Сестренка...

      Учебные дни пролетали со скоростью света: уроки, дополнительные занятия, домашние задания… Я полностью погрузилась в учебу, желая узнать больше о новом для меня мире, и очень удивлялась, не замечая подобного у других. Хотя, может они уже освоились?..       Утро началось довольно спокойно. Я собирала сумку, Джинни куда-то убежала, Элис умывалась, а Роза расчесывала свои уже зеленые волосы. — Когда я узнаю имя виновника Зеленого Происшествия, буду убивать долго и мучительно, — шипела Лаури в первые дни.       Как позже рассказали близнецы, это их новая разработка. Красочный порошок держится четыре месяца и ничего не сможет обратить сие действие. Трансфигурация тоже не сработала. Так что большая часть Хогвартса и половина преподавателей расхаживали с ярко-зелеными волосами. Тихо злились, но все-таки смирились. «Чтоб на нас не подумали!», Фред и Джордж тоже ходили зелеными. А я радовалась, что не попалась. Не хотелось проверять слова Драко, что мне к лицу зеленый, таким образом. Я закончила свои сборы и жутко голодная пошла на завтрак. Вчера я совершенно забыла про ужин, засидевшись в библиотеке. — Ари! Доброе утро! — ко мне подбежал Юан Аберкромби. Веселый и очень умный мальчишка. Темные волосы, как всегда, собраны в невысокий короткий хвостик, а голубые глаза сияют. — Добрейшее, Юан. Ты что-то хотел? — улыбнулась я. Мы уже вышли из гостиной и шли к Большому залу. — Я снова не понял трансфигурацию. Профессор Макгонагаллл такими сложными словами говорит! У меня мозг взрывается, пока я пишу! — негодовал Юан. — А в библиотеку я зайти не успеваю! Ари, помоги, пожалуйста! — Аберкромби жалобно посмотрел на меня, дергая за рукав мантии. — Хорошо, Юан, помогу чем смогу. Давай сегодня после ужина в библиотеке? Там тихо и никто не будет мешать, — предложила я. — Конечно! Спасибо большое! А то Рон и Гермиона всегда очень заняты, — обиженно пробурчал он, — а говорили, что мы всегда можем подойти с вопросом и они помогут! — Ну не злись, Юан, у них в этом году СОВ, так что и ребят можно понять. Тем более, помимо учебы у них достаточно проблем. Так что, если понадобится помощь, подходи ко мне, чем смогу помогу, ладно? — улыбнулась я первокурснику. — Ладно, хорошего дня! — ярко улыбнулся он.       Мы как раз подошли к Большому залу и Аберкромби сел рядом со своими однокурсниками. Я нашла взглядом Джинни и села к ней. — Привет, Джин, — поздоровалась я, принимаясь за яичницу. — Привет. Готова к тесту по зельям? — тоскливо посмотрела она на меня, — Хотя, кого я спрашиваю? — фыркнула рыжая, размазывая кашу по тарелке. Я весело рассмеялась. — Джинни, в зельях нет ничего сложного, это как суп варить, но строго по рецепту! — Слава Мерлину, что Снейп не слышит тебя! Сравнить «тонкое искусство» с варкой супа! Ужас! — хохотала Уизли, а я спокойно продолжила свой завтрак. — Почему Гарри такой мрачный? — спросила я. С братом мы не пересекались почти неделю. Редкие разговоры за завтраком я не считаю. — Понятия не имею, — пожала плечами Джинни, — смотри, почта!       Заплатив за газету, Джинни развернула ее и громко охнула. С большой фотографии на нас смотрела Долорес Амбридж, которая широко улыбалась и моргала им из-под заголовка.

МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА

«Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий ему беспрецедентный контроль над Школой чародейства и волшебства «Хогвартс». «Последнее время министр с растущим беспокойством следил за деятельностью Хогвартса, — сообщил нам младший помощник министра Перси Уизли. — Нынешнее решение принято в связи с озабоченностью родителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении». За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для совершенствования образовательного процесса в Школе волшебства. Не далее как 30 августа был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, Министерство само подберет подходящего человека. «Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж, — заявил вчера вечером Уизли. — Дамблдор никого не нашел, и в результате министр назначил Амбридж. Выбор чрезвычайно удачный.» Коренным образом изменилось обучение защите от Темных искусств, а кроме того, министр обеспечен теперь текущей информацией о том, что на самом деле происходит в Хогвартсе. Этой последней функции Министерство придало официальный характер своим Декретом об образовании № 23, учреждающим должность генерального инспектора Хогвартса. «Это очередной решительный шаг министра в его стремлении остановить то, что многие считают упадком Хогвартса, — заявил Уизли. — Инспектор уполномочен инспектировать работу коллег-преподавателей, с тем чтобы поддерживался высокий уровень учебного процесса. Этот пост был предложен профессору Амбридж в дополнение к ее преподавательским обязанностям, и мы рады, что она согласилась». Родители учеников Хогвартса восприняли этот шаг с энтузиазмом. «Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своем уилтширском особняке мистер Люциус Малфой. — В последние годы многие из нас, кому небезразличны судьбы наших детей, были обеспокоены отдельными эксцентрическими решениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намерено отслеживать ситуацию в школе». К числу этих эксцентрических решений, безусловно, относятся спорные кадровые назначения, о которых уже писала газета; так, были зачислены в штат оборотень Римус Люпин, полувеликан Рубеус Хагрид и страдающий паранойей бывший мракоборец «Грозный Глаз» Грюм. Широко ходят слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом Верховный чародей Визенгамота и президент Международной конфедерации магов, уже не в состоянии выполнять обязанности руководителя престижной школы «Хогвартс». «Считаю, что назначение генерального инспектора — первый шаг к тому чтобы Хогвартс получил директора, которому мы можем полностью доверять, — заявил вчера вечером осведомленный сотрудник Министерства». В знак протеста против учреждения должности инспектора старейшины Визенгамота Гризельда Марчбэнкс и Тиберий Огден подали в отставку. «Хогвартс школа, а не филиал учреждения Корнелиуса Фаджа, — сказала мадам Марчбэнкс. — Это очередная возмутительная попытка дискредитировать Альбуса Дамблдора». (Подробно о предполагаемых связях мадам Марчбэнкс с подрывными организациями гоблинов — на стр. 17)». — Джинни, чувствую я, будет весело… — мрачно посмотрела я на подругу. — Очень весело…

***

Сдвоенные зелья пролетели незаметно, как и История магии, на которой профессор Бинс снова рассказывал о войне с гоблинами. И вот настало время сдвоенного ЗоТИ. Уроки у Амбридж проходили однообразно. Использовать палочки было запрещено, ученики просто читали. Амбридж уже ждала нас в классе. Она напевала под нос и чему-то своему улыбалась. Достав учебники «Основы защиты от Тёмных искусств», я вместе с Джинни сели за парту. Профессор Амбридж призвала класс к порядку, и воцарилась тишина. — Волшебные палочки убрать, — с улыбкой распорядилась она, и оптимисты, вынувшие свои палочки, с сожалением спрятали их обратно в сумки. — На прошлом уроке мы закончили первую главу. Прошу раскрыть книги на странице двадцать три — приступаем к второй главе: «Классификация методов защиты». От разговоров можно воздержаться.       Все с той же широкой самодовольной улыбкой она села за стол. Ученики с громким вздохом разом раскрыли книги. Я подумала, хватит ли глав в книге на все уроки до конца года, и решила открыть страницу с оглавлением. Не хватит. Глав не хватит! Но что же тогда? Я задумчиво пролистала учебник до нужной главы. А Амбридж, кажется, не так проста!

