Похождения Хунты

      После нашей крайне успешной вылазки на базу Темных Недр Солнце умудрилась свалиться с простудой. Это было до смешного иронично: она смогла остановить вселенское зло, а ее собственный организм не справился с обычной болячкой. Но стоит отдать ей должное: она довольно быстро вернулась к учебе. Лиза говорила, что Анна, кажется, хочет стать ветеринаром. Если раньше я бы пожалел ее возможных пациентов, то сейчас я просто желал ей удачи. У меня уже не было мыслей, что есть что-то, с чем Солнце не справится.       Я сидел на заборе манежа после утренней прогулки. Расседланный Пепел топтался рядом, пофыркивая: он хотел еще пробежаться, ненавидел стоять на месте. Именно поэтому в последние дни он был особенно злобный, вынужденный проводить много времени в деннике.       С дерева сорвался пожелтевший листок и, подхваченный ветром, полетел, рисуя в воздухе спирали, подобно энергии Всадниц в Пандории. Его полет закончился, когда он опустился в лужу, пустив по ней рябь. Я наблюдал, как он плавал в ней, пока мохнатое вороное копыто не наступило на листок, утопив его в мутной воде. Подняв взгляд на коня, я нахмурил брови. Пепел недовольно заржал.       Я почти уверен, что его бесит мое поведение. Мне что, уже похандрить нельзя?       Последние дни какая-то слабость в теле и голова болит чаще, чем обычно. Чувствую себя опустошенным. Линда сказала, что это из-за погоды. Она и вправду паршивая: частые дожди, голые деревья и пронизывающий ветер. Холодно даже днем, а ночью так все вообще инеем покрывается. Но все же дело не совсем в ней.       Дело в Лизе.       Точнее в ее отсутствие.       Уже полторы недели я почти не вижу ее. Она практически не приходит в конюшню и не разрешает мне заглядывать к ней домой. Жалуется на учебу и зверскую школьную программу.       Я привык, что ее много. Без нее жизнь стала серой и тоскливой. Стала... такой же, какой она была до ее появления? Да, именно так. Мне не нравится такая жизнь.       Сейчас Лиза в школе. В голове щелкнул внезапно осознанный факт: я ни разу не встречал Лизу оттуда. Это ведь лишнее время, проведенное с ней.       Поднявшись с забора, я загнал Пепла в леваду и бодрой походкой отправился к выходу из конюшен, обходя лужи. Из-за непроглядных туч я не мог определить примерное время, но внутренние часы подсказывали мне, что пешком я доберусь как раз к концу уроков.       Пока я шел через лес, начался дождь. Замечательно.       Я остановился под деревом около школы. Я пришел рано, в окнах были видны уставшие физиономии учеников. Лизы я среди них не увидел и, закрыв глаза, задремал под шум дождя, прислонившись к стволу.       Меня разбудил шквал голосов. Лениво приподняв веки, я наблюдал, как из дверей школы сыпался народ. Мне на глаза попались несколько рыжих, но Лизы среди них не оказалось. Блеск золотых, даже в такую мрачную погоду, волос заставил меня окончательно проснуться. Солнце собственной персоной. А где одна Всадница, там неподалеку и другая.       Но на мое удивление принцесса шла с неизвестной мне девчонкой. За ними появились Молния и Луна. Я уже начал переживать, нервно барабаня пальцами по коре, когда наконец из школы выскочила Лиза.       Покружившись под дождем, она засмеялась, раскинув руки и поставив лицо холодным каплям. Чего творит, дура, заболеет же.       - Лиз, давай под зонт. Простынешь ведь, - меня передернуло. Швабра. Сколько заботы в его голосе, аж тошнит.       Они спустились по ступенькам и направились в мою сторону. Я вышел к ним навстречу. Вид у меня был мрачный, даже дождь поубавил свой пыл. - Сегодня у тебя как обычно? - не замечая меня, спросил швабра у Лизы. Она кивнула в ответ, а у меня дыхание сперло. Я чуть не задохнулся от бешенства и собирался рявкнуть что-нибудь, чтобы они подскочили, когда чихнул. Как-то глупо и нелепо чихнул. Это было похоже на урчащий живот. Я бы даже смутился, если бы не хотел прямо сейчас оторвать швабре голову.       Тут-то они меня и заметили. Губы Лизы растянулись в сомнительной нервной улыбке. - Хантер. Будь здоров.       