Не бросай меня, молю

— Что с твоей рукой? — тихонько кашлянув, Алая подошла ближе к влюбленным. Бикслоу робко обнимал Хартфелию. Было непривычно показывать свои чувства всей гильдии, особенно нежность. — Я неудачно упала, — продолжительно промычав, Заклинательница все же придумала правдоподобную версию. — Я из-за этого и вернулась, — ласково отстранившись от мужчины, блондинка спрятала свой взгляд. — Мой знак гильдии поврежден, мне нужен новый, — нервно улыбаясь, прошептала девушка. — Покажи, — тут же засуетилась Полюшка, встав из-за стола. — Не стоит беспокоится, просто кожу содрала. Уже почти зажило, — спрятав руку за спиной, сильнее напряглась ключница, в то время как Кайрин горько усмехнулся такой нелепой лжи. — Она говорит правду, — вдруг посмеялась Первая. — Я была рядом с ней, когда она упала. И действительно, повреждение знака гильдии равносильно, фактически, исключению. К примеру, она меня сейчас не видит, — подбежав, девушка звонко щелкнула пальцами прямо возле носа подопечной. В целом, Мавис не лгала, говоря исключительные факты, но в тоже время она скрывала от волшебников правду. — Тогда чего ждем? — широко улыбнулся Макаров. — Мирочка, внучка, доставай печать, — сладко пропел старичок. — Мастер, как же я по вам соскучилась, — не удержав эмоции под контролем, прошептала Хартфелия. И лишь чуть позднее осознала, что сказала это вслух. Увидев Дреера-старшего, прямо как раньше. Как в прошлом году, ее сердце трепетно сжалось от щенячий радости. Он здесь. И будет теперь неизменно на своем посту хранителя гильдии. Нежно улыбнувшись, Бикслоу безмолвно забрал сына из рук Заклинательницы, мягко подталкивая ее к веселому старичку. — Ну и напугала же ты меня, — по-доброму прошептав, Макаров не хотел сейчас, или когда-нибудь еще, поднимать тему ее исчезновения. Волшебница вернулась в родные стены и это главное. Вскочив на один из столов, он по-отцовски расставил руки в стороны, желая крепко обнять девушку. Прогнать ее тревогу, которая была явно заметна. — Мастер, — едва слышно прошептав, Люси бережно обняла старика. Теперь она действительно почувствовала себя дома. — Ты кажешься мне знакомым… — подозрительно протянула Мира, вглядевшись в лицо Кайрина. Пискнув, Хартфелия вновь напряглась. Как она и предполагала, подругу не провести, и она действительно узнала в маге своего мучителя. Но ключница не планировала, что это произойдет так скоро, а учитывая, что именно она успела написать Дикстону про него, ситуация грозила обернуться грандиозным скандалом. — Я сейчас все объясню, — нехотя отстранившись от Макарова, пропищала волшебница. — Ох, я прямо оскорблен, — наигранно-расстроенно всплеснул руками в воздухе мужчина. Сняв с головы капюшон, он открыто посмотрел на официантку. Которая, буквально через несколько секунд, узнала мага. — Я искренне извиняюсь за прошлую встречу. Обстоятельства были напряженными, да и другие факторы, — Кайрин продолжал прямо смотреть в глаза дьяволицы. Ему действительно было стыдно, но не до такой степени, чтобы отводить взгляд как побитая собака. — Что было, то прошло, — вздернув носик к потолку, шикнула Мираджейн. После чего Люси значительно расслабилась. — Кстати, я слышал, что в гильдии Широ, — более серьезно произнес волшебник. — Откуда ты ее знаешь? — неожиданно вступил в разговор Лексус, мужчина чувствовал ответственность за пострадавшую блондинку. — Я ее друг, — совершенно спокойно сказал Кайрин.       Напряжение в гильдии росло бы и дальше, если не вмешался Мастер и Кана, объявляя всеобщую попойку, по двойному поводу. Пропустив мимо ушей перечисление, Хартфелия робко поглядывала на Бикслоу, который и не собирался отходить от нее дальше чем на шаг. Протянув правую руку вперед, девушка и не планировала значительно менять местоположение метки, из-за чего предпочла поставить новый знак, чуть-чуть выше повязки.       