A Year Every Minute

День тянулся болезненно медленно, а ночь была не лучше. Гастер работал столько, сколько он мог, несмотря на ужасное смятение его чувство до наступления следующего дня. Санс не покидал свою комнату; становилось довольно поздно и, наверняка, бедный мальчик был голодным. Учёный взял немного их любимой еды и стакан любимой газировки Санса, прежде чем постучать в дверь и войти внутрь. Санс не двигался, свернувшись под одеялами; он казался похожим на маленький мячик под ними. - Я принёс тебе еды. Тут штуки, которые ты любишь, - сказал Гастер, приблизившись, голос его был столь же разбит, как и его самочувствие. Он поставил всё на стол рядом с кроватью и остановился на мгновение, глядя на маленькую вдыхающую и выдыхающую горку под одеялами. Неуверенный, что делать, Гастер сел на край кровати и вздохнул. - Мне очень жаль, Санс. Я никогда не думал, что всё закончится так. Тишина. - Клонирование никогда раньше не проводилось. На самом деле, я думал, что ты будешь больше похожим на меня, но это не так. Ты свой собственный монстр. Я хочу, чтобы ты это знал. Всё ещё ничего. Гастер оторвал глаза от горки под одеялами, уставившись вместо этого в пространство между своими потёртыми ботинками. - Я хочу, чтобы ты знал, что я тоже тобой горжусь. Ты сильный, и не только физически. Ты примирился со многим, что касалось меня и ты редко возражал. Я... Я прошу прощения за те вещи, что я делал с тобой. - Я не хочу чтобы ты волновался о своём будущем. Мы разберёмся с ним, когда оно наступит, но... Я хочу, чтобы ты знал, что ты мог бы значить всё для монстров, заточённых в горе. Людей, которые падают к нам очень мало и это происходит очень редко. Мы можем застрять здесь внизу на столетия. Вот почему я сделал тебя. Ты дашь всем надежду. Ты мог бы даже никогда не сражаться ни с какими людьми. Ты мог бы уничтожить барьер самостоятельно, когда подрастёшь. Ты мог бы освободить каждого монстра, пленённого здесь. Горка под одеялами немного подвинулась. Гастер наблюдал за этим, но когда больше ничего не произошло, он вновь перевёл взгляд на пол. - Я знаю, что это большая ответственность для маленького ребёнка... но ты не будешь маленьким вечно. Ты можешь вырасти для этого. Это не случится сразу. Тебе нужно ещё много расти, и мы не будем торопиться, - белые огоньки глаз Гастера взглянули на одеяла. - Окей? Они сидели, погружённые в неудобную тишину, пока, наконец-то, Санс не пошевелился и медленно встал. Одеяла всё ещё были плотно обвёрнуты вокруг него, пряча его лицо. Костлявая рука потянулась за газировкой и маленький скелет отпил немного. Пролегло ещё больше тишины. - Я понимаю, если ты зол на меня. Ты имеешь полное право на это. Просто... - глаза Гастера метнулись между Сансом и едой, которую он принёс, - съешь что-нибудь для меня. Я буду рядом, если ты захочешь поговорить. Он помедлил немного перед тем, как медленно встать и покинуть комнату. Санс был оставлен сам на себя; он ждал, пока он услышит, что доктор ушёл, чтобы потянуться к пенопластовому контейнеру на столе. Он ни о чём не думал, пока жевал маленькие наггетсы и картошку фри, глядя отсутствующим взглядом вперёд, пока не начал раздумывать о всём, что сказал Гастер. Он думал о том, как Гастер извинился, и в то же время ощущал злость за то, что он не начал с этого. Быть экспериментом было страшно, но, в тоже время, не смотря ни на что, доктор никогда не ранил его. Он просыпался, чувствуя себя довольно уставшим, но это было реально всё, что случалось. Они тренировались и Санс чувствовал себя опустошённым после этого, но... ему честно это нравилось. Было забавно иметь возможность бросать вещи вокруг и вызывать магию. Разве делать это ненормально для ребёнка? Санс всегда считал, что нормально. Будет ли он когда-нибудь уничтожать барьер? Сможет ли он действительно жить, имея такую ответственность на своих плечах? Он думал о том, что каждый монстр будет восхищаться им и искать его для того, чтобы решить свои проблемы, и это наполняло его смесью гордости и страха. Было страшно думать о том, что целая цивилизация однажды будет рассчитывать на то, что он освободит их. Посидев в одиночестве достаточно времени, Санс наконец-то вылез из кровати и медленно пошёл к двери, всё ещё плотно закутанный в одеяла. Он потащил их за собой, когда открыл дверь и вышел наружу, медленно направившись к стулу, на котором обычно сидел Гастер. В этот раз ему даже не пришлось дёргать за его лабораторный халат, чтобы получить внимание учёного. Доктор повернулся и посмотрел вниз, нахмурившись, когда увидел усталый и побеждённый взгляд глазниц Санса. Мгновение он колебался, а тогда положил карандаш и приблизился, чтобы посадить ребёнка себе на колени. Они не были особо нежны друг к другу - прошло несколько лет с тех пор, как Гастер прижимал его к груди. С тех пор, как Санс научился ходить, это не имело особенного смысла. Санс прижался к своему создателю, крошечные ручки вцепились в воротник его лабораторного халата. Он уткнулся лицом в чёрный свитер и начал плакать. Гастер обнял его и крепко прижал к груди, ощущая, что не может взглянуть вниз. Он чувствовал комок в горле, сидя в тишине, пока маленький мальчик тихо плакал на его грудной клетке. В конце-концов, плач затих и вместо него послышалось похныкивание. - я напуган... Гастер потянул руку, потирая пальцами голову Санса. Звук кости о кость был, возможно, неприятным, но для них он звучал успокаивающее. - Я знаю, парниша, - Гастер сделал паузу выдавил из себя улыбку, наконец-то заставив себя посмотреть на ребёнка у себя на коленях. - Но сейчас тебе нечего бояться. Я не раню тебя. Возможно, однажды ты станешь героем. - а что если я не хочу быть героем? - Санс поднял взгляд на учёного. Улыбка Гастера дрогнула всего на мгновение. - Ну... мы разберёмся с этим, когда дойдём до этого, окей? Давай двигаться шаг за шагом? - ...окей, - сказал Санс, а тогда вздохнул. Он так устал от этого всего. Они умолкли, Санс свернулся на коленях Гастера. Учёный сидел так некоторое время, даже не возвращаясь к работе, пока не убедился, что маленький скелет уснул у него на коленях.