Жизнь продолжается

К Малфой-Менору постепенно подкрадывалось Рождество. Все вокруг было пропитано духом этого праздника. Внутри поместья домовые эльфы украшали комнаты и готовились к празднику. Согласно обычаю, в Рождество принято ставить ель, украшая ее игрушками, праздничными лентами и мишурой. Исключением для этих традиций не стал и Менор. Камины в доме были украшены небольшими носочками, служившие, согласно традиции, как место для подарков, ну а входные двери украшал традиционный венок. В этом году праздничное настроение было более ощутимым, чем в прошлом. Погода будто бы подыгрывала людям, развеивая снег по каждой улице. Скульптуры, стоявшие в саду поместья, уже давно покрылись тонким слоем снега, а фонтан продолжал беспрерывно бить кристально чистую воду, словно летом. Дух Рождества не оставил без внимания и обитателей поместья Малфоев. Обстановка и прекрасный вид за окном так и накалял праздничное настроение. Собственно говоря, так бы оно и было, если бы не деловые встречи Люциуса Малфоя и Мастера Зелий в Министерство Магии, которые изрядно надоели не только им, но и детям. Возвращавшиеся с собраний, они приходили в поместье, не способны к хоть каким-то предпраздничным моментам по вечерам. Атмосферу праздника портило не только Министерство Магии, а и обязательные занятия зельеварением в лаборатории Северуса Снейпа. Но для Гарри и Драко эта подготовка к Рождеству не могла радовать так, как радовала бы всех остальных детей. Что касается Драко, то ему было непривычно праздновать такие праздники без матери. Ни один праздник их семья не пропускала и праздновала всем составом. Теперь же, когда Нарцисса была за тысячи километров от дома и главных мужчин в ее жизни, праздник не мог быть полноценным. Не то чтобы празднование в кругу крестного, Поттера и отца не нравилось Драко, но это было совершенно не то. Не то и все тут. Что до Гарри, то для мальчика Рождество, так же как и Драко, напоминало о маме. Разница – О, как она была велика! – была лишь в том, что миссис Малфой была в Париже, а Лили…Лили не могла находится бы вместе с сыном, даже если очень этого захотела. Но, как и гриффиндорец, так и слизеринец знали, что им не стоит этого показывать в открытую. Не стоит. Поэтому Гарри и Драко все чаще и чаще пытались переключится на другую тему, дабы не думать обо всем этом и окончательно не потерять предпраздничное настроение. Отвлечься им здорово помогал и Мастер Зелий, который то и дело твердил о занятиями зельеварением. Воистину праздничное настроение, что уж тут говорить! Стоит сказать, что именно занятием зельями сейчас и были заняты Поттер и Малфой. - Итак, Гарри, какие два основных ингредиента требуется для приготовления Бодрящего зелья? – исподлобья взглянул на сына Северус. Поттер и Малфой, как им и было велено, явились на занятие к обеденному часу следующего дня. То, что им было задано, они действительно старались выучить. А учить нужно было, откровенно говоря, не мало. Северус задал мальчикам таблицу совместимости, свойства ингредиентов, правила безопасности (тут было чисто повторение) и рецепт заданного им зелья. - Рог двурога и корень мандрагоры?... – осторожно предположил Гарри. - Да, правильно. – кивнул Мастер Зелий. – Ответь-ка мне, каков процент вероятности благоприятного сочетания златоцветника и липы? - Очень мал. - А если быть точнее?... Ответа не последовало. Гарри послал взгляд, умоляющий о помощи Драко. - Гарри? – выжидающе протянул Северус. Поттер нахмурился и принял судорожно искать в своей памяти хоть что-то, что могло ему помочь. - Не более двух процентов? - Верно. – сказал Снейп, перелистывая учебник в поиске нового вопроса. – Скажи мне, что я получу, если смешаю корень асфоделя и настойку полыни? - Эм… - Поттер снова с надеждой посмотрел на Малфоя в надежде на подсказку, но получил лишь взгляд, говорящий «Справляйся сам, Поттер. Ты же учил, дубина!» - Напиток…напиток живой смерти! - Верно. Гарри, старайся не мямлить во время ответа, хорошо? Если ты учил, то ты наверняка знаешь ответ на мой вопрос. Если же нет, то тут и думать нечего. Ты со мной не согласен? - В какой-то степени – согласен. - пробурчал себе под нос гриффиндорец. - В какой-то степени? – протянул зельевар и тут же задал следующий вопрос, не дожидаясь ответа: - Что я получу, если соединю клобук монаха