, что он сказал это во время секса, когда-нибудь еще Итачи наверняка не смог бы достоверно изобразить, что не понимает, о чем он. Еще несколько толчков, Мадара сильнее дернул волосы Итачи, и, низко застонав, остановился. Итачи почувствовал, как член Мадары выскальзывает из него. Конечно, он решил снова засунуть эту проклятую пробку внутрь. Мадара дернул карабины, щелкнул ими, освобождая Итачи, тот опустился на пол потому что ноги затекли, не позволяя сразу же встать как следует. — Ко мне приходили детективы по поводу Пейна, — тихо сказал он, не смотря на Мадару. — И это все, из-за чего ты волнуешься? Ничего не будет, ты знаешь, что делать. Мадара отошел и налил себе немного вина, выпил его и взглянул на Итачи. — Кончай, — сказал он. Итачи закрыл глаза и прикусил губу. Кончать с пробкой в заднице, без живого члена, повинуясь одному приказу, было унизительно, но не реагировать он не мог. Он встал на четвереньки, чувствуя приближающийся оргазм. Содрогаясь от удовольствия, он смотрел в пол и видел, как сперма толчками изливается на гладкий мрамор. Кожей Итачи чувствовал на себе самодовольный взгляд Мадары. В такие моменты он ненавидел свое тело. — Вставай, — Итачи все еще смотрел в пол, краем глаза он увидел, как совсем рядом с ним появился ботинок Мадары. — У меня есть для тебя новое задание. Саске раздраженно вздохнул. Снова пролистал папку со своими пометками и отбросил ее в сторону — бесполезно, ни одной зацепки. Пейн не был святым, но никаких крупных конфликтов ни с кем у него не обнаружилось. А с кем Пейн был связан из криминального мира — ушло в небытие вместе с ним. Гордость Саске была против того, чтобы явиться к Какаши и признать поражение в этом деле. Но его профессиональная добросовестность была куда сильнее его гордости. Поражения надо было признавать, потому что иначе невозможно расти. На ошибках учатся и даже негативный опыт — все равно опыт. Поэтому он пришел к Какаши, собрав все материалы, и теперь ждал в приемной, когда тот освободится. Ино что-то печатала на компьютере, изредка поглядывая на Саске, но молчала, чувствуя, вероятно, его раздражение. В тот самый момент, когда Какаши появился на пороге своего кабинета, чтобы пригласить Саске внутрь, пришло сообщение. Саске поднялся и автоматически достал телефон, чтобы прочесть его. — Заходи, — кивнул Какаши Саске, но тот уже шагал к выходу. — Извини, кое-что срочное, — крикнул ему Саске, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Не зря он послал запрос во все больницы со списком имен, чтобы они извещали его о том, если к ним поступит кто-то из них. Цукиеми Итачи привезли рано утром в окружной госпиталь. Попытка наезда, никаких свидетелей, нашли без сознания на обочине дороги, сразу же вызвали скорую. Состояние среднее, стабильное. Внутренние сирены вовсю выли, извещая Саске, что это не просто так, что это связано, но он строго одернул сам себя — опасно было бы убедить себя в чем-то. Но Итачи заслуживал того, чтобы присмотреться к нему поближе, это точно. Припарковавшись около больницы, Саске отправился искать нужный ему этаж. Проходя к лифтам, он заметил вход в небольшой супермаркет, где посетители покупали для больных фрукты и сладости. Подумав немного, Саске зашел туда. Он купил небольшую корзинку фруктов, но, дойдя до кассы, подумал, нормально ли это будет смотреться — в конце концов Итачи ему никто. Потом, поймав себя на подобных мыслях, Саске разозлился на то, что его вообще волнует, что и кто о нем подумает, поэтому он из чистого упрямства добавил к фруктам плитку шоколада. Итачи лежал в четырехместной палате, при виде Саске на лице не промелькнуло ни тени удивления. Саске сел рядом и положил фрукты и шоколад рядом на тумбочку. — Вы очень заботливы, детектив, — без тени иронии прокомментировал Итачи. — Чем обязан? Ногти у него были некрашеные, почему-то с этой деталью отпал и налет блядовитости, сейчас перед Саске был только парень на больничной койке. — Я расследую убийство, — сказал Саске. — А вас пытались убить. Итачи вдруг улыбнулся и попытался сесть на кровати, поморщившись от боли. Саске поддержал его, помогая. — Никто не пытался, небольшая неосторожность, вот