Ледяной Зеро

Вот уже битый час Тоширо с Гриммджо стояли над обледенелой дырой и думали, как бы её заделать. За всё время кроме предложения «заморозить толстой коркой льда» ничего другого не поступало, но Тоширо оно не понравилось, ибо рано или поздно, но лёд должен растаять и за этим надо следить, приходить и снова замораживать, а всё это было уж очень геморно. Джио — единственный, кто пошёл вместе с Эспадами от имеющегося в одном месте огромного шила, — от скуки уже реально начал бегать по округе и рубить сбежавших низших пустых. Хицугае же как назло в голову ничего не приходило, как, собственно, и Джаггерджаку. — Да ё-моё! — воскликнул Гримм. — И как, он думает, мы заделаем дыру таких размеров?! Тоширо, ты чем думал? — Я ничем не думал, у меня хвост жил отдельно от меня, как я мог, по-твоему, думать? — Твой хвост двигался сам по себе? Эт как? — выпучил глаза Гримм. У него у самого в релизе хвост отрастал, но такого на практике не случалось. — Да я и сам не понял. Так, не это сейчас важно, как дыру заделать? — А шут её знает! Хотя… — Что? — Да пока ничего. Нам нужно наведаться к одному аквариуму. — Ась? Через несколько минут двое парней, попрощавшись с Вегой, стояли у одной из дверей. И что подозрительно, судя по расположению соседних дверей от неё, комната за ней была довольно-таки большой. Они постучались, и в ответ им донеслось писклявое: «Войдите!» — Йо, — первым зашёл Гриммджо, — как пожи… Ооооо-оу! Щет! Арониро, опять двадцать пять! Если Гримм быстро взял себя в руки, то Тоширо еле удерживал в себе желание унести ноги куда подальше. Перед ними была какая-то нереальная хрень, напоминающая Ктулху, которого расчленили и обратно склеили «моментом». А сверху виднелась верхняя половина тела тех двух ходячих черепушек в аквариуме. Этот мир продолжает атаку на мировосприятие Хицугаи, а у самого парня снова разыгрался нервный тик. — А что такого? — пробасил в ответ Арониро. — Глотенерию иногда нужно «выгуливать» и подкармливать. — Ага, теперь понятно, зачем такая большая комната. — Да, это всё прекрасно, но ты давай спускайся, нам твоя помощь нужна. «Нереальная хрень» начала сдуваться, и уже скоро тело девятого приняло изначальный вид. В следующее же мгновение Тоширо и вовсе позабыл как дышать: колба с жидкостью и головками стала лицом его старого знакомого, который уже давно погиб! Перед ним стоял Каен Шиба! Слишком много потрясений за последнюю минуту!!! — Зеро, — усмехнулся «Каен», — глазеть на человека с таким лицом как минимум неприлично. — Слышь, фига тебя перекосило, — прокомментировал мину друга синеволосый. — Пасть-то хоть закрой, — и Гримм сам захлопнул ему рот рукой. — Ты знал его? — догадался Арруэри. — Н-ну… — но Тоширо не успел ответить. — А, да, вспомнил. Новоиспечённый ученик Академии синигами, подающий большие надежды, Хицугая Тоширо. А ты был очень милым, когда был маленьким. Ну и вымахал! — А-а-а? — Позволь я объясню. Моя способность в том, что я пожираю синигами и пустых, при этом я получаю их внешность, способности, опыт, воспоминания, а иногда даже чувства, если те были очень сильными. — Н-но ведь… — Тот пустой, который съел Каена Шибу в Сейрейтее, имел способность после смерти возвращаться в Уэко Мундо и возрождаться. И как раз когда он это сделал, я его поглотил вместе с этим синигами. Вот, — рассказал он всё, не прекращая дружелюбно улыбаться. «Ах ты сука!» — пронеслось в мыслях у Тоширо, но озвучивать он это не стал, однако по лицу и так всё было ясно. — Эм, слушай, если хочешь, могу не использовать его лицо. — Да не, всё в порядке, — Тоширо тут же пришёл в норму. — Ну, — обратил внимание на себя Гриммджо, — вернёмся, пожалуй, к теме. Арониро, у тебя в закромах есть какой-нить синигами или пустой, который создаёт что-то вроде прочной херни со сроком годности в вечность? — Э-э-э, а вам зачем? — Вот этот вот чудак во время тренировки в пустыне протарабанил в земле дыру на нижний уровень, и теперь надо её заделать. — Чё, серьёзно?! Как?! — Ну как, взмахнул хвостом пару тройку раз, а оно как-то само и вышло… — замялся Тоширо. — Охренеть просто! — Так ты поможешь нам? — Хм, дай-ка подумать, — Арониро нахмурился. — Ну вроде бы да, есть такой. Думаю, смогу вам помочь. — Зашибись, пошли! В пустыне — Ох ты ж грёбаный трындец! — выпалил Арониро, смотря на дыру. — И это ты учудил? Случайно? — Ну да. Сам в шоке. — Чёрт, не дай бог обидеть тебя, себе дороже. — Да-да, давай