Помощь от друга (Aid From a Friend)

От автора:       Этот рассказ написан как сиквел к моему рассказу «Холодность». Его можно читать как самостоятельный рассказ, но я подозреваю, что это может привести к некоторой путанице, и вы не сможете понять, по крайней мере, поначалу, глубину прошлого героев. Информация: Действие происходит в 2515 году Третьей эпохи. Герои: Трандуил (его жена умерла при рождении Кириона; рассказ «Холодность») Леголас Фанес (жена Леголаса) Малиэль (их дочь) Хитель (младшая сестра Леголаса) Гваур (муж Хитель) Кирион (младший брат Леголаса и Хитель) Фанор (отец Фанес) Гилрин (мать Фанес) Эсфен (Лихолесский королевский целитель) Сарнор (капитан войск Лихолесья, второй по рангу после Леголаса) Старая команда Леголаса: Гурон, Груинор, Осбон, Эктель, Санд, Амас, Кэллон, Робен, Гивон, Маэр и Таэнор. Воины прошли интенсивные тренировки под руководством Леголаса и составляют элитный отряд Лихолесья. *Аэвон, брат Леголаса по оружию, также был частью его команды. Он был убит в рассказе «Холодность». Глава 1. Письмо - Ada! – смеясь, воскликнула Малиэль, врываясь в гостиную и обнимая отца.       Леголас усмехнулся и поднял малышку на руки, заглядывая в кристально-голубые ирисовые глаза, которые были так похожи на его собственные, за исключением того, что оставались пока полностью читаемыми и наивными. Ее золотисто-каштановые волосы Фанес заплела в две косички, завязав на концах маленькие голубые ленточки, как любила Малиэль. - Здравствуй, красавица! – обнял ее Леголас, целуя в щеку. – Чем сегодня будет заниматься моя прекрасная дочка? - Мама велела мне пойти и передать тебе, что она собирается подать обед через минуту, - на одном дыхании выпалила Малиэль голосом, звеневшим от гордости, что ей доверили доставить важное сообщение. - Она сказала, что ты слишком много работаешь, и тебе нужен отдых. - Спасибо, что передала, - улыбнулся Леголас. – Как насчет того, чтобы прибраться немного, чтобы мы могли здесь присесть?       Леголас обвел рукой комнату: бесчисленные документы покрывали стол, часть бумаг лежала даже на диване. Малиэль согласно кивнула, и они немедля приступили к уборке.       Его дочь складывала бумаги бережно, после того, как ей неоднократно объясняли, что их нельзя испортить ввиду важности, так же, как ее учили не прикасаться к его оружию, потому что оно было очень опасным.       Малиэль подошла к отцу и обеими руками осторожно передала ему небольшую стопку собранных бумаг, Леголас поблагодарил ее, добавляя их к собственной кипе и убирая в ящик стола. Малиэль надулась от гордости и счастливо запрыгала по комнате. Леголас с улыбкой покачал головой, а затем стремительно перехватил ее и, подняв высоко в воздух, закружил вокруг себя. Малиэль восторженно заверещала, крепко держась за его предплечья.       Когда голова у малышки закружилась, Леголас остановился, прижимая ее к себе. Малиэль хихикала, ее расфокусированный взгляд был прикован к его рубашке. В этот самый момент дверь открылась, и в гостиную вошли Фанес и младший брат Леголаса, Кирион, державший полный поднос еды. - Nana! – радостно воскликнула Малиэль. Леголас опустил ее на пол и с улыбкой наблюдал, как она, шатаясь, шагает к Фанес.       Фанес усмехнулась тоже и сгребла ее в охапку, бросая на мужа игривый взгляд. - Это твой Ada сотворил с тобой такое, бедняжка?       Леголас обвил рукой талию Фанес, легко целуя жену. - И тебе доброго дня! – улыбнулся он.       Взгляд Фанес смягчился. - Ага, не обращайте на меня внимания, я просто приношу еду и исчезаю, - с притворным негодованием сказал Кирион.       Леголас засмеялся и шагнул к Кириону, взлохмачивая ему волосы. Кирион тут же попытался освободиться. - Валар, Леголас, держи себя в руках - мне двадцать три года!       Он дернулся и, наконец, сумел высвободиться из хватки Леголаса, пытаясь привести волосы в порядок. Его изумрудно-зеленые глаза сузились при взгляде на старшего брата. Леголас поднял руки, сдаваясь; Малиэль и Фанес со смехом наблюдали за разыгравшейся сценой. - Почему бы тебе, Кирион, не присоединиться к нам, раз уж ты так любезно помог с доставкой еды? – предложил Леголас. – Я вижу, что здесь ее более чем достаточно.       