Однажды на Диком Западе

      Откинув в сторону все волнения, Саске стремительным шагом подошёл к Сакуре и схватил её за руку. Развернул к себе. Его ладонь легла на её талию, взгляды черных и зелёных глаз встретились. Она согласна на последний танец… Ткань платья шуршала от быстрых движений, а розовые волосы так красиво летали в воздухе, когда девушка делала резкие повороты. Им казалось, что они единственные, кто ещё движется под столь быструю музыку. Но что же было на самом деле? Что с остальными парами? Кто-то сдавался первым, мечтая только покинуть зал и поскорее подняться наверх со своим танцором. Другие же держались до последнего, четко вбив себе в голову, что этой ночью руководить всем процессом будут они. Через десять минут безудержных плясок Учиха не вытерпел и схватил Сакуру на руки. Пока он стремительным шагом поднимался наверх, девушка, вцепившись пальцами в его широкие плечи, чему-то громко смеялась и говорила, что он поступил нечестно — она бы выиграла.       Распахнув дверь комнаты, в которой он всегда ранее останавливался, мужчина зашел в неё и поставил Сакуру на пол. Не в силах себя сдерживать, он сделал то, что так отчаянно хотел весь сегодняшний вечер: впился в её губы требовательным поцелуем, обнимая при этом рукой её за талию. Все чувства накипели, мадам Ди своим вечером танцев лишь подлила масла в огонь, и теперь Саске с последних сил сдерживал себя, чтобы окончательно не потерять головы. А Сакура… Её руки обвили шею брюнета, заставляя оторваться от её губ и спуститься к шее. Вскоре Харуно сама принялась расстегивать тонкими пальцами небольшие пуговицы его рубашки. Её руки слегка дрожали, она то и дело поднимала голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Никто из них не произнес ни слова; было лишь слышно музыку и приглушенный гул внизу, тяжелое и срывчатое дыхание обоих — как будто и мужчина и девушка бежали не одну минуту без остановок — но это ведь всего лишь прелюдия, а также, как тяжелые капли дождя бились об оконное стекло. Саске аккуратно расстегнул застежку её платья и помог его снять. Атласная лента с розой упала на пол вместе с его белой рубашкой. Сакура осталась только в нижнем белье, чуть смущаясь от восхищенных взглядов Учихи. Он снова взял её на руки и перенес на кровать, вскоре полностью освободив себя и ее от лишней одежды. Сакура почему-то по прежнему держала его за плечи, будто боялась, что вот он — сейчас отвернется, наспех оденется и уйдет. Но нет. Этого не случится. Учиха провел большим пальцем по её щеке, а затем сократил неимоверно малое расстояние меж их лиц — всего каких-то пару сантиметров. Он снова почувствовал шероховатость ее теплых губ.       Не было бестолковой возни: девушка быстро распалялась от любых его прикосновений. Неразборчиво и совсем тихо она говорила о том, будто его пальцы обжигают кожу, что только распаляло Учиху больше и больше. Но вся его уверенность в действиях всколыхнулась, когда разгоряченная плоть вошла в податливое тело и наткнулась на преграду. Почему она… Сакура сцепила руки за его спиной и резко прижалась к мужчине, приглушено вскрикнув. Брюнет застыл, не смея пошевелиться. Харуно, едва дрожа, прижималась к Саске.       — Почему ты не сказала? Она не плакала от боли, но и не смела ничего ответить брюнету, лишь сильнее к нему прижимаясь. Мужские руки обняли её и принялись успокаивающе поглаживать узкую спину.       — Теперь это неважно, — прошептала Сакура. — Саске.… люби меня. Люби… Люби… — словно заведённая, тихо просила девушка. Что он и сделал, и на этот раз всё было по-другому. Такое с Учихой было впервые: им ничего не мешало, и ровный, восхитительный ритм уносил их все выше и выше. Саске, тяжело дыша, два раза останавливался, чтобы сдержать себя, затем продолжал в полную силу; дыхание Сакуры стало неровным, судорожным. Затем она начала громко вскрикивать, крепко обнимая мужчину и не в силах остановиться. Саске закрыл глаза; накатил жар…       Тело розоволосой обмякло, и она шумно вздохнула, запуская пальцы во влажные волосы мужчины, который ещё долго не мог отдышаться. Уткнувшись лбом в хрупкое плечо девушки, он опалял горячим дыханием её шею. Чувствовал, как её грудная клетка поднимается и опускается. С трудом — он навалился на неё всем телом. В ушах все еще стоял странный шум. Сакура принялась гладить его по голове. Жарко. В комнате до ужаса жарко и душно. Учиха встает и слышит, что дыхание девушки становится спокойнее. Так лучше. Повернув ручку окна, Саске открывает его и запускает в комнатушку свежий, ночной воздух. Такой, что невольно и жадно вдыхаешь на полную грудную клетку — воздух, пропитан озоном. Всё ещё шел дождь (но уже не такой сильный, помельче), капли всё так же долетали по приоткрытой оконной рамы. Он опирается ладонями о подоконник и шумно вздыхает. Тут же со спины его обнимают тонкие руки, и он чувствует, как женское тело прижимается к нему. Сакура так тихо ходит… Её губы касаются мужского плеча. Она наверняка привстала на мыски, чтобы дотянуться… Резко повернувшись, он взял её на руки — аккуратно, — и понес к кровати. Они и не заметили, как музыка и шум на первом этаже утихли. Тишина, растворяемая едва слышимым стуком мелких капель дождя о окно. Учиха понимает, что через полчаса его нужно будет прикрыть, а иначе будет холодно спать. Брюнет положил девушку на кровать и сам опустился рядом, прикрывая одеялом их наготу. Спокойствие и умиротворенность, а также нежное чувство в его груди, которое воспылает лишь при одном взгляде на розоволосую.       «А что, если она смотрит на тебя все время, когда ты отворачиваешься?» — вспоминались слова мадам Ди. Эти слова грели душу и заставляли уголки его губ приподниматься в улыбке, которая так шла его лицу.       «Интересно, давно ли?» — подумал он, но свой вопрос не озвучил: Сакура, прижавшись его плечу, кажется, была уже на границе сна и яви...

