Третья дверь налево

Невозможно было оторваться от зрелища его чистой не опороченной кожи. — Как ты себя чувствуешь? — Как без руки. Смешного мало. Настоящую правду мы узнаем, только тогда, когда он позовет! — Что будем делать? — я поднесла его руку к самому носу. — Действовать. Притом, быстро! Бери перо, — он выразительно глянул на Шеспи, эльф исчез и вернулся с письменными принадлежностями. — Пиши! Я изготовилась, расстелила пергамент на столе и замерла. — Дорогой, Гарри! — Я так к нему не обращаюсь. — Пиши, как тебе нравится. Нам необходима достоверность. Я написала: » Гарри, у меня мало времени»! Северус глянул через плечо. — Так уж необходимо каждый раз напоминать, что времени все меньше? — Дальше пиши. — Он редко оставляет мой разум в покое. Я выразительно глянула на него, давая понять, что диктовать можно быстрее. Сев мотнул головой и продолжил в темпе непринужденной беседы. — Я пала жертвой извращенной фантазии известного тебе человека. — Ты сейчас серьезно? — Вполне! Если ты не обратишь на меня его праведный гнев, он не кинется в бой. Поверь мне, я достаточно изучил тактику, применяемую к нему Альбусом. Чем выше оказывалось препятствие, тем успешнее он его преодолевал. Пиши, он держит меня под заклятием империус и почти не выпускает из виду. Помнишь, как я перестала ночевать в общей гостиной? Мне очень страшно. Сейчас он спит, а я, с трудом преодолев действие заклятия, могу написать тебе пару строк. Думаю, мне удалось слегка усыпить его бдительность. Прошу тебя о том немногом, что согревает меня надеждой среди беспросветного мрака, в который я попала. Я упрошу его приблизиться к школе, скажу, что мы прятали что-то важное в запретном лесу. Этот страшный человек интересуется всем, что связано с нашей деятельностью. Я знаю, от него требуют все больше информации, и он не перед чем не остановится, чтобы получить ее и выслужиться. Жизнь в тени Того-Кого-Нельзя- Называть весьма безрадостна. Не беспокойся, я найду возможность выманить его к числу, которое укажу в письме. Мне кажется, я понемногу усыпляю его бдительность, и он обновляет империус все реже. Будь один. А я буду с тобой. Вдвоем мы чего-то да стоим! Я жду тебя сегодня в полдень. Северус выразительно глянул на меня. Я пожала плечами. Что ни говори, но запретный лес так и остался для нас запретным. Я почесала затылок. Если напомнить про мертвого единорога, за давностью лет ни кто бы из нас не нашел то место. Пауки, о которых они рассказывали с Роном, жили слишком далеко. — Предложи ему идти, пока не кончится антитрансгрессионный барьер строго прямо по отношению к входу в замок. — Гарри и прямолинейность… Я вижу, ты его достаточно изучил за все время. — Мне было необходимо знать тот минимум, без которого не сумеешь защитить его в непредвиденной ситуации. Я бросила перо в чернильницу, и уставилась на него достаточно пристально, чтобы вызвать вопрос. Вопроса мне хотелось правильного! — Дописывай, — рыкнул Сев. — Иди вперед от главного входа, никуда не сворачивая. Мы будем там, где заканчивается барьер. С дружбой, любовью и надеждой, твоя подруга — Гермиона! — Зачем ты меня гипнотизируешь? Я должен изобразить чудовище? Если я правильно тебя понимаю... — Хочу узнать, как чувствует себя человек под империусом! Говорят, ему можно сопротивляться. — Я могу, — ответил он немного отрешенно, —, но я уверен, все, чего я могу захотеть сейчас, ты сделаешь добровольно. — Если я написала подобное письмо Гарри, можешь не сомневаться! Я поднялась с табурета, наступила на сидение и уселась на край стола, болтая в воздухе ногами. Домовик запричитал за нашими спинами. Северус впился в мои губы долгожданным поцелуем. Мы были уязвимы в постоянной жажде, необходимости быть вместе, соприкасаться, делиться, присваивать. Все, что сопутствует так и не утоленной страсти. Я не ошиблась с выбором! *** Шеспи доставил письмо для Гарри через школьную совиную почту. Будь на его месте я, как тогда с метлой, непременно обратилась бы к Макгонагал. Мой друг ухватился за единственную соломинку, как утопающий. Для него все было