уже, призывай кого надо, — поторопил его Хицугая. — Сейчас. Лицо Каена стало быстро плавится, как воск, при этом побулькивая, а на его месте появилось лицо какой-то девушки-синигами, довольно невзрачной на вид. Росту, кстати, в арранкаре тоже поубавилось. «Девушка» неуверенно достала меч и призвала его: — Склеивай, Себа*! — у неё в руках появилось странное оружие, напоминающее дудку, только с гардой, рукоятью и лезвиями по бокам. Она нацелила его на дыру и стала по всей ширине постепенно закрывать её клейкой субстанцией зеленоватого цвета, которая тут же застывала, становясь непробиваемой. Спустя несколько часов посменной и нудной работы, в ходе которой трое успели поболтать о том о сём, почти вся дыра была «заклеена» этой субстанцией, но Тоширо вдруг попросил Арониро остановиться. — Ты это чего? — удивился он. — Там снизу три реацу, они меня заинтересовали, — протянул Тоширо. — Подождите-ка меня здесь, я сейчас, — и с этими словами он спрыгнул вниз. Приземлившись, Тоширо осмотрелся. Вокруг было множество камней и огромных деревьев, которые, похоже, были сделаны из того же, из чего и кустики наверху, а их макушки уходили дальше, чем «потолок». Теперь-то понятно, что это за кустики такие. Те три реацу, что он почувствовал, находились совсем недалеко, метрах в двадцати. Это были то ли адьюкасы, то ли гиллианы, но вся соль в том, что их духовная сила с каждой секундой становилась всё больше. Тоширо тщательно скрыл свою реацу и решил незаметно подойти к тем трём, чтобы посмотреть на них. Подойдя поближе, выглядывая из-за дерева, он застал зрелище, которое приходится понаблюдать далеко не каждому: три гиллиана в процессе эволюционирования в адьюкасов! Шипов на шее уже не было, маски становились всё более отражающими индивидуальность, а размер был всего-то в пять метров. Дальше — больше: пустые продолжали стремительно уменьшаться и вдруг взвыли, их тела стали приобретать определённые очертания, формируясь будто из вязкой чёрной материи. Вот она уже сформировалась и начала костенеть, становясь белой и твёрдой. Адьюкасы перестали выть и восстанавливали дыхание. Получились трое зверей: огромный змей с большими зелёными глазами, медведь с острой на стыках бронёй и редкими, но широкими чёрными полосами, и большая птица, очень похожая на сказочного феникса. Вот эти трое Хицугаю и заинтересовали, да и силы у них были на уровне. Тот Улькиорра что-то говорил про… да, хорошая идея. Тоширо вышел из своего укрытия, дабы начать разговор, но троица сразу начала скалиться и рычать на него. — Воу-воу, полегче! — немного грозящим тоном сказал парень. — Я не причиню вам зла, я с благими намерениями. — Кто ты такой?! — грозно прошипел змей. — Я Хицугая Тоширо, арранкар, и, если вы согласитесь, то тоже станете арранкарами. — Как это? — Очень просто. На поверхности есть замок, Лас Ночес, а повелитель в нём — некий Айдзен Соуске, и он сможет легко проделать такую метаморфозу. Этот диалог продлился ещё минут пятнадцать. Пустые были очень осторожны и недоверчивы, но Тоширо всё же убедил их, что стать арранкарами — мысль светлая, так он с ними ещё и договорился, чтобы они были в его личной фракции. Наверху — Бляха муха, Хицугая, где тебя меносы носят?! — негодовал Гриммджо. — На миссии пополнения арранкарских рядов! — гордо и пафосно отшутился тот, кивая на стоящих за ним новеньких адьюкасов. — Эвано как! Фракцию себе хочешь сколотить? — Ты меня насквозь видишь. Кстати, а у тебя есть фрассьоны? — Эх, были, да все вышли, — фыркнул Гримм, отводя глаза. — Оу, ясно. — Ты к этому, кстати, руку-то приложил. Имя Шаолог Коуфон тебе говорит о чём-нибудь? — Н-ну, я же, это… — заволновался парень. Так тот длинный был фрассьоном Гриммджо? Как неловко получилось. — Да не парься, я зла не держу. — Фух. Когда Арониро наконец доделал работу, все вернулись в замок, где из пустых сделали арранкаров. Змея, как оказалось, зовут Дейчи Гото. Это был высокий мужчина, на вид, возможно, чуть старше Тоширо. У него были чёрные короткие волосы с белым локоном чёлки справа и ярко-зелёными глазами с вертикальным зрачком. В качестве остатков маски был маленький пирсинг в виде колечек: два в правом ухе, один справа на нижней губе и один на левой брови. Феникс по имени Чиэса Такада обратилась девушкой среднего роста с лохматыми красными волосами ниже лопаток и тремя чёрными локонами, обрамляющими лицо. У неё был аккуратный нос, пухлые