Не бросай меня, молю

— Всем слушать меня внимательно! — громко крикнула Мира. Оглядев гильдию, она импульсивно вытерла щеки от слез. — Чтобы о случившимся не болтали. Никто больше не должен знать, — встав на сцену, Штраус-старшая была рада, что ее родственники любят поспать. А Мастера зачем-то вызвала Полюшка к себе. — Если остальные узнают, они загнобят Бикслоу. Даже после случившегося, он остается нашим согильдийцем, — взглянув как МакГарден безмолвно глотает слезы, сердце официантки жалостливо сжалось. — Дикстон теперь наш и мы никому его не отдадим! — Правильно! Мальчик останется с нами, и плевать на идиота Бикслоу, — взлетев на пару метров от пола, прокричала Шарли.       Соглашающиеся, поддерживающие возгласы волшебников последовали незамедлительно. Истязая себя горечью вины за содеянное, Мира молчаливо сошла со сцены, удаляясь в подсобку. Проходя мимо туалета, она услышала протяжный стон Дикстона. Болезненно зажмурившись, пепельноволасая быстрее побежала в отдаленную комнату, где могла насладиться всеми прелестями самокопания. — Успокойся, — сидя на холодном кафельном полу, Заклинательница крепко обнимала малыша, прижимая его к себе. — Послушай меня, пожалуйста, — подтянув колени, девушка просто посадила мальчугана на них, смотря прямо в его лицо. — Слушай очень внимательно, хорошо? — честно заглянув в его личико, Хартфелия криво улыбнулась. — Ты приехал сюда, ища семью. И ты ее нашел! Понимаешь? Хвост Феи теперь твой дом, — нежно утирая щеки мальчишки от слёз, шептала волшебница. — Но он… — проскулил ребенок. — А мне плевать, что он там бормотал, — недовольно шикнула Люси, кивнув головой за пределы комнаты. — У меня своя голова на плечах, чтобы принимать решения. Заметь, правильные решения, — ласково заправив короткую, блондинистую прядь волос Дикстона за ухо, более искреннее улыбнулась ключница. — А сейчас успокойся, — услышав радостные крики за дверью, девушка радостно хихикнула. — Слышишь? Гильдия на моей стороне, — подмигнув мальчику, Хартфелия сдерживала собственную боль. Мало того, что она потеряла своего любимого, так он ещё и оказался редкостным подонком, который не готов отвечать за свои поступки. А на её руках сидел его сын, беззащитный, ищущий своего папу. Глаза жгло от подступающих слёз. — Люси, — громко плача, простонал Дикстон, прижимаясь к её теплому и доброму плечу. — Ну-ну-ну, что ты? Ты один из нас, а Хвостатые Феи просто так слёзы не тратят, — мягко поглаживая его спинку, продолжала успокаивающе нашёптывать Заклинательница. Захлёбываясь истерикой, ребенок просто плакал. Прислонив к нему свою голову, девушка медленно покачивалась из стороны в сторону.       Прошло не мало десятков минут, пока мальчишка полностью успокоился, прекращая всхлипывать и громко шмыгать носом. Посадив его к себе на бедро, Хартфелия включила тёплую воду, ласково умывая малыша от соленой влаги. Нежно улыбаясь, она обещала самой себе, что у неё будет достаточно времени, чтобы освободиться от удушающих слёз. А сейчас ей было необходимо показать Дикстону, что мир наполнен красками и то, что после того, как было очень плохо, всё становится в сто крат лучше.       Выйдя из туалета, гильдия встретила ребенка добрыми улыбками и сочувственным взглядом, направленный исключительно на Заклинательницу. Проходя мимо доски объявлений, Люси случайно заметила знакомый герб заказчика на одном из заданий. — Вот так удача! — радостно воскликнула она. На нее обратили внимание многие согильдийцы. — Ты только посмотри, — присев на корточки, волшебница показала лист задания мальчику. — Дикстон, ты когда-нибудь был в театре? — пускай сейчас было горько и обидно, но это совершенно не освобождало девушку от обязанностей опекунства. — А что это? — глупо осматривая листок, тихо спросил мальчуган. — Это прекрасное место. Там воплощаются множество интересных историй, иногда волшебных. Люди приходят посмотреть на то, как актёры исполняют роли известных персонажей. В театре можно с головой погрузиться в выдуманную историю, — стала объяснять мальчишке Люси. — А в нашем случае, еще и платят неплохо. И это полностью безопасно! — Как та сказка. Кто-то будет играть дракона, а кто-то злодеев? В живую? — посмотрев в глаза Хартфелии, спросил мальчик, неумело скрывая радость и предвкушение. — Именно так, ты всё правильно понял, — счастливо улыбнулась девушка. — Люси, а что ты делаешь? — только придя в гильдию, Хэппи тут же увидел напарницу. — А мы тебе не скажем, пока остальные не придут, — прижав к телу лист с заданием, лукаво проговорила Заклинательница, подмигнув Дикстону. Согласно кивнув головой, ребенок молчаливо пообещал не раскрыть тайну. — Люси, ты странная, — весело крича, кот полетел в сторону Шарли.       