и аконит? После того, как Снейп озвучил вопрос, Гарри почудилось, что он слышит в своей голове отголоски памяти, словно говорящие «До свидания, Гарри, до свидания…» . Вся оставшаяся у него надежда на знания куда-то исчезла. - Вопрос с подвохом, Поттер, - хихикнул у него за спиной Драко. - Драко! – шикнул на него Снейп. – Сейчас будешь от руки переписывать таблицу совместимости! - Ладно, ладно… - Стоп. – прервал их Гарри. – Это ведь одно и то же растение, верно? - Можешь сказать «спасибо» Драко, - презрительно хмыкнул Снейп. - Но я же правильно ответил! Нет-нет, постойте-ка, ведь Гарри действительно правильно ответил на вопрос Северуса. А о том, что Малфой подсказал…Ну знаете! На войне все средства хороши! - Не без помощи, - холодно отозвался Мастер Зелий. – Ты должен знать это для самого себя, а не для того, чтобы правильно ответить на вопросы. Тебе, насколько я помню, для работы аврором нужны зелья, не так ли? - Ага, конечно! – фыркнул Гарри. – Можно подумать, что если бы они не были мне нужны, ты бы не поставил мне «О» за контрольную, – укоризненно посмотрел на отца мальчик. - Но они тебе нужны, Гарри. – отрезал Снейп. – К тому же, ты слышишь только то, что ты хочешь слышать, а не то, что я говорю. Я сказал, что ты должен знать материал для самого себя, так как тебе это понадобится в будущем, а ты услышал другое. - Неправда! Я… - Хватит, Гарри. – резко прервал его зельевар. – Научись вначале слушать меня. Драко, твоя очередь! - Я не глухой и прекрасно Вас слышу, профессор, - хмыкнул Гарри. - Мистер Поттер-Снейп, слышать и слушать – разные вещи! - Да ну? К тому же… - У тебя есть желание спорить со мной? –повернулся к нему Мастер Зелий. - Нет? Тогда будь добр дай мне возможность проэкзаменовать Драко. Все оставшееся время занятия, Севеурс устно тестировал Драко по пройденному материалу. Поттер же занял место Драко и начал внимательно следить за ним и пытаться у себя в голове мысленно ответить на вопросы. Сначала все шло неплохо, как, в общем, и всегда, но к концу что-то пошло не так. Здесь уже не обошлось без подсказок. Впрочем, за это Поттеру пришлось писать сорок раз «Каждый должен надеется на свои знания». Возмущённый не заслуженным наказанием, Поттер принялся строчить строчки. Когда количество написанных строк начало подходить к концу, мальчик понял, что подсказывать – себе дороже, и что чернила, капнувшие на пергамент, не так уж легко оттереть, не дойдя до дыр. - Можно мы пойдем? – спросил Драко, когда они закончили. - Можно, - бросил через плече Снейп, открывая стеллаж с книгами. – Но к следующему занятию вы должны повторить зелья, которые мы проходили ранее. - Зачем? – простонал Гарри. - На следующем занятии вы должны будете приготовить зелья, которое я вам дам. - Пап, ведь Рождество скоро! Какие зелья? – возмутился Поттер. - Я говорю вам об этом заранее. - Но, крестный, Гарри прав! – вмешался слизеринец. – Какие еще зелья? - Достаточно об этом. – холодно ответил Снейп. – Можете иди. Гарри, задержись. Драко насторожено посмотрел на Поттера. Но, подумав, что крестный его убьет, да и ничего плохого, собственно, не сделает, покинул лабораторию. Не оставаться же ему, верно? Это бы выглядело довольно-таки странно. «Крестный, вы ведь отпустите Гарри живым, да? Нам еще кое-что закончить надо, поэтому он мне еще нужен. Правда? Ну, тогда я пойду». Нет-нет, это бы выглядело крайне глупо. Гарри сел за стол напротив зельевара, пока тот клал на место учебник по Зельеварению. - Ты о чем-то хотел поговорить? – осторожно поинтересовался Поттер. - Тебе нравится спорить со мной при посторонних людях, Гарри? – холодно спросил Мастер Зелий. - Нет. Просто я пытался… -…доказать свою точку зрения в разговоре со мной. – закончил за него Снейп. – Это и является спором. - Но Драко ведь не посторонний. - Я рад, что ты так думаешь, - поджал губы Северус. – Но запомни, пожалуйста, спорить при посторонних крайне некультурно, мистер Поттер. Это признак неуважения, прежде всего, ко мне. Не смей спорить со мной при посторонних, Гарри. – строго посмотрел на него зельевар. - Я понял, - выдавил из себя Поттер. - Вот и хорошо. – смягчился Мастер Зелий. - Я могу идти…теперь? Или что-то еще случилось? - Обязательно для того, чтобы провести со мной время, тебе требуется официальный повод? – усмехнулся зельевар. Поттер