Проснись и шагни за край мира

- Конец боя!       Драконобой описал дугу и вонзился в землю. Меч Каски застыл у неё в руках, острием в небо. Отдышавшись, она опустила его в траву. Гатс взглянул на большие песочные часы, стоящие поодаль от смертоносных взмахов: - Большие часы без передышки, против Драконобоя и в почти полном доспехе. Отлично.       Каска отсалютовала ему мечом, вложила его в ножны и стала тщательно рассматривать свой новый доспех, багрово-красные пластины, гибкие сочленения, плотный воротник и наручи. - Ничего не натерло, не мешало. Наконец-то. А то пятой переделки мастера мне бы не простили.       Гатс довольно хмыкнул: - Ты - рубиновая секира. Отдохнем и наденем еще и шлемы.       Кивнув, Каска покрутила головой, чтобы размять шею. Над островом уже несколько дней пухли синие тучи, прибой гудел, трава и деревья стали цвета малахита. Золотистая нега сменилась соленой прохладой, и Гатс с Каской часы проводили на небольшом косогоре перед пляжем, фехтуя и упражняясь. Каска снова привыкала к доспехам, проверяя каждую пластинку и ремешок. Силы и навыки быстро возвращались к ней, а целебные ванны и напитки изгоняли ломоту в мышцах и синяки.       Дул влажный ветер. Сквозь разрыв в тучах показалась бледная, почти полная Луна, безучастно парящая на дневном, не её, небе. Каска приложила ладонь к губам: - Завтра Полнолуние. Он придет. - Мы знаем, что делать, - Гатс подошел к ней, глядя туда же. – Заодно и наречем его именем.       Каска улыбнулась, но через миг глаза её широко распахнулись, а губы раскрылись в недоумении: - Гляди, что с Паком?       Гатс обернулся, и эльфик в то же мгновение запутался у него в волосах, выпутался и повис в воздухе перед людьми. Вид у него был такой, будто за ним гнался десяток гарпий. Крылья были почти не видны в воздухе, он несколько раз набирал воздуха в грудь, но не мог начать говорить.       Каска подставила ладонь, и Пак упал на неё и затрещал, как многозарядный арбалет: - Бегом к нам! Из Мидланда лодка приплыла! Там люди и духи, знаешь кто?! Лица такие, что… - Пак, окунуть тебя во флягу? Успокойся! – рыкнул Гатс, накинув на него и Каскину ладонь край плаща, как на клетку с дроздом.       Посидев немного под тканью, Пак отбросил её и заговорил уже спокойнее, но, то и дело, норовя затараторить: - На нашем берегу все носятся не хуже меня. Лодка рыбацкая приползла из Мидланда, на левом ухе. - Лодка? – подняла брови Каска. – Как? - Битком набита людьми! Помнишь их? Нашими друзьями из Еноха! Падре, тот старик, мужчины, женщины, дети, как селедки! А тащили их, знаете кто? Шилкина подружка – дух воды, помнишь? А поломанные мачты духами природы облеплены. Так и плыли. Их матросы Родрика заметили, чуть в воду не попадали, духи у Короля, люди там, на пляже, все носятся и вопят.       Гатс представил себе это зрелище, и даже протез зачесался схватить меч. - Что случилось? Это из-за Слияния? – Каска успела одной рукой достать флягу, открыть и протянуть Паку. Он с благодарной физиономией сунул туда голову и забулькал. Вынырнув и вытряхнув воду из ушей, продолжил: - Никто не знает. Духи только в воздухе мелькнули, улетели сразу к Королю. Люди или молчали, или вопили, вид у них – как у напуганных до оживления мертвецов. Некоторые ранены, двоих унесли, их будто пожевали и выплюнули. Священник сидел на носу, вцепившись руками в огромный крест, и не шевелился, от самой деревни он его тащил, что ли? Азану и Серпико святого отца, как бочку с вином, с лодки снять пришлось и на песок положить. Пальцы вдвоем расцепить не смогли! Потом посадили у костра, дали понюхать масла, растерли, и он заговорил. - Но Пак, тебя-то что напугало?! – Гатс наклонился к эльфу. – Ты видел демонов, кушан, как миры соединились… - Слушай! – вдруг заорал эльф прямо Гатсу в нос. – Это всё не то! Гатс, я это слышал! Это хуже твоей рожи в бою!!! Это… Это… - Хуже?! Быть того не может! – деланно бодро заявила Каска, хотя Гатс заметил, как напряглась ей спина. – Например, Пак?!       Эльф стрелой взлетел с её ладони и повис между их лицами: - Бегом в Дом Собраний, там вам всё расскажут, я за вами сразу полетел! Но знаешь что, Касочка? Когда бедняги отплывали, мертвые… Мертвые, Гатс! Выскочили из леса, с их же деревенского кладбища, и бежали до самого моря. А потом прыгали в волны и пытались уплыть. Мертвые, Гатс!!!       Уже с высоты полета Пак крикнул: - Я еще пару гулён найти должен. И пропал.       Черный мечник и Красная мечница стояли молча, глядя ему вслед, не шевелясь. Ветер дул еще громче. Затем Гатс шумно втянул ноздрями воздух, и, повесив Драконобой за спину, произнес: - Отдаю второй глаз, это лучезарный белокрылый правитель показал черные крылья. Время пришло за нами.       Каска кивнула, положила ладонь на рукоять меча: - Да. Идём.       Гатс и Каска взялись за руки и шагнули вперед, пройдя первый шаг за край света.