Волшебники, кто присутствовал при приезде Бикслоу и все слышали своими ушами, честно исполняли клятву. Никто из Хвостатых, кто пришел позже скандала, не узнал от них о случившимся. Как и остальные, Заклинательница не торопилась выставлять на всеобщее обозрение свои и Дикстона переживания.       Терпеливо ожидая прихода Грея и Эльзы, Хартфелия точно знала, стоит получить согласие Алой, как маги не смогут отказать девочкам в задании. Тихо переговариваясь с Нацу, девушка спокойно объясняла ему, что ей нужны деньги. При том, она искусно сохраняла секрет о том, зачем ей нужна была значительная сумма.       Аккуратно делая глотки остывшего чая, мальчик не вмешивался в разговор взрослых. Но присутствие разношерстных волшебников вносили свои коррективы в его поведение. Сжавшись, он плотно сидел возле блондинки, не делая лишних движений. — О, ребята, идите сюда, мы как раз вас ждем, — махнул рукой Драгнил, только заметив на пороге напарников. — Нацу, чего тебе надо? — нахально улыбаясь, Отмороженный, незаметно для себя, уже расстегивал пуговицы на рубашке. — Эльза, ты не хотела бы пойти на это задание? — не давая информации магу льда, Заклинательница незамедлительно пошла в атаку, агитируя единственного человека, против слова которого, никто не будет против. — Мы немедленно выезжаем! — счастливо воскликнула Алая. — Дикстон, ты слышал? Мы с тобой едем в театр, — проведя ладонью по волосам ребенка, нежно улыбнулась Хартфелия. — Театр?! — ужаснувшись, на всю гильдию прокричал Хэппи.       Весело посмеявшись, ключница попросила дать ей два часа на сборы. Ещё нужно было предупредить Мастера, что она с ребёнком уезжает на задание. Ей казалось, это было самое правильное, что она могла сделать сейчас. Старик искренне переживал за малыша и раньше остальных должен был знать о его передвижениях.       Робко поднявшись на второй этаж, девушка тихо постучала в дверь кабинета Макарова. Крепче сжав пальчики девушки, Дикстон слегка нахмурил брови. — Да, войдите, — устало ответил Дреер-старший. Стоило старику увидеть своих гостей, как его настроение тут же изменилось. На лице появилась самая доброжелательная улыбка. - О, кого я вижу, — пропел старичок. — Мастер, мы к вам по делу, — прикрыв за собой дверь, Заклинательница посадила мальчишку на мягкий диван, а сама подошла ближе к столу. — Что-то случилось? — по-доброму улыбался Макаров. — Нет, что вы. Все хорошо, — рассеянно махнула рукой девушка, не желая подставлять даже сейчас Бикслоу под удар гнева старика. — Дело в том, что мы с командой уезжаем на задание и берем с собой Дикстона, — заметив помрачневшее лицо Мастера, Люси торопливо заговорила. — Подработка в театре на пару недель. Вообще ничего опасного, да и ему будет познавательно и интересно, — указав ладонью на напряженного мальчугана, ласково улыбнулась Хартфелия. — Правда? — обернувшись, ключница внимательно посмотрела на ребенка. — Я хотел бы поехать, — смущаясь, тихо проговорил Дикстон. — Ладно, — после долгого молчания, тяжело выдохнул Дреер-старший. — Но лично под твою и Эльзы опеку. И чтобы ничего не ломали там, — весело погрозив кулачком в воздухе, посмеивался Мастер. — Это уж как получится, — просто дернув плечами, хихикнула Заклинательница. — Ладно, мы пойдем собираться, я только хотела вас предупредить о нашем отсутствии, — протянув руку мальчику, Люси подошла к дивану. Быстро спрыгнув, он крепко взял ее ладонь, слабо кивнув головой, на прощание забавному старику.       Попрощавшись с Леви и расстроенной Мирой, Хартфелия и Дикстон вышли из гильдии. Заклинательнице необходимо было собрать некоторые вещи, а заодно вновь потревожить Деву. Сейчас была надежда только на Духа, что она сможет снабдить ключницу хоть минимальным количеством одежды для ребенка.       