Сумасшедший

      Миссис Элизабет Барбосса сидела на палубе «Разящего». На бочке перед ней лежали горки золотых монет, которые она старательно пересчитывала. Женщина была уже немолода, но ещё красива: огонь былой юности ещё теплился в супруге самого влиятельного пиратского капитана Карибского моря.       Много лет назад она вышла замуж за Гектора Барбоссу, им пришлось, добыв карты, отправиться в мир иной, чтобы вытащить оттуда Джека Воробья. Война пиратов с лордом Беккетом была неотвратимой. Себе в помощь вольные разбойники решили призвать богиню Калипсо, заключённую в человеческом теле. Без капитана Воробья — одного из пиратских баронов, обладавшего магическим талисманом-песо, этого нельзя сделать. Ритуал должен был быть соблюдён в точности.       Впрочем, всё обернулось не так, как предполагали Гектор, Элизабет и остальные сторонники освобождения Калипсо. На совете в бухте Погибших кораблей пираты, явившиеся с разных концов света, переругались в пух и прах. У каждого накопилось немало старых и новых обид и претензий. Завязалась драка, в ходе которой кто-то перевернул стол, на котором лежали талисманы. Кто именно — так и осталось загадкой. В итоге два песо пропали. Их искали, но, увы, не нашли. Между тем, на бухту Погибших кораблей надвигалась флотилия Ост-Индской торговой компании, и её целью была отнюдь не торговля.       Капитан Джек Воробей вернулся не один, а со своей ненаглядной «Чёрной жемчужиной» и, пока шла подготовка к обещепиратской встрече, он успел набрать себе команду. Многие пираты с радостью пошли под начало столь удачливого человека, ведь далеко не каждому удаётся, пусть и с чужой помощью, но вернуться с того света.       Итак, даже лишившись помощи Калипсо, пираты повели свои корабли в бой, и флагманами в этой битве стали «Чёрная жемчужина» и «Разящий». В итоге, победа осталась за пиратами. Остатки флотилии Беккета отправились в Порт-Роял зализывать раны. Многие говорили потом, что победить удалось потому, что во-первых: «Разящему» и его капитану благоволило само море, а во-вторых: «Чёрная жемчужина» и её капитан после пребывания в ином мире стали неуязвимы для врагов.       В последующие годы как неуязвимость Джека Воробья, так и благоволение стихии к Гектору Барбоссе не раз ставились под сомнение. После победы над общим врагом два давних противника постепенно вновь взялись за старое. Оба воскресших, несмотря на прожитые годы, чувствовали себя как в молодости, и не уставали с переменным успехом воевать друг с другом. Они время от времени заключали мир, но просто не могли жить без взаимной борьбы.       Элизабет улыбнулась, вспоминая прошлое. Теперь и Гектор, и Джек уже в весьма солидном возрасте, но продолжают вести себя, как два юнца, лишь только увидят на горизонте паруса друг друга. Иные люди столько и не живут, а этим всё нипочём! Впрочем... капитан Барбосса в последние годы всё чаще вспоминал о смерти. Ему бы сойти уже на сушу, но он упрямо продолжал плавать, желая встретить последний свой день в море. В этот день за ним придёт «Летучий голландец». Элизабет нелегко было вспоминать о корабле-призраке. И ей не хотелось терять мужа, которого она терпеть не могла в день свадьбы, а потом крепко полюбила. Не так плохо сложилась её жизнь. Старшая дочка вышла замуж за одного из капитанов, плавающих под началом Гектора Барбоссы — самого могущественного из пиратов, чтобы там ни кричал Джек Воробей. У Гектора и Лиззи подрастали внуки. Младший сын служит на «Разящем» и в будущем займёт место своего отца, став ему достойной заменой.       Внезапно волны забурлили, и на поверхности моря показался «Летучий голландец». Элизабет вздрогнула, неловко тронув пирамидку из золотых монет, которые со звоном рассыпались по бочке и палубе. Женщина не верила своим глазам, как и её муж, показавшийся из каюты, как и вся команда «Разящего». Ясно было, что на «Голландце» хотят поговорить. На «Разящем» срочно отдали якорь. Все смотрели на противоположную палубу. В экипаже были... люди! Нет, рассказывали, конечно, что с корабля-призрака спало проклятье, но одно дело слушать рассказы, а другое — видеть собственными глазами.       