Даже с уговорами Мавис, мало кто поверил в то, что ключница неудачно упала на руку. Нет, это было вполне вероятно, особенно с ее рассеянностью. Но сомнения оставались. Даже со способностью Люси, невозможно так содрать кожу, что необходима перевязка на всю ладонь. Хвостатые понимали, что произошло нечто странное, а так же то, что их подруга много чего недоговаривает.       Решив, что мужская часть напарников уже ушли домой, ключница решила поприветствовать их завтра. Хотя очень хотелось познакомить Хэппи с Никсом. Два любителя свежей рыбки, по ее мнению, точно нашли бы общий язык. — А ты Эльза, правильно? — по-доброму улыбнулся Кайрин, подсев ближе к волшебнице. — Да, — не ожидав такого скорого диалога с незнакомцем, девушка чуть подавилась вином. — Люси рассказывала о тебе только хорошее, — шире улыбнулся мужчина, чем ввел Хвостатую в густой румянец. — Меня зовут Кайрин, приятно познакомиться, — протянув руку Алой, маг терпеливо ожидал, когда волшебница протянет свою ладонь в ответ. А когда ее пальчики, облаченные в доспехи коснулись кожи Кайрина, он, не сомневаясь, мимолетно поцеловал ее. — Люси, расскажи, а что ты делала весь этот месяц? Почему так долго не писала? — сидя на коленях Заклинательницы, Дикстон не прекращал нежных объятий, наслаждаясь ее теплом. Свету, который вновь вернулся к ней. — К нам каждую неделю приходили письма от твоего заказчика. Он так бурно описывал твои действия, нахваливал, — наполнив свою чашку чаем, протянула Мира. Хартфелия не сдержала саркастичной усмешки. Цыкнув сквозь зубы, она отвела взгляд в сторону. Девушка оскалилась.       «Эти ублюдки… Все предусмотрели, чтобы у них проблем не было. Мало им досталось, козлы!» — даже спустя столько времени, даже учитывая, что ключница успешно отомстила врагам, в ее душе все еще сидел червяк злости и ненависти к данным нелюдям. — Было очень не просто. Вырваться из дел, — стараясь подобрать слова, волшебницу так и разрывало закричать и высказать друзьям все, что она пережила последний месяц. Но язык не поворачивался испортить праздник. — Но теперь я здесь, так что все хорошо, — крепче обняв ребенка в руках, нервно улыбнулась Заклинательница. — Ты категорически не умеешь врать, — сложив руки на груди, прорычал Лексус. Мужчина лишь озвучил мысли многих. — Давайте переведем тему? — сделав несколько больших глотков вина, лукаво пропела Хартфелия. — Лучше расскажите, как у вас здесь дела были? — Не увиливай, — продолжал настаивать Дреер-младший. — Лексус, ну что ты хочешь услышать? — устало выдохнула блондинка, опустив голову. — Что моя слабость сыграла со мной, в очередной раз, злую шутку? — Люси хотела остановится. Внутри себя она кричала, приказывала себе закрыть рот. Но после парочки кружек вина, тело и язык работали автономно, совершенно независимо от мнения хозяйки. — Или то, что я снова поступила самонадеянно? Все эти письма чушь полная, вранье… — Заклинательница прикусила губы. — Ну же, договаривай, — властно произнес Дреер-младший. — Не хочу и не буду, — слишком тихо прошептала в ответ Хартфелия. — Извини, — ласково поцеловав Дикстона в щеку, девушка посадила его на край стойки. Без лишних слов встав с высокого стула, волшебница нежно провела рукой по плечу Бикслоу, будто говоря, что с ней все хорошо. Обманывала. — Пойду освежусь, — глубоко опустив голову, ключница направилась к лазарету, где были душевые кабинки. Где можно было уединиться в тишине. Лениво открыв глаза, Никстон