***

— Алекс! — позвала я, заметив его в одном из коридоров, по пути на обед, — девочки, я вас догоню, хорошо? — Конечно, беги, — ухмыльнулась Элис.       Улыбнувшись девочкам, я направилась к слизеринцу. — Привет, как дела? — спросила я, обняв Алекса. — Отлично! Знаешь теперь каждый мой день прекрасен! Лицо Малфоя, когда он смотрит в зеркало… Ари, я вижу эту Тоску Зеленую каждый день, так что каждый мой день лучший, — довольно протянул Алекс, под мой смех. — Макгонагалл смешнее, — хихикнула я. — Драко все равно лучше. Такую королеву драмы еще поискать. — Возможно-возможно… Слушай, я сегодня глянула, сколько глав в учебнике ЗоТи. Их не хватит до конца года. — Что? — удивился Алекс. — Учебник с собой? — Конечно, я только после пары, — я быстро достала учебник и дала его Алексу. — И правда. Интересно, что мы будем делать, когда все… изучим? — задумчиво протянул он. — Алекс, у большинства слизеринцев родители занимают не последние должности в Министерстве. Поговорите на эту тему, пусть спросят. Амбридж преподает теоретический курс. Вдруг потом будет практический? — Все может быть… Ари я обожаю тебя и твой ум! — весело воскликнул Алекс и приобнял меня за плечи. — Я знаю, Алекс, — улыбнулась я. — Давай чуток ускоримся? Ну очень кушать хочется! — жалобно протянула я, глядя на парня. — Желание дамы — закон!

***

      Я отыскала брата за столом и, радуясь свободному местечку, села рядом. Но мой радостный настрой сразу пропал, стоило мне увидеть мрачный взгляд Гарри — Что снова случилось? — вздохнула я, уже без аппетита принимаясь за обед. Я люблю Гарри, но с ним очень сложно. Он хороший и добрый, но упрямый и вечно все усложняет. — Гарри наказан, — буркнул Рон. — В смысле? — удивилась я, но договорить мне не дала Анджелина. Она набросилась на него с таким криком, что профессор Макгонагалл прибежала к ним от преподавательского стола. — Мисс Джонсон, как вы смеете поднимать такой шум в Большом зале? Минус пять очков Гриффиндору! — Профессор, ведь он опять оставлен после уроков. Макгонагалл повернулась к нему:  — Что еще, Поттер? Наказаны? Кем? — Профессором Амбридж, — промямлил Гарри, боясь взглянуть в глаза за прямоугольными очками. — То есть как? — она понизила голос. — Несмотря на предупреждение, вы опять не сдержались на уроке профессора Амбридж? — Да, — потупясь, сказал Гарри. — Поттер, вы должны держать себя в руках! Вы напрашиваетесь на серьезные неприятности! Снимаю еще пять очков с Гриффиндора! — Но… почему? Профессор! — Гарри был взбешен этой несправедливостью. — Меня уже она наказала, почему еще вы отнимаете пять очков? — Потому что наказания на вас, очевидно, совсем не действуют, — едко ответила она. — Никаких возражений, Поттер! А что до вас, мисс Джонсон, впредь прошу упражнять голос на стадионе, если намерены остаться капитаном команды!       Профессор Макгонагалл зашагала обратно к преподавательскому столу. Анджелина наградила Гарри взглядом, полным отвращения, и удалилась, а он, кипя, сел обратно на скамью рядом с Роном. — Оштрафовала Гриффиндор за то, что мне каждый вечер взрезают руку! Это что, честно? — Нет, — сочувственно сказал Рон и положил на тарелку Гарри ломоть бекона. — Да она не в себе. Гермиона же только листала «Ежедневный пророк». — По-твоему, Макгонагалл права? — сердито обратился Гарри к портрету Корнелиуса Фаджа, скрывавшему лицо Гермионы.  — Мне жаль, что она оштрафовала тебя, но, по-моему, она правильно предупредила, чтобы ты не сцеплялся с Амбридж, — раздался голос Гермионы позади Фаджа, который энергично жестикулировал на первой странице и явно произносил какую-то речь. — Гарри, неужели для своего же блага ты не можешь держать себя в руках? — медленно закипала я. — Еще немного и я подумаю, что ты чертов мазохист. — Отлично, я во всем виноват! Спасибо за поддержку, Ари! — психанул Поттер. — Это действительно только твоя вина, Гарри, ты зря на меня шипишь. Я понимаю, что тебе не нравится Амбридж, не нравится происходящее, но от того, что ты будешь продолжать нарываться, никому лучше не станет. А хуже! И в первую очередь тебе! — жестко ответила я и посмотрела в глаза брату. — Смысл кричать, когда вокруг все глухи? — Предлагаешь сдаться и ничего не делать? — недовольно фыркнул он. — Предлагаю делать, а не болтать! — я встала из-за стола. Аппетит пропал окончательно.

