Ангелы и демоны

А машины изменились. Не сильно, но все же. Первое на повестке дня – сколько прошло времени, по земным меркам? Последние перья волочились по асфальту, оставляя глубокую борозду, как нож в горячем масле. Может быть, и не стану продавать… *** Несколько раз безуспешно голосовал. Знаю же, что на трассе ни кто не подберет. Автостоп - не моя стихия. Но через часок произошло чудо, возле меня затормозил скучающий дальнобойщик. Я вспрыгнул на ступеньку и заглянул в кабину. Внутри было накурено, за рулем же сидел дядька за 50 лет. Атмосфера радужная, не совсем подходящая. Должно быть, едет домой. Но выбор у меня пока не велик, необходимо ассимилировать любой ценой. Судя по росту и комплекции, приличной одеждой он меня не снабдит, но лето мне в помощь, может быть, у него найдутся лишние шорты и футболка. - Э, здрасте… - фурщик подозрительно звучно захлопнул рот. - И вам не хворать! Уважаемый, не подбросите артиста до ближайшего города? – должно быть, принял за женщину. – Только, мне бы инвентарь спрятать. - Кидай назад, - водитель недовольно нахмурился. Интересный поворот событий. Что у него там, в хвосте? Ладно, позже разузнаю. Я бережно втащил свой сверток и, как младенца уложил на спальное место. - Виктор, - представился шофер. - Аф, - представился я в ответ. Будь передо мной человек сведущий в демонологии и классификации ангельских имен, он, возможно, призадумался бы, сажать или не сажать рядом с собой «Красное и черное пламя». Находясь в культурологической сфере современной России, меня неоднократно подмывало прозваться Пахадроном (ангелом террора). Ничего, это – злобный стеб, с моим именем чудесно живется. Оно вызывает ассоциации с сетевым ником и исключает выдумки кличек и коверкания. Одно но, меня так звали с рождения, потому и отдали в руки, этот самый красный и черный огонь, которые со мной неплохо уживались. Заставили почувствовать себя сильным, а потом, суп с котом… Во втором кресле было неудобно. Я сидел, выставив из-под юбки рельефные жеребячьи коленки, и мялся, справедливо опасаясь начать разговор с вопроса «Какой год на дворе?». Хотя, с меня и моего образа станется. - В сапогах не жарко? - Жарко! – я воспринял его вопрос, как приглашение разуться. Сапоги снял и с облегчением выставил на бардачок ноги. Моего извозчика в ужасе перекосило. Если бы рядом с ним сидел не падший, то быть нам давно в кювете, от знойного аромата. Появление демонов не сопровождается запахом серы. Серой пахнут последствия. Я – существо все же высшее и пах имбирем и кардамоном с оттенком фиалки, как изысканные пряные духи. Дядя Витя расслабился. А я собрал губки бантиком и включил «отца лжи». - Представляете, шапитошники поганые, напоили каким-то дерьмом и выбросили прямо на трассе! Шутники хреновы. Главное, инвентарь оставили, в костюм переодели, а вещички все тю-тю. Дяденька Витенька, а дайте позвонить! - Какой я тебе дяденька! Мутные у вас дела творятся. Небось, напакостил кому? -Я напакостил? Да я – смиренный инок. Ну, что я, виноват, что на меня женщины вешаются? - Главное, парень, чтобы было на что вешаться. На, звони, – мужик кинул мне сотовый телефон. Я благоговейно взял черный плоский квадратик без единой кнопки. Ба, технологии! Неужели лет сто прошло? Хотя, машины изменились не сильно, а качество дорог и подавно. Не вызывая лишних вопросов посмотрел, где черное стекло было залапано больше всего и спросил обыденное «Где кнопка включения?». Водитель, не глядя, ткнул маленькую кнопочку с боку. Экран загорелся. Дальше все было понятно. Замочек, просто поелозим. А вот и дата. Интересно, десять лет. А это чудо пришло на смену кнопочным лопатам моих прошлых работодателей. Их может быть, и в живых нет. Я прикоснулся к значку, красноречиво изображающему телефонную трубку. Потыкал в виртуальные кнопочки цифр и набрал по памяти телефон одного весьма мутного человека. Но не сотовый номер, а домашний, для верности. Голос с обратной стороны не заставил себя ждать. Ангелина, я любил эту клушу за одно ее имя, как всегда сидела дома. - Привет, Ангелина, это – Аф. - Кто?! – в ухо полетел зуммер гудков. Я терпеливо перезвонил. - Скучала? - Первые пару лет, как ты исчез, спать не могла. Пришлось сесть на колеса. Потом от колес лечиться. Так, что, думаю, не очень. - Ангелина, не дрейфь! Два вопроса: папик жив, и собирает ли он до сих пор геральдику? - Все у нас по-прежнему, - выразилась она довольно неопределенно. Хорошо. Лететь предстояло в Москву. Только определюсь в какую сторону и махну не глядя. Я не летаю самолетами аэрофлота. На это мне деньги не нужны. Поддерживая разговор с Виктором, я думал о глобальном. Мне предстояло спрятаться, как следует, наладить быт. Выйти, или не выйти на связь со своими. А прежде всего, раздобыть документы, без которых из леса лучше было не выходить. *** Где-то в Верхнем мире. - Натаниэль, деточка, ты проснулась? Отец? Почему именно отец? Почему не няня? Почему я не должна проснуться, когда я уже готова к выходу! Этим утром я была еще более взбалмошной и неуравновешенной. Мне предстояло несколько значимых событий в жизни, которые я бы с удовольствием разделила во времени. У меня был день рождения, второй в жизни после появления на свет. Совершеннолетие и введение в имя сами по себе события значимые. Однако я находила их неизбежными и привыкла. А вот помолвка с сыном отцовского друга ради увиливания от