Недовольство мигом испарилось с лица Кириона, и он просиял. - Конечно. Я ни за что не пропущу трапезу с моей любимой племянницей. - Я твоя единственная племянница, - хихикнула Малиэль и побежала к нему, просясь на руки. Кирион поднял малышку, усаживая рядом с собой на диван.        Снова приблизившись к Фанес, Леголас обнял ее за талию, Фанес умиротворенно вздохнула, склонив голову к его плечу. - Я скучала по тебе этим утром, - шепнула она.       Леголас коснулся губами ее волос. - Прости. Меня срочно вызвали прямо на рассвете. Вчерашний дождь затопил одно из селений, близких к лесной реке: нужно было эвакуировать жителей. Нам с отцом пришлось организовывать перевозку и успокаивать их по прибытии. - С ними все в порядке? – спросила Фанес, давая волю целительскому инстинкту. Она уже давно не дежурила в больничном крыле: с тех самых пор, как стала супругой наследника престола и должна была заниматься воспитанием Малиэль, но никогда по-настоящему не забывала о своей работе. За то время, что они были женаты, ей уже не раз приходилось заботиться о его ранениях. - Они были промокшими, но невредимыми, - усмехнулся Леголас. – Пойдем, я умираю с голоду.       Они пошли к Кириону и Малиэль, уже приступившим к трапезе. - Держу пари, это потому, что ты не завтракал, - Фанес обвиняюще ткнула пальцем в его ребра.       Леголас, ухмыльнувшись, уклонился от ее атаки и сел в одно из кресел, наполняя тарелку едой. Покачав головой, Фанес сделала то же.       Не успел он поднести первый кусочек ко рту, как раздался стук в дверь. Леголас вздохнул, вернул еду на тарелку, выпрямился и мгновенье смотрел на дверь, немедленно всем своим видом принимая облик принца, которым являлся. - Не заперто, - вежливо позвал он.       Ручка двери повернулась, и в комнату шагнул Сарнор. Он улыбнулся, увидев собравшеюся вместе семью, но затем серьезно посмотрел на Леголаса.       Когда Леголас вышел из-за стола, Сарнор подал письмо, что держал в руках. Леголас принял свернутый пергамент, внимательно его рассматривая. - Оно только что с птицей прибыло из Ривенделла, - сказал Сарнор. – С самой быстрой из всех. - От Глорфиндела, - пробормотал Леголас, изучив нетронутую печать, которой было скреплено послание. – Задержись на минуту, пока я не удостоверюсь, что это не связано с войной или чем-то в этом роде. - Конечно, мой принц, - почтительно ответил Сарнор.       Леголас прошел к столу и склонился над его деревянной поверхностью, ломая печать и разворачивая послание. Фанес привычно наблюдала за мужем, и лишь она сумела подметить, как едва различимо потемнели его глаза, и волна грусти поднялась внутри. Она встала и подошла к мужу, в знак поддержки положив свою руку поверх его. Леголас на мгновенье оторвался от письма, но затем снова сосредоточился на тексте. Письмо было длинным, написанным элегантным почерком Глорфиндела, хотя было в нем что-то, слабые признаки, указывавшие на то, что послание писалось в спешке как последняя надежда. Она заставила себя не читать, по крайней мере до тех пор, пока не получит разрешения Леголаса.       Наконец, Леголас поднял взгляд; со стороны не было заметно, что письмо хоть как-то повлияло на него, но она чувствовала, что Леголас потрясен его содержанием. - Спасибо, Сарнор, - с улыбкой сказал он, - к счастью, это не призыв на войну. Ты можешь идти. - Все в порядке, - улыбнулся в ответ Сарнор и, поклонившись, покинул комнату. «Я расскажу тебе позже», - прозвучал голос в голове Фанес. Она нерешительно кивнула: «Ты в порядке?» «Да».       Леголас свернул свиток и положил его в ящик перед тем, как обернуться к остальным. В глазах Кириона застыла настороженность, Малиэль же наивно смотрела на него, слегка склонив голову набок. - Кто прислал письмо, Ada? – спросила Малиэль. Она была так любознательна во всем...       Леголас хмыкнул и сел за стол вслед за Фанес. - Эльф из Ривенделла, - ответил он. – Ты с ним не знакома, но он мой друг.       Малиэль раскрыла рот: - Победитель балрога?..       Леголас усмехнулся: - Да, и если вы с ним встретитесь, я уверен, что он с радостью расскажет тебе много-много историй.       Затем он повернулся к Кириону: - Ты помнишь его?       Кирион кивнул. - Немного. Он ведь не был здесь с тех пор, как появилась Малиэль? - Нет, не был, - в голосе Леголаса прозвучала печаль. - Почему?       