нехотя повернулся со спины на живот медленно поднимаясь на лапы. — Она так помрачнела, — тихо прошептала Штраус-старшая. — Не удивительно, — активно болтая ножками, произнесла Вермилион. — Дайте ей немного времени, — неожиданно вступил в разговор Кайрин. — Люси не говорила подробностей, но учитывая то, что я видел своими глазами. Пережила она за этот месяц не мало. — Что произошло? — посадив сына рядом с собой, серьезно спросил Бикслоу. — Я не имею права рассказывать об этом. Правда. Даже если бы мог, не стал. О том задании только она может рассказать, — тяжело выдохнув, мужчина посмотрел в свой бокал коньяка. — Он прав, — предотвращая возможный скандал, вопросы, вступилась за гостя Мавис. — Когда она будет готова, сама расскажет.       «Ну вот чего они прицепились!» — хлопком закрыв дверь душевой, Хартфелия включила несколько кранов. Зажав ладонями края раковины, девушка глубоко склонилась. Шумно выдыхая она старалась успокоить в себе ту бурю, которая бушевала в ней в тот день. «Зачем им знать подробности?!» — стукнув правым кулаком по кафельному квадратику, ключница широко оскалилась. — Погоди, — заметив, что отец с сыном направились к лазарету, Кайрин мягко остановил их. — Оставьте ее. — Не лезь, — властно шикнул Бикслоу. Крепко держа ладонь Дикстона, волшебники торопливо обошли стойку. — С Люси все будет хорошо? — тихонько прошептал мальчик подняв высоко вверх голову. — Мы с тобой об этом позаботимся, — несколько раз чуть сжав ладонь, улыбнулся маг, взглянув на сына. Беззвучно открыв дверь лазарета, Громовержец замер. — Закрой глаза, хорошо? — взяв ребенка на руки, мужчина не хотел, чтобы Дикстон видел Широ, свою мать, на постели. Ему вообще хотелось бы избежать их знакомства. Безропотно зажмурив глаза, мальчуган крепко обнял шею отца, честно исполняя обещание. Сын Громовержца дрожал внутри. Он понимал, что Люси нужна их помощь, возможно даже, его помощь. Ведь не так давно она вывела его к свету и мальчик не хотел позволять себе оставить Заклинательницу наедине с собой. Не в этот раз. — Я сейчас выйду, — резко ответила девушка, после робкого стука в дверь. Ее голос был плаксивым, немного злым и печальным. — Открой, это мы, — тихо сказал Бикслоу. В душевой внезапно выключились все краны с водой и послышался громкий всхлип. — Просто открой дверь, — тяжело выдохнул маг. — Люси, это же мы, — проскулил Дикстон с закрытыми глазами. Шмыгнув носом, блондинка медленно отворила замок. Глубоко опустив голову, она приоткрыла дверь. Мягко толкая ее в сторону, Громовержец и не думал сдавать позиции. Зайдя в душевую комнату, он тихо закрыл дверь. — Можешь открыть глаза, — прошептал он сыну. И Дикстон в ту же секунду потянулся руками к ключнице. Слегка краснея, он хотел чтобы девушка обняла его. Прижала к себе. Как делала только она. Импульсивно вытерев щеки от влаги, она нервно улыбнулась, забирая ребенка к себе. — Давай присядем, — мужчина не спрашивал, не желал, ему было нужно, чтобы любимая успокоилась и рядом был именно он и Дикстон. Сам того не понимая до конца, он уже делал все, чтобы Хартфелия воспринимала его и сына как семью. Коротко кивнув головой, Заклинательница крепче обняла ребенка направляясь к невысокой банкетке у стены. Ущипнув свои брюки мужчина первым сел, зазывно похлопав свои колени. — Не издевайся, — безрадостно хихикнув, Люси стало чуть теплее от его заботы. Она понимала, что его беззаботное выражение лица — фальшь. Мужчина сейчас был на пределе из-за переживаний и нервозности, но сохранял видимость спокойствия ради нее, ради сына. — Кто из нас двоих еще издевается, — фыркнул он, — садись говорю, — Бикслоу нежно провел ладонью