Узы

      Алиса изо всех сил старалась не обращать внимания на сверлящего ее насмешливым взглядом Мартина, стоящего, навалившись на стену. Девушка была в некоторой степени благодарна жандарму, отвлекающему ее на себя, задавая, по мнению Черч, довольно странные вопросы. Она не знала, сколько прошло времени: час или два, а может и больше, но темноволосый мужчина с густыми бакенбардами, казалось, совсем не устал засыпать Алису вопросами, никак не относящимися к ее делу. - Еще раз, - монотонно сказал мужчина, заставляя заключенную простонать от отчаянья. - Сколько разведчиков будут участвовать в миссии? - Не знаю, - повторила Алиса, чувствуя себя попугаем. - Какова ее истинная цель? Что разведка намеревается делать с Эреном Йегером? Использовать его против человечества? - Да откуда мне знать, - вскипела Алиса, досадуя, что приставучий мужик стоит слишком далеко от решетки, чтобы дотянуться до него и придушить. - В каких отношениях Вы находитесь с Эреном Йегером? - невозмутимо продолжил жандарм, делая какие-то пометки в небольшой блокнот. - Ни в каких. - Есть ли среди бывших курсантов титаны помимо Эрена Йегера? Учтите, скрывая правду, Вы делаете себе только хуже. - Не знаю я. Ничего не знаю. И вообще, как это относится непосредственно ко мне? Я думала, что меня арестовали за то, что я спалила дом того ублюдка, - крикнула Алиса, кивая в сторону спокойно улыбающегося блондина. - До вступления в Легион разведки Вы были знакомы с кем-нибудь из них? У нас есть сведенья, что дом госпожи О’Каллахан был подожжен вместе со всей семьей по прямому приказу командира разведки. - Что за? - Алиса уже и не знала, как реагировать на все, то безумие, что выливал на нее жандарм, оставаясь при этом совершенно невозмутимым, словно утреннюю газету читал. - Хватит претворяться, маленькая сучка, - встрял аристократ, шатающейся походкой подойдя к решетке и схватившись за нее с такой силой, что даже костяшки пальцев побелели. - Я знаю, что разведотряд устраняет всех, кто выступает против них. Наша семья лишила этих бездельников финансирования, и они решили отомстить. Так ведь? - Господин О’Каллахан, пожалуйста, не подходите так близко. Эта девушка довольно опасна, - сухо посоветовал мужчина, и Алиса невольно задумалась, способен ли этот жандарм вообще испытывать эмоции. - Знаю, - прорычал аристократ, сильнее вжимаясь в металлические решетки, будто хотел просочиться сквозь них. Он порылся в карманах, извлекая крошечный пакетик, и швырнул в камеру. – Тебе подарочек. У одного торгаша оказалась очень способная дочурка. Как раз из тех, кого ты так презираешь. Хороший поводок. Даже для солдат. - Попрошу не упоминать некоторые вещи, - жандарм снова посмотрел на Алису, откашлявшись в кулак. - Вот оно значит что, - понимающе хмыкнула девушка. – Насколько же длинные твои поганые руки?       Жандарм многозначительно прищурился, и лишь для виду пролистал свой блокнот, словно искал что-то. Да деле же просто тянул паузу, заставляя заключенную нервничать в ожидании того, что на этот раз скажет мужчина. - У нас есть информация о вашей связи с капралом Аккерманом, - задумчиво выдал полицейский, поднося руку к лицу, но тут же возвращая ее обратно. - Ваш брат, Фарлан Черч и Леви Аккерман были довольно близки, не так ли? Учитывая этот факт, трудно поверить, что Вы никак не были связаны с разведкой до вступления, и непосредственно с капралом Аккерманом. - Заткнись, - моментально вскипела Алиса. - Не смей говорить так, будто понимаешь. Не смей произносить имя брата. - Вижу, Вы не настроены сотрудничать сегодня, - неодобрительно покачал головой жандарм, разворачиваясь к девушке спиной. Больше он ничего не сказал, но весь его вид показывал, что они не отстанут, пока не добьются того, чего хотят. И не важно, правда это будет или ложь. В конце концов, историю пишут победители. - Знаешь, я даже рад, что ты не хочешь по-хорошему, - оскалился Мартин, проходя мимо идущей с подносом еды Энни, и чуть не задев ее плечом. - Ешь, - почти приказным тоном бросила Леонхарт, протолкнув поднос в камеру сквозь небольшую щель. Алиса покосилась на серое нечто, размазанное по тарелке, и живот отозвался неприятным спазмом, сигнализирующим о явно несъедобных качествах предложенного «яства».       Как и в прошлый раз, Энни присела прямо на пол рядом с решеткой, облокотившись об нее головой. Недолго думая, Алиса повторила ее жест. - Лейб-гвардия прогнила насквозь, - сказала Черч. Леонхарт ничего не ответила на это замечание, все же мысленно соглашаясь. - Выглядишь потерянной, - вырвалось у Энни, прежде, чем она успела одернуть себя. - Так и есть. Я столько времени вынашивала мысль о мести. А в итоге не смогла ничего сделать. В последний момент отступилась. Знаешь, я думала, что моя ненависть настолько сильна, что я выдержу все, лишь бы добраться до Леви. Понимание того, что на самом деле я ненавидела себя, накрыла совершенно неожиданно, сбило с толку. Мне просто хотелось ненавидеть его, хотелось винить кого-то. Эти чувства были моим панцирем. Как-то так, - Алиса замолчала, ошарашенная собственной исповедью. Энни почему-то вызвала у нее потребность раскрыть самые сокровенные мысли, именно те, что не давали покоя. - Ну, и зачем ты мне это рассказываешь? - Сама не знаю, - призналась Алиса тихо. – Может, потому что ты слушаешь? - Мне до тебя нет никакого дела, - бесцветно сказала Леонхарт, прикрыв глаза. – Но здесь спокойно. - Будь все немного иначе, мы могли бы стать друзьями. - Возможно, - кивнула Энни, тяжело выдохнув. – Но ты ужасная лгунья. Ты претворяешься живой.       Алиса рассмеялась. Рвано и как-то искусственно. Она никогда не подозревала, что эта отстраненная девушка видит ее насквозь.