Леголас выдохнул и задумчиво посмотрел на Малиэль, взвешивая, стоит ли ей слышать такую историю. Его спасла Фанес, спросив Малиэль, не стоит ли им приготовить и отнести тарелку дедушке, на что Малиэль охотно согласилась.       Когда они вышли, Леголас повернулся к Кириону. - Ривенделлом правит Элронд Передхилл и его семья. Его жена, Келебриан, его сыновья, братья-близнецы, Элладан и Элрохир, его дочь Арвен, ты ведь знаешь это, верно?       Кирион кивнул, и Леголас продолжил: - За год до рождения Малиэль во время путешествия через мглистые горы Келебриан захватили в плен орки, - голос Леголаса был полон сожаления, а глаза потемнели от воспоминаний. Кирион шокировано смотрел на брата. - Элладан и Элрохир незамедлительно бросились на ее спасение, но к тому моменту, когда они подоспели, Келебриан пострадала так сильно, что потеряла желание жить в Средиземье. Примерно за месяц до рождения Малиэль она уплыла в Валинор, - сказал Леголас, - Глорфиндел не был здесь какое-то время, потому что его владыки все еще переживают это горе, и они, и Ривенделл нуждаются в поддержке. - Примерно в то время, когда родилась Малиэль… Ты поэтому тогда то и дело ездил в Ривенделл? – спросил Кирион. - Да, я тогда метался туда-обратно, чтобы помочь им, - грустно улыбнулся Леголас, глядя в пространство. - Они мне как вторая семья, и так всегда было. Мы с Глорфинделом вместе старались спасти их семью от распада, но за две недели до рождения Малиэль мне пришлось уехать, и с тех пор все так завертелось, что у меня не было времени навестить их. Тем не менее, Глорфиндел держит меня в курсе событий. - И это были последние новости от него? – подозрительно спросил Кирион. Он не был мастером читать Леголаса, это превосходно удавалось только Фанес и Трандуилу, зато он заметил поведение Фанес.       Леголас посмотрел на него, и Кирион внезапно почувствовал себя очень юным, затянутый бездонным взглядом кристально-голубых глаз. Он почти всегда чувствовал себя маленьким в присутствии Леголаса, но сейчас это ощущалось особенно остро. Леголас был старше примерно на две тысячи лет и практически воспитал его, после того, как их мать умерла, а рассудок Трандуила помутился на какое-то время.       Кирион не особенно много помнил из тех событий, но бывали моменты, когда он просыпался от кошмаров, в которых отец кричал, обвиняя его во всем... Сейчас это практически невозможно было вообразить, после стольких лет, на протяжении которых отец поддерживал его, всегда был рядом, когда был нужен, даже несмотря на необходимость управлять королевством. - Да, так оно и есть, - спокойно ответил Леголас, тоном давая понять, что это вся информация, которую можно сейчас получить, и спорить бесполезно.       Кирион кивнул и вернулся к еде. Леголас вскоре последовал его примеру, так напоминая изголодавшегося зверя, что Кирион не мог сдержать смеха. Он любил эти моменты, когда Леголас, теряя на время свой венценосный облик, вел себя непринужденно и был таким… досягаемым. Хотя он не мог отрицать, что восхищался своим старшим братом, особенно влиянием, которое тот имел.       Дверь распахнулась, и в комнату вошла Фанес в сопровождении Трандуила, шествовавшего величественно, даже несмотря на то, что на плечах у него восседала Малиэль. Проходя через дверь, он присел, чтобы Малиэль не ударилась головой о проем. Король улыбнулся, увидев обоих своих сыновей за обеденным столом. С озорным блеском в глазах он вытащил руку, до этого спрятанную в складках его одежд. В руке Трандуил, оказалось, держал кипу бумаг, которую он игриво протянул Леголасу. - Ты, должно быть, шутишь, - простонал Леголас, тем не менее, забирая стопку.       Трандуил усмехнулся и опустил Малиэль на диван, присаживаясь рядом. Неприкрытая любовь сквозила в его взгляде, когда он смотрел на свою семью, и, особенно, на свою внучку. Малиэль украла сердце короля и вертела им как хотела, что изрядно забавляло Фанес и Леголаса.       Леголас бегло проглядел заголовки документов, но после этого сразу отложил бумаги на стол. Все они касались утреннего наводнения.       