***

      Остаток дня прошел спокойно. На ужин я не пошла, мне нужно было привести мысли в порядок. Да и эссе по Древним рунам само себя не напишет. Я помогла Юану, мальчик он умный, так что это не заняло много времени. В первое время я сама не понимала терминов в учебнике, благо Северус всегда отвечал на мои вопросы. Сейчас я как раз шла к нему. Надеюсь он все еще в кабинете, потому что где искать его, я не имею ни малейшего понятия. Подземелья мне нравились. Несмотря на то, что здесь довольно… прохладно, есть что-то особенно таинственное в этой части замка. — Профессор Снейп, вы здесь? — постучалась я в дверь кабинета. — Входите, — раздался холодный голос Сева, приглушенный дверью. — Мисс Грант, не ожидал увидеть вас здесь в это время, — оторвался от, видимо, эссе студента, профессор. — Что-то случилось? — Добрый вечер, — улыбнулась я, и, устало вздохнув, села за первую парту, — как у вас тихо и спокойно. — Одна из привилегий бытия Ужасом Подземелий, — усмехнулся Сев. — Сбежали от шумных одногруппников? — Просто сбежала. Здесь меня точно искать не будут, — я сложила руки на стол и положила голову на них. — Вы не будете против моей компании? Могу помочь с проверкой эссе? Или что-нибудь еще? — Вам нечем заняться? — вскинул бровь Сев. — Все задания выполнены полчаса назад. Даже младшим помочь успела, — усмехнулась я. — А пытаться достучаться до упрямых оленей уже нет сил. Профессор Снейп, вы моя единственная надежда на сохранения рассудка, — развела руками я. — Что же, в этой школе слишком мало разумных, так что я просто обязан спасти вас, — ухмыльнулся Сев. Отлевитировав мне стопку пергаментов он вернулся к своим. — Второй курс, работа по Дыбоволосному зелью. — Есть, сэр!       Медленно, но верно, мои глаза сначала становились как блюдечки, а спустя еще полчаса, как мне кажется, начался нервный тик. Я покосилась на Северуса. Он самозабвенно черкал что-то в пергаменте и спокойно откладывал, брал следующую работу, проверял, черкал, откладывал. — Профессор, это у вас нервы железные? Или вы под успокоительным? — нахмурилась я, возвращая взгляд на работу Энтони Мура с Пуффендуя. — Или это все шутка? — Мисс Грант, уверяю вас, это настоящие работы студентов, — сказал Сев. — И после этого постоянного издевательства эти… дети ждут, что я буду добрым и хорошим. — Какие… идиоты, — вздохнула я, искренне соболезнуя. Читать этот бред мне было больно почти физически. Хорошие работы были у студентов Когтеврана, у большей части Слизерина, совсем немного у Гриффиндора и Пуффендуя. — Предлагаю сделать перерыв на чай, ужин мы благополучно пропустили, — устало вздохнул Сев. Я как раз закончила со своей стопкой, работа мистера Энтони Мура была последней. — Полностью поддерживаю, нет ничего лучше хорошей чашки чая после сложного дня! — улыбнулась я.

