Мой личный мозгоправ

      Дверь тихонько отворилась, впуская в комнату высокого черноволосого мужчину. Светлая рубашка, с подвернутыми рукавами, синие джинсы, дорогие ботинки. С первого взгляда можно сказать, что ничего примечательного в этом человеке нет, но Наруто понял сразу, что не все тут так просто. Откуда такие сведения? А к Наруто просто так никто не приходит. И скоро вы узнаете почему. — Пожалуйста, проходите. Не стойте у двери. Садитесь, — Наруто поднялся из-за стола и махнул рукой на кресло, напротив его стола. Пациент был довольно крупного телосложения, выше Узумаки и шире. И… От него шла какая-то незаметная угроза. Это можно было понять по взгляду, которым вошедший наградил блондина: холодный, пристальный, с опасными огоньками. Брюнет держал руки в карманах джинс, и присаживаться не спешил. — И много ли тебе платят, доктор? — мужчина улыбнулся ему уголками губ и подошел к аквариуму с рыбками. — Я всегда говорил своему брату, что в этом городке половина горожан — психи, а вторая половина — их врачи. Ты любишь рыбок? — Да. Люблю, — Наруто посмотрел на аквариум, потом на картину позади пациента. На ней тоже были рыбки. — Почему они тебе нравятся? —Что, простите? — не понял Узумаки. — Почему Вы интересуетесь? Вопросы здесь задаю я. Это ненужная информация. — А что такого в этом? — брюнет оглядел Наруто. — Я спрашиваю, потому что мне интересно.       Пациент прошел к креслу и уселся в него, при этом закинув ноги на столик с журналами. Наруто был обескуражен таким поведением. Этот человек вел себя так, будто пришел не на прием к психиатру, а к себе домой. — Ну, начинайте, доктор! Мне очень интересно… — он замолчал. — Что интересно? — Наруто не спеша вышел из-за своего стола, заваленного бумагами, и сел напротив. — Какие фокусы вы будете использовать, чтобы докопаться до истока моих проблем?! — мужчина наклонил голову вбок и пристально взглянул на Узумаки. Не взгляд, а ледяные стрелы. Так же холодно и так же неуютно. — Доктор, тебе сколько лет-то хоть? Что-то ты уж больно молодо выглядишь. Тебе точно можно рассказывать обо всем том, что со мной происходило? Ты в обморок не грохнешься? Что-то мне кажется, ты сильно впечатлителен. — Уверяю Вас, беспокоиться не о чем. Вы можете говорить о чем угодно. И… Кстати, я как понимаю, Вы Учиха Саске? Записались на прием в прошлую среду. — Да, это я. — Хорошо. Итак, Саске-сан… — Учиха убрал ноги со столика. — О! Погодь, цыпленок. Зови меня Саске. Просто Саске, без этого твоего уважительного «сан». Договорились? — Наруто открыл было рот, чтобы возразить, но его монолог об этике прервали руки Саске, которые дотянулись через журнально-кофейную композицию и довольно крепко вцепились в его ладони. — Не говори ничего. Просто делай, что умеешь, если получится, конечно, — уголки губ Саске дрогнули в усмешке — Мне сказали, что ты самый лучший из всех мозгоправов в городе. Не думаю, что это простая пыль в глаза. Ну, так что? Правду говорят, что ты юный Фрейд, или меня отправили просто развеяться и потрепаться к смазливому мальчишке, больше похожему на звезду «Плейбоя», чем на психиатра?! — Мой внешний вид не должен Вас волновать. — Он меня и не волнует. Он меня возбуждает. Особенно вот эти классные полоски на щеках. Можно их потрогать? — Саске прикоснулся к правой щеке и провел большим пальцем по трем полосочкам. Наруто немного напрягся, но не отпрянул. Он внимательно следил за взглядом Саске. Какие черные глаза! Ни намека на зрачок и радужку. А, может, это линзы? — Ух ты-ы-ы! — Саске прыснул от смешка. — А твои глаза намного больше, чем мне показалось, когда я вошел! Да еще и голубые… Как небо. Такие спокойные. — Саске-сан… — Просто Саске, цыпленок, я же просил… — Да. Извините. Саске, может быть, мы приступим к причине вашего появления в моем кабинете? — Валяй, цыпленок. — Э-эм… Не могли бы Вы не называть меня так. Вы все-таки пришли к психиатру, а не в курятник. — Не кипиши, цыпа. Начинай.       