Когда общий разговор возобновился, мысли Леголаса вернулись к содержанию письма, поднимая волну беспокойства. Когда он уезжал к рождению Малиэль, им с Глорфинделом удалось привести семью к состоянию, когда она, по крайней мере, начинала функционировать снова. Арвен, конечно, переехала в Лотлориен, но раз это делало ее счастливой, то все было в порядке. У близнецов и Элронда такой возможности не было, но даже если б и была, они все равно бы ею не воспользовались. Они были слишком упрямы.       Письма от Глорфиндела после его отъезда сообщали, что дела постепенно налаживались, но теперь им владело удушающее чувство, что Глорфиндел лгал, чтобы не вынуждать его покидать Малиэль. Это письмо казалось отчаянным, как если бы у Глорфиндела закончились все средства, и не было никакого другого выбора, кроме как умолять его о помощи. - Если я хочу успеть к рождению ребенка, мне придется скоро уехать, - сказал Леголас, сидя рядом с Глорфинделом на балконе. В перерыве между заботами о семье они смотрели на мирное ночное небо. – Мое сердце зовет меня в путь, но оно так же велит мне остаться… - Ты не можешь пропустить рождение твоего первенца, - воскликнул Глорфиндел. – Ты даже не из Ривенделла родом, это вообще не твоя ответственность. Когда они придут в себя, то будут чувствовать себя виноватыми за то, что из-за них тебе пришлось расстаться с женой в такой момент. Ты нужен Фанес, и, я знаю, ты переживаешь за нее; не стоит сходить здесь с ума, ведь вести из Лихолесья доходят не меньше, чем за три дня.       Леголас глубоко вздохнул: - Мне не стоило бы волноваться, Фанес здорова, и с ребенком все хорошо… - В прошлый раз, когда близкая тебе женщина давала жизнь, она умерла, - сказал Глорфиндел. – Это естественно, что ты переживаешь, в особенности вдали от нее, что возвращает нас к тому же вопросу. Езжай к Фанес, Леголас. Я справлюсь здесь с помощью Эрестора. Доверься нам. Я обещаю держать тебя в курсе и пошлю за тобой, если это будет совершенно необходимо.       Леголас смотрел на долину Ривенделла, обуреваемый противоречивыми чувствами. Он все еще сожалел об отъезде Келебриан на Запад и помнил, как пообещал ей помочь ее семье. Ему, в самом деле, стоило перестать раздавать подобные обещания; они всегда приводили его к необходимости исполнять болезненные обязательства.       Глорфиндел протянул руку и сжал плечо Леголаса, проникновенно глядя в глаза, чтобы подчеркнуть свои слова: - Отправляйся домой, Леголас, мы не сможем вынести того, что сами держим тебя здесь, далеко от тех, кого ты любишь больше всего на свете. Келебриан не хотела бы, чтобы ты оставался, если это означает отказ от роли отца. Ставь своего ребенка выше, чем любого из нас здесь. Кроме того, тебе опасно долго оставаться вдали от Лихолесья. Барьер был атакован уже дважды, Дол Гулдур чувствует, что щит ослаблен, и тебе требуется больше сил, чтобы поддерживать его так далеко от дома. Почему ты не передал контроль над ним своему отцу, пока был в Лихолесье? - Даже ели я здесь, барьер все равно сильнее, чем если бы отец держал его. Моя сила стала достаточно мощной, чтобы не позволить Дол Гулдуру разрушить его, когда я близко, поэтому они пользуются возможностью сделать это сейчас, - Леголас усмехнулся. - Выродки.       Глорфиндел хмыкнул. Немного раньше в тот же день он застал смертельно бледного Леголаса тяжело опирающимся о прикроватный столбик. Потребовалось колоссальное количество сил, чтобы справиться и укрепить энергетический барьер, который Леголас удерживал над Лихолесьем, пока был в Ривенделле. Разумеется, он отразил атаку. Глорфиндел толкнул его прямо в кровать, требуя, чтобы он поспал.       Управившись с едой, что была у него на тарелке, Леголас дотянулся до подноса и ухватил одно из яблок. Он рассеянно откусил кусочек, наслаждаясь его сочным вкусом. Дождь все еще падал с неба, но был уже не таким сильным. Вероятно, в скором времени он прекратится. ***       Позднее тем же днем Леголас стоял в их гостиной, прислонившись к оконной раме. Первоначальные его комнаты, состоявшие из спальни, гостиной и ванной были перестроены, чтобы расположить также Фанес и Малиэль. Места было достаточно, дополнительная комната для Малиэль была построена на противоположной стороне гостиной, а его рабочий кабинет теперь располагался рядом с кабинетом отца, поэтому Малиэль и Фанес могли оставаться в гостиной, пока он работал.       