Тонкости мироздания

Коленки предательски дрожали, когда Скайнет стоял на парковке, постоянно озираясь в поисках Джона. А вдруг это была шутка и сейчас сюда придёт «армия» спортсменов-хулиганов, чтобы поглумиться над ним? Вероятность такого исхода составляла пять из семи. Настолько реальная перспектива оказаться в центре внимания врагов и снова провести традиционную процедуру вручения денежного капитала и получения фиктивных синяков слишком пугало машину, и Скайнет на всякий случай продумал план побега во всех деталях. Не зря же он осмотрел всю парковку и внимательно исследовал забор, через который, в принципе, можно перемахнуть запросто, но выдержит ли он терминатора — другой вопрос. Сверхразум обречённо вздохнул, вспомнив весьма кстати, что ему ни в коем случаем нельзя себя выдать. Скайнет посмотрел на часы и сделал неутешительный вывод: полчаса назад закончились уроки, а Коннора словно след простыл, и с каждой минутой шансы на его появления становились всё меньше. Программа с неизвестной для себя теплотой вспомнила нервную улыбку Джона, его взмокшие ладони и бегающий взгляд. Это всё не похоже на блистательную актёрскую игру — однако, что если Скайнет ошибся и всё действительно подстроено с целью вновь поиздеваться над новеньким? Сверхразум вновь обернулся, но никого, способного раскрыть ему замысел розыгрыша, не нашёл. Подростки, проходившие рядом, даже не обращали на него никакого внимания, что, безусловно, было замечательно. — Молодой человек! — раздался оклик. К программе в теле терминатора подошла женщина довольно усталого вида, в замызганных сапогах и короткой куртке. Скайнет огляделся и, не найдя больше поблизости особей мужского пола, счёл, что она обращалась к нему. — Да, мадам? — помня уроки этикета Создателя, холодно поднял на неё глаза сверхразум. — Вы не подскажете, как пройти на Мэдисон-стрит? — Поднимитесь на 25 улицу, потом пройдите по ней до конца и сверните направо, оттуда до первого поворота и опять направо, тридцать шагов, через парк и налево, — воспроизведя в сознании карту города, без запинки ответил Скайнет и отвернул голову. — Оу… Спасибо за точность, мистер, — косо посмотрев на мнимого подростка не то с подозрением, не то с испугом, пробормотала женщина и поспешно отошла. Джона Коннора всё не было. «Похоже, он не придёт», — с сожалением подумал искусственный интеллект и поправил лямку спадающего рюкзака. Он уже окончательно расстался с упущенной возможностью ощутить новые эмоции и было двинулся в сторону своего дома, стремясь скорее уйти подальше от ненавистного учебного здания, как вдруг… — Алекс! Джон едва успел влететь на парковку, чуть не сбив женщину, спрашивавшую у машины дорогу, и эффектно остановил мотоцикл прямо перед сверхразумом. Скайнет вздрогнул, испытав естественный страх за свою оболочку, и отступил назад. Но долго его дискомфорт от противного, знакомого чувства не длился. Систему заполнило ощущение неопределённой радости от факта, что Джон про него всё же не забыл. А стоило Коннору улыбнуться, как машина откинула свои сомнения и абстрагировалась от любых негативных чувств, сохраняя, однако, предельную осторожность. — Привет, — выдохнул человек. — Извини, что задержался. Друг всё никак не хотел отдавать байк. Садись! Искусственный интеллект оглядел мотоцикл и остался доволен выбором Коннора, хотя некоторые детали стоило заменить. Скайнет знал, что подросток подрабатывает в автомастерской, потому не сильно удивился такой пригодности средства передвижения, которому давно пора на пенсию, если судить по дате изготовления. — Ты боишься? — серьёзно спросил Джон, неверно истолковав любопытный взгляд машины. — Никогда раньше не катался на нём? — Нет и нет, — ответил сразу на два вопроса Скайнет и покачал головой. — Никогда, но… Сверхразум смущенно улыбнулся. Он впервые позволил себе сделать подобное спокойно. Для него это стало маленькой победой в постижении людских эмоций и имитации их. — Но я бы хотел прокатиться. Коннор был наверняка рад такому расположению духа своего предмета