Будь здоров?! Я вспыхнул. Пусть желает здоровья своему дружку, ему оно нужнее...       В носу зачесалось, и я снова чихнул. А потом меня затрясло. И я не сразу понял, что это было не столько от злости, сколько от холода.       Я замерз.       На мгновение у меня помутнело в глазах, и я заморгал. Затряс головой и пошатнулся. Выглядел я наверное жутко растерянным, позор какой. - Хант? - голос Лизы донесся будто откуда-то издалека. - Хант! – Она бросилась ко мне.       Холодная ладошка коснулась моего лба. На лице Лизы отразилось беспокойство. - Боже, да у тебя жар! - воскликнула она. - Кто по такому холоду без куртки ходит?! - с упреком посмотрела на меня Звездочка. - Жар? - сипло переспросил я. - Какой жар? - Видимо, сильный, - пробормотала в ответ Лиза. - Ты заболел, глупый! Пошли быстрей.       Заболел? Что за глупости. Я не мог заболеть. Никогда не болел. Меня не брали эти земные вирусы. Просто устал, наверное. В голове загудело, и я закрыл глаза. А когда открыл, мы уже шли по городу. Точнее Лиза тащила меня. Я даже не помнил, как мы отошли от школы. Там же был швабра? Я должен был с ним переговорить. Или я переговорил. Черт, да что такое.       Мимо мелькали люди, дома, лошади, разноцветные зонты и у меня закружилась голова. Пришел я в себя уже перед дверью в свою квартиру. Кажется, Звездочка попросила меня достать ключи. Я полез в карман, с трудом там что-то нащупал и протянул Лизе.       Когда наши руки соприкоснулись, мои ладони охватил огонь. Пламя тут же перебежало на Звездочку. Она начала гореть заживо. Я отдернул руку, но было поздно. В нос ударил запах горелого человеческого мяса и паленых волос. Меня затошнило. Я с ужасом смотрел, как Лиза превращается в уголек, и ничего не мог сделать. Хотел кричать, но не получалось. А вот она завопила, так истошно и пронзительно, что я закрыл уши руками и попятился. - Зачем ты это делаешь? - хрипела Лиза. - Пожалуйста, прекрати! - Я... я не могу! Ты сгораешь из-за меня. Я убиваю тебя, - я тряс головой, не в силах сделать большего. - Вот это плющит тебя, - словно сквозь пелену сна со мной кто-то говорил.       Стоп. Лиза?       Я открыл глаза. Звездочка открыла дверь и завела меня. Живая и не обгоревшая. Я не успел разобраться: меня снова замутило. Сознание возвращалось обрывками.       Грохот, словно что-то упало, бормотание, шум воды.       Холодно, тепло, холодно, тепло.       Тошнит.       Где-то в темноте трещит огонь.       Кто-то гладит по волосам.       Все-таки тепло. ***       Я проснулся у себя в кровати. Она заскрипела, когда я приподнялся, чтобы оглядеться. Гх, все тело ломит. Со лба упала влажная тряпка. Я удивленно на нее посмотрел. Это Лиза сделала? Я забегал глазами в поисках Звездочки. Нашлась она сразу: свернувшись калачиком, она лежала рядом и, кажется, спала. В руке у нее было зажато что-то блестящее. Она уложила меня в кровать? Просидела со мной все это время? Долго я спал? За окном темно.       Я попробовал бесшумно подняться, но голова дико болела. Я пощупал свой лоб. Уходя под волосы, нащупывалась шишка. На левой руке обнаружились приличные синяки. Я еще и подраться с кем-то успел? Ничего не помню.       Я сделал еще одну попытку встать, но кровать предательски завыла. Лиза подорвалась, тыкая в меня блестящей упаковкой, в которой я узнал таблетки: - Постельныйрежим, - сонно протараторила она, с трудом разлепляя веки. - И тебе... - я запнулся, потому что говорить было больно, а голос мой напоминал хриплое ржание Пепла.       Звездочка даже глаза открыла. - Ого-го. Довыпендривался, да? Походил под дождем в одной рубашке? Совсем свихнулся, дурак?! - крикнула она, пригрозив мне бедными таблетками, сжатыми в кулаке.       Я не нашел ничего лучше, как чихнуть. Звездочка устало выдохнула и присела рядом, прислонившись ко мне плечом: - Я же испугалась. Почему ты так безответственно относишься к своему здоровью? Я всего на неделю тебя оставила.       