Леголас вгляделся в темный лес и вдохнул омытый ливнем воздух. Дождь прекратился.       Было темно, за исключением пары свеч, разливавших по комнате теплый свет. Малиэль спала, Фанес читала книгу на диване, изредка поглядывая на него в ожидании рассказа о том, что его тревожит.       Леголас сделал глоток вина из бокала, который держал в руке. В этот момент Фанес, по-видимому, устала ждать, потому что она закрыла книгу и подошла, смыкая руки вокруг его талии и прижимаясь головой к его спине. От ее прикосновения напряжение Леголаса испарилось, и он глубоко вздохнул. - Глорфиндел прислал не очень хорошие вести, - мягко сказал Леголас через некоторое время. - Знаю, - ответила Фанес, - ты бы не был так обеспокоен хорошими новостями.       Леголас усмехнулся и кивнул в направлении стола. - Его письмо в первом ящике. Фанес легко сжала его руку, прежде чем пройти к столу. Открыв ящик, она достала письмо.       «Леголас.       Прежде всего, как твоя семья?       Я полагаю, Малиэль уже немного подросла. Мне бы хотелось с ней познакомиться, но сейчас пока еще не самое подходящее время, чтобы мне оставлять Ривенделл.       Мне жаль, Леголас, я дал себе обещание, что справлюсь с этим и не заставлю тебя покидать семью, но ситуация постепенно выходит из-под контроля. Элронд по-прежнему не так силен, как был когда-то, и все только усложнилось за прошедший год из-за близнецов.       Элладан и Элрохир, в конце концов, справились с шоком и осознали, что они не увидят свою мать очень долго. После этого их поглотила незаслуженное чувство вины за то, что они не смогли ее спасти. Я, разумеется, пытался поговорить с ними, но они не стали слушать. Вина в них переросла в жажду мести. За прошлый год их ненависть к оркам поднялась до нездорового уровня, и с тех пор они охотятся за этими тварями.       Они редко бывают дома, а когда возвращаются, то становятся сами не свои, не находя покоя. В ответ на это вкупе с постоянным беспокойством, состояние Элронда также ухудшилось. Я опасаюсь, что наши враги могут почувствовать, что владыка не справляется и ослаблен. Ты понимаешь, о чем я говорю.       Я пытался объяснить это все близнецам, но так и не смог до них достучаться, и, в конце концов, исчерпал все возможности. Возможно, Элладан и Элрохир послушают тебя, поскольку ты находился в такой же ситуации и всегда был их другом.       …Прости, что я прошу тебя об этом, но, пожалуйста, приезжай в Ривенделл. Если хочешь, можешь взять с собой свою семью, тогда у меня также будет возможность познакомиться с прелестной Малиэль.       Твой друг, Глорфиндел из Ривенделла».       Фанес опустила письмо и посмотрела на Леголаса. Леголас отвернулся от окна и теперь пристально смотрел на нее. Она знала, что он никогда не оставит близнецов; это просто было не в его характере. С мягкой улыбкой Фанес шагнула в его раскрытые объятия и тоже взглянула в окно. Она могла чувствовать, как аура Леголаса откликалась деревьям снаружи с силой, которую она никогда не сможет осознать до конца, но которая, тем не менее, ее успокаивала. - Таким образом, полагаю, я вскоре снова увижу родителей. Прекрасная возможность представить их Малиэль, ведь они не видели ее с тех пор, как ей стукнуло два годика, - сказала Фанес, и улыбка тронула ее губы, когда она почувствовала волну облегчения внутри Леголаса.       Леголас уткнулся лицом во впадинку на плече Фанес, и его губы прочертили дорожку к ее шее, чтобы запечатлеть там поцелуй. - Спасибо, - тихо сказал он.       Фанес усмехнулась и потянулась, чтобы прикоснуться ладонью к его щеке и поцеловать в лоб. - Пожалуйста, но я думаю, что тебе также стоит поговорить с отцом. Достаточно ли безопасны дороги, чтобы везти по ним нашу дочь в Ривенделл? - Я буду защищать ее, - сказал Леголас. - Я не сомневаюсь, что будешь, - улыбнулась Фанес. – Я верю тебе. А теперь иди и поговори с отцом. Я пойду в кровать.       Леголас поцеловал ее и добавил, не отрывая от нее своих губ: - Не жди меня.       Его непроницаемые голубые глаза завладели ее золотыми и некоторое время удерживали их, прежде чем он снова поцеловал ее, наконец, отрываясь.       