по ноге ключницы настойчиво направляя к себе. Покраснев, девушка аккуратно присела на одно его колено. — Тебе удобно, — поднял голову Дикстон, когда почувствовал как руки отца обняли не только его, но и уставшую блондинку. — Конечно, родной, — поправив волосы мальчика, положив их ласково на спину ребенка, улыбнулась Заклинательница. — Еще бы было не удобно, — усмехнулся волшебник, облокотившись спиной на стену. Мягко положив голову на его плечо, налегая на него всем телом, ключница эгоистично пользовалась его теплом, добротой, не в силах рассказать о том, что с ней произошло. Не в силах остаться с ним, до тех пор, пока не найдет Льва. Было чуть-чуть стыдно, но именно сейчас, в данное мгновение, Заклинательнице было спокойно. Она так долго скучала по своим мальчишкам и даже сейчас не могла насладиться их близостью. Внезапный гнев и истерика исчезли, спрятавшись где-то далеко в сердце. — Я соскучилась, — нежно поцеловав лобик Дикстона, Хартфелия сжала плечи, будто уменьшаясь в размерах, желая еще ближе прижаться к любимому мужчине. Прислонившись губами к макушке ключницы, Громовержец прикрыл глаза. Вместо того, чтобы почувствовать облегчение от того, что девушка вернулась наконец, он еще сильнее переживает. Одно дело читать ее письма, раз за разом, и узнавать о делах в более щадящем режиме. И другое дело, когда воочию видишь, что любимый человек пережил нечто страшное. А ты ни чем не можешь помочь, лишь безмолвно сидеть рядом и стараться успокоить ее. Такую беззащитную, несчастную. — Люси, я тоже скучал по тебе. Очень-очень сильно, — перебирая между пальчиками локоны Заклинательницы, широко улыбаясь, прошептал мальчик. — Я знаю, что ты сильная, но не уходи больше одна. А еще лучше вообще не уходи, — скромно потупив взгляд, продолжил малыш. Хартфелия уже вдохнула, чтобы начать что-то объяснять, как Бикслоу, фыркнув, поднял голову вверх. — Тебе не обязательно заниматься поиском Льва в одиночку, — мягко прошептал мужчина. — Но об этом мы поговорим дома, — прижав волшебников к своей груди, Громовержец поочередно поцеловал головы любимых.       Тихонько переговариваясь о пустяках, маг поймал себя на том, что постоянно смотрит на правую руку ключницы. Его раздирало любопытство и желание правды. Он определенно не верил в нелепую ложь Хартфелии и планировал добиться от нее ответа, когда они останутся наедине.       А сейчас, весь мир Громовержца уменьшился до пары квадратных метров. Было глубоко плевать на веселые крики друзей, которые доносились даже сюда. Было все равно даже на бывшую любовницу, которая лежит за стенкой. В его объятиях были главные люди в его жизни, на данный момент. И это чувство дарило невиданный покой его душе. Многие переживания отошли в дальний угол, ведь, когда сын сонно зевает, но честно борется со сном; когда любимая, любяще улыбаясь, целует щеку Дикстона; когда Люси крепко сжимает в кулак ткань его водолазки на спине, все становится таким незначительным. И этих мелочей было достаточно для счастья. Его сердце быстро ускорялось, а с лица не сходила широкая улыбка. Бикслоу было все равно, что он выглядит как глупец, умственно отсталый идиот. То, чего он желал несколько месяцев, он наконец-то получил. И был рад этому.       