Не дом, а дурдом!

      Нагнать спешащую мэр, Робину удалось лишь в конце небольшого парка, куда та случайно свернула. И как она бегает на таких каблуках, подумал разбойник.       — Реджина, — он, наконец, поймал беглянку за локоть, резко развернув к себе, — мне кажется или ты от меня бегаешь?       — Что? — женские глаза сверкнули огоньком. — Ты сошел с ума? Я иду на работу, а ты и Дэвид просто пытаетесь не разгромить мне дом, уяснил?       — Не переводи тему, — усмехнувшись, Гуд сделал шаг вперед, — ты почему-то боишься меня, я в этом убедился еще на кухне.       — На кухне, — безразлично протянула Миллс, освободившись от мужской хватки, — ты просто застал меня врасплох, вот и все.       — Значит, ты целуешься абсолютно со всеми? — он недовольно прищурился, вглядываясь в раздраженное лицо собеседницы.       — Что ты себе позволяешь, вор? — женская рука уже взмахнула вверх, желая отвесить звонкую пощечину наглецу, но замерла в воздухе. — Это была просто минутная слабость, — устало выдохнув, она отошла на пару шагов назад, — оставь меня в покое.       — А хочешь, я докажу, что нет? — предложил разбойник, игриво закусив губу.       — Не поняла, — Реджина удивленно заморгала, — что ты докажешь?       — Закрой глаза и я докажу, что это не слабость, а твое истинное желание, — улыбнувшись, Робин заключил ее ладони в свои руки, слегка сжав.       — Ага, — усмехнувшись, она закатила глаза, — мало ли, что от тебя ожидать.       — Реджина, — разбойник громко рассмеялся, — ну, что я могу сделать тебе на улице? Решайся.       — Ладно, — выдохнув, кивнула Миллс, — но без глупостей, разбойник, — сверкнув напоследок глазами, она зажмурилась, прокручивая в голове, что выкинет этот ненормальный.       — И не подглядывай, — смеясь, и словно ребенка предупредил он, коснувшись пальцем женского носа. А затем, усмехнувшись на то, как ее величество нервно перебирает с ноги на ногу, Робин аккуратно обхватил ее лицо руками, поглаживая скулы.       — Эй, без рук! — она быстро ощетинилась, чувствуя, как разум капитулирует, сдаваясь без боя мужским рукам.       — Мы договорились, стой, — устав от королевского упрямства, вздохнул Гуд.       Убедившись, что женщина больше не сопротивляется, он легко коснулся ее губ своими губами. Пушистые ресницы тут же задрожали, но разбойник отстранился от мягких губ, прокладывая дорожку невесомых поцелуев по женскому лицу. Робин был аккуратен, четко понимая, что второго шанса может и не будет и начал оставлять легкие поцелуи на ее глазах, висках и переносице. Миллс перестала сопротивляться, ей казалось, что даже дышать. Этот разбойник своими касаниями и ненавязчивыми поглаживаниями уносил куда-то далеко, заставлял забыть, что они стоят средь бела дня в небольшом парке. А потом все вдруг закончилось, и нехотя раскрыв глаза, она увидела самодовольное мужское лицо.       — Никогда, так больше не делай! — щелчок и женщину скрывает фиолетовый туман.       Миллс в ту же секунду оказалась в офисе, где, наконец, смогла прокрутить последние события. Она снова проиграла этому разбойнику, снова позволила делать все, что он хотел, а главное ей это нравилось. Нравились эти сильные руки, на которых красовались шрамы, нравились его поцелуи и почему он остановился? Сейчас волей неволей можно было поверить Динь-Динь и ее глупой пыльце.       — Хватит, — сама себе сказала Реджина, резко поднявшись из-за стола, — работа и только работа.