Наруто закусил губу. Опять цыпа! Возразить или нет? Пожалуй не стоит так сильно акцентировать свое внимание на этом. — Очень надеюсь, что вы начнете говорить не только обо мне, но и о себе. — Я что-то не так о тебе сказал? Цыпленок, ты только намекни, я готов произнести любую речь, лишь бы вновь увидеть, как твои щеки заливаются румянцем.       Узумаки перекосило. Что он себе позволяет? — Опять обо мне. Говорите уже о себе, Саске-сан… то есть, Саске.       Учиха хитро улыбнулся. — Ну, раз тебе так не терпится поговорить обо мне, то я воспользуюсь этой возможностью и пролью свет на свою скромную персону. Зачем я пришел к тебе, мой дорогой мозгоправ? А вот смотри, — Саске расстегивает рубашку и показывает Узумаки шрамы: один на левом боку, второй на уровне седьмого ребра справа и длинный шрам у ключицы. — Я режу себя, когда мне становится совсем уж невмоготу. Мне нравится вид крови. Моей. И чем больше этой крови, тем легче мне становится. Что еще тебе сказать? У меня есть старший брат, которого я травил ядом курары. Смерть от нее медленная и мучительная, человек остается в сознании, но не может двигаться и говорить. Однако, если применить искусственное дыхание до того, как яд осядет, человека можно спасти.       Наруто откинулся на спинку кресла, анализируя полученную информацию. — У Вас… — Стой, цыпа, ты главного не слышал. Я не могу кончить. Вроде возбуждаюсь, но не могу. Хоть как ласкай, хоть кто ласкай, не получается. Понимаешь? — Не совсем… Вы намекаете, что Вам необходима консультация уролога, или приписываете свои душевные проблемы с задержкой эякуляции? — Нет, цыпа. Я сейчас хочу узнать, какой диагноз ты мне вынесешь. Кто я? — Вы трус, это во-первых… — А ты не трус? — Речь не обо мне… — Не юли! Ты чего-нибудь боишься? — Это неважно. Саске, Вы сами знаете, почему резали себя или зачем травили брата? — Резал, потому что ненавижу. Травил, потому что ненавижу.       Узумаки закусил губу. — Не могли кончить, полагаю, из-за этого же факта. Вы ненавидите всех и вся. У Вас нет ни привязанности к окружающим вас людям, ни любви. Что бы избавиться от «состояния постоянного возбуждения», ученые именно так называют проблемы с эякуляцией, Вам нужно научиться любить, влюбиться. Потом и попытки суицида исчезнут, и брата Вы оставите в покое.       Наруто встретился с задумчивым взглядом Саске. — Зачем ты сделал эти татуировки на лице? — Это не тема для разговора. — А еще есть тату? — Нет. Прекратите меня расспрашивать, — щеки Наруто порозовели. — Врешь. И где она у тебя? По глазам вижу, что есть. Покажешь? — Учиха не имел чувства такта. Из-за этого Наруто приходил в состояние легкого бешенства. Он уже не сидел на кресле, а занял место за своим столом. — Не покажу, — ответил он и меланхолично поправил шляпку на тряпичной фигурке гнома, рядом с компьютером. — Доктор, да ты полон загадок! — Учиха следом встал и пересел на стул, который предварительно подкатил к столу Узумаки. — Мы сегодня так и будем говорить обо мне? — блондин собрал в кулак свою волю и собрался разговорить-таки невозможного пациента, но уже не о себе, а о нем. — У Вашего брата есть семья? — Саске встретил вопрос нахмуренным выражением лица. — Есть. — А дети? — Есть. Один. — У Вашего брата есть жена, ребенок, как я полагаю, работа. — И? Цыпа! Чего ты про брата-то моего говорить начал? До чего ты хочешь этим докопаться? — У него есть все, что должно быть у человека, который любит, и которого любят. Вы ему завидуете? — Цыпа! Я завидую только тому, с кем ты спишь. — Саске, это опять… — Неважно! Я понял, — он передвинул статуэтку гнома и положил локти на стол, подперев одной рукой щеку — Но это правда. — Мы сейчас не об этом, Саске! Вот посмотрите, что имеет Ваш брат, и что имеете вы… — Не что, а кого.       