Спокойно сидя за столом и доедая шоколадный пончик, коробку которых ему подарила Венди, мальчик терпеливо ждал, когда Люси закончит со сборами. На счастье блондинки, Деве не нужно было подробно описывать список вещей. Девушка просто отдала хозяйке широкую спортивную сумку. В которой было достаточное количество нижнего белья; несколько пижам; пару футболок; теплые кофты; достаточно сменных штанов и парочка пар обуви как на улицу, так и мягкие тапочки.       От переизбытка эмоций, Хартфелия крепко обняла Духа и расцеловала ее, благодаря за помощь. Учтиво поклонившись, красная от смущения, Дева немедленно исчезла в золотой дымке. Оставив на потом покупку дополнительных средств гигиены для малыша. Люси украдкой взглянула на время. Её команда уже должна была быть на вокзале. Она опаздывает. — Дикстон, ты уже закончил? — услышав тихие шорохи на кухне, громко спросила Хартфелия. — Я не дотягиваюсь до раковины, — войдя в комнату, тихо сказал мальчик. — Оставь кружку на столе, хватай пончики. Я хватаю тебя и мы пулей бежим, опаздываем уже, — набрасывая на плечо увесистую спортивную сумку, тараторила девушка. Согласно кивнув головой, малыш вернулся в комнату крепко держа в руках коробку пончиков.       Посадив мальчика на свой бок, волшебница бегло оглядела комнату. Она ничего не забыла. Схватив ручку своего чемоданчика, она выбежала из квартиры, не забыв запереть дверь. Крепко держась за Заклинательницу, от ее бега ребенок весело подпрыгивал. От чего-то ему было смешно смотреть на златовласку. Он понимал серьёзность ситуации, но детская непосредственность медленно проявлялась под маской взрослой ответственности. Но стоило взглянуть на растрепанную, нагруженную сумками и спешащую девушку, как Дикстона разбирал смех.       Обняв ключницу за шею, мальчишка поджимал губы, скрывая своё веселье, боясь обидеть этим Люси. — Эльза, прости, пожалуйста, я вещи долго собирала. Не уследила за временем, — опустив ребенка на ноги, Хартфелия согнулась пополам, тяжело дыша. Обычно тратя на дорогу от дома до вокзала около тридцати минут быстрым шагом, сейчас заклинательница побила свой рекорд: она сумела добраться за двенадцать минут с секундами. Положив ладони на колени, девушка глубоко глотала воздух. — Ты живая? — плаксиво простонал Хэппи, присев на плечо Драгнила. — Живая-живая, — прохрипела ключница. — Ладно, — после долгого молчания, резко произнесла Алая. — Через пару минут подойдет следующий поезд, ничего страшного, что театр подождет нас чуть-чуть, — отвернув голову, подруга сложила руки на груди. — Тебе повезло, что она не стала ругаться, — присев на корточки, улыбнулся Грей. — Больше такого не повториться, — напряженно натянув губы, прошептала Хартфелия. Единственное, о чем она сейчас могла думать, так это об ударах пульса. Он бился у неё в голове. А пот со лба медленно сползал в глаза, вызывая жжение. Стоя рядом с девушкой, Дикстон крепко держался за край ее куртки, боясь быть потерянным среди густого потока пассажиров. — Нацу, а я говорил, что надо было зайти за Люси. А ты меня не послушал, — достав рыбку из узелка, сладко промямлил иксид.       «Они же ее друзья, зачем ей так просить прощение? Мы ведь не так сильно опоздали, а она торопилась», — внимательно посмотрев на Заклинательницу, мальчик встретил на её лице самую лучезарную улыбку в его жизни. «И чему она только радуется?» — смущенно подумалось мальчугану, когда он робко отвёл взгляд в сторону.       Удобно сев на креслах купе, Люси помогла Дикстону встать на колени возле окошка. Рядом с ней сидел Грей, а на против расположилась Эльза с бессознательным Драгнилом. Предполагая какие выступления будут в этот раз, кот чуть зло смотрел на напарницу. Помня прошлый провал, напарники предполагали, что больше никогда не согласятся на это задание. Алая с восхищением предлагала пьесы Шекспира, в ответ ей, Хартфелия робко шептала про добрые сказки, которые будут интересны не только детям, но и взрослым.       