Тихонько спросив об ужине мальчика, Громовержец наигранно оскорбился. Пускай он еще только учиться быть отцом, но уже сейчас ни разу не допускал, не позволял себе, забыть о рационе сына. Хихикнув, блондинка предложила волшебникам отправится домой. — Я переночую в лазарете. Никс не поместится в твоей квартире, а оставлять его на улице, еще и одного, полное безумие. Он всех соседей перебудит стонами, — прижав голову ребенка к своей груди, Хартфелия незаметно поцеловала мужчину в уголок губ. — Я продал квартиру. Мы теперь живем в доме, — прислонившись щекой к голове ключницы, с удовольствием выдохнул маг. — Мы достроили его. — Никсу там хорошо будет, много места, — подняв голову, мальчуган с искренней надеждой вглядывался в карие глаза волшебницы. — Я уберу игрушки и он сможет спать на мягком ковре. Пойдем домой, Люси, — крепко прижавшись к телу Заклинательницы проскулил в конце Дикстон. — Если дела так обстоят, то я не могу отказаться, — ласково поцеловав макушку мальчишки, весело посмеялась блондинка. — Вот и отлично. Избежим всеобщей попойки и пойдем домой, — резко встав со скамьи громко рассмеялся Громовержец. Крепко держа Люси за талию он прижимал ее к своему боку, неся, словно матрац. Пока Дикстон удобно сидел на его руке. — Я в силах и сама идти, поставь меня где взял, — со смехом визжала Заклинательница. Чем сильно смешила маленького волшебника.       Выйдя из душевой, девушка почувствовала прохладу от окна. Посмотрев на блондинку, которая так и не приходила в сознание, Люси прикусила губу. Закрыв на замок створки, она сняла со второй кушетке плед и теплее укутала им Широ. Недовольно фыркнув, Бикслоу вытянул руку, поторапливая Хартфелию.       У двери лазарета несчастно лежал Никс. Повалившись на бок, он тихонько поскуливал. Рядом с ним, в нескольких шагах, стоял Арзак с Аской. Девочка очень хотела погладить большого, мохнатого медведя, но пряталась позади своего отца, боясь подойти ближе. — Никс, вставай лентяй, — заметив любопытство детей, Люси присела на корточки, взлохматив макушку зверя. Лениво прокряхтев, животное все же встало. — Не бойся, он безобиднее мухи. Идите оба сюда, — видя, что и Дикстону интересно, еще шире улыбнулась Заклинательница. — Ну же, Аска, смелее, — по-доброму хихикнул Арзак. Непоседливо почесав свой живот медведь широко зевнул, вызывая в детях страх и любопытство. — Безобиднее мухи, говоришь, — присев на корточки возле возлюбленной, Бикслоу медленно протянул руку к задней лапе Никса. Потрепав его за палец, мужчина вообще не заметил какой-либо реакции. — Да его хоть за уши тяни, ему все равно. Безразличен ко всему, кроме еды, — нервно посмеялась девушка. Обняв детей со спины, Хартфелия медленно делала короткие шаги к зверю. Который без энтузиазма наблюдал за ее действиями со стороны. — А теперь протяните руки, обещаю, ничего плохо не будет, — тихонько прошептала Заклинательница склонив голову. Нахмурив брови, смущенный, Дикстон подал пример для подруги. Никс наклонился. Чуть обнюхав пальчики мальчишки, он чувственно облизал его руку языком. А после проделал тот же фокус и с Коннелл-младшей. — Папа, он такой мягкий! — радостно смеялась Аска, прижимаясь щекой к животу медведя. — И сильный, — сидя на плече зверя, куда его посадила Хартфелия, восхищенно пропел мальчуган. — Люси, он непрошибаемый? — нервно посмеиваясь, Арзак видел, как Дикстон крепко сжимает ухо медведя, чтобы не упасть, а тот спокойно сидит, будто ничего не происходит. — Абсолютно, — хмыкнула Заклинательница.       Подошедшая Биска нежно обняла Хартфелию. Радуясь ее возвращению, она, на грани звука, сказала подруге, что Бикслоу места себе не находил без нее. Отказывался ехать на задания, пока она не вернется. Покраснев от такого откровения, девушка робко взглянула на возлюбленного. Громовержец сложил руки на груди, внимательно смотря на Дикстона, чтобы не свалился. А заметив взгляд Люси, широко улыбнулся ей. Он и не подозревал, что разговор был непосредственно о нем.       