На коротком поводке

Страшно завыл ветер, поднимая снег и бросая его в окна так, что стекла задрожали. Снаружи облака закрыли собой закатное солнце, точно, ночью обещали бурю, а это значило, что утром вход снова занесет и надо будет откапываться. Он посмотрел в угол, лопата на месте, дров хватит на всю ночь, да и дизеля для энергогенератора достаточно еще на долгое время. Он сел, собираясь включить очередной фильм из недавно привезенной новой коллекции, потом почитать книжку и лечь спать, раз никакого ЧП не намечается, но тут ожила рация. — Участок пятьдесят шесть, участок пятьдесят шесть, прием. — Участок пятьдесят шесть слушает, прием, — ответил он. — У нас турист в твоей зоне, попал на бурю, просит ночлега. Отправил его к тебе, через десять минут прибудет, прием. — Даю разрешение на ночлег. Если не прибудет, выйду на поиски, прием. — Отлично. Будут новости, сообщу, конец связи. Турист. Наверняка сбился с пути. Здесь не пролегали туристические маршруты, он специально выбрал самый глухой и отдаленный участок леса. Зимой даже на снегоходе невозможно было добраться до ближайшего селения из-за снежных бурь, а волки подходили так близко в поисках еды и тепла, что он слышал, как они скреблись в дверь и скулили, словно прося пустить. Завтра придется выводить туриста на верную тропу, показывать дорогу. Хорошо еще, если он придет сам, а не заблудится так, что придется искать его по всему участку не в самую лучшую погоду. Но его опасения не оправдались — сквозь рев ветра послышался другой, более низкий звук, в котором он узнал мотор вездехода. Он становился все ближе, пока, глухо заурчав напоследок, не замолк под окнами. Хозяин дома набрал в чайник воды из кадки и установил на печку подставку. С дороги и холода гость захочет если не есть, то выпить горячего чаю или кофе, это точно. В дверь постучали. Не оборачиваясь он крикнул: — Открыто. Он слышал, как отворяется дверь, как гость стоит у порога, не двигаясь, почувствовал, как пахнуло холодом. Наконец он поставил чайник и обернулся. Плечистая фигура гостя все так же возвышалась у входной двери. Он в упор разглядывал хозяина дома, который, не веря своим глазам, шагнул вперед. — Здравствуй, — тихо сказал гость. — Итачи… брат. Уже давно улеглась буря и за окном посерело, предвещая скорый восход, а они все не могли наговориться. Саске рассказал, что ждал Итачи, а когда тот так и не пришел, то они вместе с Наруто догадались прослушать запись из дома Мадары. Прибыв на место, они нашли только труп, а сам Итачи бесследно исчез. Он рассказал о том, что Данзо судили за измену родине, хотя это было засекречено и для общественности он проходил по делу о коррупции. Данзо позже нашли повесившимся в камере, и Саске был уверен, что это сделал кто-то из его сообщников. Итачи сказал, что наверно это был Орочимару. Отношения со Страной Костей остаются весьма напряженными, хотя из-за договора о сотрудничестве между пятью странами, принятого еще во времена Хаширамы Сенджу, напасть на Страну Огня они так и не решились. Зато вскрылась сеть, занимавшаяся торговлей детьми, которую покрывал Мадара. Это и технология управления разумом и программирования. Саске потом разговаривал с отцом Ино, который занялся этим делом, рассказал ему про Итачи. Иноичи твердо стоял на том, что подконтрольный не может вырваться сам, но на все вопросы Саске только разводил руками. — Что все-таки было между вами? — спросил Саске и чувствовалось, что его волновал этот вопрос. Пусть он стал немного взрослее и сдержаннее, внутри него все еще горело то самое пламя, в котором сгорал Итачи. — Все как ты говоришь. Я был под его контролем, — подтвердил Итачи. Он не хотел вспоминать о том, от чего бежал прошедшие