Хамелеон

      За всю карьеру желание уволиться не посетило её ни разу. Хойт задумалась о таком впервые — мысли показались странными и чуждыми, но думать об этом она не перестала. Глупо, наверное, но как только не доводилось обходить закон, а отпустив Кларка — она пошла против своих принципов. Теперь о Кларке уже который месяц нет почти никаких новостей: если федералам удавалось что-то выяснить, то рано или поздно след непременно обрывался, и приходилось начинать всё едва ли не с начала.       До сих пор неясно — хорошо это или плохо? Как это для Дориана?       Да и хотела ли она сама, чтобы поиски к чему-то привели? Насколько это правильно? Так и надо? Или нужно найти Мартина Кларка во что бы то ни стало? Не приходя к какому-то выводу, Хойт просто мирилась с тем, что уже есть.       Недавно она получила майора, и эта мысль — «может, уйти?» — вспыхнула с новой силой. Облокотившись предплечьем на спинку дивана, Хойт повернулась к Салливану. Тот сидел за столом смежной с гостиной кухни и смотрел в телефон. Рядом с Салливаном дымилась чашка кофе, после душа он накинул на плечи полотенце, которое теперь медленно сползало вниз.       Когда стало понятно, что Джине вряд ли что-то угрожает, и она вернулась домой — Салливан не съехал. Первое время они выбирали, у кого жить, и когда её квартира победила — остались здесь. О том, что временами её одолевает желание уйти с работы, он не знает. И, думается, немало удивится. Она тоже удивлена. Куда больше остальных.       Но разве она так поступит?       После первого же намёка, что в Департаменте есть люди, способные занять её место и быстро включиться в работу, шеф Риос заявил: «Ты никуда не уйдёшь». «Я делаю, что хочу», — почти ответила Хойт, но решила повременить с таким ответом.       Поднявшись с дивана, она приблизилась к кухонному столу. Села рядом с Салливаном, привлекая к себе внимание. Он оторвался от телефона, поднял взгляд, слегка улыбнулся.       — Из-за тебя я уволилась из Департамента, — вывалила вдруг она.       — Что? — Салливан моментально изменился в лице. — Вернись обратно.       Теперь улыбнулась Хойт.       — В общем-то, не из-за тебя и ещё не уволилась… Но если бы это случилось, что бы ты сказал?       Салливан немного расслабился и откинулся на спинку стула.       — Не из-за меня? — уточнил он.       — Нет.       — Тогда почему?..       Из-за того, что тем, кто сознательно отпускает таких, как Кларк, не место в полиции? А также тем, кто считает, что может делать, что хочет. Вот только с последним она уже давно смирилась. Осталось смириться с Кларком и продолжать работать дальше. Возможно, пройдёт время и она думать об этом забудет. Возможно, в её мыслях останется лишь Дориан…       Понимание того, что ему если и не хорошо, то по крайней мере не плохо — сильно бы ей помогло.       — Мне вдруг стало невыносимо там находиться, — ответила Хойт после паузы. — Я жду, когда это чувство пройдёт, но оно не проходит.       Некоторое время Салливан молча на неё смотрел.       — Это как-то связано с побегом Дориана?       Хойт промолчала.       — Раз так… — вздохнул Салливан, не дождавшись её ответа, — то уходи. Не сбудется моя мечта…       Хойт вопросительно приподняла брови.       — Думал, что работать у нас будешь ты, — пояснил Салливан, — а я буду просто красивым.       Он рассмеялся, показывая, что это шутка, и Хойт широко улыбнулась.       — Сомнительно, что я на это решусь. Так что сбудется ещё твоя мечта.       — Я рад, — подыграл Салливан. — Но представляю, какую истерику закатил бы Риос, сообщи ты ему о таком.       Она тоже представляла. Риос так и остался для многих «новым шефом». Сайкса любили, этого же вынужденно терпят, но не признают. Он может лишиться поддержки в любой момент, и тогда копы начнут выдавливать его из своего Департамента. Прецедентов много — если начнётся «синий грипп» и патрульные забастуют, проще пойти им навстречу и убрать виновника недовольства. Это не та работа, которая может простаивать.       Новый шеф не только пиарится на её имени и собирает пресс-конференции покрасоваться перед журналистами, но и с её помощью пытается стать для полицейских «своим». Бывшая сотрудница ОВР — странный выбор для привлечения на свою сторону копов, однако пока это работает.       — Я посмотрела бы, — снова улыбнулась Хойт.       — И я, — кивнул Салливан.       Хойт придвинула его чашку с кофе и сделала глоток. Салливан проследил за её действиями, потом опять посмотрел в телефон, словно пытаясь там что-то найти.       — Что с Джиной? — спросил он.       Вернее, что с её расследованием?       — Ты сам у неё не спросишь?       — Мы почти не общаемся. И дело она со мной не обсуждает.       Хойт едва заметно приподняла уголок рта. Почему не общаются?       — Флойд перевозил наркотики в полицейской машине, — коротко сообщила она. — Скажу лишь то, что ты и так знаешь: вероятно, Флойда убил Кларк. На складе полно их отпечатков и ДНК. Кларк даже ничего не пытался скрыть, потому что ему всё равно. Наверное, надеялся на то, что, когда мы всё это обнаружим, он будет далеко. В конце концов так и получилось.       Она снова отпила кофе и с глухим стуком поставила чашку на стол.       — Что поделать… — проговорил Салливан, заметно напрягая губы, чтобы скрыть улыбку.       — Это, по-твоему, смешно?       — Разве нет? — наконец улыбнулся Салливан. — Слышал, Ривера чуть ли не по полу от смеха катался.       — Чего ещё от него ожидать…       — Кларк сделал то, чего мы не смогли. Не вижу повода грустить.       — Убил человека? — скептически переспросила Хойт. — И тебя не интересует, почему мы не смогли, а он смог? Откуда он знал, где искать? С чего он вообще начал искать кого-то, кроме Дориана? Я могу дать ответы на эти вопросы. А ты?       Салливан опять изменился в лице, но вскоре вполне спокойно дёрнул плечами, будто не понимая, о чём она говорит.       — Всей правды мы пока не знаем.       Хойт встала, сполоснула чашку и поставила её на место.       — Тебе просто нравится так думать, — сказала она, подошла ближе и, коротко поцеловав Салливана в губы, вернулась обратно в гостиную.       — Он отомстил за них, — догнал её голос Салливана. — Департамент этого не сделал, сделал Кларк.       Хойт села на диван, убрала из-под спины подушку. Это-то и плохо. И всё-таки даже друзья Флойда не стали горевать по нему в открытую. Она-то уж точно не заплачет. Лишь наверняка не раз вернётся мыслями к Дориану и спросит себя: всё ли хорошо?

***

      Джон резко распахнул глаза и невольно дёрнул лежащего рядом Кларка к себе. Учащённое дыхание эхом зазвучало в тишине и, казалось, даже его сердцебиение можно было услышать издалека. Возможно, Кларк услышал? Поэтому оторвался от подушки и положил голову ему на грудь, давя приятной тяжестью.       — Опять? — спросил Кларк тоном человека, которого разбудили слишком резко.       — Извини, — искреннее попросил прощения Джон и потянулся к тумбочке. На ней лежало снотворное, которое он не захотел принять перед сном.       Без таблеток он часто просыпался вот так — внезапно, с колотящимся сердцем и частым, громким дыханием. Кларк вынужденно просыпался вместе с ним и какое-то время они оба пытались снова заснуть.       Джон уже открыл пузырёк, но Кларк вдруг перехватил его руку и, забравшись на него сверху, поставил пузырёк на место. Теперь Джон чувствовал тяжесть всего его веса, а потому задышал ещё глубже и тяжелее. Для верности Кларк упёрся руками ему в грудь и склонился чуть ниже.       — Это не запьёшь таблетками, — проговорил он очевидное.       — И что же ещё мне делать? — поинтересовался Джон.       Кларк пожал плечами, улыбнулся. Затем наклонился ещё сильнее, прикасаясь губами к его виску. Здоровой рукой Джон обхватил спину Кларка, прижимая плотнее к себе. Потом провёл ладонью ниже, скользя по ткани футболки, белью и обнажённым ногам Кларка.       Они в Мексике. В ветхом доме, где по ночам гуляет сквозняк, а дни нужно просто перетерпеть, чтобы, как выразился Кларк, — «наконец-то свалить из этой страны».       Вздохнув, Джон задержал ладонь на его ягодице.       — Я пойму, что делать дальше, — неопределённо и запоздало ответил Кларк.       Джон боялся, что с Кларком будет плохо, что ничего не изменилось, поэтому всё время ждал минуты, когда Кларк либо уйдёт, либо — что ещё хуже — останется. Но ничего плохого не случалось, и то, что Кларк оставался рядом, кажется, только шло ему на пользу… Вероятно, шло на пользу им обоим?       Выпутавшись из объятий, Кларк притянул к себе его раненую, но уже более-менее подвижную руку и поцеловал кисть.       — Мой бедный щеночек страдает… — глумливо поцокал языком Кларк. — Чем мне облегчить его страдания?       Джон чуть нахмурился, повернул голову набок. Вместо того чтобы дождаться ответа, Кларк потянулся к его лицу и, обхватив ладонями за шею, заставил немного приподняться. Джон наполовину сел, положил подушку себе под затылок и внимательно уставился на Кларка, в ожидании, что́ тот будет делать дальше. Кларк поёрзал на нём, тоже усаживаясь удобнее, вновь потянулся руками к лицу — и вдруг принялся тискать за шею, щёки и трепать за волосы, как какого-то пса. Затем переключился на уши; только тогда Джон положил ладонь на предплечье Кларка, чтобы тот остановился.       — Что такое? — улыбнулся Кларк, не оставляя прежнего глумливого тона, да и не убирая ладоней с его шеи. — Ты смущаешься?       — Нет, — ответил Джон, в самом деле чувствуя, как от волнения, будто горят щёки.       Вот уж и правда школьник… Чего ему смущаться? Он не смутился бы, даже сними Кларк трусы — это было бы куда привычнее. Хотя первое время, уехав из Флориды, они не занимались сексом. Им обоим требовалось лечение, к тому же тогда Джон сам не знал, чего хочет от Кларка и хочет ли чего-то вообще. Уже позднее, привыкая к Кларку заново, понял, что всё-таки хочет. Находились всё новые и новые причины оставаться вместе, и в какой миг Джон осознал: главная причина в том, что желания разделяться у него нет.       Он помогал Кларку восстановиться, Кларк помогал ему с плечом и, если было сильно нужно, находил способы достать лекарства. Ещё находил, где им спать и что есть. Странно, что при этом его не приходилось удерживать от попытки прострелить кому-нибудь голову. Наверное, он сдерживал себя сам.       «Из-за меня?» — размышлял Джон, и это становилось очередной причиной оставаться вместе.       Однако кое-кто всё-таки погиб.       Кларк сообщил это настолько будничным тоном, что в первые мгновения от злости потемнело в глазах. Потом Кларк назвал имя Флойда, и Джон лишь внимательно на него посмотрел. Раскрыв происхождение полицейской формы и машины, Кларк с улыбкой поинтересовался: «Злишься?»       А должен? Разумеется, Флойда надо было отдать под суд, но раз уж этого всё равно не случилось, Джон нашёл повод порадоваться тому, что в ходе «общения» с Флойдом Кларк хотя бы не поранился ещё сильнее. Харриса хватило… Джон почти всё время осторожничал с Кларком: они спали рядом, но если и прикасались друг к другу, то как дети — брались за руки. Но однажды Кларк сказал, что Джон может помочь ему избавиться от Харриса, и просто дёрнул на себя.       — Щеночек… — заговорил Кларк после короткой паузы.       Джон опять поднял к нему взгляд.       — Хватит меня так называть.       — Ты очарователен. Хочу и буду, — весело ответил Кларк. — Что ты можешь с этим сделать?       Наверное, что-то может… Но не будет. Раньше это слово вызывало сильнейшее отторжение, теперь, с пониманием, что после этого слова всегда следует что-то хорошее, а не плохое, он, кажется, немного привык.       — Я и так слишком долго не делал с тобой всего, что хочу, — продолжил Кларк. — Буквально с самой школы.       Джон решил сменить тему и спросить — «тебе ещё снится Харрис?» — но не стал. Снится. И если Кларк способен отвлечься и занять себя чем-то приятным, то незачем ему напоминать. «Это всё время был ты», — сказал ему Кларк, когда речь зашла о трейлере и о том, что там происходило. «Это не был я, Кларк», — почти ответил ему Джон, однако и тогда промолчал. Кларк защищался… Не стоило ему мешать.       Джон притянул Кларка к себе и вынудил лечь — в плече и правой части груди сразу же возникла боль, но Джон лишь плотнее прижал Кларка, не позволяя ему слезть.       — Что? — поинтересовался Кларк. — Мне так спать?       — Можешь и так, — согласился Джон. — Заснёшь?       — Да без проблем. — Кларк специально поёрзал головой по его груди, усиливая боль. — Сам-то заснёшь?       Джон подумал некоторое время. Ради этого он готов выпить обезболивающее…       — При условии, что ты не будешь на мне возиться.       — Не буду обещать. — Кларк опять пошевелил головой, а потом сквозь футболку коснулся губами места около раны.       Джон стиснул его ещё крепче, пытаясь хоть как-то удержать на месте. Притянул отброшенное в сторону одеяло и одним броском накрыл Кларка с головой. Тот высвободил голову и заметно нахмурился.       — Жарко… — пробормотал Кларк, но всё-таки не скинул одеяло совсем.       Джон накрыл ладонью его голову, машинально перебирая волосы. Недавно он сказал Кларку, что будет скучать по Хойт. «Чего ты добиваешься?» — пронеслось в голове, но он так ничего и не добился. Наверное, он до сих пор ждал какого-то подвоха, однако Кларк только недовольно посмотрел на него… и всё. А через какое-то время признался, что тоже будет скучать. Не по Хойт…       Тогда по чему… или кому?       Джон так и не спросил… Надо бы.       Почувствовав, что Кларк на нём задышал медленно и ровно, Джон потянулся к таблеткам, но только прикоснулся к пузырьку и тут же убрал от него руку. Кларк продолжал давить всем весом, как тяжёлое одеяло, под котором хорошо спится даже тогда, когда знаешь, что в любой миг можешь проснуться от боли.       Джон закрыл глаза и, выбросив из головы все мысли, заснул.