Спустя полтора часа дороги, ребенок задремал. Укрыв его тело своей курткой, Заклинательница осторожно положила его голову к себе на колени, нежно перебирая его волосы. — Люси, — тихо произнесла Алая. — Что сегодня произошло в гильдии, до того как мы все пришли? — строго посмотрев на волшебницу, задала свой вопрос девушка. — В смысле? — напряженно отведя взгляд, шепотом мямлила ключница. — Не прикидывайся, ты знаешь, о чём мы тебя спрашиваем, — сложив руки на груди, Грею и не требовалось смотреть на напарницу. Взглянув на мирное личико Дикстона, Хартфелия убедилась, что он крепко спит. — Мира вчера всё же позвонила Громовержцам. И потребовала срочного возвращения Бикслоу в гильдию, — тяжело выдохнула девушка. Друзья напряглись. — Все прошло ужасно. И это видел Дикстон, — грустно опустив голову, ещё тише прошептала Заклинательница. — Что он сделал? Неужели отказался от него? — встрепенулся Отмороженный, но сохраняя сравнительную тишину. — Можно и так сказать. Много гадостей наговорил. Хотя даже не видел сына. А я его два раза за это ударила, — мягко положив ладонь на детское плечико, тихо рассказывала Хартфелия. — А потом вышел он и… — волшебница запнулась. — Сказал то, на что не каждый и взрослый способен, — любяще улыбнувшись, Люси плотнее подоткнула свою куртку под спину мальчика. — Что он действительно ждет своего папу, что его папа добрый и сильный, а Бикслоу совсем на него не похож, — горько усмехнулась Заклинательница под конец. — А потом мы все решили, что не стоит об этом разглашать. Мира взяла честное слово с присутствующих, что остальные не узнают о происшествии. — Люси, ты серьезно? — присев на колено Отмороженного, плаксиво простонал Хэппи. — Мне не до шуток, — хмыкнула девушка. — Я ему ноги оторву, — гневно зарычала Алая, неосторожно ударив кулаком по голове Нацу. — Не стоит. Он сделал, что сделал. Это ничего не изменит, Дикстон теперь один из Хвоста Феи, пусть и не носит нашего знака. В нем наша кровь и, лично мне, глубоко плевать, что там орал Бикслоу. Так что, пожалуйста, — Хартфелия внимательно посмотрела в глаза подруги, — не поднимайте этот вопрос в гильдии. Особенно при Мастере. Бог знает, что он сделает с ним… — Ты защищаешь его? — зло рыкнул Грей. — Так же как и всех согильдийцев, — холодно отозвалась Люси.       Несколько десятков минут между друзьями царила удушающая тишина. Только после того, как Эльза взвесила все «за» и «против», она смогла согласиться с подругой. Не раскрывать остальным тайны, особенно Макарову. Он уже не молод и его сердце не вечно. Не стоило добавлять ему лишней боли, от безответственности его подопечных. А зная вспыльчивый характер Нацу, команда договорилась ничего не говорить и ему.       Сквозь сон, маленький Дикстон жалостливо позвал папу. Поежившись, он крепче сжал ткань от кофты Люси. Сердца Хвостатых волшебников обливались кровью. Когда-то, очень и очень давно, и они страдали. Каждый по своему, но боль от этого не была меньше. Единственное, что не дало им сойти с ума и пропасть, была гильдия. Новая семья, которая научила их заново улыбаться.       По прибытию в знакомый город, Дикстон беззащитно прижимался к Люси. Но списав все на зажатость, Заклинательница не обратила на этот факт должного внимания. Зайдя в отстроенный театр, волшебники встретили несчастного директора. От которого, в очередной раз, сбежали все актеры. А зная его характер, маги ни капли не удивились данному факту.       Отдав волшебникам несколько гримерных, мистер Рабьен тут же раздал новой труппе готовые сценарии. Читая текст, Драгнил застонал, что ему снова придется изображать дракона, с разницей, что его напарником, вторым драконом, будет Грей. Заварив на всех чай, Хартфелия поставила поднос на кофейный столик. Поджав губы, Дикстон открыл коробку с пончиками. Слегка помятые, они оставались такими же вкусными. Как раз хватало всем по одной сладости, кроме малыша. Переглянувшись, Эльза надломила свой десерт, поделившись половинкой с Отмороженным. В то время как Нацу, сделал тоже самое делясь с котом. Решив оставить несколько штучек еще и на утро, мальчик неровно сломал свой пончик, протягивая больший кусочек для Люси. Нежно поцеловав Дикстона в макушку Заклинательница, вопреки желанию ребенка, взяла у него меньшую часть. Скромно улыбнувшись, мальчишка откусил немного от края пончика. — Люси, а что ты делаешь? — на следующий день, когда парни узнавали план работы по установки и постройки реквизита, Хартфелия монотонно раскладывала по полочкам свои и мальчугана вещи. — Мы задержимся здесь ненадолго. Удобнее будет брать одежду из ящиков, чем рыться в сумках, — аккуратно сложив очередную футболку ребёнка, мило улыбнулась волшебница. — Одна кондитерская на весь город, как эти люди только живут, — возмущалась Эльза, громко закрыв за собой дверь. — Ты каждый раз удивляешься этому, — хихикнула Заклинательница. — Потому что каждый раз говорю с мэром, чтобы он установил