***

      Северус заварил чай из своих личных запасов и приказал домовикам подать что-то к чаю. В уютной тишине, наслаждаясь необычным вкусом напитка, я чувствовала себя как никогда правильно. В этот миг, казалось, вся суета и проблемы отступили. — Вы говорили про упрямых оленей. Смею предположить, что речь идет о… мистере Поттере? — как бы без интереса поинтересовался Сев. — Вы абсолютно правы в своем предположении, профессор, — я поджала губы, вспомнив обеденный разговор. — Касается ли это профессора Амбридж? — скривил губы он. — Одна из причин. Вы знаете Гарри дольше меня, так что, я уверена, имеете понятие о его упрямстве и вспыльчивости, — Снейп кивнул на мои слова, — Этот… снова не сдержался на её уроке. Его снова ожидает отработка у профессора Амбридж, а ведь рана только начала заживать. — Рана? — нахмурился Сев. — Амбридж заставляет писать строчки Кровавым пером, — пояснила я, допивая свой чай. — Что это? — О, профессор, это очень интересно, потому что я не нашла ни одного упоминания ни в одной книге по артефакторике. И вообще ни в одной книге. Так что, полагаю, это изобретение самой мисс Амбридж. Это особое перо, при письме которым не требуется чернил. Пишущий использует для письма собственную кровь, а всё написанное на бумаге, как факсимиле, проявляется на тыльной стороне его руки. При этом присутствуют все болевые ощущения от порезов, которыми сопровождается эта процедура, — я правда пыталась найти хоть что-то об этом пере, но все мои поиски не дали результатов. Возможно я смогла бы найти что-либо похожее в Запретной секции, но доступа к ней у меня не было. — Занятная вещица, — задумчиво постучал по губе Сев. — Но вот что странно, телесные наказания запрещены, да и про меры наказания этой мадам директор должен знать. Как он это позволил? — хмурился он. А потом, словно вспомнив, что не один в классе, посмотрел на меня. — Никто не должен знать о нашем разговоре, хорошо? — Конечно, за кого вы меня принимаете? — фыркнула я. Вспомнив брата, я снова тяжело вздохнула. — Ясно. Я не он, Сев. Мы разные. Может кровь у нас и одна, но… — покачала я головой, рассматривая узор на чашке, — Я пытаюсь наладить с ним связь, я хочу быть рядом, быть ему семьей, но он… отдаляется. На Гриммо мы общались, он помогал, все было хорошо, но в Хогвартсе… словно другой человек, — расстроенная, я даже не заметила, как назвала профессора по имени. — Ари, — позвал меня Сев, заметив, что я крепко задумалась, — не принимай поступки Поттера близко к сердцу. Он эгоистичен и зациклен на себе, но, не верю, что говорю это, он не плохой человек. Дай ему время осознать. — Значит настойку растопырника пусть добывает сам? — улыбнулась я. — Именно. — Спасибо большое, что выслушал, — благодарно кивнула я, — и за то что спас тогда. — Не стоит благодарностей, Ари, — покачал головой Сев. — Стоит! Ты мне жизнь спас. Я этого не забуду, — покачала я головой. — Скоро отбой. Не хочу снимать баллы, вам пора, мисс Грант, — ответил Сев, давая понять, что на сегодня разговоров достаточно. — Доброй ночи, профессор Снейп. — Доброй ночи.