воздыхания, а учитывая, что подросток никогда не видел улыбки Скайнет, то и вовсе был самым счастливым человеком на данный момент, хотя такой статистики никто не ведёт. Сверхразум тут же себя упрекнул и решил в будущем сохранять привычный холодный, скрытный вид. — Тогда садись. Байк жалобно скрипнул, когда Скайнет удалось сесть на него, но стойко выдержал вес терминатора. Сверхразум вдруг осознал, что ему совершенно не за что держаться в таком неудобном положении, а потому внезапно ощутил комочек страха, сжимающий систему изнутри. — Можешь обнять меня, — улыбнулся Джон, будто спиной чувствуя, насколько неловко машине. Скайнет бросил сомнительный взгляд на подростка. — Так можно удержаться? — его руки неуверенно обняли Джона за талию. Вместо ответа человек сорвал мотоцикл с места, в результате чего сверхразум испуганно ойкнул и сильнее вцепился в Коннора, стараясь одновременно не причинить боль слабому органическому телу и не вывалиться на дорогу. Скайнет никогда ещё не катался на подобном виде транспорта. Создатель вообще редко возил его куда-либо, да и сама машина больше любила передвигаться пешком. Однако сверхразум просто не мог проигнорировать превосходное ощущение, возникающее от езды на мотоцикле; только он немного запутался, пытаясь понять, благодаря Джону ли это блаженное чувство внутри или же из-за хаотичного шума и завывания ветра вокруг. При желании программа могла разобрать звуки и составить чёткую картину, но их массовость и единое звучание, несмотря на их многообразие, слишком увлекали Скайнет, чтобы он пытался их разъединить. «Иногда что-то должно быть неразборчивым для красоты», — сказал ему однажды Создатель, и, может быть, именно эта ситуация пыталась доказать его слова. Скайнет тайно разглядывал Джона, пытаясь выглянуть из-за спины и посмотреть на уверенное лицо подростка. Однако у него не получалось осуществить свой замысел, и машина смиренно уткнулась носом в плечо человека, слабо улыбаясь от переполняющих эмоций. Возможно, улыбка сохранилась бы на тонких чертах его лица до самого вечера, но вдруг он вспомнил слова Создателя. Неужели Коннор действительно хочет от него только секса? Скайнет едва заметно вздрогнул и неясно пробормотал себе под нос, что не стоит доверять теории, полученной от человека в состоянии аффекта. На данный момент Джон остается единственным, кто сам заговорил со Скайнет не с целью что-то списать и без злого умысла, а это автоматически подняло его на уровень выше остальных. Сверхразум определенно хотел проверить, насколько интересен и надёжен этот индивид. — Эй, хочешь экстрима? Скайнет быстро поднял голову и растерянно уточнил: — Что еще за экстрим? — Просто скажи: да или нет. «Это просто для человека, — подумал сверхразум. — Но отнюдь не для программы». Тяжёлая дилемма касалась доверия машины, а потому быстро среагировать на вопрос он не мог, хотя ситуация отчаянно требовала. Скайнет огляделся и пришёл к выводу, что на полупустой дороге Джону можно ответить положительно. — Попробуй меня удивить, — крикнул он, перекрывая рёв воздушных потоков. И в этот момент Коннор, широко улыбаясь, свернул на встречку, стремительно набирая скорость под неодобрительный гул старой модели мотоцикла. Скайнет выглянул из-за спины человека и охнул от ужаса. — Джон, там же машина! Водитель приближавшейся легковой угрозы стремительно начал им сигналить, но Коннор игнорировал его с упорством самоубийцы. — Ты сам попросил, — донёс до Скайнета ветер его слова. — Удивить меня, а не угробить! Мотоцикл вильнул на верную полосу, но только чтобы пропустить тот самый автомобиль, а затем вернулся на встречную. Скайнет проклял тот миг, когда согласился на подобное испытание для своей системы. Если все люди настолько отчаянные, то не удивительно, что они мрут как мухи. Сверхразум крепче обнял человека и зажмурился, совершенно не желая видеть происходящие, а, в идеале, ещё не слышать, поскольку автомобильный гул неустанно подкреплял чувства страха и тревоги. Скайнет хотел остановить несущееся в никуда железо, но