***

      Утром Учиха проснулся от нежных прикосновений к его лицу. Девичьи пальцы медленно проводили по его скулам, зарывались в его угольные волосы. Улыбнувшись, он открыл глаза и перехватил ладошку Сакуры, поднося её к губам и целуя пучки пальцев. Солнечные лучи пробивались через едва приоткрытые шторки персикового цвета, что висели на окне. На стуле лежала аккуратно сложенная одежда, в которой они вчера прибыли в салун. Наверняка её простирали и высушили. Девушка приподнялась в постели, придерживая рукой одеяло на груди.       — Да чего я там вчера не видел, — лениво зевнул мужчина, резко обнял розоволосую за талию и потянул на себя. Пружины кровати тихо скрипнули, когда Харуно упала на кровать около Учихи. Он обнял её и поцеловал хрупкое плечо, аккуратно проводя длинными пальцами по тонким шрамам на ее спине.       — Нам желательно было бы выехать пораньше, — пробурчала Сакура. Но по её лицу было видно, что все происходящее приносит ей удовольствие.       — Дай немного полежать.       — Ну, можешь лежать, мне-то дай встать. Мужчина прикрыл глаза и с неохотой отпустил девушку. Сакура, что-то тихо бурча, встала с постели и принялась быстро одеваться. Её щеки краснели, стоило ей только заметить на себе его взгляд из-под полуприкрытых век.       — Одевайся. — Девушка кинула ему его одежду, стараясь не смотреть на нагое мужское тело. Он был очень красивый.… И да, так наверняка считала не только Сакура. Одеваясь, Саске не спускал с девушки взгляда. Порой её лицо принимало несколько отстраненный вид, а между бровей забегала небольшая складка.       — Ты себя хорошо чувствуешь? Сакура подняла на него удивленный взгляд. — Не болит? — Объяснился брюнет, явно намекая, что ночью она стала женщиной, и сейчас, возможно, у неё побаливает низ живота. Харуно опустила взгляд на свои ноги, затем перевела его на лицо брюнета и натянуто улыбнулась. Молчание. Затем она медленно подошла к Саске и помогла ему застегнуть пуговицы жилетки. Наверняка болит, но она не хочет, чтобы он на этом сильно зацикливался.       Брюнет внимательно наблюдал за её действиями. Сегодня ночью они занимались любовью и не думали о том, что будет утром. Сакура, наверное, была уверена в том, что у Учихи было несколько контактов с женщинами, о чем говорили его уверенные действия и умелые поцелуи. Ревнует ли она в душе? Но, в общем-то, Саске тоже считал, что Харуно уже давно не невинна. Давайте возьмём за внимание, что это Дикий Запад. То, что ночью она во всем действовала уверенно, и он бы даже не подумал, что у девушки не было контактов с другими мужчинами. Хотя до сегодняшней ночи он несколько раз задумывался о её отношениях с другими особами мужского пола. И эта мысль вызывала у него явное раздражение.       — Пойдем вниз. — Брюнет застегнул пряжку широкого кожаного ремня, к которому крепились патроны, и, приобняв девушку за плечи, вышел в коридор. Он снова вспомнил слова мадам Ди: «А что, если она смотрит на тебя все время, когда ты отворачиваешься?» — и на лице мужчины отразилась победная улыбка. Да, если бы не хозяйка салуна, он бы еще долго присматривался к Харуно, побаиваясь спугнуть её слишком резким подходом.… Да и вряд ли он так быстро разобрался в себе и своих чувствах к Сакуре…