Он прошел к столу и поднял письмо, прежде чем направиться в спальню отца. Стражники у входа в королевское крыло кивнули ему, и он склонил голову в ответ. Осторожно постучав и получив разрешение войти, Леголас повернул ручку и уверенно шагнул в просторные апартаменты.       Обстановка в королевских комнатах была почти такой же, как и в его: гостиная, ванная и спальня.       Трандуил расположился на диване перед камином с бокалом вина в руке. Увидев Леголаса, он улыбнулся и жестом пригласил его присоединиться. Леголас сел на диван, небрежно закидывая на него ноги и опираясь спиной о подлокотник. Он протянул отцу послание от Глорфиндела. Трандуил отставил бокал, забирая письмо, и вопросительно посмотрел на Леголаса. Глаза его старшего сына, как обычно, ничего не выражали, но он сделал плавное движение рукой, побуждая его читать. Взгляд Трандуила становился все более озабоченным по мере того, как он вчитывался в письмо. Когда он закончил, то какое-то время задумчиво смотрел в пространство, делая несколько глотков вина. - Ты собираешься ехать? – спросил Трандуил спустя минуту. - Да, ответил Леголас, - я не могу проигнорировать это: Глорфиндел, похоже, в отчаянии. Фанес считает, что это хорошая возможность навестить ее родителей и позволить Малиэль познакомиться с ними.       Трандуил кивнул: - Я бы предпочел, чтобы ты оставался здесь, в безопасности, но я понимаю, почему ты должен ехать. Просто помни, что твое благополучие также важно, как и благополучие близнецов. Ты склонен перегружать себя в таких ситуациях. - Они мои друзья, если я могу помочь им, перегружая себя немного, то оно того стоит. - Они не пришли тебе на помощь, когда твоя мать умерла, - заметил Трандуил. – Ты ничего им не должен. - Мне не нужно задолжать им что бы то ни было, чтобы прийти на помощь, - резко возразил Леголас. – Я не просил их приехать после того, как мама умерла, и они не знали, что происходит. Если бы кто-то послал им письмо, как сейчас сделал Глорфиндел, я уверен, они примчались бы немедленно. Они не привыкли к смертям или прощаниям, это стало шоком для них.       Трандуил выдохнул: - Я знаю. Ты хороший друг, но я не могу не беспокоиться о своем сыне. - Со мной все будет хорошо, - мягко улыбнулся Леголас, - мы ведь говорим о Ривенделле. - Ты склонен притягивать неприятности, - буднично констатировал Трандуил, приобретая следом задумчивый вид. - Я пошлю твой отряд сопровождать тебя по всему пути туда и обратно, по крайней мере, так я буду знать, что ты хорошо защищен. - Ты справишься без них на южной границе? – спросил Леголас. - Настало время эльфам, которых ты тренировал, попытаться отправиться туда без дополнительного присмотра, - сказал Трандуил. – Как думаешь, они смогут? Леголас кивнул: - Да, думаю, они готовы. - Возьмите с собой Кириона, - добавил Трандуил. – Он жаждет путешествий и нравился близнецам. Возможно, он сможет помочь.       Леголас снова кивнул: - Справишься здесь без меня? - Сарнор может взять на себя патрули, - сказал Трандуил. – Признаю, что работы станет гораздо больше работы, но, к счастью, это не самое напряженное время года. Как долго ты думаешь там оставаться? - Я не знаю, - сказал Леголас. – Столько, сколько потребуется. - Ты сможешь удерживать барьер так долго? – спросил Трандуил, и волнение промелькнуло в его голубых глазах.       Барьер. Поле, созданное из энергии, оформленное как гигантская сеть вокруг земель Лихолесья, и не позволяющее ни одному врагу шпионить за ними, ни бесплотной темной силе проникнуть в его границы. Леголас перенял контроль над ним, поскольку его способность к концентрации энергии превышала мощь его отца. - Я справлюсь с этим, - заверил Леголас.       Некоторое время Трандуил изучал лицо сына, пытаясь оценить правдивость его слов. В конце концов, он просто согласно кивнул и спросил: - Когда ты уезжаешь? - Как можно скорее.       Трандуил ухмыльнулся, ему следовало догадаться. Леголас всегда предпочитал действовать быстро; он быстро обдумывал положение вещей и приходил к верным решениям, но еще быстрее после этого принимался за дело. Когда Трандуил выражал необходимость, чтобы Леголас выполнил какое-то задание, взял, к примеру, на себя контроль над патрулями или сбор информации, Леголас просто собирал вещи, запрыгивал на лошадь и мчался это делать. - Послезавтра, - сказал Трандуил. Он засмеялся, когда заметил, как палец Леголаса нетерпеливо забарабанил по ноге. - Некоторым понадобится больше времени, чем тебе, чтобы собраться, а для некоторых это первое путешествие так далеко от дома.       