Эпилог.
12 февраля 2016 г., 17:51
Май 1947.
Улицы снова бурлили жизнью. Кто-то куда-то спешил, гудели проезжающие мимо машины, бегала дворовая ребятня, светило тёплое летнее солнце, а с реки дул лёгкий прохладный ветерок. Вокруг здания университета цвела сирень, и её пышные цветы тянулись вверх красивыми гроздьями лиловых и белых свечей. Студенты сновали туда-сюда по аудиториям и коридорам, кто-то сидел в библиотеке, кто-то на лекциях. Из здания на крыльцо вышли две девушки. Одна из них, низенькая и рыжеволосая, несла в руке перевязанную стопку книг, вторая, что была повыше подруги, с русыми волосами, собранными в причёску, держала в руках, прижимая к груди несколько тетрадей.
— Спасибо за конспекты, Люба, — улыбнулась русоволосая девушка подруге. — Я как подготовлюсь, сразу же верну.
— Да на здоровье, Саш, — расплылась в улыбке та. — До завтра? Мне ещё к тёте забежать нужно, — так же улыбаясь, произнесла она. Саша кивнула.
— Книги точно сама донесёшь? — поинтересовалась она.
— Точно, — отмахнулась Люба. Махнув рукой на прощанье, она сбежала по ступенькам и зашагала вниз по улице.
Проводив подругу взглядом, Саша улыбнулась и, спустившись с крыльца, собралась повернуть направо, когда на неё случайно натолкнулся один из прохожих. Тетради выскользнули из рук, и девушка бросилась их собирать, мужчина тут же наклонился следом, поднимая с мостовой разлетевшиеся конспекты.
— Простите, — он протянул ей несколько тетрадей.
— Ничего страшного, — забрав конспекты, Саша быстрым движением заправила за ухо выбившуюся из причёски прядь, и бросила мимолётный взгляд на мужчину, только сейчас отметив, что правый рукав его белой рубашки был аккуратно прицеплен в районе плеча, из-за отсутствия руки. Когда она взглянула в лицо мужчины, их взгляды на мгновение пересеклись, и она замерла, глядя в эту бесконечную небесную голубизну его глаз.
— Простите ещё раз, — коротко бросил мужчина, отводя взгляд, и быстро зашагал прочь, уже через минуту скрывшись в толпе.
— Эрвин, — выдохнула Саша и бросилась за ним.
Проталкиваясь сквозь людской поток, наводнивший улицу, Саша всё пыталась успеть догнать и суметь не потерять из виду маячащую где-то впереди знакомую идеально прямую спину. Хуже всего было то, что она не могла позвать его по имени. Он наверняка сменил и имя, и фамилию, раз оказался после окончания войны здесь, в Ленинграде.
Она так и неслась следом за ним по улицам, расталкивая людей и коротко извиняясь перед прохожими, до тех пор, пока не забежала, пытаясь отдышаться вслед за ним в пустующие тенистые дворы. Возвышающийся справа семиэтажный дом образовывал вместе с примыкающим к нему достаточно высоким и ярко освещённым солнцем заборчиком небольшой тупичок. Слева и сзади вход сюда прикрывали кусты всё той же пышной сирени. Мужчина стоял в освещённой части двора, опустив голову. Медленно подойдя ближе, Саша остановилась в шаге от границы тени. Было заметно, как сильно напряжены под его белой рубашкой мышцы.
— Эрвин, — тихо, едва слышно позвала она, не веря своим глазам.
— Вы ошиблись, — напряжённо бросил он ей в ответ.
— Эрвин, — снова прошептала Саша.
— Нет, — жёстко бросил мужчина.
— Неужели ты думал, что я тебя не узнаю? — губы девушки дрогнули, складываясь в счастливую, хоть и немного грустную улыбку. Она медленно приблизилась к нему, веря и не веря своему счастью, обойдя его и замерев напротив. — Эрвин, неужели это и правда ты? — её серо-голубые глаза засветились счастьем. — Я так боялась, что ты погиб. А ты, оказывается, здесь. Почему же не попробовал разыскать меня? — по-прежнему улыбаясь, она чуть склонила голову к правому плечу, глядя на стоящего перед ней мужчину.
— К чему тебе однорукий калека? — его губы изогнулись в знакомой ей усмешке. Только слишком уж много горечи было в ней на этот раз.
— К тому же, к чему немцу спасение русской девчонки, — едва слышно прошептала она. — Не было ни дня с нашего расставания, чтобы я не вспоминала о тебе.
— Снова принимаешься за старое? — в его словах, как и в усмешке, сквозила горечь.
— Как и ты, — прошептала Саша, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Эрвин, — снова позвала она, заглядывая в его лицо, пытаясь поймать взгляд голубых глаз — ты мне всё ещё нужен, — её прохладная рука нежно коснулась его немного шершавой щеки. Приподнявшись на носочках, она потянулась к его губам, осторожно и, как и прежде, неопытно целуя, прижимая второй рукой тетради с конспектами к груди.
— Очень-очень нужен, — отстранившись, прошептала Саша, обнимая мужчину и чувствуя его тёплое дыхание на волосах, и крепкую сильную руку, обхватывающую её плечи и обнимающую в ответ.