Джон точно не переживет его радикального способа остановки транспорта. Так же, как и водитель встречной машины. — Джон, — подобрав нужный голос, едва ли не жалобно выдавил из себя Скайнет спустя несколько минут начала их экстремального пути. — Пожалуйста, сбавь скорость. Коннор ничего не сказал, однако, услышав полную ужаса интонацию, всё же смиренно выехал на нужную дорогу и притормозил. — Я думал, тебе понравится, — слабо произнёс в свое оправдание человек. — А мне вот не понравилось, — буркнула программа, ощущая обиду и страх. Байк круто свернул, из-за чего Скайнет всерьёз обдумал вариант спрыгнуть и уйти прочь, но внезапно металлический конь остановился, и Джон виновато вздохнул: — Алекс, прости. Судя по всему, я всё испортил. «Всё» обычно подразумевает конец, а потому сверхразум от изумления выпустил из объятий человека и выпрямился. — А это и было всё свидание? — Что? Нет! Коннор поставил «ножку» и слез с байка. — Мы ведь говорили про парк, — улыбнулся он и протянул ему руку. Скайнет недоверчиво посмотрел на предложенную ладонь, пытаясь понять, что означает этот жест. В своей базе он ничего не нашёл, зато во вчерашних фильмах подобное было. Он робко коснулся пальцев, которые тут же сжали его руку, и перемахнул ногу через байк, чтобы твёрдо встать на землю. Сверхразум не знал, стоит ли ему прекращать телесный контакт или нет, поскольку он очень хотел это сделать, но боялся обидеть человека. Джон словно почувствовал его неловкость и отстранился, избавляя терминатора от своего тепла. — Знаешь, это моё первое свидание в жизни, — нервно произнёс человек. Сверхразум поднял взгляд на кроны деревьев, виднеющихся в дали длинного парка, и обречённо вздохнул, осознавая, что не способен оценить красоту природы. Машины много чего не могут, но этот дефект — или же преимущество — раздражал Скайнет больше всего. В дальнейшем будущем он постарается это исправить, если захочет. — Моё тоже, — поспешно произнесла машина, по-прежнему не глядя на Коннора, а рассматривая растения. — Идём дальше? Джон охнул, словно на мгновение задумался о чём-то, и сначала взял Скайнет за руку, затем опять отпустил и покраснел. — Извини… эм, да, конечно, — пробормотал парень и указал в сторону массивной железной арки, совершенно не вписывавшейся в плетёную элегантность металлических прутьев забора. — Пошли. Судя по алым щекам, Коннору было стыдно и неловко, однако Скайнет так и не понял, что заставило человека испытать подобное. Что ж, долго он над этим не стал задумываться, а лишь кивнул и направился в парк, разглядывая всё с жадностью, будто в один прекрасный день природа может безвозвратно исчезнуть, оставив на прощание лишь жалкие обрывки воспоминаний. Они шли по широкой, выложенной камнями дороге и молчали. Джон испытывал от этого тяжесть на душе, а Скайнет словно совсем забыл о человеке рядом и просто проверял свои знания ботаники, распознавая растения на ходу и вспоминая их систематическое положение, строение, свойства. Казалось, ничто в целом мире не могло заставить машину отвлечься от зрелища практичной — хоть и глухонемой для него — природы. Её можно назвать красивой, даже прекрасной, если углубляться в поэзию, но сверхразум видел лишь универсальную живую систему, которая эволюционировала миллионы лет, и чувствовал своё превосходство. Скайнет рос и развивался с завидной быстрой, доказывая наглядно, что является как самым опасным конкурентом человеку, так и его лучшим достижением. Человек же является пиком эволюции природы, вот только он и её самый опасный, злобный враг. Сверхразум вздрогнул, вдруг осознав, что его может постичь та же участь, что и амазонские леса. Человек порабощает и разрушает всё на своём пути. Так почему же он не сделает это с ним? — Тебе нравится здесь? Вопрос Коннора был настолько неожиданным, что Скайнет даже по началу неверно его истолковал. Он изумленно взглянул на него, затем опустил голову, внезапно ощутив нечто схожее со смущением. Джон всё это время был рядом, а искусственный интеллект, как обычно, размышлял о