Казалось, Леголас согласился с доводами, поскольку снова прислонился головой к спинке дивана и спокойно посмотрел на огонь в камине.       Трандуил также устроился поудобнее и снова поднял бокал вина. - Ты закончил с бумажной работой? – мягко спросил он.       Леголас кивнул: - Я принесу документы тебе в кабинет завтра утром.       Они сидели на диване в уютной тишине, глядя на разноцветные отблески пламени в камине. Трандуил больше наблюдал за Леголасом, чем за огнем, и видел, как грусть колыхалась в глазах его сына, когда тот смотрел на пламя.       Он знал, что потеря Келебриан так скоро после того, как он потерял свою мать, стала для Леголаса еще одним ударом, который он воспринял тяжелее, чем показывал. Он навещал семью Элронда бесчисленное количество раз, как только у него появлялось свободное время в тот период. Он был там даже прямо перед тем, как она уплыла и сразу после этого.       Фанес поддерживала его безмерно на протяжении этого времени, несмотря на то, что была беременна, и Трандуил был очень благодарен Леголасу за то, что он сумел найти такую пару. Он не слишком хорошо знал Фанес, когда они поженились, но смог оценить ее по достоинству на протяжении последующих пятнадцати лет. Она всегда была рядом, чтобы помочь, и была всецело самоотверженной, такой же, как Леголас. Леголас тихо вздохнул и прикрыл глаза, пряча их от взгляда Трандуила. Тот усмехнулся и притронулся к щеке сына. Легкое прикосновение заставило Леголаса открыть глаза. - Иди спать, - сказал Трандуил. – Я поднял тебя, едва забрезжил рассвет, не позволяй мне также лишать тебя сна сегодня. - Как скажешь, - усмехнулся Леголас. – Но ты также поднялся, едва забрезжил рассвет, поэтому, что ты все еще делаешь не в кровати? - Почему бы вам обоим не пойти спать! – громкий оклик донесся из комнаты Кириона, находившейся как раз рядом с апартаментами короля.       Трандуил и Леголас посмотрели друг на друга и разразились хохотом. Они услышали, открывшуюся дверь и топающие шаги по направлению к комнате Трандуила перед тем, как Кирион вошел внутрь в спальной одежде с полусонным-полураздраженным взглядом. - Валар, вы двое что, никогда не спите? – простонал он, плюхаясь в ближайшее кресло и потирая глаза. - Ты заведи ребенка и узнаешь, как долго сможешь выжить без сна, - усмехнулся Трандуил. – Просто спроси своего брата, он мастер обходиться без сна. Кирион перевел глаза на Леголаса, тот пожал плечами. - Как долго ты обходился без сна? - Месяц, с несколькими часами тут и там, - ответил Леголас.       Челюсть Кириона отпала, и он недоверчиво уставился на брата. Глаза Леголаса отражали золотые отблески пламени и выражали спокойствие, за которым чувствовалась сила, но в остальном были недостижимыми. - Что…? – изумленно выдохнул Кирион. – Почему? Когда…? - Двадцать три года назад, - ответил Леголас. Рот Кириона захлопнулся, и он виновато посмотрел на Леголаса. - О…       Леголас усмехнулся неприкрытым эмоциям в глазах Кириона и дотянувшись, положил руку на его предплечье. - Не чувствуй себя виноватым, - успокаивающе сказал Леголас. – В основном меня держали работа и Хитель. Ты был очень сговорчивым ребенком, слава Валар.       Кирион кивнул. Он снова почувствовал себя маленьким; он не знал даже половины жизни Леголаса… Конечно, он часто просил Леголаса рассказать ему истории, но Леголас никогда не говорил о чем-то болезненном. Он никогда не рассказывал ему, что случилось, когда он был маленьким, и когда его отец изменился. Он знал, что должен благодарить Леголаса за множество вещей, но большинство из них он слышал от Хитель, и его немного задевало, что Леголас недостаточно доверял ему, чтобы рассказать об этом самому, задевало то, что он все еще видел в нем ребенка. Хитель и Гваур переехали в дом Гваура, поэтому, ее он спросить теперь не мог.       