тихо выдохнул. - Нет, не требуется. Просто спросил… - Быть может, ты хочешь мне что-то рассказать? – спросил Снейп, облокачиваясь локтями о стол. Гарри насторожился. Что это значит? Возможно, Снейп что-то знает о купленных ингредиентах? Или книге? Быть может, он что-то знает о ритуале? Тысячи вопросов сейчас крутились в голове мальчика. - Нет. С чего ты взял? - Подумал, что тебя, быть может, что-то тревожит. –бархатным голосом сказал Снейп. – С прибытием в Малфой-Менор мы стали реже проводить время вместе. - Нет, не тревожит, - пожал плечами Гарри. – Разве что… - Что? - Ну…это Рождество… - Договаривай, Гарри. -…и мы без нее. – закончил Гарри. Выражение на лице мужчины резко изменилось. - Нам очень непросто, Гарри, - тяжело вздохнул он. – Помнишь, что я говорил тебе? - «Она всегда будет рядом»? - Да, - слегка улыбнулся Снейп. – Если хочешь, то мы можем побыть с ней в Рождество. - Хочу. - Тогда…Гарри, знаешь, у меня для тебя кое-что есть, - вздохнул Северус. - Что? – с интересом подался вперед мальчик. - Сейчас увидишь. Мужчина поднялся из-за стола и направился к шкафу, что стол позади него. Мальчик с интересом наблюдал за действиями зельевара. Снейп достал оттуда бархатную коробочку квадратной формы. Мастер Зелий вернулся на прежнее место и протянул сыну коробочку. - Что это? – подозрительно, но с тем же присущим ему интересом спросил Гарри. - Открой его. Гриффиндорец одарил Снейпа едва заметной усмешкой и последовал его указанию. Гарри аккуратно открыл коробочку, подаренную отцом. То, что оказалось внутри нее привело мальчика в откровенное удивление. Это был медальон на длинной цепочке из серебра. - Можешь открыть его, - посоветовал зельевар, ухмыляясь от эмоций своего сына, которые явно свидетельствовали о приятном удивлении. Поттер снова последовал совету Северуса и открыл медальон. На мгновение мальчик замер не в силах что-либо произнести. То, что оказалось внутри, произвело на него…немалое впечатление. В медальон была помещена колдография Лили. - Я хотел подарить тебе его в Рождество, - хриплым голосом нарушил тишину Северус. – но посчитал, что сейчас это будет уместнее. - С-спасибо…пап, - улыбнулся ему Гарри. – Правда, спасибо. - Не благодари меня. Это портрет твоей матери, только в уменьшенном формате. - Портрет? Но…я думал, что это колография. - Не совсем так. Это портрет появился в стенах Хогвартса после того, как ее не стало с нами. Я подумал, что будет лучше, если он будет с тобой. - Я… - Профессор Дамблдор поспособствовал этому подарку. – прервал его Снейп. - Не забудь его поблагодарить, Гарри. - А? Да, хорошо, пап…Но все равно спасибо, - улыбнулся ему мальчик. - А знаешь что? Надень его. Мальчик лукаво посмотрел на Северуса, но все-таки надел медальон себе на шею. Цепочка была длинная, поэтому из-под одежды его не было видно. Главное было то, что сам Гарри знал, что он с ним. Еще какое-то время Гарри сидел со Снейпом и просто разговаривал. Они просто говорили. Говорили обо всем. Это было так…так приятно – просто поговорить с человеком. Здорово, что есть такие моменты в жизни. Ведь в эти моменты Северус становился настоящим. Порой даже не походим на себя. - Это Рождество пройдет хорошо, Гарри. Вот увидишь. - Я знаю, пап. И не сомневаюсь в этом. Вскоре гриффиндорец покинул лабораторию отца и направился в другую. В лабораторию Драко. По пути туда, Гарри молился, чтобы снова не наткнутся на вопящие от недовольства портреты. Встреча с ними и без того мало доставляла удовольствия, что уж говорить о нынешнем положении? Ведь наткнись Поттер сейчас на предков Малфоев, то это бы положило начало неизбежной цепной реакции. Если Северус или Люциус Малфой услышали бы возмущение портретов, то непременно бы явились сюда. Приди сюда мистер Малфой или Снейп, то чтобы они начали делать, дети? Правильно! У них бы завязался диалог. Лорд с портрета смог бы отплатить Гарри и Драко за все хорошее, тем самым рассказав о прошлой стычке. Тогда-то у мистера Малфоя и Северуса возникло бы вопросов вагон и маленькая тележка. И тогда Снейпу оставалось бы лишь выяснить у сына причину той самой ситуации с портретом. Затем, как не жаль это было признавать, Люциусу Малфою и Северусу не составило бы труда понять, что да к чему. И тогда-то возмутительный вопль портретов стал бы наименьшей из проблем Гарри и Драко.