Я хотел что-то прохрипеть в свое оправдание, но тут на глаза мне попался мой торс. Не футболка или рубашка, а именно торс. Без одежды. Секундочку, я что, голый?!       У меня аж глаза округлились.       Лиза заметила мою панику: - Трусы я с тебя снимать не рискнула, не переживай, - пробубнила она, превращаясь в красный пузырь и отводя взгляд.       Уже легче. Я поднял руку и указал на синяк. - Подрался? - выдавил я хрип. - Да не, это я тебя уронила. Пару раз. Извини, - Звездочка понурила голову, - без сознания ты тяжелее, чем кажешься.       Лиза таскала меня на себе? Этот маленький человек?       Она столько для меня сделала. В очередной раз. А что я делаю в знак благодарности? Веду ее на смерть. Как-то еще дерьмовее я себя чувствую. - Спасибо, - я все же уткнулся носом ей в шею, хотя чувство вины сжирало изнутри.       Она засмеялась своим приятным, теплым смехом. Потрепав меня по голове, она подала мне стакан воды и таблетку и сказала выпить. Я все послушно выполнил, и меня повалили обратно на кровать. - А теперь спи. Завтра после школы загляну, договорились?       Я кивнул. Коснувшись губами моей щеки, Лиза убежала. Я думал, что до ее прихода буду изнывать от скуки, но болезнь сморила меня, и я практически сразу погрузился в темноту. ///       Мне опять снился сон. Только на этот раз он уже больше был похож на кошмар.       Лиза горела, снова горела заживо. Ее красные волосы чернели, превращаясь в пепел, кожа покрывалась волдырями и становилась месивом. Ничего не оставалось от той милой девушки, что я встретил в конюшне. Ничего, кроме ее глаз. С черного, обуглившегося тела на меня смотрели живые зеленые глаза, полные слез, боли и непонимания. Губы ее не шевелились, но я слышал шепот, тот самый вопрос.       "Зачем ты это делаешь?"       Я уставился в потолок. Действительно, зачем я это делаю?       Для хозяина.       Обязан ли я это делать?       Несомненно.       Почему?       Потому-то хозяин подарил мне жизнь. Я принадлежу ему.       Устраивает ли меня это?       Ни черта.       Гх, как все сложно.       Я присел на кровати, опустив ноги на пол. На тумбочке рядом лежал телефон. Новый. И я даже научился с ним жить, не разбивая: просто отключил звук. Взяв мобильник, я обнаружил одно сообщение от Кати и несколько от Лизы. Звездочка сообщила, какие таблетки она купила и как их принимать. От напарницы было всего два слова: «Есть задание».       Я закатил глаза. Опять в комплекс тащиться? Так еще и больному. Но видимо придется. Пепла брать нельзя. Будет странно, если я, будучи ходячим вирусом, припрусь в конюшню, чтобы на лошадке покататься.       Я собирался с болью в голове и предвкушением чего-то неприятного. Приняв лекарства, я отправился на базу, предусмотрительно надев куртку.       На мое счастье дождя сегодня не было, хотя зуб у меня все равно на зуб не попадал. По дороге меня несколько раз занесло, в глазах двоилось, и я чуть не упал. В голове каша.       В комплексе я нашел Катю сразу. Она стояла, сложив руки на каменной ограде, где обычно сидела. Перед ней в пластиковом стакане дымился кофе. Напарница, что-то обдумывая, мешала напиток палочкой.       Пока шел, я всеми способами откашливался, чтобы более менее восстановить голос. Говорить было уже не так тяжело, хотя горло по-прежнему будто кошки скребли. Я подошел к Кате, постаравшись сделать самое пофигистичное лицо, какое смог. - Чего хотела? – спросил я, посмотрев в сторону моря. - Быстро ты сегодня, - не отвлекаясь от кофе, произнесла напарница. После минутного молчания она резко развернулась, прищурившись: - Что с голосом? - А что с голосом? - Хрипишь больше обычного.       Мы некоторое время стояли в тишине: я старательно делал вид, что ничего не произошло, а Катя разглядывала меня. Я до последнего надеялся, что она не заметит, что я заболел, но распухший нос и покрасневшие глаза сами привлекали внимание. А вдобавок всему этому я еще и чихнул.       - Ты заболел! – вскинула брови напарница. – Могучий охотник сражен земной болезнью! – она прыснула.       