Забрав Аску, семья Коннеллов тепло попрощалась со всеми. А маленькая девочка, счастливо поблагодарила Заклинательницу. Что она разрешила ей потрогать мохнатого гостя.       Ключница же тоже не стала задерживаться, со своими волшебниками, в гильдии. Еще не успев спросить, Люси получила достаточно ясный ответ от Кайрина, что ему разрешили провести ночь в лазарете, возле Широ. Хартфелии незачем было переживать о друге.       Пообещав придти завтра, она нагло легла на Никса спина к спине. Будто он ходячий диван. Посадив на свой живот ребенка, компания медленно отправилась к загороду.       Тихонько ворча о лени Хвостатой, Бикслоу смиренно шел рядом с медведем, указывая ему дорогу. По его мнению, Никс отлично вписывался в ряды беспечных волшебников Хвоста Феи. В отличии от остальных, он имел завидное спокойствие. Которое сильно не хватало в гильдии. Одобрительно посмеявшись над умозаключениями мужчины, Люси безропотно согласилась с ним. — Утром посмотришь внешнюю обшивку дома, сейчас слишком темно и холодно. Ты ведь не против? — достав из кармана штанов ключи, маг обернулся, чтобы посмотреть на блондинку. Укутав мальчугана своим длинным плащом, девушка удобно положила голову на макушку зверя, чуть болтая свешенной ногой. — Совершенно не против, — тихонько прошептала Заклинательница ласково улыбнувшись Громовержцу. Чуть смутившись, Бикслоу поспешил отвернуться к двери, чтобы открыть замок. Его всегда удивляло и заставало врасплох проявление чувств Люси. Она могла в одну секунду злиться, метать вещи, а в другую крепко и безмолвно обнимать его. Вот и сейчас. Ее улыбка и любящий шепот пробуждали в мужчине трепет, что дыхание перехватывало. — Люси, я сейчас уберу игрушки, чтобы Никсу было где спать, — смущенно прошептал ребенок. — Хорошо, а я пока разогрею тебе молока перед сном, договорились? — лениво встав со спины медведя, выдохнула Хартфелия. Положив ладонь в пасть, на нижнюю часть челюсти, животного, ключница внимательно следила за тем, чтобы он ничего не разрушил, не сломал в новом доме. — Я сам все сделаю, а ты пока прими душ. Ты ведь с дороги, — нежно поцеловав висок любимой тихонько прошептал Громовержец. — Никса тогда с собой возьму, лапы ему за одно промою, а то сильно наследит, — робко покраснев, добавила Заклинательница.       Кивнув головой, мужчина согласился. Он безгранично доверял Люси, но и о безопасности сына не забывал. То, что медведь видит в хрупкой девушке хозяйку и беспрекословно подчиняется ей, еще не значит, что он будет таким же спокойным в ее отсутствие. Из-за чего ее предложение сильно сняло напряжение Бикслоу.       Пока Дикстон аккуратно убирал игрушки с ковра, расставляя их вдоль стенки, где был его личный гараж, Заклинательница со зверем сравнительно незаметно ушли в спальню, где была душевая комната.       Только открыв дверь, девушка заметила с левой стороны еще одну дверь, за которой была вместительная, но небольшая, гардеробная. С одной стороны висели вещи Бикслоу, с другой Люси. Казалось, что волшебница слишком много пропустила за время своего отсутствия. За нее уже решили, что они с Громовержцем будут жить вместе. Она этого боялась равно как и желала. Прикусив губу, Хартфелия тихо закрыла гардеробную, взяв перед этим свой спортивный костюм.       Сделав несколько шагов дальше, по прежнему держа ладонь в пасти Никса, ключница обомлела. Детали конечно были не те, но в общем, именно о такой спальне она мечтала. На стене изголовья аккуратно были развешаны тусклые лампы гирлянды. Почти ничего не освещая, они создавали домашний уют в комнате. Положив ладонь на кровать, девушка почувствовала невероятную мягкость пледа и самого матраца. Рука почти провалилась, будто в объемную перину. Люси посмеялась. Она так долго мечтала заснуть не на жесткой лежанке, в холоде, среди криков и дешевого, отвратительного, запаха. А именно на такой постели. Искоса посмотрев на дверь спальни, Хартфелия густо покраснела. За время ее отсутствия, Бикслоу позаботился обо всех мелочах. Это смущало. Заставляло влюбляться в этого мужчину вновь и вновь. Он никогда не перестанет ее удивлять.       