Альфа в душе́

      Тихий, но настойчивый стук в дверь нарушил утреннюю тишину кабинета. Прежде чем раздалось приглашение, дверь приоткрылась, и в проёме показался Грэг. Он выглядел уставшим, под глазами залегли тёмные тени, но держался с привычной прямотой. Кивнув босу, он коротко спросил:       — Мистер Свифт, вызывали?       — Да, проходи, садись, — Свифт отложил папку и жестом указал на кресло напротив.       Грэг спокойно подошёл и уселся, положив руки на колени. Он чувствовал себя так, будто вернулся в этот кабинет два года назад — тем же неуверенным просителем, хотя и с опытом за плечами.       — До меня дошёл слух, что тебя уволила Эванджелина, — начал Свифт, сложив пальцы домиком. Его взгляд был внимательным, но не осуждающим. — Это правда?       — Да, — раздражённо выдохнул Грэгори, глядя куда-то в сторону, на чучело ястреба.       — Что произошло? Я знаю, ты не стал бы подводить без серьёзной причины.       — Да это чёртова альфачка мне за полгода все мозги вынесла! — не сдержался Грэг, с силой ударив кулаком по столу. Чашка с ручками вздрогнула и зазвенела. — Я ради неё из кожи вон лезу, ночью не сплю, пули за неё ловлю, а она!.. А она в итоге винит меня, что её ранили, когда я её из лап той шайки вырывал! Конечно, я понимаю, что это была моя промашка… Но за всё это время я ни разу не увидел от неё какого-то человеческого отношения… Простите…       — Тише-тише, Грэгори, — Свифт поднял руку, успокаивающе. — Выдохни. Эванджелина известна своим сложным характером. За право взять тебя в телохранители в нашей базе стоит около пятидесяти клиентов. Ты не пропадёшь. Если хочешь, найдём тебе работу прямо сегодня. Есть пара очень солидных заказов.       Грэг сжал переносицу, чувствуя, как напряжение медленно отступает.       — Позвольте мне сегодня отдохнуть. Последняя ночь была не из приятных.       — Хорошо, — недолго думая, согласился Свифт, почёсывая свою щетинистую щеку. — Заслуженный отдых. До завтра?       — До завтра, — улыбнувшись, кивнул Грэг и вышел из кабинета. Груз вины и злости с плеч не свалился, но хотя бы появилась уверенность, что земля под ногами не уходит.

***

      Возвращение домой всегда было другим видом терапии. Едва Грэг переступил порог их с Дэвом квартиры, как его встретил восторженный визг.       — Давай, Мики, иди к дяде Грэгу, — произнёс Грэг, опускаясь на корточки и широко расставляя руки.       Малыш, пухленький карапуз с тёмными кудряшками и огромными глазами Дэва, сосредоточенно переставлял свои крохотные ножки по ковру, держась за край дивана.       — Грэ-гри… — лепетал он, устремляясь к знакомым большим ладоням.       — Молодец! Вот так! — смеясь, произнёс Грэг и, дождавшись, когда Мики сделает последний шаг, резко и бережно подхватил его, подкинув в воздух.       — Ну, Грэги-и-и… — забеспокоился Дэв, выглядывая из кухни с половником в руке. — Уронишь же!       — Да чего ты раскудахтался? Всё будет хорошо, — прижимая к себе пахнущего молоком и детством малыша, успокоил его Грэгори. Он устроился с Мики на руках в кресле, и ребёнок тут же уютно уткнулся ему в плечо.       Дэв подошёл ближе, его лицо омрачилось лёгкой грустью.       — Ох, даже не знаю, что я скажу ему, когда он спросит про своего папу…       — Что-что? — Грэг фыркнул, глядя на приятеля. — Так и скажешь, что тебя оприходовал пару раз красавец-альфа, а как залетел, так он сразу в кусты. Да, Мики? — Он потыкал пальцем в мягкую щёчку малыша, и тот захихикал.       — Очень смешная шутка! — нахмурившись, вякнул Дэв, но в уголках его губ дрогнула улыбка. — Ладно, хватит тебя отвлекать. Как там на работе? Всё хорошо?       Грэг тяжело вздохнул и передал начавшего дремать Мики обратно в руки к Дэву.       — Ай, Эва — дура неблагодарная — уволила меня! И слава Богу! — он потянулся, слыша, как хрустят позвонки. — Работу новую завтра получу, а сегодня отдыхать буду. Настоящий, законный выходной.       Он плюхнулся на диван, с наслаждением растянувшись на знакомых вмятинах, и взял пульт от телевизора. Экран ожил, и громкое, пафосное пение Эванджелины, выступающей на каком-то благотворительном концерте, заполнило всю комнату.       Грэг смерил экран испепеляющим взглядом, тихонько отматерился и затем громко рявкнул, тыча в пульт:       — Да чтоб тебя танк переехал! Я спать!       Телевизор послушно щёлкнул и погрузил комнату в блаженную тишину. Грэг закрыл глаза, и впервые за долгие часы его лицо расслабилось в спокойной, настоящей улыбке. Здесь, среди своих, все неудачи казались временными.