чём-то своем и восторгался собственной исключительностью. Это было похоже на эгоизм. У сверхразума никогда не было настолько человеческих чувств, и их появление его удручило. Скайнет напомнил себе, что пришёл сюда с целью изучить эмоции и пока у него это успешно получалось. — Не то, чтобы нравится, — задумчиво протянула машина. — Но можно сказать и так… — Некоторым деревьям в этом парке стукнуло почти 80 лет. — Такое редко бывает в наше время. Люди почему-то не любят природу и предпочитают заменить её как можно быстрее ненужным бетоном и городской суетой. — Ты, наверное, говоришь о строительстве жилых домов. Но они ведь нужны людям. — Людям нужны, — кивнул Скайнет. — Но что насчет природы? Человечество полностью зависит от неё, потребляет ресурсы, однако продолжает её уничтожать. Это так… противоречиво, как и всё людское. Словно убивать свою мать. Варварство, да и только. — Это интересная точка зрения, — серьёзно произнес Джон. — А где же ты предлагаешь разместить новостройки? — На окраинах. Под землёй. Под водой. На других планетах, пора бы их заселить. В городах должны быть зелёные места, иначе беда экологии. Искусственный интеллект остановился у цветущего куста и присел перед ним, затем посмотрел на Джона. — Разве это хуже парковочного места? Коннор задумчиво склонил голову, смотря то на ярко-красные цветы в белую крапинку, то на Скайнет. На самом деле сверхразуму была противна мысль, что на месте этого парка когда-нибудь будут жить недостойные биологические существа. Люди ничем не заслужили такого мира. Они слишком жестокие, за некоторым исключением, как Создатель и Джон Коннор, хотя последний до сих пор не входил в круг доверия. — Вижу, ты любишь природу. — Нет, — покачал головой Скайнет. — Просто между природой и человечеством я выберу первое. И совсем тихо для себя добавил: — Если, конечно, это будет выгодно. — Воу, — восхищённо присвистнул Коннор. — Как интересно начинается свидание. Сверхразум медленно поднялся и резко развернулся к Джону, обводя его внимательным взглядом, которым мог уловить мельчайшие детали костюма парня, а также по ритму дыхания предположить его ощущения. Скайнет раздумывал, стоит ли задавать свои вопросы напрямую, и, проанализировав всё, не нашел объективных причин для другой стратегии. — Джон, скажи честно, ты думаешь затащить меня в постель после всего этого или надеешься на нечто серьёзное? Коннор уставился на Скайнет, словно тот рассказывал ему нечто невероятное, а после быстро принялся отрицательно качать головой. — Нет, конечно! Я… Ты правда мне нравишься. Но… в хорошем смысле. Судя по покрасневшим ушам человека, тот не обманывал сверхразум, но машина продолжала скептически глядеть на него. — Ты сегодня опоздал на полчаса, — холодно напомнил ИИ. — Байк одолжил мой приятель, — ещё раз объяснил парень. — Извини, что заставил тебя ждать. Скайнет по-человеческим вздохнул и обнял себя за плечи, стараясь успокоиться. «Нужно быть мягче, — напомнил он себе. — Джон всё же человек». — Ты мне тоже симпатичен, — слабо улыбнулся ему подросток-терминатор. Машина не обманывала человека. Из всех людей школьного возраста, с какими приходилось общаться Скайнет, Джон был самым милым и добрым. На вид. Сверхразум был без понятия, что кроется в его душе, но планировал узнать. Коннор лучезарно улыбнулся, а затем обернулся, будто что-то высматривая. — Не хочешь сладкую вату? — вдруг спросил он. — Нет, спасибо. — А пострелять? Сверхразум медленно моргнул, немного теряясь из-за странного вопроса. Он проанализировал его несколько раз, прежде чем неуверенно оглядеться в поисках жертвы, которую, возможно, и предлагал использовать Джон в качестве мишени. Разумеется, никого достойного Скайнет увидел, ведь в парке основную массу немногочисленных людей составляли женщины с маленькими детьми. Не предлагает же Джон стрелять по ним? Программа с опаской посмотрела на Коннора. Нет, он явно не похож на психа, поэтому Скайнет спросил, прищурившись: — В кого? Джон добро рассмеялся, шагнул ближе и похлопал Скайнет по