В темноте было не разобрать другие предметы интерьера, поэтому Люси решила изучить это чуть позже. Она чувствовала, как от нее пахнет дорогой, сигаретами Кайрина, шерстью Никса. Да и потом слегка. Нервно дернувшись, она уверена прошла в душевую. Включив свет, Заклинательница задохнулась от восхищения.       Комната была до неприличия огромной. Раза в полтора больше чем спальня. У правой стены, от двери, расположилась большая ванная. Квадратная, вмонтированная прямо в стену, обшитая плиткой. Казалось, она всегда там была. Будто эту комнату установили сюда с помощью крана. Потому что ключнице не верилось, что такое можно создать из нескольких деталей. Подойдя ближе, Люси еще больше покраснела. Это была не ванная, а джакузи. И по видимому, очень дорогая.       У стены напротив двери находилась душевая кабинка. Застекленная с трех сторон, она была не меньше полутораметровой в своей площади. В мыслях всплыли воспоминания о прошлой ванной комнате, в квартире Бикслоу. И тут же ей представилось, как было бы здорово повторить прошлое в новых условиях. Более удобных.       Приложив прохладные пальчики к щекам, блондинка чувствовала жар на лице. Фыркнув на саму себя, она строго посмотрела на ленивого медведя, который любопытно обнюхивал комнату, предметы.       «Он уже и об этом успел позаботится», — под раковиной, которая была между джакузи и душевой, девушка нашла целый склад женских шампуней, гелей для тела, ополаскивателей. Довольно ухмыльнувшись, Заклинательница взяла несколько бутылок, будучи уже голой, зашла за стеклянную дверь. Никс, что-то лениво простонал растягиваясь на животе, во всю свою длину, на полу. Люси нарочито закрывала глаза, когда ее правая рука, свободная от бинтов, была в радиусе зрения. Ей самой было противно смотреть на рваный крест, перечеркивающий розовую хвостатую фею. — Расслабься, сейчас она выйдет, — подогрев ужин, Бикслоу ласково потрепал сына по макушке. Мальчик напряженно сидел на стуле, обняв ладонями свой стакан с молоком, он украдкой поглядывал в сторону спальни для взрослых, ожидая, что еще секунда и Заклинательница выйдет. — Да, она после дороги, — кивнул головой мальчишка, подтверждая, что понимает происходящее. — О чем болтаете? — встряхивая влажные волосы полотенцем, на кухню вышла блондинка. А за ней, неизменно, следовал Никс. Присев у стены, медведь, что-то ворча, недовольно вылизывал свою лапу от воды. — Люси! — радостно вскрикнул мальчик, подбежав к ней. Крепко обняв ее ноги, он ласково потерся щекой об нее. — А кто молоко допивать будет? — подняв его на руки, по-доброму хихикнула волшебница. Громовержец заметил, что ее правая ладонь снова закована в бинты и кожаную перчатку. Тяжело выдохнув, он устало мотнул головой. — С легким паром, Люси, — радостно улыбнулся Дикстон. Блондинка присела на стул, который был напротив стакана. Пододвинув его ближе к малышу, девушка любяще поцеловала его макушку. — Спасибо, — с наслаждением выдохнула она. Для истинного счастья нужно не так много, всего-то горячий душ, близкие люди и знакомые запахи, которые вызывают полное спокойствие у волшебницы. Но были и причины для беспокойства. Хартфелия до сих пор не объяснилась с Бикслоу. Хотела, но момента все не было. Напряжение между ними росло с каждой прожитой минутой.