губы и большие красные глаза. Маска осталась в виде правобокого гребня на голове с расписными узорами. С медведем всё было интереснее: — Итак, — обратился Хицугая к новоиспечённому арранкару. Это был мужчина, примерно того же возраста, что и змей. Высокий и широкоплечий, крепкого телосложения, с короткими каштановыми волосами и приятным добродушным лицом с короткой трёхгранной бородкой. Остатки маски, как у Гриммджо, только на другой щеке, — как же тебя зовут? — Михаил Петрович Подопригора! — улыбнулся детина. — Как-как? — хором переспросили все. — Михаил Петрович Подопригора, можно просто Миша. Чего непонятного? Ваши имена, с которых язык ломится, вы запоминаете на раз, а как простейшее имя — так проблема. — Так, стоп. Ты что, русский, что ли? — уточнил Ичимару. — Так точно. — Офигеть, как же ты сюда попал? — Понятия не имею, но отныне я здесь, на Дальнем Востоке. — Удачи тебе, — прошептали Гин и Айдзен Хицугае, похлопав его по плечу. — Спасибо. И вот Тоширо и его новая фракция идут в новую квартиру. Хицугая выбил у Айдзена трёшку, ибо на его двадцати квадратных метрах четверо вряд ли уместились бы. А главный бонус был в том, что это было что-то вроде «номера люкс», и там была своя большая ванная комната. Оставалось только сгонять на Грунт, прикупить несколько вёдер краски для ремонта и разукрасить всё в попугайские цвета, а то от всего белого уже выворачивает. Пока они шли, Тоширо рассказал ребятам о здешней обстановке, иерархии и всём прочем. На всякий случай предупредил, чтобы далеко не ходили, а то как заблудятся, и ищи-свищи. По дороге они встретили Нойтору, который кинул Хицугае презрительный взгляд и сделал Чиэсе комплимент, что в своей грубой форме походил скорее на оскорбление. «Ебало норм!» — сказал Джируга девушке, за что чуть не получил по жбану от Миши. В конечном итоге все наблюдали за матерной перепалкой между ложкой и медведем. И Миша, владея более обширными и изощрёнными знаниями в этой области, да с высоты своего опыта, втоптал этого «циклопа» в грязь, а зрители значительно пополнили свой словарный запас. И только когда одноглазый ушёл, Тоширо рассказал, что это был Квинта Эспада и то, что Миша не огрёб — большая удача, хотя он и вправду крут. Потом им по пути попался Улькиорра, который немного напрягал своей бледностью и непробиваемой рожей. Но, несмотря на это, Миша долго и громко ржал над его фамилией, называя его черепицей. Улькиорра, естественно, как и все остальные, не врубился, почему его фамилия так рассмешила парня. Они бы, конечно, тоже могли посмеяться над фамилией Миши, но они ведь не знали, как она звучит по-русски. Для них всё его имя было заморским и непонятным. Но когда Подопригора объяснил, почему ему так весело, остальные тоже не сдержали дикий ржач. Кватро же, бросив тихое «мусор», ретировался куда подальше. Дальше они встретили того, кого точно не ожидали. Барраган куда-то направлялся и в процессе маленького знакомства начал как-то странно посматривать на Такаду, и она была вынуждена незамедлительно спрятаться за широкой спиной почему-то сонного и заторможенного Дейчи, у которого глаза были подозрительно бледные, и он очень часто мотылял своим тонким змеиным языком. И вот наконец, добравшись до нужной двери, они вошли в «квартиру». Первая комната ничем не отличалась от старой комнаты Тоширо, только была она намного больше и помимо спальной кровати имела большой угловой диван и большой кофейный столик. Слева были две двери: одна вела в двухместную комнату со шкафом и двумя одноместными кроватями, а вторая — такая же, но рассчитанная на одного. Справа была дверь, ведущая в ванную. Внутренние часы арранкаров подсказывали, что скоро надо будет ложиться спать, с чем Хицугая охотно согласился и пошёл в душ, предварительно сказав, что в этой большой комнате будет спать он. Пока он мылся, пустые договорились, что в двухместную комнату пойдут парни, а в одноместную — Такада. Когда все приняли душ, они разошлись по своим кроватями и заснули. «Утром» — Ааааа!!! — завопил не своим голосом Миша и отскочил к стене, вжавшись в неё, на сколько это было возможно. — Что такое?! Кого убивают?! Какого чёрта?! — затараторил прибежавший на крик Тоширо. — Петрович, ты чего?! — выпучила на него глаза Чиэса. Тот, потеряв дар речи, дрожащей рукой показал в противоположную от себя сторону. Двое посмотрели в указанном направлении и побледнели. — Пресвятая матерь Божья…