как можно больше этих божественных храмов, — поставив несколько сумок на стол, продолжала ворчать подруга. — Кстати, я купила, что ты просила, — отставив в сторону небольшой сверток, улыбнулась Алая. — Спасибо большое, ты меня выручила, — взяв бумажный, объемный конверт, Люси присела возле мальчишки. — Дикстон, это теперь твоё. — Ты даришь это мне? — удивленно подняв брови, подозрительно оглядывая сверток, протянул ребенок. — И ещё не раз такое же подарю, открывай скорее, — сев на пол, мальчик аккуратно развернул пакет, не повредив обертку. Отложив свои покупки, Эльза с любопытством оглядывала мальчугана. Сверток разделился на две части. Открыв первый, мальчик увидел прозрачный пенал, в котором находилась красивая зубная щетка, несколько расчесок, отделение для ватных палочек и небольшой стаканчик. А во втором кейсе, почти такой же сумочке, набор маникюрных ножниц, термометр для комнаты и волшебный градусник. Оглядывая наборы, Дикстон счастливо улыбнулся. Впервые в жизни у него были собственные предметы гигиены, ещё ни кем не использованные. — Это правда мне?! Не жалко? — честно посмотрев на Люси, чуть взвизгнул малыш. — Почему это мне должно быть жалко для тебя чего-то? — удивилась девушка. — Это всё-всё твоё, — нежно проведя ладонью по двухцветным волосам ребенка, ещё шире улыбалась Заклинательница. — А ещё, — вступив в разговор, Алая присела на корточки, — пока мы будем работать, тебе может стать скучно. На этот случай я забежала в канцтовары, — достав из-за спины небольшую стопку журналов, она протянула их Дикстону. — В общем, вот. Ты мог бы рисовать и раскрашивать, чтобы не сильно скучать, — смешно подойдя ближе, не встав с корточек, Эльза дала в руки мальчика свои покупки. Толстенький альбом, и несколько красочных раскрасок. А на них лежал широкий набор цветных карандашей, брендовой фирмы. — Сегодня же нет никакого праздника, — восторженно оглядывая глянцевую обложку, на которой дракон извергал пламя, а рядом с ним стоят волшебник в мантии, тихо прошептал мальчуган. — Ты не надейся, я не передумаю, — хихикнула волшебница. — Это теперь твое. Мой личный подарок для тебя, примешь его? — чуть склонив голову, подмигнула ребёнку Эльза. — Да, — тут же отозвался мальчик, узнав, что за этим подарком нет злого умысла. — Спасибо большое. Я буду беречь это, — обнимая журналы, трепетно и коротко улыбнулся Дикстон. — Наоборот, — взъерошив волосы мальчишки, посмеялась Хартфелия. — Обязательно рисуй в них. Не храни как память, а как закончатся страницы, мы тебе новые купим. — Зачем, если можно сберечь это? — Для твоего развития, чтобы ты был не только добрым и сильным, но еще и умным. Все великие волшебники так росли, учились, — сложив ноги по-турецки улыбалась Заклинательница. — Правда? — вопросительно протянул мальчик. — Именно, — тихо подтвердила Алая. — Не люблю хвастаться, но я считаюсь одной из самых сильных магов Хвоста Феи. И тоже, в свое время, рисовала карандашами в альбомах, и раскрашивала картинки. А так же учила азбуку, прописи… — А что такое прописи? — любопытно наклонил голову Дикстон. Девушки расстроенно переглянусь между собой. — Это один из способов писать. Ты не умеешь? — ласково улыбнулась Люси. — Меня не учили этому, но я видел как другие писали. Это было красиво, — смущённо опустил голову ребёнок. — Тогда решено, когда вернемся, мы займемся твоей учебой. Мы всей гильдией научим тебя читать и писать.       Легко пересев за спину к малышу, Хартфелия бережно обняла его, рассеяно поцеловав в затылок. Мальчику нравилось такое проявление нежности, и заботы по отношению к нему. Но позволял он это исключительно только Заклинательнице. Девушка вызывала в нём интерес, всегда была добра к нему, внимательна. Даже ее строгость была пропитана лаской.       В последующие дни, Дикстон каждый вечер показывал магам свои успехи в рисовании. Каждый эскиз рисунка в раскраске он скрупулезно закрашивал разными цветами. С каждым новым творением у него получалось все лучше и лучше. В знак похвалы, Грей купил в городе маленькие стеклянные звездочки, которыми наполняют аквариумы для рыбок, даря по одной за каждую работу. Но бывало, что ребенку доставалось сразу несколько звездочек, к примеру в день, когда Дикстон раскрасил заснеженный холм, сделав из камней кристаллы изо льда.       Подготовка к выступлению шла полным ходом.