***

      Робин же вернулся домой в приподнятом настроении, мысленно празднуя очередную победу над этой строптивицей. Уже оказавшись около белоснежной двери, он услышал крики и визги, радуясь, что Миллс сейчас на работе. На пороге в его колени буквально врезался Роланд, за которым с тарелкой гналась сама Белоснежка. Дурдом, решил разбойник.       — Папа, — обрадовался Роланд, повиснув на отцовской шее, — я не хочу кашу.       — Роланд, — Гуд недовольно нахмурился, подняв сына на руки, — в чем дело? Почему ты не слушаешься?       — Папа, где Джина? — канючил ребенок. — Она готовит вкуснее.       — Она на работе, — кивнул Робин, спустив Роланда с рук, — все нормально? — уже негромко он поинтересовался у уставшей принцессы.       — Нормально, — вздохнула Снежка, — ну кроме того, что дом верх дном и Реджина нас убьет.       — Не убьет, — предположил разбойник, заметив, как сын уже скрылся из виду, — если она не убила нас вчера, то и сегодня не попытается.       Снежка рассмеялась, рассказав, что уже случайно разбила вазу, и они с Гудом прикидывали наказание, которое придумает королева.       — О, Робин, дружище, — на громкие голоса из гостиной вышел пират, похлопав приятеля по плечу, — пошли, у ее величества, такие запасы, что хватит до конца жизни.       Гуд уже хотел было отказаться, желая отправиться к своим ребятам, но предприимчивая принцесса уже хотела нагрузить его работой, и разбойник быстро ретировался к пирату.       — Ну, — начал подвыпивший Крюк, — и что у тебя с Реджиной, колись!       — А что у меня с Реджиной? — как эхо повторил Робин, осушив бокал. — У нас абсолютно ни-че-го, — последнюю фразу он произнес по слогам.       — Ну и дурак, — фыркнул пират, откупорив новую бутылку, — если бы не Эмма, я бы за ней приударил как….       — Ах, вот вы где, — появившийся Дэвид, прервал поток откровений Крюка. Бедный принц, которому жена категорически запретила что-либо трогать в доме, бездумно шатался по комнатам, пытаясь побороть скуку.       — Ваша светлость, — рассмеялся пират, изобразив поклон, — доставай бокал и садись, будем думать как Робину охомутать Реджину.       — А вот это уже интересно, — потерев руки, Дэвид уселся на диван, — но маловероятно.       — Почему? — в один голос удивились пират и разбойник.       — Я вообще рядом с ней никого не представляю, — начал размышления принц. — Это же Реджина, ну максимум интрижка, — не найдя аргументов, он всплеснул руками и вновь опрокинул бокал.       — Ты не прав, — пират даже поморщился, — ты только представь благородный разбойник и злая королева.       — Только здесь она мэр, а я безработный лесной житель, — усмехнувшись, уточнил Гуд, вырвав бутылку у принца. Вот она, правда, жизни.       — А все-таки идея мне нравится, — выставив палец, заключил принц, — в конце концов, от Реджины нам всем никуда не деться, поэтому ее счастье — наше счастье, или хотя бы спокойствие, — он тихо хихикнул.       На веселый мужской смех в гостиную заглянула Белоснежка, которая устав успокаивать Нила и Роланда, пришла успокаивать мужчин.       — Вы совсем с ума сошли? Вы пьете средь бела дня! Эмма! — прокричала она, борясь с желанием прибить мужа. Внезапно послышались громкие шаги, стук чего-то тяжелого и, наконец, Спасительница также оказалась на месте всеобщего сбора.       — Значит, я пытаюсь хоть как-то привести в порядок этот дом, чтобы Реджина не убила нас, вырвав сердце, а вы тупо пьете? — в порыве ярости, Эмма бросила ручку пылесоса, оценивая ситуацию.       — Дочка, — Дэвид уже с трудом поднялся, стараясь показать всю важность разговора, — Реджина четко дала установку не рушить ее дом и вот мы послушно сидим и ничего не трогаем.       — Дамы, — пират снова изображал галантность, — присоединяйтесь, вы же сами знаете, что мы никогда не угодим Королеве.       — А где Роланд и Генри? — вдруг опомнился Гуд.       — Генри и Роланд играют в компьютер, — покачав головой, пояснила Снежка, — а Нил спит.       — Тогда садитесь и не пытайтесь угрохать королевский музей, — констатировал Крюк, вновь отправившись за бокалами.       Эмма переглянулась с матерью, и все-таки взвесив все за и против, женщины решили присоединиться. За спонтанной вечеринкой, компания вспомнила все свои приключения: Робин рассказал, как грабил волшебников и королевскую свиту; Крюк поведал, как плавал по морям, а Дэвид и Снежка в очередной раз вспомнили историю своей любви. Эмма же слушая сказочные истории, и попивая королевский алкоголь, просто поражалась своей семейке.       Когда на улице уже стемнело, а луна взошла на небе, Реджина вернулась с работы. В ее голове до сих пор сидела выходка наглого разбойника, а на губах все еще оставался вкус его губ. Очутившись в доме, она заметила подозрительную тишину: никто не орет, не сверлит, не играет в индейцев. Неужели ее полоумная сестрица всех перебила — это не так и плохо. Миллс уже предположила, что ее постояльцы решили съехать, как послышался громкий смех из гостиной. Ну, конечно, что этим бездельникам еще делать — подумала она и быстрым шагом направилась к источнику звука.       — А вот и ее величество вернулось, — подняв стакан, объявил пират, заметив Реджину. — И, кстати, куда тебе столько алкоголя?       — Чтобы никого не убить, — фыркнула Реджина, — и вообще по-какому поводу пьянка?       — Знаешь, — решив снова поиграть в Спасительницу, Эмма взяла удар на себя, — мы решили, что все равно ничем тебе не угодим, поэтому просто пьем, — нетрезво проговорила она.       — Это, конечно, логично, Свон, — скрестив руки на груди, кивнула мэр, — но опустошать мой бар я тоже не просила. Ладно, пойду, посмотрю детей.       Поймав на себя взгляд разбойника, Миллс снова скрылась из виду, отправившись к мальчикам.       — Привет, ребята, — улыбнувшись, она заметила как Генри и Роланд убивают зеленых монстров и радостно верещат над каждой победой.       — Джина, — первым всполошился Роланд, обняв женщину за шею.       — Привет, мам, — оторвавшись от игры, кивнул Генри, — ты никого не убила? — он даже тихо захихикал.       — Нет — закатив глаза, пояснила она, перебирая кудряшки Роланда, — но, когда все закончится, я не знаю, что с тобой сделаю.       — Маааам, — протянул Генри, — ты их обожаешь, — смеясь, уверял мальчик.       — Так, — решив переменить тему, Миллс, поправила детскую кровать, — вам пора спать, особенно тебе, мой шоколадный мальчик, — коснувшись пальчиком носа Роланда, от чего тот весело захихикал.       — Мам, — запротестовал Генри, — еще полчаса, мы только доиграем тур.       — Всего лишь тур, — Роланд состроил щенячьи глазки, вцепившись в женскую ногу, — ну, пожалуйста.       — Ладно, — сдавшись, она покачала головой, — но только полчаса и Генри, — приняв строгое выражение лица, — Роланд на тебе, а я проверю позже.       Счастливые мальчики согласно закивали и, получив поцелуи в макушки, снова увлеклись зелеными монстрами. Миллс пришлось нехотя спуститься в гостиную, где дружная компания продолжала свои веселые посиделки.       — Реджина, присоединяйся, — радостно позвала Снежка, рукой похлопав по пустому месту на диване рядом с Робином.       — Спасибо, — поджав от недовольства губы, она присела на гридушку дивана, — я лучше тут, — потянувшись за стаканом, она почувствовала, как пират резко дернул ее за руку, заставив буквально навалиться на Гуда. — Эй! — взвизгнув, Миллс ощутила, как сильные руки в очередной раз подарили мимолетное умиротворение. Разбойник, опять.       — Сядь, ты как человек, а не бедный родственник, — рассмеялся Киллиан, подлив всем виски, — и не бойся, Робин не кусается, — усмехнувшись, он лично вручил стакан ее величеству.       Тактика сработала и, поддавшись алкоголю, который активно добавлялся, Реджина расслабилась даже рядом с наглым вором. Она даже рассказала несколько историй из Зачарованного леса, пригрозив, что в случае чего повторит подобное с любым из них.       — Ну вот, — констатировал принц, поднимая очередной стакан, — оказывается, мы все отлично ладим, так что давайте за дружбу.       — За вынужденное сотрудничество, — хмыкнув, бывшая королева вновь осушила все содержимое, вдруг почувствовав, как уже знакомая рука пробежалась по позвонкам. Вздрогнув, она слегка поежилась, пытаясь прогнать незваного гостя, но разбойник продолжал пользоваться своей привилегией, ненавязчиво изучая женскую спину.       На часах было начало первого, когда все потихоньку начали расходиться. Принц затеял нешуточный спор с пиратом, отстаивая честь своей взрослой дочери, а уже пьяный Киллиан называл его папулей, обещая подарить тому еще несколько внуков. Бедная Белоснежка лишь хихикала или бледнела, а Эмма решила просто уйти спать, не желая знать результаты ссоры отца и любимого. Наконец, все разошлись, оставив Робина и Реджину наедине.       — Мне тоже пора, — стараясь держать равновесие, она невольно уперлась в плечи разбойника. Улыбка невольно взыграла на лицах обоих.       — Посиди еще немного, — тихо попросил Гуд и быстро обновил стаканы.       — Ты решил меня напоить, наглый вор? — изогнув бровь, Миллс села обратно, закинув ногу на ногу, — я и так уже не трезвая.       — Миледи, — Робин хитро прищурился, — я наверно тысячу раз звал тебя выпить, а ты всегда находила поводы для отказа, — он вручил стакан в женские руки, — верните должок, ваше величество.       — Ты истинный разбойник, — опустив глаза, она заулыбалась, сделав небольшой глоток.       Бутылка медленно, но верно пустела, а разговор не особо клеился. Гуд сделал пару попыток неудачных комплиментов, которая бывшая королева не приняла. Она же в свою очередь, пытаясь утолить любопытство, выведывала секреты, как он обманывал королевских стражников. Однако бывший вор не раскололся, переведя все в шутку, и также безуспешно пытался выведать магические секреты. Женщина вновь потянулась к стакану, но почувствовала останавливающий жест.       — Хватит, — Робин переложил ее руку на свое колено, слегка, сжав, — что тебя тревожит?       — Ничего, — отвернувшись, она безрезультатно вытаскивала свою руку, невольно лишь сжимая тонкими пальцами колено разбойника.       — Ты просто устала, — констатировал Гуд, решив, что сейчас не лучшее время для расспросов. Он лишь осторожно притянул к себе уже размякшее тело, зарывшись носом в волосах, — а еще ты плохо спишь, я заметил.       — Иногда, — коротко ответив, Миллс сразу отвела взгляд, но сопротивляться не стала. Не сегодня.       — Иди сюда, — ловким движением уложив бывшую королеву на свои колени, он начал перебирать ее волосы, — я посижу, пока ты не уснешь.       — Это не обязательно, — возразить не получилось, ведь мужские руки уже заботливо накрыли ее пледом.       — Спи, спи, — словно, напевая, шептал Робин, убаюкивая женщину и продолжая перебирать непослушные прядки волос.       Алкоголь, теплые и сильные объятия заставили Миллс сдаться наверно в сотый раз за последние дни и спокойно уснуть, свернувшись калачиком. Робин терпеливо ждал, пока женщина перестанет ворочаться, сжимать нервно его руку и спокойно развернется, уткнувшись носом в его живот. Теперь уже тихо и осторожно разбойнику, как и прошлой ночью, удалось перенести спящую королеву в спальню. Он уже собирался уходить, как тонкие пальцы мертвой хваткой вцепились в его запястье.       — Останься, — сонно и шепотом, попросила Миллс, — пожалуйста.       Услышав подобную просьбу, Гуд слегка опешил, нервно перебирая концы одеяла. Закусив губу и приняв решение, он все-таки улегся рядом, прижав хрупкое тело к себе.       — Лед тронулся, королева, — куда-то в волосы зашептал Робин, оставив легкий поцелуй в висок и медленно засыпая.       Он знает, что утром она, скорее всего, пожалеет и вновь начнет играть в Злую королеву, но теперь не важно. Он ведь снова обыграет свою волшебницу и заставит улыбаться самой искренней улыбкой, которую она дарит только детям, а теперь и ему. По крайней мере, он постарается.