Убью ее когда-нибудь, честное слово. - Сейчас в море выброшу, - рыкнул я.       Ее смех только громче стал. Подперев ладонью щеку, она ядовито улыбнулась и спросила мерзким голоском: - А поймать-то меня сможешь со своей болью в мышцах? - Ладно, я пошел, - развернувшись, я серьезно направился на выход. - Да стой ты. Такой большой мальчик, а обижаешься как маленькая девочка.       Дайте мне кто-нибудь сил не сломать ей хребет. Она, небось, забыла, как харкала кровью, когда я ей коленом в живот зарядил. - Ну не дуйся, Ханти, - из ее голоса пропала язвительность. – Мне просто нужно было снять напряжение. - Это необязательно делать на мне, - я недовольно посмотрел к ней. - Мне просто нравится твоя реакция. Ладно, к делу, - напарница сделал глоток уже остывшего кофе и скривилась. А потом подняла на меня достаточно подавленный для нее взгляд. Я такой ее никогда не видел. Даже жутко стало. - Я бы сказала, что мы оказались на грани полного поражения, - выдохнула Катя. - Как-то слишком пессимистично для тебя. - Я просто трезво мыслю. Сам подумай: если отложить нашу неприязнь к Джессике, мы должны признать, что она могущественна. И одолеть Солнце ей по силам. Да что там. Ей по силам одолеть всех, разве что с Молнией ей будет непросто. Но сейчас она едва ли не мертва. Попасть в портал в такой момент... Ладно, не важно. - Катя встряхнула волосы, возвращая холод во взгляде. - Пойдем.       Я молча последовал за ней. Интересно, как бы отреагировала Катя, узнав, что это я помог Солнцу разобраться с Джессикой и Сэндсом? Ну, если так подумать, я ответственно выполнял ее задание: довольно успешно вливался во вражеский коллектив. Выливаясь при этом из старого, но это уже мелочи. В кабинете напарница начала рыться в шкафчиках стола.       Катя протянула мне кинжал. Он был небольшим, но, взяв его, я почувствовал непонятную исходящую от него мощь, оружие буквально пульсировало энергией. Я взглянул на напарницу, изогнув бровь: - Ты чем его накачала? - Рукоять кинжала сделана из дерева с Пандории.       У меня от этого мирка мурашки бегают, а она туда за стройматериалом ходит. - Разве оттуда можно что-то уносить? - Ханти, ты недооцениваешь мощь нашей темной принцессы. Это не просто прозвище, ей действительно доступно больше, чем кому-либо еще из нас. Она подобна Солнцу. Черному Солнцу. Только Джессике позволено активничать в мире снов, без каких-либо тяжких для нас последствий. - Но это ей не особо помогло, верно? - Прекрати злорадствовать, - Катя сложила руки на груди. - Давай лучше поговорим о тебе. Насколько я могу судить, ты у Звезды на одном уровне важности с остальными Всадницами. Уровнем выше - Звездное Сияние. Нужно повысить тебя хотя бы до него.       Я опустился на стул и стал раскачивать кинжал. Я уже давно сам справляюсь, нет желания ее поучений слушать, но, видимо, придется. - Наибольшая возможность повышения близости существует, когда человек морально слаб, когда ему необходима поддержка. Например, когда он теряет кого-то близкого, - в этот момент глаза напарницы зловеще блеснули, а губы тронула хищная улыбка. - А это значит, что пришла пора урезать круг дорогих людей Звездочки. - Ты уверена, что если я пырну кого-нибудь близкого Звезды, то она воскликнет: «О Боже, это так круто! Давайте я отдам Хантеру своего коня и помогу освободить Гарнока!» ? – с сарказмом поинтересовался я. - Ну, во-первых, она не будет знать, что это твоих ручонок дело. А во-вторых, представь: ты милая и добрая девочка, у которой способность дарить жизнь… - тут я перестал ее слушать, потому что в мозгу в очередной раз щелкнула мысль.       Лиза может дарить жизнь. Может лечить. Какого черта я тогда тут с соплями хожу? Вряд ли ей захотелось просто в доктора поиграть. Что-то не так. - Поэтому… Хант, ты меня слушаешь или опять импровизировать собрался? – недовольно вернула меня к реальности Катя. - Болею. Повтори еще раз.       