***

— Ты где был?! Я тебе сказал приехать утром, а ты только к вечеру явился! — услышав о возвращении напарника, Дреер, без стука, ворвался в его комнату. На крики предводителя, из своих номеров выбежали Фрид и Эвергрин. — Лексус, пожалуйста, — устало выдохнул Громовержец. — Давайте лучше к заданию перейдем? Что вам удалось узнать? — напряжённо проводя ладонями по лицу, на одном дыхании выговорил Бикслоу. — Нет, пока ты не объяснишь, что произошло в гильдии? Какая муха укусила Миру? — чуть усмирив свою ярость, Лексус оседлал единственный стул, внимательно смотря на измученного, даже отчаявшегося, друга. — Ты подрался? У тебя губа разбита, — присев на постель, рядом с другом, обеспокоенно спросила Эвер. В ответ, мужчина горько хмыкнул. — Это Люси меня так, — облизав кончиком языка запекшуюся кровь, волшебник безвольно сцепил пальцы, свесив руки с колен. — Что произошло? — плотно закрыв дверь комнаты, Джастин остался стоять у входа. — Что со мной может произойти? Я, как обычно, всё испортил, — совсем не весело посмеялся маг. — Давай по порядку, — выдохнул Дреер.       Тяжело выдохнув, Бикслоу собрался с мыслями и все рассказал. Когда пришёл к гильдии, отправил Мире одну из своих кукол, чтобы она знала о его приезде. А после поспешно выбежала Люси. Она много чего несвязно тараторила, но мужчина честно повторил все её слова команде. А когда произнес главную новость, в комнате воцарилась полная тишина. Его друзья, глупо хлопая ресницами, в шоковом состоянии смотрели на Бикслоу, не в силах связно что-либо сказать. — А потом я сглупил, — импульсивно взъерошив волосы, выплюнул маг. — Я испугался как подросток, что из-за ребенка Люси уйдёт. Мне тогда вообще много бреда в голову пришло. Ну, я всё и сказал ей, мол, врёт малой. Нет у меня детей и все такое, — Громовержец боялся посмотреть в глаза напарников. Ему перед самим собой было стыдно за низкий поступок, что уж говорить о публике. — А потом Люси меня ударила, а затем ещё раз добавила. Подонком и мерзавцем назвала. А затем случилось самое ужасное. Ребенок вышел, он слышал все мои слова, — резко встав, Бикслоу подошел к окну и раскрыл его. — Ребят, он действительно мой сын. Прямо точная копия, только цвет волос другой, — грустно усмехнулся маг. — И по характеру такой же. Он не стесняясь высказал то, что думал. — И что он тебе сказал? — тихо прошипел Лексус. — Сэр, всё, что сказала Люси, правда. Я жду моего папу. Он сильный, добрый и очень любит меня. Мои хозяева всегда об этом говорили мне, сколько себя помню. И я обязательно дождусь моего папу. А вы, совсем на него не похожи. Вы злой и слабый, — слово в слово процитировал Громовержец фразу ребенка, которая не выходила из его головы почти сутки. — Знаешь, у меня много в запасе слов, но даже они не охарактеризуют тебя, — быстро сократив расстояние, Фрид жестко дернул друга за плечо, поворачивая к себе лицом. А после со всей силы ударил в челюсть кулаком. — Как у тебя язык повернулся?! Как ты позволил себе такое? — опрокинув безвольного напарника на пол, Джастин гневно орал на него. Из волшебника медленно вырывалась вся тьма, которая в нем таилась. Тряся Бикслоу за ворот, он с ненавистью смотрел на него. — Я испугался, ясно?! — закричал в ответ Громовержец. — А если бы тебе Мира сказала, что в гильдию пришел твой ребенок? Ты бы спокойно улыбнулся и пошел покупать игрушки? Моя девушка познакомилась с моим сыном от другой женщины, которую вообще может и не помню! — Такого даже в дешёвом романе не встретишь, — тихо прошептала под нос Эвергрин. — Что ты собираешься делать? — с хрипом спросил Лексус. Ведь, если трезво посмотреть на ситуацию, обе стороны можно понять. С трудом, но можно. А Дреер, будучи не глупым мужчиной, прекрасно осознавал толику правоты своего друга и праведный гнев Хартфелии. — В первую очередь, разобраться с этим заданием. И как можно скорее. Хочу быстрее вернуться в гильдию и всё исправить, — ни секунды не думая над ответом, напряженно ответил Бикслоу. — Рад, что ты понимаешь, что накосячил. Сам натворил, сам и разгребать будешь, — строго и властно посмотрев на волшебника, холодно произнес Громовержец. — Знаешь, Лексус, — тихо произнесла Эвер с улыбкой на лице. — Только без обид, но такая ситуация, скорее могла произойти с тобой, — саркастично хихикнув, добавила девушка. — Я бы месяц в ступоре был, — рассмеялся Дреер, закрыв за собой дверь.