два года, но им с Саске надо было вместе закрыть эти страницы. Чтобы никогда больше к ним не возвращаться. — Тогда ты должен был убить меня как он и приказал. Почему ты не подчинился? — Саске подался вперед. Итачи видел, что он ждет от него признания. Возможно, о том, как Саске дорог и небезразличен Итачи, что тот просто не смог убить его. — На самом деле я должен благодарить тебя, — он взглянул на Саске, слегка улыбнувшись. — Меня? — Помнишь? Ты сказал мне забыть тебя. — Да, и я вел себя как последний придурок, — покаянно признал Саске. — Но не понимаю, какое это имеет отношение… — Вы с Мадарой похожи, — начал Итачи, Саске вскинулся. — Не сравнивай нас! Да, я был скотиной, но клянусь… — Итачи жестом остановил его и Саске замолчал. — Думаю, это семейное сходство, но когда мы с тобой встретились, я почувствовал, что твои приказы действуют на меня так же как приказы Мадары. Не всегда, только когда ты сильно злился или возбуждался, у вас тогда становились одинаковые глаза. Я тогда решил держать тебя как можно ближе, подумав, что это поможет мне освободиться, но никак не получалось нащупать нужный механизм. Я почти сдался и не верил, что из этой задумки что-то выйдет, и когда ты сказал забыть тебя, я все боялся, что вот-вот не смогу больше вспомнить твое лицо. А потом Мадара приказал тебя убить, и я вдруг почувствовал, что нет принуждения. Что могу не подчиниться. Сам не знаю, как мне пришел в голову план разыграть перед ним послушание и ничем себя не выдать. — Я все еще не понимаю, — Саске нахмурился. — Я приказал тебе забыть меня, но это тебя освободило? — Программа внутри меня реагировала на Мадару. Может, его взгляд, может, голос, я не знаю, но она иногда принимала тебя за него. И когда ты приказал забыть тебя, она посчитала это приказом Мадары и самоуничтожилась. В конце концов, ты действительно оказался моим шансом на свободу. Саске взял ладонь Итачи в руки и приложил ее к своему лицу. — Зачем ты сбежал? — прошептал он, закрыв глаза. — Из-за того, что я был для тебя всего лишь этим? Шансом на свободу? Я бы мог отпустить тебя — чужого человека, который свел меня с ума, но так и не смог отпустить тебя — родного брата. Стой, дай мне договорить, я столько раз думал, что скажу тебе когда найду и сейчас боюсь забыть все слова. Он вздохнул и открыл глаза, с решимостью глядя на Итачи. — Я думал, что узнав, что мы братья, смогу побороть все мои… другие чувства к тебе, но они стали только сильнее. Наверно, я тоже больной извращенец, раз мне не мешает тот факт, что мы братья, и даже только добавляет чувства… Но Итачи, если с твоей стороны ты ничего не испытываешь, я предлагаю вернуться и просто быть моим братом. Верю, что родственную связь мы сможем наладить. Возможно, не сразу, со временем. — Глупый, — Итачи вдруг улыбнулся и погладил Саске по щеке той рукой, что он все еще прижимал к лицу, провел пальцем по губам. — Я хотел, чтобы ты жил обычной, нормальной жизнью. Завел бы семью, детей. — Ты моя семья! — Я планировал это еще до того, как узнал, что ты мой брат. Ты всегда заслуживал большего. — Если ты не хочешь возвращаться, тогда я останусь тут! — на лице Саске было написано отчаяние, потому что он понимал, к чему клонит Итачи. — Два года я искал тебя и наконец-то нашел! Пожалуйста, дай нам шанс. Итачи привстал и подался вперед, обнимая Саске. — У меня нет никакого права распоряжаться твоей жизнью, — сказал он. — Но могу сказать, что я люблю тебя. И это случилось до того, как узнал, что ты мой брат. — И я… — Саске не стал продолжать, просто накрыл губы Итачи своими. Завтра они все хорошенько обсудят и решат, что делать дальше. Им обоим никуда не сорваться с того поводка, который называется любовь.