***

Мне не спалось. Мыслей в голове было слишком много, но думать сейчас я не могла. Завернувшись в плед, я решила спуститься в гостиную и посидеть у камина, но, тихо спускаясь по лестнице, услышала знакомые голоса. — Нам нужен учитель, настоящий, чтобы показал нам, как пользоваться заклинаниями, и поправил, если будем ошибаться. — Если вы о Люпине… — начал Гарри. — Нет, нет, не о Люпине, — сказала Гермиона. — Он занят в Ордене, да и часто встречаться с ним мы не сможем — только в Хогсмиде по выходным. — Тогда кто же? — нахмурясь, сказал Гарри. Гермиона глубоко вздохнула: — Разве не ясно? Ты, Гарри. Наступило молчание. Я замерла, с ужасом осознавая, что кажется ее слова возымели эффект, но немного другой, чем она ожидала. И что-то ей подсказывало, что неприятностей не избежать. — Что — я? — Ты будешь учить нас защите от Темных Искусств. — Это мысль, — протянул Рон. — Какая мысль? — спросил Гарри. — Чтобы ты нас учил. — Но… — Гарри заулыбался. — Я же не учитель. Я не могу… — Гарри, в этом году ты лучший по защите от Темных Искусств, — сказала Гермиона. — Я? — улыбка на его лице стала еще шире. — Ты же обошла меня на всех испытаниях… — На самом деле нет, — спокойно возразила Гермиона. — На третьем курсе ты был лучшим — это были первые настоящие испытания, и первый учитель, который знал предмет. Но я не об уроках говорю! Вспомни, что ты сделал! — Что я сделал? — Я не уверен, что хочу такого тупого учителя, — с ехидной сказал Рон. — Давай подумаем. Ага, в первый год ты спас от Сам-Знаешь-Кого философский камень. — Просто повезло, — сказал Гарри, — не от умения… — Во второй год ты убил василиска и уничтожил Реддла. — Да, но если бы не явился Фоукс… — В третий год, — Рон повысил голос, — ты отразил сотню дементоров… — Ты же знаешь — по чистой случайности, если бы не маховик времени… — В прошлом году, — Рон почти кричал, — ты снова схватился с Сам-Знаешь-Кем. — Да послушай же! Вы можете послушать? Все это звучит очень красиво, но мне просто везло — половину времени я сам не понимал, что делаю, ничего не планировал, действовал вслепую и почти всегда мне помогали. Что вы смеетесь, как будто лучше меня знаете? Я там был или кто? Я знаю, что там было, понятно? И выпутался не потому, что блестяще владею защитой от Темных Искусств, а потому… потому, что помощь приходила вовремя или правильно угадывал… все делал наобум, не соображая… КОНЧАЙТЕ РЖАТЬ! — послышался звон битой посуды, от которого я чуть не вскрикнула, но удержалась. — Вы не знаете, что это такое! Вы никогда с ним не сталкивались! Думаете, просто запомнил пяток заклинаний и пустил в него, как на уроке? Ты все время знаешь, что между тобой и смертью — ничего, кроме… твоих мозгов, или смелости, или чего там еще, — когда не теряешь рассудка, сознавая, что через микросекунду — конец или пытка… Или друзья умирают у тебя на глазах… Ничему такому нас в классах не учили, не объясняли, как с этим быть, а вы тут сидите с таким видом, как будто перед вами умненький мальчик, а Диггори был глуп, все не так сделал… Вы просто не понимаете, это вполне мог быть я, и так и было бы, если бы не нужен был Волан-де-Морту. — Ничего такого мы не говорили. И Диггори никто не винил, ты все неправильно… — опешил Рон. — Гарри, — робко сказала она, — неужели ты не понимаешь? Ведь именно поэтому мы и просим тебя… Мы хотим знать, каково это — очутиться лицом к лицу с Во… Волан-де-Мортом. Подумай об этом, — тихо сказала Гермиона. — Ладно? Ну, я пошла спать. Я быстро побежала обратно в комнату. Уже лежа на кровати, она осознала масштаб задумки Гермионы. Вряд ли эти занятия, если, конечно, Гарри согласится, а он согласится, будут только для Рона и Гермионы. Там будут все желающие «учиться защите по-настоящему». И, если Амбридж узнает, о спокойной жизни можно будет забыть. Надо что-то придумать. Надо поговорить с Гарри. Но лишь когда он сам подойдет. С этими мыслями я забылась беспокойным сном.