***

Люциус Малфой на данный момент находился в Министерстве Магии. В предпраздничные дни мало кому хотелось находиться на работе, но что поделать? Должность обязывает. На сей раз причиной его срочного визита стало важное сообщение из отдела по борьбе с Нарушителями Кодекса Волшебника. Узнав все содержимое письма, которое, собственно говоря, и было тем самым сообщением, мистер Малфой, не думая ни минуты, аппарировал в Министерство Магии. Все, что было написано в письме, Малфой-старший запомнить не смог, но последние строки до сих пор стучали в его голове. «Игоря Каркарова было схвачено и доставлено в Министерство». Именно сейчас Люциус Малфой направился туда, где согласно полученной информации находился Каркаров. В один из залов суда. О да, Малфой испытывал неописуемое удовольствие от того, что он лично мог допросить Какарова. Люциус Малфой зашел в зал суда, где и должен был найти арестанта. Зал суда представлял собой просторное помещение, в котором располагались скамьи присяжных. Посередине зала было отведено место для подсудимого, которое и занял Каркаров. Напротив него самого воздвигалась трибуна для судьи. Все в зале было сделано в темных тонах, что еще больше давало эффект нагнетающей обстановки. Но сейчас, когда места для присяжных и даже место судьи были пусты, в зале находились только Люциус Малфой и Игорь Каркаров. - О да, я долго ждал этого дня, - Люциус Малфой вышел из мрака. - Тебе не терпится убить меня, Люциус, - усмехнулся арестант. Видимо, Каркаров планировал произвести не худшее впечатление, даже сидя в зале суда в качестве арестанта. Но, как бы его голос не был пропитан ядом, говорил он хрипло. Внешний вид заставлял содрогнуться при одном взгляде на него и вызывал лишь жалость. За все время, его лицо обросло щетиной, а взгляд говорил сам за себя. Прилипшие на лице волосы закрывали ему глаза, в которых уже давно не было не проблеска света или доброты. На лбу виднелись капли пота, а дыхание было таким, словно этот человек только что пробежал стометровку. Так мог выглядеть лишь человек, которого здорово потрепала жизни на исходе своих лет или беглый преступник, но никак не мужчина лет сорока. Любой бы заприметив его, ощутил бы жалость в его сторону. Любой. Но только не в ситуации с Каркаровым. - Зачем же марать руки? За меня это с удовольствием сделают твои старые друзья – дементоры. - Я замолвлю за тебя словечко в Азкабане… - Сомневаюсь, что тебя станут слушать там. А теперь…Круцио! Все тело мужчины содрогнулось от пронзившей его боли. Кости в его теле будто бы нарочно ломали одну за другой, кровь нагревали до сумасшествия, а в голову, словно впивали тысячи лезвий, принося ужасную боль. С каждой новой волной ощущения становились все сильнее и сильнее, не желая щадить свою жертву. Люциус Малфой, вдоволь насладившись муками своего врага, опустил палочку. - Скучал по этим ощущениям, не так ли? Каркаров поднял на него свои, измученные, налитые кровью глаза. - Гореть тебе в аду. - Только вместе с тобой. – прошипел Малфой. – Сейчас у тебя только один выбор – играть по моим правилам. Если нет… - Непростительное… - …Империо вполне подойдет для тебя. Ты готов рассказать мне правду? - Я расскажу…все, - прохрипел голос Каркарова. - Тебе не придется долго думать, прежде чем ответить мне, - Малфой изъял из кармана мантии пузырек с прозрачной жидкостью. - Что?... - Сыворотка правды.