стажировки, волновала меня куда больше. Стажировка еще никого не убивала. Наших, слава Богу, не бросали, словно щенят в помойную яму Среднего мира. К тому же статус при рождении, богатство и влиятельность рода не могли априори позволить ситуации выйти из-под контроля. А предстоящая свадьба!? Я, будучи обычной девчонкой с мечтами, не раз представляла себе золотую колесницу, белые цветы, жемчужную сеть, украшающую белые крылья. Не совсем конечно белые, а смягченно - бежевые. У настоящей девочки-ангела крылья должны быть, как снег в Среднем мире, белее белых цветов, которыми меня станут осыпать на церемонии. В ближайшее время предстояло узнать, почему мои крылья имеют такой цвет. Значение моего имени – «Данная Богом». Всего-навсего, почему же мои друзья косятся на меня. Не потому ли, что я девочка с крыльями воина. Я оделась для церемониальных визитов в легкое простое белое платье. Заплела волосы в косу, достающую до колен. По спине зазмеился огненный ручеек. Предметом зависти выступали не только белоснежные крылья подруг, но и их золотистые волосы. Может быть, стоит выскочить замуж, не дожидаясь стажировки? А то переведутся охотники. Эрелим – сын отцовского друга. Должно быть действительно «отважный», если не побоялся необычной внешности избранницы. Только все это – ложь и самообман. Династические браки среди высших, а тем более в родах иерархов заключаются по сговору сторон. Ни кто не потрудится спросить нашего мнения. Я спустилась в зал, и мы перенеслись в дом введения в имя. Довольно скромное сооружение, по нашим меркам. Внутри оказалось несколько комнат расположенных вокруг глубокого бассейна. За счет очень глубокого синего дна, вода казалась цвета ляпис-лазури. Введение в имя обычных низших чинов ангелов происходило массово. Для нас сделали исключение. В одной из комнат мастера раздели меня, расплели волосы и велели ничего не бояться. К чему страх, когда мое имя – Данная Богом. Это хорошо! Залью всех лучезарным светом, возможно, петь начну. Отец стоял, вперив в меня внимательный и настороженный взгляд. Я прикрылась своими нехарактерными палевыми крыльями и, сгорая со стыда под множеством взглядов, сошла по покатым ступенькам в воду. Как мне объяснили, погрузиться надо с головой. - Натаниэль принимает имя свое! – услышала напоследок, вода хлынула в уши. «Натаниэль». Стало жарко… «Натаниэль». Я приближалась к самому дну, где места было вселишь, чтобы поставить две ноги. «Натаниэль» – ангел огня. Вода в бассейне взметнулась, хлопнулась оглушительно о стены, прижимая к ним всех присутствующих, в том числе и моего отца. А меня объяло сокрушительное чистое практически белое пламя. Оно выплеснулось, сметая сооружение, закидывая обломками ни в чем не повинных церемониймейстеров и моего несчастного родителя. Надеюсь, они успели укрыться. Должны же у них быть щиты на такой случай? Огонь ушел в самое небо и иссяк. Я стояла на дне глубокой синей воронки бывшего бассейна и не могла пошевелиться. *** - Натаниэль! - Я рада, что вы живы! - На… - Не произноси мое имя! Почему из всех известных имен мне досталось именно это? Значит, другим можно быть умилением, благодатью, слышащей Бога, а мне? Да я бы на «деторазрешающую» согласилась с большей охотой! Чем мне теперь прикажешь заняться?! - Ничем тебе не надо заниматься, девочка моя, малышка. Выходи замуж за Эрелима, а он найдет способ применения или усмирения твоих сил. Я ничего не ответила. Видала я способы усмирения способностей. Запрут навсегда в клетку, в самую настоящую клетку, и будут почитать, как ценный ангельский артефакт. Откуда знаю? Знаю! Один добрый друг рассказал… Друзья у меня, как у рыжей, разнообразные. Я знаю всю правду о стажировках, о том, что там весело и интересно для светлых. И есть, где разгуляться альтруизму. Можно учить добру. Можно со злом немножечко пикироваться. Настоящее сражение идет без нашего участия. Женщины редко попадают в армию. Как раз, такие женщины, как я, попадают в клетку. Они становятся замкнутыми домашними изгоями. Мне, возможно, предстоит родить мальчиков со своими способностями, чтобы силы даром не пропали, запертые в девичьем теле. Ну, уж нет! С меня станется. Пожалуй, хлопну я сегодня крыльями… Мое совершеннолетие наделало достаточно шума. Было решено, сегодня же заключить договор о помолвке. Меня стали вновь убирать, причесывать, украшать. Я вертелась подобно марионетке в руках кукловодов, чувствуя, как внутри накаляется стержень. Ох, ведь рванет же в самый неподходящий момент! Я прогнала всех. Открыла личный портал. Посмотрела немного в его зияющую пустоту и шагнула, твердо намереваясь долететь до Среднего мира. Не тут-то было! Меня вынесло в общественном месте перемещений. Одно путешествие, для тех, кто не мог открыть личный портал, стоило денег. Не имея с собой таковых, взамен я положила одну из заколок, удерживающих волосы, и заказала Средний мир в одежде по погоде. Приземление произошло вечером в городе на детскую площадку прямо в песочницу. Я сидела, растопырив ноги, как кукла, и обалдевала от какофонии звуков, незнакомых запахов и внутренних ощущений. Тяжесть пригвоздила к месту. Как неудобно здесь жить. Птичка на хвосте приносила, что демоны не испытывают такого явного дискомфорта. Неужели во внешних мирах такая разница в давлеющих средах. С большим трудом поднялась на ноги и стряхнула громоздкие крылья. Надеюсь, никто их не видел!