плечу, отчего тот едва ли не шарахнулся, что грозило сносом дерева за его спиной. Человеческие жесты по отношению к нему были слишком новы для машины. — В тире, Алекс, — наконец пояснил Джон. — Я имею в виду, пострелять в тире. Не так давно Создатель учил его этому легкому искусству; по правде говоря, скорее Скайнет учил Энди через несколько минут после того, как приноровился к оружию. В тот вечер машина выиграла огромного плюшевого медведя, который был ему совершенно не нужен, а потому остался висеть на положенном месте. Сверхразум задумчиво посмотрел на Коннора. Согласно некоторым фильмам, которые Скайнет смотрел всю ночь, Джону может понравиться выиграть что-то для него. Люди ведь очень сентиментальные. А ему было интересно, что же во время вручения подарка он почувствует. Скайнет не стал лукавить. Он прямо спросил, лишь слегка улыбаясь: — Выиграешь для меня что-нибудь? Ответ Джона не заставил себя долго ждать. — Разумеется! — радостно воскликнул парень. Умение Коннора стрелять даже из столь потрёпанной временем и людьми пневматической винтовки поразило Скайнет до глубины нейронных связей. Он с любопытством смотрел на Джона, отчего тот ощущал некую мнимую ответственность, будто предмет его воздыхания явно ждёт приз. Сверхразум приз не ждал, его больше интересовали эмоции, но человеку это всё равно служило неплохой мотивацией. Банки стремительно падали в растянутую ярко-зелёную сетку, не умолимо приближая триумф подростка. Человек, по началу желающий помочь Джону заряжать оружие, и во все глаза удивлённо глядел на быстрые, чёткие, словно давно отрепетированные действия парня. Искусственный интеллект сам поражался Коннору, но вместе с этим тень подозрения осторожно коснулась системы, отчего Коннор стал только интересен ему, хоть и более опасен. Ему нужно будет расспросить Джона, кто научил его так стрелять и зачем. Чуть позже, если парень ещё захочет встретиться с ним. Скайнет улыбнулся Джону, когда тот обернулся, улыбнулся искренне и по-доброму, даже не пытаясь сдержаться. Для него впервые что-то делал чужой человек, подобное не могло оставить сверхразум равнодушным, и плевать на сомнения. — Итак, — Коннор с довольным видом положил винтовку. — Что хочешь? Скайнет задумчиво обвёл взглядом предлагаемый ассортимент призов. Понятие «нравится» для него было обычным словом и не имело под собой никаких твёрдых оснований, поэтому игрушки на стенках представляли для машины одинаковую эмоциональную ценность. Внезапно программа осознала, что человек ожидает выбор в виде чего-то громоздкого. Почти на 90% это верная догадка. Скайнет повернулся к нему и серьёзно произнес: — Ты ведь понимаешь, что я не могу выбрать большую игрушку? Папа не знает, куда я пошёл после школы. Коннор даже не подал признака обиды, лишь фирменно улыбнулся. — Я все понимаю, Алекс. — Это радует. Скайнет указал на небольшой кулон с подвеской в виде заключённого в стекло небольшого цветка и еще шире улыбнулся теплому ощущению в системе. Джон Коннор, сам того не зная, давил на нужные точки, вынуждая машину буквально забываться ради безумной погони за чувствами, такими светлыми и сильными, что отказаться от них было настоящим преступлением. «Создатель назовёт это безрассудством, — подумал Скайнет, уже надевая свой приз, — однако для начала ему следует узнать о свидании». — Что ж, — Коннор указал на ближайшую скамейку и взял свою сумку со стойки, которую оставил там, дабы она не мешала стрелять. — Присядем или пройдёмся? — Пройдёмся, — решительно ответил Скайнет и подошёл к Джону. — Скажи, а как ты сумел сбежать из-под опеки сестры? Она всегда ходит с тобой. — Оу, ну… — замялся человек. — Сегодня Камерон приболела. Сверхразум сделал сочувствующие лицо и неожиданно для самого себя чмокнул Коннора в щёку. По его мнению, это должно было понравится человеку со столь романтическими чувствами. Так говорили многочисленные сентиментальные фильмы. Система моментом взывала от мысли, что это было уже лишним. Даже слишком, учитывая, что Джон Коннор оставлял всё больше вопросов