Чешуйчатый приятель

      Прохладный вечер на морском дне, который ничем не отличался от любых других вечеров. Дело шло к ночи, поэтому все морские жители торопятся разбежаться по своим уютным уголкам, чтобы не угодить в пасть хищников.       Близнецы-осьминоги уже решили вздремнуть, ведь утром им пригодятся силы. Их ждёт величайшее наслаждение — стоны и вопли двух прекрасных пленников, с которыми они могут делать всё, что им заблагорассудится. Удобно расположившись на кроватях, «колдуны» мирно засопели и захрапели.       Стоило им только окунуться в сладкий сон, как вдруг прозвучал оглушительно громкий и протяжный стон, от чего Тэнт и Такл ошеломлённо вскочили и уставились друг на друга.       — Что это было?!       — Ты тоже это слышал?       — Кажется, это был стон…       — Стон удовольствия?!       — И без нас?!       — Непростительно!       Озабоченная парочка ловко и быстро выплыла из своей спальни, предварительно застряв в дверном проёме, так как места для двоих в нём оказалось мало. Стоны эхом продолжали разноситься по пещере, торопя колдунов и заставляя их беспокойно вздрагивать и ворчать. Заплетаясь и путаясь в собственных конечностях, Тэнт и Такл доплыли до клетки, в которой происходило нечто совершенно невероятное и крайне неожиданное…       Рэйнард, схватившись за плечи прикованного к стене Кьюри, скользил по его члену своим задом, причем делал он это на удивление умело и активно, насаживаясь до самого упора и неподдельно выгибаясь в позвоночнике. Он громко стонал в лицо русалу, который жадно вдыхал и выдыхал.       Откровенный шок и возмущение заиграли на лицах хозяев пещеры. Они, открыв рты от такой не детской неожиданности, наблюдали за столь горячим зрелищем.       — Ах, не останавливайся, чужеземец, — закрыв глаза, промурлыкал Кью.       — Ах, слушаюсь! — сладко отозвался Рэйнард и, прижавшись губами к губам русала, решительно ускорился.       — Эй! — недовольно рявкнул Такл и, сняв с ремня ключ, открыл дверь клетки. — Мы вам тут не мешаем?!       — Возмутительно! Почему вы не позвали нас?! — подхватил Тэнт и последовал за братом. — Да как вы вообще посмели?!       — Мы вас за это накажем.       — Это я попросил, Рэй не виноват, — скалясь, возразил Кью. — Я возбудился, и мне была нужна помощь. А сам бы я не смог: ручки скованы.       — Ах, в таком случае, наказывать будем только тебя, — игриво улыбнувшись, заявил Такл.       — Возбудился он… Я тебе покажу! — зарычал Тэнт и, обхватив Рэя вокруг торса щупальцами, снял его с Кьюри, а затем отшвырнул в сторонку, как грязного щенка. — Отдыхай, лягушоночек.       Возбуждённый член всё ещё торчал из паховой пластины русала. На его лице играл недовольный, но крайне возбуждённый, оскал. Он догадывался, что сейчас его складки на хвосте будут детально изучены липучими конечностями, но именно этого он и добавился: тотального внимания со стороны братьев-извращенцев.       Три щупальца Тэнта обвили хвост Кью, обхватывая член и заползая в отверстие, что расположилось прямо под половым органом. Грубо, без предварительной подготовки, конечности настырно вонзились в тело русала. Крик боли слетел с губ, но в его рот в ту же минуту заползло щупальце Такла, которое так неприятно присосалось к языку и упёрлось в самые гланды. Щупальца внутри него активно зашевелились. Кьюри, выгибаясь, начал истерично стонать, едва успевая дышать. Его жабры, расположившиеся у ключиц, обильно выдыхали пузырьки.       — Затрахаем тебя до смерти, — прошептал Такл на ухо Кьюри, после чего вцепился зубами в шею русала и добавил два щупальца внутрь.       Паховая пластина, которая была предельно растянута от пяти вдалбливающихся в отверстие щупалец, болезненно напряглся, от чего глаза Кьюри конвульсивно закатывались, а кончик хвоста вздрагивал, словно хвост рыбки, которую поймали на крючок. Казалось, что ещё чуть-чуть и он потеряет сознание.       — А если мы вдруг тебя порвём, то как громко ты будешь кричать? Что потом будешь делать, а? — скалясь, ехидно произнёс Тэнт, после чего очередное щупальце начало протискиваться в ноющее от боли отверстие. Щупальце, возившееся во рту, поползло в глотку, вызывая рвотные рефлексы.       Кьюри, прищурив один глаз, уставился на ошарашенного Рэя и взглядом умоляюще крикнул: «Действуй!». Рэйнард, поняв немой знак, поднялся на ноги, подошёл поближе к действу и обхватил руками пояс одного из извращенцев.       — Эй, не мешай! — нервно выкрикнул осьминог и отшвырнул нашего Рэюшку туда, где он и сидел.       Тяжёлое мычание вырвалось из Кьюри. Он максимально выгнул свой рыбий позвоночник до самого упора. Белая жидкость фейерверком выплеснулась из его органа, расплываясь в морской воде. Он всё так же тяжело дышал, закатывая глаза и конвульсивно дёргаясь. Щупальца отступили прочь, освобождая рот и промежность. Однако в тот же миг оба, вытащили свои половые органы, больше проходившие на девятое щупальце, и начали одновременно и совершенно беспардонно иметь русала в рот в два огромных члена, грубо держа его за волосы и пальцами широко раздвигая губы. Его лицо заплыло слезами, слюной и смазкой. Спустя минут двадцать близнецы вынули свои члены из его рта и обильно кончили прямо на его лицо и волосы, так же щедро заливая губы и рот. Подавившись, Кьюри закашлял, и сперма начала стекать по его подбородку, уползая вниз по шее.       — Это будет тебе уроком, — насмешливо произнёс Тэнт, больно потянул русала за волосы и отпустил их.       — Да, пожалуй, в следующий раз мы точно тебя порвём, — выпуская измученного русала, предупредил Такл.       Колдуны-осьминоги смеясь покинули камеру и захлопнули за собой дверь. И теперь эта пара морских чудовищ, как ни в чём не бывало, завалится спать…       Стоило им исчезнуть из поля зрения, Рэйнард тут же обеспокоенно подскочил к русалу, не понимая, как он может ему помочь.       — Я надеюсь, — задыхаясь, тихо прошептал Кьюри, — ты взял то, что я тебя просил.       — Разумеется! — так же тихо ответил Рэй и продемонстрировал небольшую связку ключей, которую успешно стащил у одного из близнецов.       Глаза Кьюри заблестели от счастья.