***

      Спустя полчаса Саске и Сакура покинули заведение мадам Ди и провели полдня в пути. Они все дальше и дальше отдалялись от населенных мест, и ближе к обеду, когда солнце было высоко вверху, они въехали к долине Монументов. Местные ландшафты поражали своей дикостью. Но ведь это и есть атрибутика Дикого Запада! До края горизонта расстилалась коричнево-красная пустыня, посреди которой возвышаются одиночные скалы с плоскими вершинами, окутанные сиреневатыми оттенками неба. Путники достали с карманов платки и повязали себе на лицо, дабы защитится от пыли, которая будет лететь из-под копыт Абсента. Сакура теперь сидела перед Учихой, опираясь спиной о его грудь. Руки Саске были крепко сцеплены на её талии, и они оба покачивались в седле от спешной ходьбы коня. И вроде как все хорошо, всё прекрасно, уже скоро они достигнут своей цели. Их отношения, которые сильно тревожили Учиху, кажется, выяснены... Лишь тот факт, что розоволосая — его женщина, уже сильно влиял на Учиху. Вот только Харуно с каждым часом становилась все угрюмей и угрюмей, тихо вздыхала и отворачивалась от брюнета. Понять было нетрудно — ей страшно. Страшно снова попасть туда, где она промучилась полгода. Страшно снова почувствовать боль и отчаяние… Она в такие моменты искренне жалела Наруто. Саске, который никому не пожелал бы подобной участи, лишь успокаивал девушку, аккуратно прижимая к груди и проводя широкими ладонями по её волосам. Харуно успокаивалась достаточно быстро, пытаясь держать себя в руках. До лагеря аферистов пара должна была доехать именно сегодня вечером.       Солнце светило им в спины; Сакура, уставшая от долгой езды, тихо сидела за Учихой. Воды у них было немного, приходилось экономить. Еда и вовсе закончилась. По лицу Саске скатывались крупные капли пота, а девушка впереди него начала махать шляпой. Абсент тоже уже не так быстро передвигался. Сакура упомянула, что здесь владения индейского племени наваха, поэтому следует быть по аккуратнее, так как чужаков они не особо любят.       — Послушай.… А почему в такой глуши?       — Что именно?       — Азиатов содержат в такой глуши.       — Постройка железнодорожных путей, — сухо ответила Харуно. — Кстати, если словят индейца, то туда же отправляют. Саске нахмурился и сжал губы в тонкую линию. Пора бы уже и подумать, что они будут делать по прибытию. Естественно, то, что у них есть оружие, — это уже огромный плюс. Потом, действовать нужно ночью. И как бы проникнуть в лагерь незаметно…       Ранее его напарница рассказала ему, что руководит всем этим делом китаец Бэй Шиетян. Он считался изгнанником из своей родины. Что же… Неплохо устроился на Диком Западе. Потом несколько его помощников — это уже были американцы. Сакура говорила, что их было не больше десяти. Даже не верилось, что такое количество людей могло управляться с двумя сотнями азиатов. Вот только… Пленники были физически истощены и не имели оружия. Бывали случаи, что азиатов забивали кнутами до смерти. Им давали малое количество еды и питья: достаточно лишь для того, чтобы не падать в голодный обморок и иметь малое количество сил для работы.       — Ночью дежурит только пять человек. Но все они на лошадях и вооружены винтовками. В тот раз, когда мы устроили побег, одному из нас прострелили ногу… Оставалось только пробраться в лагерь, отыскать среди большого количества людей Наруто и…       — Импровизируем, — пожала плечами девушка. — По крайней мере, у нас есть оружие. Да и людей можно на бунт подговорить… Учиха вздохнул и поправил на лице платок.