очевидно. Больше всего на свете Гарри любил оказываться правым в самых абсурдных ситуациях. Надо отдать ему должное, зачастую, так и бывало. Над ним горела настолько яркая счастливая звезда, что он мог быть уверенным в каждом своем шаге. Несколько раз, определив близость барьера, мы ждали в молчании, прерываемом голосами редких птиц, зимующих в лесу. Гарри появился перед нами из тени заснеженных деревьев, но его палочка, описав в воздухе странную дугу, замерла. С губ сорвалось протяжное — А-а… Избранный пал жертвой коварства собственной подруги. — Как думаешь, он собирался сказать убивающее проклятие? - неуверенно спросил Северус. — Не иначе! Куда катится мир? Я не знала и продолжаю не знать никого добрее, честнее и отважнее Гарри! — Зачем тогда ты его остановила? — спросил Северус со странным выражением на лице. — Потому, что я люблю тебя! И не потерплю ни чьих нападок на твою персону! Петрификус тоталус принадлежал мне. А плотность признаний в любви достигла критической точки, после которой начинается несуразица. Мы выразительно переглянулись, взяли неподвижного парня за руки и переместились в дом на озере. Гарри отмер намертво прикрученный веревкой к табурету с руками связанными за спиной и собственным носком в зубах, чтобы кипятком не плевался. Я выступила вперед с грозным видом. — Так и не пойму, на сколько ты мне доверяешь? То есть абсолютно! В точности выполнить указания человека, находящегося под непростительным заклятием контроля над разумом! Ты рехнулся, дружок! Как ты думаешь, кто с тобой сейчас разговаривает? Я вытащила носок у него изо рта и предупредительно отошла. Кто знает, как далеко зашла его магия. Я могла сотворить кое-что и без помощи палочки. — Гермиона! — взмолился Гарри. — Помоги! — Мы тебе обязательно поможем, — язвительно ответил Северус, — если ты согласишься нас выслушать и не станешь больше пытаться убить. — Ты, вы… О!!! Оставь ее в покое! Забери меня, торгуйся за свою никчемную жизнь. Она ему не нужна! — кричал мой несчастный друг в приступе самопожертвования. — А ты, тварь, вообще никому не нужен! — выплюнул он в сердцах. Мне крайне не понравилось выражение лица любимого. Как будто он возродил в нем все, что я с такими усилиями исправляла. — Нужен, он очень нужен мне, а если разобраться, то и тебе подавно. Перестань ругаться и выслушай, наконец, что мы хотим тебе предложить.  — Поттер, раз в жизни не будь идиотом на поводу у старого манипулятора. — После вашего вмешательства подобное предложение становится не актуальным. — Впервые слышу речи не мальчика, но мужа! Дамблдор уходя раздал слишком много распоряжений. На мой взгляд, он опрометчиво разделил тех, кто должен был оставаться в союзе. Сейчас я отвяжу тебя, и мы поговорим, как нормальные взрослые люди, которым идти в одну сторону. Гарри медленно кивнул и веревки, ослабленные заклинанием, упали на пол. — Допускаю, что я могла выглядеть, как одурманенная. Но я никогда не подавала поводов считать себя предательницей. Если бы ты прислушивался к словам Дамблдора, мы могли сейчас избежать неприятностей и недопонимания. Профессор Снейп с нами, в частности со мной. Я покраснела, понимая, что говорить убедительно все труднее. — И он теперь не связан никакими дурацкими обетами, кроме как защищать тебя. Смотри! Я схватила Северуса за руку и поднесла его оголенное предплечье к самому лицу друга. Смотреть на его белую руку и ничего не делать, пока было невыносимо. Вот почему я поднесла ее к губам и покрыла поцелуями. Гарри нервно дернулся. Надо отдать ему должное держался он молодцом. Нечаянно я продемонстрировала немного больше, чем собиралась изначально. — Держи, Поттер, пока я добрый, — он кинул палочку растерявшемуся Гарри. — Согласно нашим общим наблюдениям, ты - единственный человек, имеющий четкое понимание о том, с чем нам предстоит бороться. Ты намерен уничтожить крестражи во что бы то не стало. А я ценой немалых усилий почерпнул знания об их внешнем виде. — Что от меня требуется? — спросил Гарри, как ни в чем не бывало. — Немного доверия, — осторожно попросил Северус.