Дневники России

      – Я рассказала вам кто я и свою историю. Большую часть которой, я старалась улыбаться, несмотря на все невзгоды. Учитывая ситуацию, мне показалось, что нет смысла врать вам, и притворяться, будто жизнь моя была легка, а я необычайно жизнерадостна. Теперь ваша очередь. Кто вы?       На самой обычной автобусной остановке у дорожной развязки сидело три человека. Одним из них был высокий молодой мужчина, две других - девушками. Невольный прохожий мог бы предположить родственную связь, настолько они были похожи. Их отличали друг от друга рост и длина волос.       – А дети, – спросил мужчина, его по-детски наивное лицо выражало серьезную озабоченность. – У тебя есть дети?       – Да, дети, приют – моё любимое место, – согласилась самая маленькая из троицы и откинула длинные волосы назад.       Рассказчица, в самом начале назвавшаяся Василисой, поёжилась под пристальными взглядами. Мужчина слева напоминал ей её же саму из зеркала. Девушка справа, напротив, соответствовала тайным желаниям.       – Со Смуты я содержу приют, – тихо проговорила Василиса. – Так кто вы?!       – Россия, – жизнерадостно ответил мужчина. – Иван, настоящий, в смысле с краником, – он улыбнулся.       – И я – Россия, – подала голос другая девушка. – Анна. Боюсь, моя история, мало отличается от твоей.       – И моя, – снова заговорил мужчина.       – Значит, мы все Россия, – задумчиво протянула рассказчица. – Неужели наши истории ничем не отличаются?       – Я не мерял сарафаны под Новгородом. Да и не думаю, что ты поведала нам всё. Вот, к примеру, Балтийское море, 1793-ий, пираты, было?       Рассказчица кивнула.       – И у меня, – подала голос Анна.       – Получается, как бы я не выглядела, изменяются нюансы, а история остаётся такой же? – задала вопрос Василиса.       – Чтобы изменилась сама наша жизнь, мы должны быть воплощением другого народа, – заметил Иван.       – Ясно, – задумалась рассказчица. – Тогда у меня два вопроса. Где мы, и что мы тут делаем?       – Тут как раз всё просто, – улыбнулся Иван. – Мы на дорожной развязке. А я здесь чтобы с тобой поговорить. По крайней мере, так мне сказал твой Англия.       Анна помахала рукой:       – Я тоже.       – Ты несчастна, – продолжил Иван, – по крайней мере, Артур так думает. Поэтому он сделал тебе этот подарок. Здесь и сейчас ты можешь изменить свой исторический облик.       – Правда? – со смешанными чувствами спросила Василиса.       – Правда, – подтвердила Анна.       – Но это ничего не изменит? Я останусь такой же? Внутри?       Иван кивнул.       – Тогда зачем?       – Я тоже так думаю! Дайте разъезжаться, – улыбнулся мужчина и поднялся на ноги.       – Подождите, и это всё? Нам больше не о чем поговорить? Нечего обсудить? – остановила его Василиса.       – Мы можем обсудить планы на будущее, – решительно заявил Иван. – Лично я собираюсь в ближайшее время завести парочку дружественных союзов и поднять экономику.       – Да-да, – подхватила Анна. – И восстановить былое влияние. А то, кое-кто совсем распоясался от вседозволенности, – она сжала руку в кулак. – Чёртов янки.       – Неужели Россия всегда такая: большая, немного одинокая, с тяжелой историей.       – А что поделать, – пожал плечами Иван. – Географические особенности, сложные соседи. Да и есть ли оно, это одиночество? Стран кругом много. Всегда найдётся тот, с кем можно выпить кружечку чая, – он отвлёкся. – А вот и мой автобус. Кого-нибудь подвезти? У меня ещё много поездок на карточке, – он помахал в воздухе вытянутым из кармана пластиковым прямоугольником.       – У меня рогатый транспорт, – пошутила Анна. – Ну, так что, ты едешь с кем-нибудь из нас? – она обернулась к Василисе.       – Извините, я лучше своим ходом.       – И правильно, – захлопал в ладоши Иван. – Ну, тогда, до встречи!       – Подождите, – спохватилась Василиса. – А Олег? Артания? Он смог обрести счастье с Америкой?       – Маман-то? – рассмеялся Иван. – Она говорит, что чувствует себя “мамой Стиффлера” рядом с ним, если вы смотрели Американский пирог.       – Маман? – приподняла бровь Анна. – Интересно у вас. Олег будет с Америкой только через мой труп. Я за укрепление внутренних отношений. Брат может ругаться с Алтан сколько угодно. Но я-то знаю цену их спорам.       – Я за маман и Китай. В этом что-то есть. Да и она к нему зачастила, – рассмеялся Иван и сел в автобус.       Василиса проводила взглядом Анну и зашла в подошедший трамвай, после чего проснулась. Англии рядом не было. Он обнаружился на кухне, полулежащий на столе. Рядом стояла уже ополовиненная бутылка из бара. Василиса пробежалась кончиками пальцев по жёстким мышиным волосам. Артур промычал что-то, поднял голову, сморгнул несколько раз и, наконец, обречённо спросил:       – Ты?..       Василиса покачала головой и улыбнулась:       – Ничего не изменилось.       – Это отличная новость! – Англия поднялся на ноги и снова упал на стул. – Надо её отпраздновать!       – Нет, с тебя хватит. Пойдём спать, – Артур сопротивлялся, но не зря Василиса столько лет притворялась мужчиной. Очень скоро Англия оказался в постели.       – И чего ты так набрался? - спросила Россия, не ожидая получить ответа, но Артур всё-таки смог связать несколько слов.       – Ты должна была поменяться. Боялся увидеть другую тебя. Привык к такой. Люблю такую.       – И ты не испытываешь неловкости, когда рядом с тобой такая большая я?       Англия издал какой-то звук и попытался обнять Василису:       – Артур, я не изменюсь, не надену внезапно платье, не обернусь мягкой чаровницей. Я останусь такой, какой была, таким, каким был. Жёсткой, решительной, отчаянной, саморазрушающейся.       – Хорошо. А я всё равно буду на тебя беситься. Но это нормально. Тогда и я однажды снова стану большой Империей.       

февраль-март 2016