***

      Уже с полчаса они сидели за высокой скалой и наблюдали издалека, как на фоне алого заката люди Востока в простой одежде медленно покидают свои рабочие места…. Недостроенные металлические колеи поблескивали от последних лучей садящегося солнца. Два раза Сакура беззвучно расплакалась, дрожа в руках мужчины. Она больше не могла сохранять на лице маску спокойствия. Самообладание девушки раскололось, выпуская эмоции волнения и страха. И лишь Саске не давал ей расклеиться окончательно, упасть в отчаяние и дать страху полностью поглотить её. Лишь спустя час, когда местность опустела, Саске проверил, достаточно ли хорошо они привязали Абсента к невысокому деревцу, и они вышли… Темнота будет им в помощь.

***

      Сакура тихо подкралась к мужчине средних лет и ударила его по затылку пистолетом. Возможно, тело с грохотом упало бы, вот только его подхватил Саске и аккуратно прислонил к забору. Отлично. Они пробрались в лагерь… Что же, это, наверное, единственное действие, которое удалось им проделать столь легко. Небольшие палатки…. куча какого-то железа. И небольшие связки дров. Было решено разделиться и обойти все палатки в поисках Наруто, попутно разбудив остальных пленников. Естественно, это было слишком рисково: а вдруг найдется доносчик? Но Сакура в этом очень сомневалась, если учесть, как тут «уважали» работников. Девушка уже собиралась зайти в ближайшую палатку, но Саске резко схватил её за руку и притянул к себе. Он смотрел на девушку черными, как эта ночь, глазами с толикой грусти. Затем быстро склонился и поцеловал её в губы, сжимая длинными пальцами девичьи скулы. Лишь когда воздуха стало не хватать, Учиха отстранился от розоволосой… — Будь осторожнее, — прошептала она и, завидев тень постового, юркнула в ближайшую палатку. Учиха последовал её примеру и, приподняв темно-синюю ткань, вошел в небольшое… «помещение».