***

- И куда это ты собрался? - раздавшийся в ночной тишине голос, казался слишком громким. Кир непроизвольно вздрогнул, замерев на месте, смотря на ворота конюшни. Зная, кому принадлежит голос, оборачиваться совершенно не хотелось, но и игнорировать старшего по званию Кир даже при всем желании не мог. К тому же именно этому человеку не составит никакого труда задержать рядового, шастающего ночью, игнорируя команду отбоя. Но и отступать от своего Найт был неманерен. В отличие от так резко переменившейся подруги, доверять капралу Кир не собирался, мысленно посылая в сторону Леви всевозможные проклятья. - Еще один шаг, и я могу посчитать тебя дезертиром, - предупредил Аккерман, ожидая дальнейших действий рядового, который все же повернулся к нему, скрепя зубами от досады, что его обнаружили. - Я понимаю, что Вам нет никакого дела до Лины, но я не могу сидеть и ждать, когда все разрулится само собой. Просто дайте мне ее вытащить. - Допустим, у тебя получится. А потом что? Будете всю жизнь скрываться? - прервал Леви, пытаясь воззвать к рациональности парня. - И что Вы предлагаете? - злился Кир. - Оставить ее там? Вы ничего не понимаете, капрал. - Так просвети меня, - неожиданно для Найта сказал Леви, сложив руки на груди, готовый выслушать рядового. - Что Вы хотите услышать от меня? - настороженно спросил Кир, не понимая причину такого поведения капрала. Не смотря на то, что он совершенно не знал Леви, Аккерман не вызывал у Найта доверия. - Расскажи мне об Алисе, - попросил Леви. - Ты ведь хорошо ее знаешь. - Совесть проснулась? - зашипел Кир, злясь, что ему не дают помочь единственному другу. Он был готов к отборной брани в свой адрес, к наказанию, к побоям, но капрал даже не шелохнулся, продолжая в ожидании смотреть на Кира, и под таким ментальным давлением парень сдался. Найт всегда считал себя сильным, особенно после всего, что ему пришлось пережить, но в глазах Леви таилась сила куда большая, чем у него. Она пугала, заставляла подчиняться и одновременно внушала уважение, хоть Кир и не хотел признавать последнего.       Посомневавшись еще пару минут, Кир все же решил дать капралу то, что он просит. Хуже никому от этого не станет, а Леви уж точно от него не отстанет.       Не смотря на то, что половину ночи пришлось провести в рассказах, Кир совсем не чувствовал усталости. Он немного напряженно сидел на коне, смотря на медленно поднимающиеся ворота во внешний мир, полный загадок, опасностей, свободы и смерти. Мир, о котором он никогда даже не мечтал. Да и думать об этом не хотелось. Кир искренне не понимал, почему Армин и Эрен так рвались наружу. Тяга к неизведанному? Для него же, с детства, запертого в подвале, даже клочок пространства за стенами, казался большим миром. Когда-то давно Кир услышал фразу, засевшую в сознании. На свете существуют места, где нам положено находиться, - и места, куда мы попадать не должны.       Но сколько бы он ни размышлял, никогда не мог понять, где его собственное место, и где он должен находиться. Возможно, рядом со светловолосой девушкой, которую он обнял из жалости?       Даже зная ее настоящее имя, Найт продолжает звать ее Линаей, именем, которое они придумали, выбравшись из проклятого поместья. Киру хотелось, чтобы она оставалась Линой, и никогда больше не была Алисой. Парень подумал о том, что, должно быть, имя тоже как-то связано с той мыслью о правильном месте. И его новое имя прямое тому доказательство.