и все. — И часто вы бываете неосторожны в шесть утра? — Я каждое утро совершаю пробежку, это мой обычный маршрут. Из-за наушников не услышал шум машины, да и не думал, что кто-нибудь заедет на тротуар. Наверно, водитель был пьян. Он потянулся за шоколадкой, которую принес ему Саске, и тот вдруг заметил, что тумбочка была пуста — никаких подарков, еды, ничего домашнего. Как будто он у Итачи был первым посетителем. Итачи заметил этот взгляд, но ничего не сказал. Отломив дольку, он положил ее в рот. — Спасибо, детектив. Часто хочется сладкого, когда болеешь. Вы не против, если я попрошу вас принести воды? Не хочется вызывать ради этого медсестру. — Зови меня Саске, — сказал он, поднимаясь со стула. Пока он искал кулер, Саске не мог избавиться от мыслей о том, что ноги Итачи, его руки и подбородок были все такие же гладкие, как и тогда, во время первого визита. Итачи был натурально безволос, и, Саске не знал почему, но это так его возбуждало. Когда он вернулся, у кровати Итачи уже стоял врач. Как он объяснил, ничего серьезного снимки не показали. Пара трещин в ребрах, сильные гематомы, ушиб. Полежать дома несколько дней, потом прийти на проверку, уже через неделю Итачи снова будет чувствовать себя отлично. — Вызвать вам специальное такси до дома? — спросил доктор. Медсестра уже принесла вещи Итачи — Саске бросил быстрый взгляд: спортивный костюм, кроссовки и даже плеер. Все как Итачи и говорил. — Не надо, я его отвезу, — ответил Саске вместо Итачи. — Тебе не надо поискать сиделку на это время? — Глупости, — Итачи качнул головой. — Я вполне способен справиться сам. Он спустил ноги на пол и принялся раздеваться, чтобы переодеться. Саске не чувствовал нужды отвернуться и просто стоял рядом, молча разглядывая Итачи. На его спине действительно была парочка больших, пока еще ярко-красных синяков. Но вместе с ними Саске заметил и другие следы — тонкие, почти незаметные, словно от веревок и… Он сощурился. — Чем стоять так и пялиться, помоги мне одеться, — сказал Итачи, набрасывая на себя толстовку. Осталось только натянуть штаны, а с этим как раз и были проблемы — Саске видел, как Итачи сложно сгибаться. Без лишних слов он взял штаны и опустился перед Итачи, помогая ему продевать ноги в штанины. Прикосновение к бархатной гладкой коже посылало мурашки по его телу, совсем незаметно Саске провел по похожим следам на щиколотках. Теперь ясно было видно, что кто-то связывал Итачи. Сердце Саске билось как сумасшедшее, кислорода стало не хватать, он отстранился от Итачи и отошел, помогая тому встать. Он, даже если и заметил такую реакцию, ничего не сказал. Сделав несколько пробных шагов по комнате, Итачи все же оперся на предложенное Саске плечо и так они вместе дошли до регистрационной стойки, где Итачи отметили как выписывающегося. Привезя Итачи, Саске так же помог ему подняться. Стоя у дверей, он решил прощаться, потому что Итачи явно требовался отдых и покой. — Если вспомнишь какие-то подробности, то давай я оставлю тебе свой номер, — сказал Саске ему. — О наезде или об убийстве? — уточнил Итачи и обернулся. Замок щелкнул, извещая о том, что дверь открылась, но Итачи не двинулся. Саске стоял совсем рядом с ним, плечом касаясь плеча, Итачи смотрел в его глаза, потом перевел взгляд на губы и отвернулся. — О том или другом, — Саске услышал, каким хриплым вдруг стал его голос и прокашлялся. — Если понадобится любая помощь, звони. — Слушаюсь, офицер, — шутливо отозвался Итачи, делая шаг в квартиру. Что-то ударило в голову Саске при этих словах. Он поймал Итачи за руку, заставив остановиться. — Что насчет встречи? В неформальной обстановке? — Врач сказал, через неделю я буду чувствовать себя как новенький, — этому предложению Итачи тоже ничуть не удивился, словно знал, что так закончится. — Мне… что-нибудь привезти? — Саске немного замялся, но потом решил все же сказать прямо: — Деньги? Итачи и на это никак не отреагировал, только едва заметно улыбнулся, ничуть не оскорбленный тем, что Саске вообще такое сказал. — Привези шоколадку, она была вкусная, — он посмотрел на Саске изучающим взглядом, в котором ничего прочесть было нельзя, и закрыл дверь.