***

В лаборатории Малфой-Менора Гарри и Драко тщательно изучали заклинание для ритуала. Все, что требовалось для его осуществления, было у мальчиков на руках. Все было подготовлено: чертополох, толченый корень асфоделя и свечи из черного воска. Именно сегодня Поттер и Малфой планировали провести ритуал в действие. Почему именно сегодня? Все потому что скоро настанет Рождество. Гарри хотел, чтобы их план осуществился и тогда, они смогут отпраздновать Рождество вместе. Что-что? Почему не после праздника? Тут уж, сами понимаете, появится проблема – Гарри покинет Малфой-Менор. Когда Поттер вместе с Северусом покинут поместье Малфоев, ничего нельзя будет сделать. То-то и они, то-то и оно. Как там говорят, Рождество – волшебный праздник? Это как раз была одна из причин. Ведь в Рождество случаются чудеса. Да-да, в мире магии люди тоже нуждаются в чудесах жизни. - Все запомнил? – спросил слизеринец, когда они начали читать заклинание для ритуала уже по десятому-одиннадцатому кругу. - Да. – твердо ответил Гарри. - Слушай, Поттер, а у нас точно все получится? - с сомнением в голосе спросил Драко. - Все получится, Малфой. Не думай иначе, понял? - толкнул его в плече Гарри. Для ритуала все было готов. В лаборатории Драко (к счастью, она была достаточных размеров) место было освобождено от стеллажей с ингредиентами. Теперь же на этом месте была начерчена пентаграмма. По всем ее углам были расставлены свечи, символизируя огонь, землю, воду, воздух и дух. Контуры пентаграммы были посыпаны толченой смесью ингредиентов. Оставалось только одно – капля крови кровного родственника. И этим человеком должен был стать Гарри. - Дай свою руку, - скомандовал Малфой. Поттер последний раз сжал медальон через слой одежды так, чтобы Драко не заметил и протянул ему ладонь. Гриффиндорец с опаской покосился на иглу, которую Драко подносил к его безымянному пальцу. Игла была стерильной, но это почему-то никак не утешало Гарри. Протерев палец спиртом, Малфой уколол его иглой, от чего Поттер в одно мгновение сжал зубы. Секундная боль и первая капля крови уже выступила на том мечте, где Драко проколол тонкую кожу иглой. Мальчик тут же капнул каплю своей крови на одну из свечей, которая символизировала дух. В следующее мгновение огонь, горевший в свече, стал голубым. Лишь мгновение, но этого было достаточно, чтобы повергнуть Гарри в шок. - Готов? – с тревогой в голосе спросил Драко. - Готов. – твердо ответил Поттер. Гриффиндорец и слизеринец крепко взялись за руки, начав читать заклинание. Patres avique - fidelibus fratribus Ubicumque esses, ne quod Clamat tibi sanguinem Et iuste exigere vindictam Heritage По телу Гарри и Драко прошлась энергетическая волна, словно нагревая их. Будто бы их тело опустили в горячую воду, а затем резко выдернули обратно. Ладони начали подпекать, принося коже незначительные ожоги. Как бы ни хотелось Драко и Гарри одернуть руки, этого было делать нельзя. Все могло выйти из-под контроля. Adiuro vindictam quasi ad vitam, Quaero de inimici morte archipresbyter Tolle peccatum violatur Ascendere autem blasphemabant blasphemiam Во время чтения заклинания, Поттер ощутил резкую боль в области виска. Казалось, что кто-то нанес удар по этому месту тупым предметом, и теперь чувствовалось болезненное послевкусие этого удара. Accipite, si laesa Exsurge in ira Exsurge in ira ardent Surge turpe fame В лаборатории резко погасли свечи, расставленные по углам пентаграммы. В следующую секунду они снова зажглись синем пламенем. Невыносимая боль во всем теле заставила Гарри и Драко порождать мысли о том, чтобы разжать ладони. С трудом сдерживая ладони вместе, тела мальчиков начали покачиваться. Surge, Surge! Surge! Step in Kalinov in Bridge Ingredere terram mortale Venite post vitam В голове Поттера и Малфоя внезапно раздался ужасный режущий слух звук. Это нельзя было сравнить ни с чем. Казалось, что усиленный в десятки разы крик мандрагоры не так ужасен, как этот. Вдруг в лаборатории появились полупрозрачные тела, начиная летать из угла в угол. Это было настолько быстро, что их нельзя было разглядеть. Venite post vitam Venite ad mortem Venite! Venite! Venite! Перед глазами Гарри и Драко все постепенно начало расплываться, и теперь они могли видеть лишь очертания предметов, которые их окружали. По телу Гарри и Драко прошлась новая волна тепла, а затем и волна боли. Все их тело содрогнулось, словно под Круциатусом. Они все еще держали ладони вместе. Закончив читать заклинание, они в последний раз взглянули перед собой, не различая того, что они видят и упали на холодный каменный пол без сознания.