Любовь в зелёных тонах

Вот оно, лето. Ну, почти. 30 мая. Жара, солнце, люди — всё, что Джи-Джи так не любил. По крайней мере, в одиночку он не мог воспринимать такую реальность, но, пока рядом Би, всё в порядке. Это ещё не жара, так, морозец. Пф. После очередного затянувшегося гуляния наши любимые герои отсыпались в доме Джерарда, пока у них ещё была возможность. Изначальной целью визита было собрать манатки, дабы свалить побыстрее, — никто не хотел пересекаться с родителями, — но уж слишком хотелось побеситься на чём-то мягком. Приятно, как-никак. — Эх, вот были бы у Джерардины буфера-а… — съязвил Билли, потягиваясь, — а то спать не на чем. Доска-а-а. — Заткнись. — Раком ебись. — конечно, Джерардина не заставила себя долго ждать. Насладившись дразнением друг друга, они продолжили проводить утро на мягкой кровати. Не потрудились ни пойти в душ, ни сделать кофе, ни даже взять пиво, что уже само по себе удивительно. Билли Джо Армстронг, и вдруг без пива? Нонсенс! Правда, вечно так продолжаться не может, и, глядя с упрёком на ленивого Джи, Армстронг всё-таки спустился за банкой Туборга, половину которой выпил на ходу и ещё глоток — плюхнувшись на кровать. — Ну как ты мог всё выпить в одну харю? — возмутился блонди, выхватив банку из его рук и вытряхнув последние капли пива на язык. Слова Билли проигнорировал, но широко открытый рот без внимания не оставил. Идеальное «о». И банкой трясёт довольно двусмысленно… Вечером от них остался только запах, две пустые банки пива и записка. «Мам, я трахаюсь с парнем, домой не жди, всё окей». Джи не заботился о том, что родители могут подумать, просто написал, что в голову пришло. Зато честно. — Пошли уже, что смотришь? — Дом, милый дом, — вздохнул тот, потягиваясь, — пойдём.

***

Довольно интересной для Джерарда оказалась такая жизнь. Он не жаловался на отсутствие интернета, электричества, кровати, душа, отопления, нормальной еды. В обустройстве своего убежища в заброшенном, но ещё не разрушенном и не пострадавшем здании, покрытого граффити, он видел нечто романтичное и увлекательное. Прохудившийся матрас теперь приятно пах ими, дымом от лёгкого огня, который пока что не требовался — лето близко, но парня это не переубедило, — и наркотиками. За несколько дней оба так привыкли к уличной жизни и зарабатыванием игрой на гитаре, что мысли о возвращении в дом не было, даже если родители Билли Джо или Уэя уже уехали и в ближайшее время возвращаться не собираются. Пожёвывая кончик косяка, Армстронг смотрел на чудом нетронутый краской потолок, оглаживая контур обтянутых кожей лопаток Джи. Как следует затянувшись, он на мгновение замер и выпустил густые клубы дыма, наблюдая за тем, как дымка рассеивается и кольца поднимаются вверх. Тусклый свет пламени постепенно угасал, и вместе с ним на парня накатывал сон. Джерард проснулся один. Би сидел на проспекте и что-то наигрывал, но это не было что-то осмысленное. Зато денег уже было достаточно для того, чтобы купить немного еды и, может, кофе. Для Джи. Сам Билли не питал такой страсти к сему напитку, как его спутник, хотя тоже был бы не прочь глотнуть чего-нибудь бодрящего. Например, ледяного пива. Блонди, растянувшись на матрасе звёздочкой, уставился в потолок. Его тоже слегка удивило отсутствие на нём граффити — во многих заброшках, которые он знал, были раскрашены даже самые, казалось бы, недосягаемые их места, а здесь почему-то оставили голый бетон. Чтобы дать волю фантазии? Ну, сейчас у Джи не было никакого вдохновения, поэтому для себя он решил, что такие задумки не катят, увы. Тем временем, БиДжей уже хотел было уйти с проспекта, но к нему подошли две девушки. Слёзно просили спеть Placebo или Дэвида Боуи, но тот отмахнулся от них под предлогом, что не знает таких (стыд и позор ему, если бы действительно не знал), и побежал к своей пассии, взяв по дороге большой стакан кофе и два яблока на выручку — даже что-то осталось. Потом, всё потом. Сначала — Джи-Джи. Наверное, он уже проснулся. — Прекращай сопеть, блонди, — фыркнул Билли, грохнувшись на матрас в ногах сони — гитару он, естественно, перед этим аккуратно положил рядом. — Иди ты. — Ага, а для кого я, по-твоему, тащился за так горячо любимым кофе и яблоками? Неблагодарный. — Нашлась мать Тереза. — Пей уже, блин. Остынет. Они время от времени оглядывались. Придвигались чуть ближе, не смотря друг на друга. Снова оглядывались. В этом — вся их забота. — Так ты будешь кофе? — Ага… Спасибо. — на секунду лица парней тронула улыбка, а потом они снова обиженно отвернулись друг от друга, делая вид, что не замечают. В шутку, дурачась. Естественно, они бы не стали обижаться друг на друга так долго без причины… Хотя, кто знает. Может, наш горячо любимый Билли Джо Армстронг способен на такую хитрость ради примирительного минета. Подлец.