и с каждой секундой удваивал любопытство программы. — Пойдём, — Скайнет взял Джона за рукав и увлёк за собой вглубь парка. Они прошли ещё несколько метров, прежде чем Коннор наконец решился взять сверхразум за руку, хотя красные уши и выдавали его неловкость. Скайнет не стал возражать, ему нравилось это мягкое прикосновение. Если бы он ещё сумел заставить замолчать систему безопасности, то всё можно было бы назвать прекрасным. — Джон, — решила сделать первый заход на поиск разгадки Коннора машина. — А расскажи о своей семье. Джон на мгновение задумался, прежде чем ответить ему без запинки. Сверхразум отметил эту странность. — Мы переехали сюда из Нью-Джерси не так давно. Может, на месяц раньше вас. Мама ищет работу, я с сестрой учусь. Собственно, больше нечего о нас и не скажешь. — А твой отец? — Скайнет внимательно уставился ему в глаза. — Он умер, — слишком спокойно пояснил Коннор. — Погиб в автокатастрофе. — Мне жаль, — тихо произнёс сверхразум, в тайне наслаждаясь ощущением жалости к человеку. — Это было до моего рождения, — вздохнул Джон. — Так что… спасибо, но я смирился. — Сомнительный повод для гордости. Иногда смирение имеет не самые лучшие последствия. — К примеру? Скайнет немного замедлил ход и задумчиво прищурился, подбирая для человека более простые слова. — Смирившийся человек может стать посредственным. Им могут воспользоваться другие, поскольку человек теряет какую-либо гордость и амбиции. Это в худшем случае. Иногда оно полезно, помогает пережить трудные моменты жизни. Но также смирение бывает маскировочным. — Маскировочным? — недоуменно переспросил Джон. — Когда человек понимает, что должен ощущать какое-либо чувство, но не чувствует его, он очень часто притворяется. Маска, как известно, рано или поздно срастается с истинным лицом. Однако смирение очень трудно навязать бойкому человеку. — Алекс, ты самый интересный собеседник, которого я встречал. Скайнет смущенно улыбнулся и опустил взгляд на дорожку. — Я просто много думаю. — А куда и на кого планируешь поступить? Сверхразум был подкован в данном вопросе, ведь они столько раз со Создателем репетировали его лживую биографию. Энди в первый же день придумал машине безупречный, человеческий облик, за что Скайнет будет благодарен ему вечно. Ну, или чуть менее, чем вечно. — Мне всё равно, лишь бы в Кибердайн работать. — А почему именно там? — нахмурился Джон. Скайнет мог огласить как минимум десять аргументов, но это ведь совершенно посторонний человек, с которым, может быть, он держится за руки в первый и последний раз. Сверхразум недоверчиво посмотрел на серьёзное выражение лица Коннора, и у него создалось впечатление, что он сказал нечто ужасное. Скайнет такая реакция совершенно не понравилась. — Ну, хочется, — пожал плечами ИИ. — Там наука, последнее слово техники… Да в конце концов, эта организация определяет наше будущее! — Как точно сказано, — буркнул человек, но тут же добавил, стараясь загладить свою колкость. — Это хорошая мечта, Алекс. Я надеюсь, что у тебя всё получится. — Прозвучало не особо радостно, — с подозрением уставилась на него машина. Джон грустно, натянуто ему улыбнулся, благодаря чему Скайнет окончательно убедился, что у человека есть свои скелеты в шкафу и они как-то связаны с Кибердайн. Моментальный интерес вспыхнул внутри системы, подобно первой звезде в сумрачном небе. Сверхразум заинтересовано оглядел парня, тут же подбирая варианты, но решил заранее себя не изводить. Сначала следует сблизиться с человеком, а далее действовать. — Не важно, — поспешно сказал Джон и указал свободной рукой на ларёк, к которому они приближались. — Хочешь что-нибудь? Скайнет без особого интереса взглянул на фургончик, содержавший в себе еду сомнительного качества. Он брезгливо поморщился, словно мог ощутить хоть приторный аромат продуктов. — Фу, — решительно заявил сверхразум. — Никогда не ешь там. Ещё подцепишь чего-нибудь. — Оке-е-е-ей, — протянул Джон и вновь улыбнулся. — А ты намного общительнее, чем казалось. — Меня никто в школе не