Будто почувствовав настроение Кириона, Леголас слегка сжал его руку, прежде чем вернуться в первоначальную позу. - Дела в Ривенделле идут плохо, - сказал затем Леголас, и внимание Кирирона переключилось на старшего брата. - Я получил это письмо недавно, - он передал послание Кирону, который прочитал его с безмолвного разрешения Леголаса. Кирион нахмурился, и беспокойство до краев наполнило его распахнутые изумрудные глаза. - Кажется, дело плохо, - медленно сказал Кирион, и как только слова сорвались с языка, он дал себе мысленного пинка за то, как глупо они прозвучали. Он вернул письмо Леголасу.       Леголас кивнул, забирая письмо. - Поэтому, я собираюсь в Ривенделл, чтобы помочь им. Фанес и Малиэль поедут со мной. Ты хочешь поехать?       Глаза Кириона расширились: - Я? – спросил он, указывая на себя. Леголас улыбнулся и кивнул. Кирион взглянул на отца и, увидев в его глазах спокойствие, энергично кивнул. - Конечно, я поеду. Когда мы отправляемся? - Через пять минут, - стоически ответил Леголас.       Трандуил дотянулся и отвесил ему подзатыльник. После этого он улыбнулся Кириону и сказал: - Послезавтра. Команда Леголаса будет сопровождать вас в целях безопасности.       В глазах Кириона плескался неприкрытый восторг. Его молодая энергия заставляла его едва ли не подпрыгивать в кресле. Леголас заулыбался, но в этот момент он повернул голову по направлению к двери; его эльфийский слух уловил плач из соседней комнаты и он почувствовал напряжение, идущее от его связи с дочерью. Леголас услышал «Ada!», слетающее с ее губ, и стал подниматься. «Она со мной», - услышал он Фанес, мысленно сказавшую ему это. - Ты не пойдешь к ней? – спросил Трандуил, когда он снова сел. - Она с Фанес, - спокойно ответил Леголас. – Она принесет ее ко мне, если будет нужно.       Малиэль унаследовала понемногу от обоих своих родителей: как и отца, ее мучили кошмары, но они были не такими частыми, и уже за это он был благодарен.       После пяти минут бесплодных попыток успокоить дочку, Фанес сдалась и прошла через холл в спальню Трандуила, где, она знала, находился Леголас. Малиэль, всхлипывая, звала отца, как она всегда делала, когда у нее были кошмары. Ей нужно было почувствовать себя в безопасности, и, к сожалению, это было по части Леголаса. Фанес прошла в комнату, и Леголас незамедлительно поднялся со своего места. Он положил руку на спину Малиэль и позвал ее по имени. Как только Малиэль осознала, кто это был, она сомкнула руки вокруг шеи Леголаса и спрятала лицо у него на плече. Леголас обнял ее, уже тихо напевая и наполняя спокойствием свою с ней связь.       Он поймал взгляды брата и отца и склонил голову в знак прощания. Они понимающе кивнули в ответ. Фаннес тихо пожелала им доброй ночи и придержала дверь для Леголаса с успокоившейся, наконец, Малиэль.       Леголас прошел в их комнаты и оттуда в спальню Малиэль. Он бережно опустил ее на кровать и натянул поверх нее небесно-голубые покрывала, до конца так и не выпуская ее из рук. Он опустился на колени рядом с кроватью, приобнимая ее за плечи одной рукой и вытирая слезы другой. - Вот так, красавица, - мягко улыбнулся он, глядя в ее заплаканные голубые глаза. – Я теперь здесь, не нужно ничего бояться. Я всегда буду защищать тебя. - Обещаешь? – шмыгнула носом Малиэль.       Леголас запечатлел поцелуй у нее на лбу: - Обещаю. Всегда-всегда.       Малиэль слезно кивнула и посмотрела на него большими голубыми глазами: - Историю…? – невинно попросила она.       Леголас улыбнулся: - Историю, - подтвердил он. – Мы вместе совершим путешествие в Ривенделл: ты, я, мама и Кирион; отправимся повидаться с твоими бабушкой и дедушкой. Мы поедем через лес и через горы, и ты будешь скакать на лошади с мамой и со мной.       Он стал описывать мирную долину Ривенделла, наблюдая, как взгляд Малиэль постепенно становился рассеянным.       Леголас поднялся и повернулся к Фанес, опиравшейся о дверной проем с улыбкой на губах. Принимая протянутую руку, он поцеловал жену. - Я никогда не сравнюсь с ее Ada, - хмыкнула Фанес.       Леголас улыбнулся: - Ты незаменима. Она тебя любит. - Мы оба незаменимы. Тебя она обожает, - сказала Фанес, поцеловав его в ответ, перед тем как закрыть дверь в комнату Малиэль. Она легла в кровать ожидая, пока Леголас приготовится ко сну. Вернувшись, он улегся рядом, притягивая ее к себе. - Спокойной ночи, - прошептал он устало.       Фанес усмехнулась и положила голову ему на грудь. - Спокойной ночи, любовь моя.