***

      Саске уже побывал в шести палатках, и светлой макушки его друга мужчине еще не повстречалось. В каждой палатке было постелено по шесть матрацев, бедно набитых соломой. На ткани многих из них он заметил кровавые разводы. Ужас! Сразу ясно, о медицинской помощи тут и не вспоминали. Люди, которых он будил, плохо знали американский, и основную информацию Учиха пытался объяснить жестами. Кажется, до людей дошла суть. Больше всего здесь было китайцев. Наверное, они составляли три четвертых из всех эмигрантов. Остальные же — японцы, корейцы и прочие народы Азии. Нужно сказать, на эти измученные лица было больно смотреть. У всех них был болезненный вид…. И Саске даже не верилось, что Сакура, его Сакура, тоже когда-то была такой. Два раза он чуть не наткнулся на постового. Благо вовремя мог заслышать приближающиеся шаги. Выйдя уже из десятой палатки, Учиха резко замер и прислушался. Показался или нет…. тот приглушенный стук? Затем до его слуха донесся едва слышный шёпот. Брюнет медленно пошел на звук. Нет, не показалось: завернув за поворот, Саске увидел Сакуру и его приятеля Наруто. А также постового, который лежал без сознания.       — Я думаю, тебе это не понадобится, — прошипел блондин и отобрал винтовку у бессознательного тела.       — Второй по счету. Чёрт, вас больше двухсот. Неужели вы не могли прибить этих гадов? — возмутился брюнет и подошел к своему другу. Наруто.… Ох, как же сильно он изменился за эти четыре дня. У него была разбита губа и синяк под глазом. На голове царил ещё больший беспорядок, чем ранее. О, а эта ужасная одежда серого цвета, которая висела на нём лохмотьями.       — Саске, — блондин растянул губы в довольной улыбке. — Я никак не мог понять, откуда эта очаровательная леди знает мое имя.       — Да-да, поговори мне тут, когда мы в полной заднице, — вздохнул Учиха, напряженно оглядываясь. Где-то по лагерю ходили еще три постовых.       — Ну, вы встретились, и я очень тому рада, но, господа, пора бы и выбираться.       — Нельзя оставлять их здесь, — кивнул Наруто на палатки, естественно, подразумевая своих товарищей по несчастью.       — Конечно нельзя, — тихо согласилась Харуно. — Но на них посмотреть — так кажется, что от малейшего дуновения ветерка упадут. Слишком рисково полагаться на них. Тем более, меня поняли всего несколько человек… Японцы.       — У нас есть оружие. И я ещё не в плохой физической форме. Как видите, из меня еще не всё выбили, — рассуждал Наруто.       — Три человека. Если наделать шума, набежит больше, — раздумывала Сакура, потирая указательным пальцем подбородок.       — Все равно остается лишь стреляться, — сказал Учиха те слова, которые на ум пришли всем давно, вот только озвучить их не осмеливались. Наруто покрепче сжал в руках винтовку. Сакура достала из-за пояса револьвер. Саске обреченно посмотрел на друга и… девушку. Не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал. Но другого выхода не было.       — Вы слишком долго ворковали, — раздался грубый голос за их спинами. Троица резко обернулась и застыла. Их было двенадцать. Все в дорогих одеждах и с оружием. Среди них был и тот, которого Учиха и Харуно оглушили в самом начале. Оклемался, значит… Быстрее всех среагировала Сакура. Она выбросила вперед руку, направляя пистолет на высокого китайца, голова которого была чисто выбрита. Бэй Шиетян…       — Знакомый цвет волос, — задумчиво произнес он, будто и вовсе не волнуясь о том, что на него направили дуло пистолета. — Да-да, я тебя хорошо помню… Харуно? Сакура не удосужилась и ответить на его вопрос. Ее зеленые глаза смотрели на китайца с неким прищуром, а рука не дрогнула ни разу. Вот только… даже то, что Наруто с Саске направили оружие на аферистов, не имело никакого значения. Что делать, если на вас троих направлено шестнадцать винтовок?       — Значит-таки она, — вздохнул Шиетян. Казалось, напряжение, которое повисло в воздухе, можно просто вот так взять и ощупать рукой. Никто из них не опускал ружья, но и действовать тоже не начинали.       — Хоть и прошло четыре года, но я уверен…. Ты зря сюда пришла, ибо свободы вам уже не видать. Раздался громкий выстрел, и Бэй в последние секунды своей жизни обратил удивленный взгляд на черноглазого брюнета, который, из всей троицы, стоял дальше всех. Он сделал огромнейшую ошибку, полагая, что никто из троицы не сможет выстрелить. Он сделал огромную ошибку, не допустив того, что ненависть поглотит какого-то черноглазого брюнета лишь при одном взгляде на лицо китайца. Лишь о осознании того, что его близкие люди страдали из-за этого предателя... своей родины. Тут же прозвучал ответный выстрел: один из людей, которые стояли за спиной у главаря, нажал на спускной крючок оружия. Вот только Учиха уже схватил розоволосую за руку, и вместе с Наруто они бежали к небольшому амбару, который брюнет приметил ещё с самой первой секунды, как они попали в этот концлагерь. По ним стреляли. У Учихи был шум в ушах, когда он почувствовал резкую боль в левой руке. Но уже не обращая внимания ни на что, он бежал так быстро, насколько это было вообще возможно, таща возле себя Сакуру. Знал, что Наруто отстреливается, прикрывая их спины.       Они влетели в амбар. Здесь был склад строительных материалов для железнодорожных путей. У брюнета в ушах стоял шум, и он оперся спиной о деревянную стенку. Ненадежно. Пуля все равно пройдет. Но это единственное нормальное укрытие. Волновали его сейчас только две вещи: Первое, всё ли хорошо с Сакурой? Но она была цела и невредима. Второе, хоть бы они не начали стрельбу по безоружным работникам, которые после звуков выстрелов могли разволноваться и выйти наружу посмотреть, чего там творится.       Выстрелы как-то слишком резко затихли. Но троица не спешила выходить из своего укрытия. Сакура отчего-то громко вскрикнула и упала на колени около Учихи. Неужели ее ранили? Но нет.… Она со слезами на глазах смотрела на его руку. Да… руку, которая еще так недавно отчего-то заболела.       — Саске, тебя ранили, — она склонилась над ним, окропляя кровоточащую рану своими слезами. — Наруто тоже… — Девушка обратила взор на блондина, который, схватившись за предплечье правой руки, опустился на колени, тяжело при этом дыша. Посмотрев на ранения обоих, девушка тихо прошептала: «венозная». Она не была сильна в медицинском искусстве, но пули из ран ей уже доводилось вытаскивать вручную. Сейчас все было не настолько серьезным. Девушка спешно закатила рукав белой рубашки Учихи, которая сейчас была немного не белой, а красной! Оценив увиденное, Харуно сорвала с шеи брюнета платок и туго затянула его на руке мужчины. То же самое она проделала и с Наруто, только на этот раз использовала свой платок. А затем… она замерла. Если раньше она не обращала внимания на тишину снаружи… то сейчас ей показалось это очень странным. Девушка поднялась на ноги и медленно подошла к двери, не слушая протестов двух раненых мужчин. Она немного приоткрыла дверь… и дыхание девушки перехватило. Розоволосая повернулась к Саске и Наруто и прошептала:       — Там, кажется, целое племя индейцев…