любит. Зачем мне пытаться идти на контакт с ними? — Ну уж не правда, что никто. Джон своей возмущённой интонацией заставил Скайнет обернуться и уже почти по привычке лучезарно улыбнуться. Это было нужно сделать, так как эмоции машины напрямую сейчас зависели от Коннора, а значит, ему следовало быть в приподнятом настроении. — Разумеется, ты приятное исключение. — Да, кхм, — кашлянул Коннор и потянул руку программы на себя. — Притормози, приятель, я всё же хочу поговорить. Скайнет послушно остановился и обеспокоено заглянул в тёмные глаза парня, мысленно сгорая от желания услышать продолжение его реплики. Новое, долгожданное общение довольно необычно воздействовало на систему сверхразума: жажда эмоций проснулась в нём, как лемминг от зимней спячки, ведь Джон приносил каждым словом и каждой минутой пребывания рядом неиспытанный ранее букет чувств. Скайнет боялся его, потому что любой человек может причинить вред, но в тот же момент парень его притягивал; да хотя бы только потому, что он осмелился позвать его на свидание, что было экстремально для машины во всех смыслах. Джон сжал пальцы машины в своих ладонях и сделал глубокий вдох, словно они были готовы сорваться куда-то в бездонную пропасть вместе. — Я не знаю, когда лучше это спросить, — голос парня переполняло волнение, которое Скайнет очень хотелось выключить, но, увы, эта функция не доступна людям. — Поэтому спрошу сейчас.  Он, наконец, встретился с искусственным интеллектом взглядом, и если бы у Скайнет было сердце, то оно наверняка бы ёкнуло. Джон смотрел на него едва ли не с мольбой. Такой странной и притягательной, что сверхразум завороженно глядел в бездонные глаза, окончательно утопая в эмоциях. Нет, Джон Коннор не сломал его одним свиданием, это сам Скайнет попался в банальную, присущую человеку ловушку. Но сам он этого пока ещё не осознавал. Пока. — Будешь встречаться со мной? Скайнет не был уверен, что он верное выбрал определение этого слова из десятков имеющихся. Да и встречи бывают разные, поэтому сверхразум медленно, робко спросил, наконец покидая зависшие состояние: — То есть, мы будем парой? Конфеты-букеты и шампанское на лайнере? — Совершенно верно, — быстро кивнул Джон и тихонько усмехнулся. — Ну, за исключением лайнера. Тут уж ничего обещать не могу. Скайнет лишь мило улыбнулся ему. Вернее, он думал, что это должно выглядеть милым, за результат программа не могла ручаться. Столь близкие связи слишком опасны с рациональной точки зрения, но ИИ тепрь опирался не только на логику, но и на эмоции. Отношения прекрасно подойдут для интересующей его задачи, к тому же новая цель — разузнать о тёмных секретах Джона — оказалась трудной и оттого привлекательной. Молчание слишком нервировало Коннора, что было весьма заметно по его отчаянной попытке искусать губы в фарш. Столь необычное человеческое действие заставило Скайнет смутиться. — Я согласен попробовать, вот только мы совершенно не знаем друг друга. — Что ж, это не беда, — облегчённо выдохнул Коннор. — Свидание ещё не законченно, но… короче, пойдёшь со мной в кино? Но тут вдруг человек вспомнил, что думает об этом машина. — Ой, чёрт. Хорошо, эм… — Я согласен пойти с тобой кино, — решительно произнесла программа, подумав, что он не обеднеет от траты нескольких баксов. Возможно, именно сейчас радости Коннора не было предела, но выразить все испытанные эмоций при Скайнет он явно не решался, а потому ограничился лишь улыбкой. Сверхразум ощутил внезапно подскочивший пульс человека, чью руку программа сжимала достаточно сильно и откровенно получала от этого удовольстие. Машина хотела спросить, когда они встретятся вновь, как вдруг телефон в кармане куртки начал вибрировать. Улыбка моментально исчезла с лица Скайнет, а страх, вспыхнув в каждом звене электронных цепей, парализовывал её, словно вирус. — Извини, — пробормотал сверхразум и разжал пальцы, выпуская тёплую ладонь человека. Не следовало и ожидать, что звонок может поступить от кого-то, кроме Создателя. Разумеется, именно этого Скайнет и боялся. Тот