***

      Под конец недели, когда на следующий день была запланирована премьера, волшебники решили прогуляться по вечернему городу. — Дикстон, одевайся, мы идем гулять, — закрыв за собой дверь гримерной, и временной спальни, весело проговорила Хартфелия. — Я не хочу гулять, — отложив карандашик, спокойно ответил мальчик, опустив голову. — Погода чудесная, наконец-то потепление, хоть и кратковременное. Пойдем, будет весело, — присев на колени возле ребенка, нежно пропела волшебница. — Не пойду, — упрямо поджав губы, продолжал упрямиться мальчишка. — А почему? — наклонив голову, тихо поинтересовалась Заклинательница. Дикстон лишь сильнее сжал кулачки, продолжая смотреть на свои колени. — Люси, только вас и ждем, — в комнату вошла Эльза. — Ты знаешь, мы тут подумали… — лукаво протянула блондинка. — Устали мы что-то, лучше тут останемся, идите без нас, — махнув рукой, ключница наигранно-широко зевнула. — Ну смотрите, — подозрительно произнесла волшебница, медленно закрыв дверь. — Итак, — весело пропела Хартфелия, — чем займемся? — искоса посмотрев на мальчика, шире улыбнулась девушка. — А ничего, что ты осталась? Ты, вроде, так хотела пойти, — виновато посмотрев на Люси, поджал губы ребёнок. — Не так уж и сильно хотелось, — покачиваясь, ответила Хвостатая. — К тому же, что мне там делать без тебя. Скучно было бы. — Ничего страшного, если ты пойдешь. Я никуда из комнаты не уйду и буду ждать тебя, — тихо прошептал Дикстон. — Глупости какие, давай я тебе лучше почитаю? — неожиданно встав с пола, волшебница подошла к невысокому шкафу. — Я сегодня взяла у директора, на время, историю о пиратах, — заговорщически проговорив, Заклинательница, словно в доказательство, открыла страницу, где была гравюра большого корабля, с огромными парусами. — Хочешь послушать? — Хочу! — радостно воскликнул мальчуган. — Тогда убери все карандаши в коробку, а я приготовлю нам горячий шоколад с молоком и зефиром, — положив книгу на пол, девушка подошла к небольшой плите.       Когда две чашки, наполненные ароматной жидкостью, нашли свое место на полу, рядом с пушистым и теплым ковром. Люси подала пример Дикстону, удобно устроившись на животе. Она чуть откинула легкий плед, ожидая, когда малыш подползет к ней. Посоветовав пить шоколад, пока он горячий, так как позднее он станет менее вкусным, Хартфелия открыла книгу.       Увлекательная история рассказывала о смелых и свободных покорителях океана и воздуха. От них не было спасения. Они помогали обездоленным, и наказывали высокомерных. Обогащая свои карманы банкротством очередного вельможи. Заклинательница старалась смешно изменять голос, когда речь шла от лица злодея, чем вызывала тихие смешки от ребенка. В ответственные моменты битвы, малыш доверчиво обнимал руку девушки, искренне переживая за капитана и его команду.       Голос ключницы с каждым предложение становился все тише, а часы медленно отсчитывали минуты до десяти вечера. Мягкий и нежный тон волшебницы, сладко окутывал разум Дикстона, нагоняя на него незваную дремоту. А так хотелось дослушать историю до конца. Шепотом прочитав еще несколько глав, девушка убедилась, что ребенок крепко заснул. Хартфелия сама нехотя оторвалась от книги. Вложив между страниц закладку, она осторожно взяла мальчика на руки. Бережно обнимая его, она положила мальчишку на прохладную кровать. Заглушив свет лампы, Люси нежно укутала его одеялом. — А это безопасно? — стоя за кулисами, мальчуган с видимым испугом смотрел как Заклинательница висит связанная высоко над полом. — Конечно-конечно, верёвка прочная, — покусывая салфетку, директор пристально следил за исполнение его сценария.       Запинаясь в словах, Эльза, в образе смелого рыцаря, обещала наказать наглых драконов за их бесстыдное похищение его принцессы. Сидя в оболочках из сколоченных досок, парни периодически показывали зрителям свою магию. А Хэппи, в костюме сокола, который должен был выглядеть величественным, а на деле мешковато висел на коте, летал вокруг голов друзей, как бы мешая им прицелиться на рыцаре.       С тревогой смотря за спектаклем, Дикстон не сводил взгляда с Люси, каждую секунду ему казалось, что девушка сорвётся и пострадает. Опасно раскачиваясь, принцесса наигранно страдала от тугих пут, поторапливая возлюбленного скорее расправиться с драконами.       Случайно столкнувшись обшивками, Грей зло рыкнул на Драгнила. А тот не остался в долгу и ответил ему взаимностью. Между волшебниками завязалась словесная перепалка. Из-за их качки и ругани, хвост костюма Нацу, периодически задевал веревку, на которой висела ключница. Пытаясь обыграть ситуацию, Хартфелия, в образе несчастной принцессы, просила Эльзу, в образе прекрасного рыцаря, воспользоваться ситуацией и расправится со злыми драконами. Кивнув головой, Алая, образовала вокруг себя дугу из разнообразных мечей, направляя их на напарников.       