Сердце Элизабет на миг словно остановилось — у борта «Голландца» стоял Уилл Тёрнер! Он ничуть не изменился с того дня, когда она видела его в последний раз, только одежда была другая. По манере держаться миссис Барбосса поняла, что Уилл на «Голландце» - далеко не последнее лицо. К нему подошёл высокий статный мужчина в широкополой капитанской шляпе и обхватил за запястье. И вмиг — никто и моргнуть не успел — оба уже стояли на палубе «Разящего». — Что-то рановато вы за мной пришли, - усмехнулся Барбосса. — Мы не за тобой, - проговорил мужчина в шляпе. - Пока что. Странно, что ты узнал меня. — Ты изменился, Дэйви Джонс, но я узнал. — Так это всё правда? - спросила Элизабет. — Думаю, мой старший помощник мистер Тёрнер ответит вам, мадам. — Всё это правда, Элизабет, - улыбнулся Уилл. - Проклятья больше нет, а мы перевозим души. — А ты совсем не изменился, Уилл, - она на мгновение опустила глаза. — Ты тоже... почти. — Так вот, куда попадают погибшие моряки, - юноша, очень похожий на Гектора в молодости, с интересом разглядывал «Голландец». — Уилли, - с мягким, чуть смешливым упрёком сказала Элизабет. - Я же тебе не раз рассказывала о «Летучем голландце». Легенды не лгут. — Как ты его назвала? - спросил Тёрнер. — Уилли. Или Уильям. Мой сын, младший. — Рад знакомству, тёзка, - он протянул юноше руку, которую тот уверенно пожал. - Я — Уильям Тёрнер, старший помощник на «Летучем голландце». — Я знаю, - юноша чуть замялся. - Мама рассказывала мне о вас, сэр. Каково быть бессмертным? — К этому привыкаешь. — О чём вы там говорите? - Барбосса приблизился к ним. - Не смотри так, парень, тебе ещё не пора на тот свет. Уступи старшему. — Я вовсе не хочу на тот свет, - простодушно заявил Уилл Барбосса. - Когда я умру, я останусь на «Голландце», если меня туда возьмут. — Ты сначала проживи жизнь, а там посмотрим, сподобишься ли умереть в море, - сказал Дэйви Джонс. — Что значит посмотрим?! - воскликнул Гектор Барбосса. - Конечно, он умрёт в море, как пират! — Сейчас не время для подобных разговоров, - остановила его Элизабет. — Верно, - согласился капитан «Разящего». - Уилл! Я тебе, сын. Вот ведь дала тебе имя мать! Иди и скажи коку, чтобы принёс нам выпить. — Есть, сэр! — Исполнительный, глядите, мистер Тёрнер, - усмехнулся капитан «Летучего голландца». - Может, возьмём его к себе, как помрёт? — Возьмём, капитан. — И отца возьмёт, но только матросом, уж извините. — Я в матросы не пойду, - со смехом заявил Барбосса. - Лучше ещё сто смертей! — Ох, знаю, где мы тебя на том свете высадим, - продолжил подкалывать Морской Дьявол. — Должно быть, я могу быть спокойной за вашу судьбу после смерти, - попыталась пошутить Элизабет. - Оставим это до поры. Какой смысл умирать, когда есть ром?       Ром, действительно, появился из трюма «Разящего» незамедлительно. Капитаны сидели в каюте, и никто так и не узнал, о чём расспрашивал Гектор Барбосса Дэйви Джонса. Уилл и Элизабет стояли на носу корабля и тоже разговаривали. — Скажи, зачем ты здесь? - спросила она. — Случайно. Мы увидели корабль, поняли, что это «Разящий». Захотелось узнать, что с тобой. Ты счастлива, Элизабет? — Да. Моя жизнь не была лёгкой, но, да, я счастлива. А ты, Уилл? — И я. — Все эти годы меня мучил вопрос: ты оказался на «Голландце» из-за меня? — Нет. Джек Воробей отправил меня туда хитростью. — Ты же мог спастись, Уилл! Я довольна своей судьбой, но... что, если она сложилась бы иначе? — Нет. Я поклялся «Летучему голландцу», а ты вышла замуж за другого. — Я сама не знаю, как так вышло. Дэйви Джонс сказал что-то Гектору — Значит, ваша свадьба не была решёным делом? — Барбосса и не думал жениться пока не встретился с твоим капитаном. Ты так легко освободил меня от слова, данного тебе, что я не знала, что и делать. — И всё-таки твоя жизнь сложилась, как вижу. — Ты прав. Прости, я разворошила прошлое. Ну, а что же ты? — На мою долю выпало немало испытаний. — Тебе удалось снять проклятье. Невероятно! — Моей заслуги здесь нет. — Ты присмотришь за Гектором, когда он окажется на «Голландце»? Пожалуйста, Уилл. — Хорошо. Я о нём позабочусь.       Два капитана вышли из каюты. Пришло время расставаться. Следующая встреча, вероятно, будет последней. «Летучий голландец» и «Разящий» разошлись в разные стороны, а Элизабет ещё долго смотрела на удаляющийся корабль-призрак.       Уилл, проверив вахтенных, задумчиво глядел на горизонт. Корабль шёл в одну из маленьких бухт, где предстояло пополнить запасы провизии. В этом местечке к команде «Голландца» уже привыкли за много лет, и местные жители не впадали в суеверный ужас при их виде. — Я составил список покупок, - сказал подошедший кок. - Посмотрите? — Хорошо. Давай его мне. — Я тоже взгляну, - к ним приблизился сам капитан. — Так точно. — Ты стал готовить лучше, чем тридцать лет назад. — Рад стараться! — В чём причина? — Всё дело в особых приправах. Разрешите обратиться. — Говори. — Команде позволено будет сойти на берег? — Да, после того, как загрузим провизию в трюм. Всем, кроме дежурных. — Спасибо, сэр! — Можешь идти. — В бордель пойдут, - заметил старпом, провожая взглядом кока. - Это уж точно. — Пусть идут, они заслужили. — Как скажите. Я побуду на борту. — Не хочешь в бордель? — После того раза — нет. — Почему? — Мне больше нравятся наши свидания с осьминогом. Да... можете считать меня извращенцем! — Я такой же извращенец, как и ты. — Тогда — в глубины моря? — В глубины моря. — Только с вами. — Да, - капитан выдержал паузу, слушая пение ветра в снастях. - Уилл? — Да? — И всё-таки ты сумасшедший!