***

      Вчера Ахига, сын индейского вождя племени наваха, попал в руки белых людей с огнестрельным оружием. По словам людей из племени, вождь понял, что его сына забрали белые люди туда, где с каждым днем растут по своей длине две металлические полосы, по которых потом будет ездить железный зверь, издавая звуки высокой частоты. На этот раз вождь долго не сидел в раздумьях: слишком часто его люди стали пропадать в той местности. Самое время показать свой характер… И спасти сына от белых людей…

***

      Мужчина обнял розоволосую за плечи и уткнулся заостренным подбородком в ее макушку.       — Саске-е-е-е-е, — недовольно протянула девушка, пытаясь ущипнуть Учиху за бок.       — М-мм-мм?       — Ну не делай так. Вон, на Наруто иди повиси.       — Он же здоровый, — лениво протянул мужчина, обнимая девушку со спины. — А ты маленькая, удобная.       — Слушайте, валите уже в свое брачное — или какое там? — путешествие. Ну вас с вашими телячьими нежностями, — пробухтел Наруто. Парочка с удивлением во взглядах посмотрела на блондина, а затем брюнет медленно склонился к уху своей возлюбленной и ровными зубами прикусил мочку, слегка оттянул... Отпустил. Провел языком по ушной раковине... Сакура, на миг застывшая от действий брюнета, резко дернулась, прерывисто вздохнув, и пнула мужчину под бок.       — Фу, — отвернулся Наруто.       — Ой, ну всё-всё, проваливаем мы из твоего недостроенного города. Саске весело улыбнулся и протянул своему другу левую, временно забинтованную руку. Наруто, забыв о том, что еще две секунды назад хотел блевать от действий Учихи, искренне улыбнулся товарищу и протянул правую, так же перебинтованную руку.       — Две калеки, — фыркнула розоволосая и взобралась на Абсента, насмешливо поглядывая на двух мужчин и пытаясь поудобнее устроиться в седле. Мужчины, прекратив дружеское, прощальное рукопожатие, усмехнулись. Саске подошел к черному коню — да-да, он вернул своего коня, которого отобрали при нападении аферисты — и взобрался на него. Он, улыбнувшись, взглянул на незначительную застройку нового городка. Городка для эмигрантов из Азии, который решил основать Наруто после всех произошедших событий. Городка, в постройку которого Сакура добродушно вложила часть денег, которых она награбастала за последние четыре года. Городка, в который они скоро наведаются, чтобы проведать Наруто Узумаки…       А сейчас… Они едут на поиски приключений. Они едут увидать новых людей и познать прекрасные местности. Они едут только вдвоем… чтобы насладиться друг другом…