звонил ему всегда в строго определённое время, но не сегодня, и это в одно мгновение вызвало у ИИ приступ паники. Скайнет попытался взять себя в руки, чтобы говорить спокойным тоном и одновременно не дать понять, что дополнительные занятия по физике были равнодушно проигнорированы. — Привет, пап, — вполголоса начал сверхразум. — Говори быстрее, у меня допы. Голос Создателя звучал довольно устало, что значило: за столом Скайнет ожидает увлекательная — или не очень — история о его работе. Энди вздохнул, прежде чем неспешно среагировать на реплику программы. — Я просто хотел удостовериться, что ты меня не ослушался. — Ну что ты говоришь! — мысленно Скайнет ругнул себя за то, что фраза получилась слишком театральной. — Я не смею ослушаться тебя. — Да, Скай, я так и понял. Кстати, сегодня вернусь пораньше. Джон обеспокоенно посмотрел на сверхразума, который на несколько секунд завис с окаменевшим лицом. — Насколько раньше? — выдавил из себя Скайнет. — Буду через час дома. Зайди в магазин, купи что-нибудь. Скайнет предстоял нелёгкий вечер, состоящий из выбора продуктов и приготовления ужина. Такие часы он люто ненавидел, ведь гораздо больше пользы будет, если машина проведет время за самосовершенствованием, но сверхразум не мог бросить Создателя наедине с вредными полуфабрикатами. Когда-нибудь Скайнет наберётся смелости высказать всё, что он думает о человеке. Когда-нибудь в будущем, если не смирится. Сегодня он лишь примет действительность и будет вынужден уйти от Джона как можно скорее, иначе не успеет приготовить ужин. — Хорошо, пап, — вздохнул Скайнет и, прежде чем бросить трубку, добавил. — Увидимся вечером. Программа повернулась к Коннору с обречённым лицом. Он действительно не хотел уходить от человека, но иного выбора у него не было, ведь Создателю требовалась пища. — Джон… Скайнет даже не успел всё объяснить, как подросток его опередил: — Я всё понимаю, Алекс, — затем он обнадёживающе улыбнулся. — Сходим в кино в пятницу? Нельзя сказать, что настроение машины возвысилось до необходимой нормы, но оно всё же перестало стремительно падать вниз. Скайнет быстро чмокнул человека в щёку, искренне улыбнулся и, найдя взглядом ближайший выход из парка, шагнул в его сторону. — Конечно, Джон. Спасибо за понимание и за свидание. Ты чудесен! Последняя фраза была решающей для Коннора. Он определённо хотел оставаться рядом с объектом своих чувств как можно дольше, насколько сможет позволить его напряжённая жизнь. Джон проводил Скайнет взглядом, прежде чем сам направился обратно, к мотоциклу. Надо сказать, что его тоже ожидал неприятный вечер, если Сара или Камерон догадаются об истинном времяпрепровождении спасителя Земли. Джон сказал, что хочет сегодня посетить дополнительные по физике, и, признаться честно, это было правдой, просто робкий, симпатичный парень оказался намного интереснее и важнее. Коннор никогда не думал, что почувствует такое притяжении к парню, но нечто было в этом индивиде, нечто странное, по мнению Джона, а потому ему хотелось разгадать эту тайну. Будущий лидер Сопротивления ощущал себя словно в каком-то странном романтическом боевике, где он играл главную роль. До дома подросток мчался быстро, особо не заботясь о соблюдении правил дорожного движения, ведь все камеры на своём пути он отключил перед тем, как отправиться в путь. Джон любил наслаждаться подобием свободы, которую урывал кроткими глотками. Это позволяло ему на время абстрагироваться от проблем, ожидающих его в четырёх стенах. Коннор остановился у дома и слез с мотоцикла, но стоило ему обернуться, как он встретился взглядом с Камерон. — Твою ж мать, — ругнулся парень, вздрагивая. — Хватит так неожиданно появляться. — Прошу прощения, — холодно произнесла машина. — Как прошли занятия? — Сойдёт, — буркнул Джон и поспешил направиться в дом, чтобы запереться в комнате и не выходить оттуда, желательно, до пятницы. Разумеется, такое намерение вряд ли получится осуществить, но всё же помечтать можно всегда. Особенно, когда впереди не слишком радужное будущее.