Нервно вздохнув, напарница пошла по второму кругу. Я должен был убить кого-нибудь из друзей Лизы. Но не просто убить, а сделать это так, чтобы она поняла, что она виновна в смерти товарища. А то есть – вырезать ее символ Всадницы на груди жертвы.       Ну уж нет, ей будет слишком больно. Звездочка от такого точно с ума сойдет. - Ты же знаешь, я не особо хорош в рисовании… - начал я отговариваться. - Слышать ничего не желаю! – Катя метнула глазами молнии. Что-то мне шептало на ухо, что если я продолжу спорить, она меня настоящей молнией одарит. - Если это не сделаю я, сделает кто-нибудь другой? – обреченно спросил я. - Если не сделаешь ты, это я. И поверь, ей будет куда больнее.       Понял, верю. - А что на счет отпечатков? Меня же могут поймать.       Напарница взвыла. - Мне тебе все разжевывать надо? Это – потусторонний материал, на нем могут остаться отпечатки только Джессики или Солнца. А теперь убирайся, глаза не мозоль. И да, не смей трогать Всадниц, они живые нужны.       Забавно, но с недавнего времени я и не хотел никого из них трогать.       Засунув кинжал за пояс, я шустро отправился на выход. Ко мне ведь должна была заглянуть Лиза.       На обратном пути я думал, кого выбрать в качестве жертвы. Убивать отца Лизы и делать ее сиротой не было желания. Других Всадниц трогать нельзя. Кто же еще есть близкий у Звездочки? Кто так бесит меня своим упорством? Кому бы я с огромным удовольствием вспорол живот? Жгучее чувство ненависти, ненависти к определенному человеку, поглотило меня, застилая глаза. Я оскалился мрачному лесу, ветер подбадривающе засвистел мне в ответ. Все же я с удовольствием выполню задание.

***

      Вернувшись домой, я принял теплый душ и забрался под одеяло. Обычно любил холод, любил пронизывающий ветер, любил дождь, но не эти скупые слезы неба, а настоящий ливень, идущий стеной. А сейчас хотелось закутаться и не вылезать вообще. Прогулялся по леску, и снова меня начало трясти.       Кажется, я вырубился, потому дверной звонок звонил долго и настойчиво. Стряхнув с себя одеяло и вместе с ним дремоту, я впустил Лизу внутрь. Точнее маленький ураган заботы и болтовни. - Ну что, как чувствуешь себя? Таблетки пил? Чего без носков?! Под одеяло пошел! Ты апельсины любишь? Вообще не важно, я слышала, что они полны витаминов, поэтому полюбишь, если что. И я тебе куриный бульончик принесла, мне его мама всегда в детстве готовила, когда я болела…       Черт, я бы вечно ее тарахтения слушал. Но чувствую я себя последней сволочью, особенно учетом того, что я должен сделать.       Пока я думал, Лиза нарыла себе ложку и сидела с полной готовностью начать меня кормить. - Ты же не серьезно? – не хватало мне еще с ложки есть. - На полном серьезе, - довольная, аж улыбка до ушей. - Давай я сам. - Ни-ни. Открывай рот.       Сейчас точно завою. Может мертвым притвориться? Или что меня тошнит? Или что я ел. Или… - Хант! Ну ты чего как маленький!       Аргх, надоели сравнивать меня с ребенком. Я просто за гордость свою переживаю. Она этого не перенесет. Мысленно переехав Лизу катком, я все-таки открыл рот. Теплый бульон оказался вкусным, даже несмотря на больное горло. С тарелкой мы быстро справились. - Ну что, не умер? – хмыкнула Звездочка, убирая контейнер. - Я-то нет, а вот моя самооценка – да. - Я принесу ей цветочек. Ну все, теперь отдыхай, - она посмотрела на часы. – А меня ждет проект.       В груди кольнуло чувство ревности: - Только проект?       Лиза замерла в дверях, переступила с ноги на ногу и затеребила шуршащий пакет. - Еще мой напарник по проекту, - наконец неуверенно ответила она. - Это же Джон, да? – я даже по имени его назвал, фу. - Это не мой выбор, нас так учитель распределил. Ты мне не веришь?       Я посмотрел на апельсины, на таблетки, на пустой контейнер у нее в пакете. Посмотрел в ее глаза, такие чистые, честные и горящие искренней обидой. И понял, что все же верю. - Конечно верю… - озвучил я свои мысли.       Звездочка улыбнулась и сбежала, хлопнув входной дверью. - … но это не значит, что я позволю швабре шастать к тебе домой, - закончил я, сжав в руке одеяло.