Потеря — это не всегда плохо

Тсукишима шел по улице. Лил дождь, но вместо того, чтоб открыть зонт, который дал Тадаши, парень сжимал его в руке. В голове крутилось множество мыслей, и от этого она сильно болела. Это было странно, странно узнать что человек, который практически всегда был рядом, твой друг, был влюблен в тебя. Странно было это не заметить и даже немного стыдно, но Кей упорно игнорировал это чувство. Вот, уже виднеется его дом через пелену дождя, и блондин прибавил шагу. С козырька дома лилась вода, парень нажал на звонок, но никто не открыл. Тогда он перевел взгляд на ближайшее окно: свет не горел. Тсукишима достал ключи. Они отозвались тихим звоном, открыв дверь, и парень вошел в дом. Было невероятно душно, в воздухе витал запах недавно приготовленной еды. Кей прошел в кухню, чтобы открыть окно и проветрить помещение. Зайдя туда, он заметил записку, которая лежала на столе. Парень пробежался по ней глазами. Написанное гласило о том, что родители уехали на день рождения каких-то старых друзей. Каких именно, парень не знал, но это не было сейчас важным. – Хах, вовремя, – сам себе усмехнулся Кей. Парень приоткрыл окно, дождь на улице уже успел кончиться. В помещение ворвался свежий вечерний воздух, пахло сырой травой. Нужно было привести мысли в порядок, хотя, нет, не так. Нужно было понять, что сам блондин чувствует к Тадаши. С одной стороны отвращения не было. Это же Ямагучи, опять придумал какую-нибудь глупость, а Тсукишима теперь мучается. С другой стороны... а если нет? Ведь это неправильно, совсем неправильно. И вот как реагировать, и как отреагирует друг? Признаваться, что прочитал в дневнике, не хотелось, ведь он без спроса вторгся в личную жизнь Тадаши, и парню снова стало стыдно. Кей попытался сделать уроки, но получалось плохо, голова была забита не теми мыслями. Несмотря на это, парень все таки их доделал. Блондин перевел взгляд на часы. Маленькая стрелка доходила до десяти. Тсукишима решил придти в школу пораньше и поговорить с другом, но, как это сделать, парень пока не знал. Парень сходил в душ, а после этого лег на кровать. Сон не шел, а вместо этого Кей вспоминал проведенное время с Ямагучи. Если вспомнить жизнь самого парня, то можно заметить, что веснушчатое чудо почти всегда было рядом. Все началось с момента их первой встречи, точно, с того момента Тсукишима не помнил и дня без Тадаши. Даже если последний заболевал, Кею приходили многочисленные СМСки. Вот с такими мыслями и уснул парень. С утра парень встал довольно легко, в прочем, как обычно. Он умылся, собрался, позавтракал и пошел в школу. Погода была на удивление хорошая, светило утреннее солнце. По небу лениво плыли розоватые редкие облака, они отражались в многочисленных лужах, которые служили единственным напоминанием о вчерашнем вечернем ливне. Так же в лужах отражались дома, деревья, прохожие. Вот по такой красоте Кей шел в школу. Вот уже виднеются школьные старые ворота. Тсукишима входит через них во двор школы. Там еще нет толпы учеников, которая появится днем. Парень зашел в школу и направился в класс. Проходя мимо — как он считал — пустого кабинета, он остановился из-за шума и голосов, доносящихся оттуда. Он бы просто прошел мимо, не останавливаясь, если бы не услышал до боли знакомый голос. Это был голос Тадаши. Дверь была приоткрыта, и Кей смог увидеть часть картины, происходящей в кабинете. Около доски стояли два громилы-третьеклассника, Ямагучи и кто-то еще. – Ты, что ли, не понимаешь, в каком положении находишься? – Это был голос одного из громил. – Мы можем объяснить доходчивей. – Подожди, Ганта-кун. – Голос принадлежал тому, кого блондин разглядеть не смог. – По-моему, Ямагучи-кун прекрасно осознает, в каком положении он находится. Я вот думаю, а как ты объяснил своим дружкам и своему любимому Кей-куну... – Он специально сделал акцент на имени парня. – ...откуда у тебя синяки? Они ведь все еще не сошли. Или ты хоче... – Его прервал негромкий голос Тадаши. – Не смей. – Прости, что? Я не расслышал. – В этом противном голосе слышалась насмешка. – Не смей, не смей произносить его имя! – Голос стал громче и четче. – Ты что-то сказал? – Второй громила подошел к Тадаши и толкнул того так, что он не смог удержаться на ногах. – Мы ведь можем рассказать не только твоему дружку, но и всей школе. Как тебе такой вариант? – Парень наклонился к веснушчатому. – А сейчас повтори то, что сказал минуту назад. – Ответом была тишина. – Впредь, веди себя попокорнее... – напоследок сказал он. Прозвенел звонок, и Тсукишима быстрыми шагами направился в класс. Он сел за парту и начал выжидающе смотреть на дверь. Сначала в класс входит помощник старосты, у него какое-то слишком довольное лицо. Потом еще какие-то две девушки. Вот в дверном проеме появляется Ямагучи, лицо его грустное, ощущение такое, что он вот-вот расплачется. Однако тот заметил блондина и тут же улыбнулся. Улыбка была натянутой, и от этого что-то защемило внутри. – Доброе утро, Тсукки. – Парень все так же улыбался. – Вот, твои конспекты, спасибо. – Веснушчатый протянул несколько тетрадок. – Ага. – Тсукишима все еще не отошел от увиденного. Тут в кабинет зашел учитель, и все разошлись по местам, начался урок. Шел он очень медленно, учитель объяснял новую тему. Вот только Кей не слушал, он думал. Почему Ямагучи не сказал, что над ним издеваются? Они ведь друзья? Нужно поговорить. Но, как это обычно бывает, не получилось. После урока Тадаши куда-то ушел, а вернулся только со звонком. На вопрос Тсукишимы где он был, парень ответил, что заносил какие-то книги в библиотеку. Подобное случилось и на следующей и последующей перемене, но вот после урока их попросили вместо дежурных убрать класс, потому как у тех были неотложные дела. Это было Кею на руку, наконец-то они одни и могут поговорить. – Эй, Ямагучи, – обратился парень. – Что, Тсукки? – Брюнет оторвался от мытья доски и посмотрел на Кея. – У тебя все хорошо, проблем нет? – Скрыть волнение не получалось. – Ну, только если вчера тест по японскому плохо написал, и нога немного побаливает, но скоро пройдет. – Парень улыбнулся, и снова как-то натянуто. – Я не об этом... И вообще, как ты умудрился так упасть?! – Тсукишима сам не понял, что его так разозлило: нежелание парня говорить или же необоснованное волнение. Хотя, почему необоснованное: он видел, как над другом издевались. Но что он хотел добиться расспросами, ведь Ямагучи никогда не жалуется. За все годы дружбы с веснушчатым Тсукишима ни разу не слышал, чтоб тот жаловался или ныл о своей несчастной жизни. Даже когда было очень плохо, Тадаши молчал и рассказывал, только если припереть к стенке и спросить в лицо, чего Кей делать пока не хотел. – Прости, Тсукки, оно само как-то вышло, поскользнулся и... – Ямагучи не договорил, его перебил блондин. – Ладно, заканчивай уже и пошли. – Разговор о чувствах так и не состоялся, сейчас назревала более крупная проблема. – Хорошо, Тсукки...