В очередной раз столкнувшись с Отмороженным костюмами, Драгнил задел балку, на которой висела блондинка. Громко закричав, маленький мальчик выбежал на сцену. Позабыв, что в зале присутствует куча народа, он вертикально хлопнул в ладоши. Посмотрев за кулисы, он заметил стул и немедленно направил его к Заклинательнице.       Его глаза горели ярко зеленым светом. Подхватив стулом девушку, он мягко положил ее на бок, на полу. Высвободив магию из стула, он направил ее на костюм Нацу. Горизонтально хлопнув в ладоши, он заставил пасть костюма волшебника захлопнуться. После он сделал тоже самое и с Отмороженным. В это время, Алая успешно проткнула доски оболочек парой мечей. Вспомнив о спектакле, парни болезненно застонали внутри, будто подтверждая кончину драконов. — Люси, ты в порядке? — неуклюже упав на колени возле Хартфелии, жалостливо проскулил мальчик. Лихорадочно пытаясь развязать узлы, его глаза продолжали гореть зеленым светом. Поджав губы, он направил магию в веревку, от чего она, повинуясь желанию малыша, легко развязалась, освобождая принцессу от заточения. — Ты умеешь колдовать? — счастливо прикрикнула девушка. — Как это здорово! Чего ты сразу не сказал? — обнимая Дикстона, продолжала восхищаться волшебница. — Эй, что ты тут делаешь? — послышался недовольный мужской голос из зала. Мальчик испуганно вздрогнул, вспоминая ненавистного человека. — Мы тебя обыскались, голодранец! — встав со своего сидения, мужчина подошел ближе к сцене. — Кто по твоему должен убираться? Я что-ли?! — Хозяин, но ваш отец сам выгнал меня, — глубоко опустив голову, ребёнок отстранился от блондинки. — Мой папаша выжил из ума! Немедленно спускайся и отправляйся на свою работу, — поставив кулаки на талию, безумно рассмеялся мужчина. В темноте зала было не ясно какого он телосложения и как выглядит. Но голос у него был хриплым, а когда он повышал тон, слышался в гамме сопрано. — Именно это вы делать и должны, — гордо подняв голову, властно крикнула Хартфелия. Встав перед ребёнком, она закрыла его подолом своего платья. — Сейчас он волшебник гильдии Хвоста Феи! — Слыхали о такой? — к подруге подошла злая Эльза. — Но этот мальчишка обязан мне и моей семье! Вы не имеете прав на него, — взревел мужчина. — А этот вопрос вы можете обсудить с нашим Мастером. Одним из десяти богоизбранных магов, — продолжала настаивать Люси. — Мы не обязаны отдавать Дикстона такому червяку как вы. А за все оскорбления, которые вы только что употребили по отношению к сыну одного из Громовержцев, вы будете лично отвечать перед лицом Лексуса Дреера. Могущественного волшебника нашей гильдии, — положив ладонь на голову мальчика, Заклинательница ласково перебирала его волосы, чувствуя его дрожь, даже на расстоянии. — Да как вы смеете! — пискнул мужчина. — Вы хоть знаете, кто я? — Да, мелкий человечишка, который убежит отсюда в панике и в огне, — спустившись из своего костюма, безумно оскалился Драгнил. — Продемонстрировать? — Вы еще пожалеете об этом! — Прежде, чем действовать, настоятельно советую подумать. Мое имя Люсьена Хартфелия и у меня достаточно связей в высших кругах, чтобы пустить вас по миру побираться, — добавила свой последний и самый мощный аргумент заклинательница. После сказанного, в зале зашептались. Среди знати и торговцев, её фамилия всегда была на слуху. И даже тот факт, что ее отец разорился, не помешал бы ей напомнить о нескольких долгах благочестивым чиновникам. Смотря на волшебников, Дикстон восхищался их смелости и самоотверженности. Они выглядели как те пираты из книги. Честные, сильные и свободные. Усмирив свой страх перед многолетним мучителем, мальчик уверенно вышёл из-за юбки ключницы. — Я не пойду с вами. И никогда больше не вернусь! Я вырасту сильным и добрым волшебником. А если узнаю, что вы снова издеваетесь над маленькими, я найду вас тогда и накажу. Я останусь с Люси! — громко прокричал мальчуган, вызвав добрую улыбку на лицах напарников. — Охрана, этот мужчина мешает представлению, выставить вон его и занести его фамилию в чёрный список, — выйдя на сцену, спокойно произнёс мистер Рабьен. — В моём театре нет места подонкам, — махнув платком в воздухе, мужчина ближе подошёл к актерам. — Поприветствуйте главного персонажа сей пьесы. — Моего героя и спасителя, — взяв ребёнка на руки, счастливо улыбалась Люси, прижимаясь к нему щекой. Зал аплодировал стоя. Юноши свистели, девушки восхищенно визжали. Смутившись от такого внимания, малыш плотнее прижался к Хартфелии, скромно улыбаясь. С правой стороны послышался счастливый крик «Крутяк». Засверкали яркие вспышки фотокамеры.