Наруто вскинул брови в немом вопросе. — Имею я, дорогой доктор, пьяных девиц — Саске прищурил глаза. — Вы бываете хоть на несколько минут серьезным? — на лице Узумаки отразилась гримаса раздражения. — Бываю, когда пытаюсь кончить, например. Или когда сплю.       Мысли Наруто приобрели какой-то хаотичный порядок. Пациент явно выходил из рамок дозволенного, но Узумаки ничего не мог с этим поделать. Молодой человек с черными глазами был какой-то нетипичный. Он отличался от всех тех пациентов, которые сидели, вот в этом кресле, в котором недавно сидел Саске. С ними было легче. Они, хотя бы, хотели, что бы им помогли. А тут, какой-то цирк! Кто у кого на приеме — не поймешь. — Правда, последнее время я неважно сплю… — фраза заставила Наруто поднять взгляд от вороха бумаг на Саске. — Вы плохо спите? Или Вам тяжело засыпать? — Ну, нет, цыпа, засыпаю я отлично, прихожу в свою квартиру, включаю телик и улетаю в страну Ебландию, вместе с голливудскими потаскушками. Тебе какие девушки больше нравятся? Ну, блондинки или брюнетки? — Никакие! — резко отвечает Наруто, даже не подумав, но сразу же жалеет об этом. Саске замер с вопросительным выражением лица. Где-то в глубине темных глаз мелькает огонек похоти. — Тебе мальчики больше нравятся что ли, а-а-а, цыпа? — Нет, — почти стонет от безнадежности Наруто. — Что дальше? Вы включаете телик и-и-и… — И вырубаюсь.       Наруто часто заморгал. Он явно ожидал другого ответа. — И что потом? — Потом вискарь и сигареты почти всю ночь… Ох, — Саске начал расстегивать рубашк., — У тебя тут жарко, как в Кубе в 1962. Я рубашечку сниму. Не красней только, хорошо? — С чего я буду краснеть? — Наруто скользнул взглядом по сильной бледной шее, тонким рукам и принялся рыться в бумагах, словно что-то искал. Хотя, на самом деле, он просто старался себя отвлечь. Ему вдруг тоже стало душно. Галстук давил, челка немного прилипла к вспотевшему лбу, а в горле появилось ощущение сухости. — Вы просыпаетесь среди ночи от неприятных снов, кошмаров? — Узумаки скосил глаза на аквариум, стараясь не смотреть на полуголого пациента. Хотя ничего такого в этом не было. Он же не женщина. Блондину все равно было неловко. — Эй, доктор? Ты как? Что-то ты совсем разомлел, однако. У тебя не температура, случаем? Дай-ка померю! — Саске вскочил со стула. Наруто не успел ничего ответить, как почувствовал руку на своем лбу. — Ты бы окно-то закрывал, цыпа. А-то так и заболеть недолго…Не пойму!       В следующий момент глаза Наруто округляются от того, что вместо руки Учиха прилип уже губами к его лбу. — Вроде нет! — спокойно отвечает Саске и садится обратно на стул. Потом смотрит на офигевшего блондина и нагло так улыбается. — Ты что как девственница, растекся-то?       Наруто хорохорится некоторое время, пытаясь собрать совсем разбежавшиеся мысли. На вопрос не отвечает. — Эм… Значит… Вы просыпаетесь по ночам в одно и то же время? — Я на время не смотрю. Просыпаюсь, любо душу себя думками разными не особо позитивными или вискарь пью. — И что вам снится? — Наруто поднимается со своего стульчика и идет к графину с водой. — Блядь, да они разные, сны-то эти. Тебе что, все рассказывать? — Саске облокотился на свои колени и устремил взгляд в пол. — Прости, цыпа… Но… Я как бы… не хочу обсуждать эти тупые сны. Вот это совсем не то, что нужно тебе услышать. — А что нужно услышать? — Наруто налил воды в стакан и отпил немного.       Лицо Саске озаряет еле заметная улыбочка. — Например, то, что ты хочешь меня, цыпа.