Каждому фетишисту по демону

Если вы всегда были обычным человеком, а потом внезапно не приобрели в качестве обязательного бонуса на день рождения магические способности, вам будет сложно меня понять. Полученная сила буквально с первых секунд пробуждения в уже знакомой мне постели с морозным запахом просила воспользоваться ею. Еще не зная, что за дар достался мне в пожизненное пользование, наверное, на интуитивном уровне я догадался, что именно от меня требуется. Нужен был подходящий объект. Для первой пробы, так сказать. И на несчастье Илиана, он оказался единственным, кто находился в тот момент рядом со мной. Демону очень не повезло - я прекрасно помнил весь обряд, и, несмотря на то, что согласился на все, произошедшее во время инициации, относительно добровольно, злости моей не было предела. Я не стал кричать, обвинять его в чем-то, а просто тихонько подозвал поближе, сделав вид, что мне сложно говорить. Илиан с радостью выполнил мою просьбу и, склонившись надо мной, приготовился внимательно слушать. Ехидно усмехнувшись, я схватил его за волосы и притянул еще ближе. ― Это моя маленькая месть, ― шепнул я в демону в самые губы, после чего, мысленно представив всю гамму эмоций, через которые мне пришлось пройти с того момента, как я повстречал свою черноволосую судьбу, ментально влил этот жуткий коктейль в нареченного. Понаблюдав минут пять, как Илиан корчится, сменяя выражение и цвет лица, переживая все, что довелось прочувствовать мне, я понял, что отмщен в полной мере, и, сжалившись, отозвал эмоции обратно. Хладнокровный демон, в принципе не способный на какие-либо сильные переживания и чувства (исключая, конечно, меня), выглядел жалко. Тяжело дыша, он едва выдавил из себя короткую фразу: - Не может быть! Ты… - он запнулся и сглотнул слюну, - ты «дарующий», - закончил он шепотом. - Кто? - не разобрал я . - «Дарующий», - повторил Илиан уже громче, восхищенно на меня пялясь. - И что это значит? - кажется, я начинал догадываться, что за сила мне досталась, но хотелось подтверждения. - Ты даже не представляешь, насколько уникален! - радостно воскликнул демон. - Я знал, что мой нареченный будет обладать довольно необычными способностями, но чтобы настолько! - Да расскажешь ты, наконец, что такого во мне необычного и уникального?! - пришлось требовательно прикрикнуть на разошедшегося в восторгах нареченного. Данная мера подействовала, и, усевшись рядом со мной на кровать, глядя мне в глаза и глупо улыбаясь, Илиан стал торопливо рассказывать. Оказывается, все магические существа по своей сути фетишисты и в пару себе ищут того, кто обладает подходящим фетишем. Когда пара воссоединяется, они идеально дополняют друг друга, но случается такое нечасто, уж больно специфичны фетиши у многих. Именно поэтому большинство обитателей «зеркальной» реальности одиночки. Илиан, демон холода, по природе своей был почти безэмоционален, не способен самостоятельно испытывать сильных чувств и фетишем его являлись именно эмоции. Он уже практически отчаялся найти свою пару, но, когда Юрташ провел ритуал поиска пары для своего сына, магия привела его к Илиану. Также каждое магическое существо имеет две способности: врожденную и дарованную при инициации. О моей изначальной, врожденной магии Юрташ и Илиан знали сразу — «парикмахер». Дело в том, что стричь демонов могут только «волшебные парикмахеры», иначе демон теряет свою силу. Рождаются они крайне редко и очень ценятся в «зеркальной» реальности. Все-таки не всем демонам хочется ходить с длинными волосами. Илиан же получил при рождении способность отращивать моментально волосы любой длины, которая вызывала недоумение ровно до того момента, пока он не узнал, кто его нареченный и каков его фетиш. А после инициации выяснилось, что я еще и «дарующий» или, простым языком, телепат, способный влиять на эмоции и чувства как людей, так и магических существ. По словам Илиана, о «дарующих» не было слышно уже не одно тысячелетие, о них практически забыли, считая чуть ли не мифом. Вот такой в итоге я получился диковинной зверушкой.

***

      Вспышки десятков камер ослепляли и раздражали, я невольно щурился, пытаясь уменьшить слепящий эффект светодиодов. Щелчки напоминали треск швейной машинки. Неугомонные журналисты уже час никак не желали закончить пресс-конференцию, досаждая бесконечными провокационными вопросами. Благо, за десять лет публичной жизни, я научился уходить от прямых вопросов так, чтобы мои слова нельзя было интерпретировать по-своему. Еще бы, такое событие: самый знаменитый стилист страны, к которому мечтали попасть все без исключения, способный из "говна" вылепить прекраснейшую "конфетку", объявляет о завершении карьеры. Мировые «звездочки» рыдали и бились в конвульсиях от осознания того, что их волосы никогда больше не познают магии моих волшебных рук. Ладно, ладно, утрирую, конечно, но шумиху мой уход из парикмахерского бизнеса поднял знатную. Чего мне только ни предлагали в попытке заполучить в личные стилисты. Три раза ха-ха! Наивные люди и предположить не могли, что для меня все это не больше, чем хобби. За те двенадцать лет, что прошли с момента моей инициации, я окончательно влился в магическое общество и стал воспринимать мир людей как развлечение. Материальные блага меня не интересовали совершенно, как житель зеркальной реальности, я мог пользоваться ими в неограниченном количестве и это быстро наскучило. Сейчас же пришло время исчезнуть, ведь в отличии от людей, я не менялся внешне. Моя нестареющая на протяжении стольких лет физиономия и так уже начала вызывать подозрения, да и игры в знаменитость порядком надоели.       ― Чем вы планируете заниматься в дальнейшем? ― выкрикнула из первого ряда молоденькая корреспондентка одного не очень известного парикмахерского журнала. Удивительно, как ей удалось пробиться сквозь такую толпу матерых папарацци.       Подумав, что пора закругляться и на сегодня это будет последний вопрос, на который отвечу, я решил сделать подарок смелой девчушке. ― Честно говоря, я еще не думал об этом, конкретных планов на будущее у меня нет. Могу сказать только, что в ближайшее время планирую много путешествовать, ― и наклонившись, на ухо шепотом добавил, ― со своей второй половинкой. После этого помещение буквально взорвалось гулом десятков голосов, а я, хитро подмигнув зардевшейся девушке, быстрым шагом направился к двери, сопровождаемый летящими вслед вопросами. Едва за моей спиной захлопнулась дверь, ограждая от беснующейся толпы ненасытных журналюг, я облегченно выдохнул и тут же оказался прижат к вкусно пахнущей любимым морозным запахом груди. Руки Илиана как-то слишком уж крепко сжали мои ягодицы, а произнесенная свистящим шепотом фраза: «Не хорошо заигрывать с людишками, за это тебя следует наказать», заставила поежиться от пробежавших по позвоночнику мурашек возбуждения.       На мгновение пространство исказилось, по воздуху пробежала легкая, едва ощутимая рябь, и сунувший в техническое помещение свой любопытный нос хитрый репортер журнала «Скандальные звезды» почуял лишь легкий морозный аромат вместо ожидаемой жаркой сенсации.       Процесс моего перевоспитания шел полным ходом. Илиан драл меня так, что будь я пернатым существом, перья летели бы в разные стороны. Но поскольку я был далеко не ангелом, то вместо перьев по комнате разлетались лишь стоны и мольбы не останавливаться. ― Папа, папа! – радостный детский голосок ворвался в предоргазменные судороги. Не успев отойти от беснующегося в крови удовольствия, я пулей соскочил с члена Ильи и с головой рыбкой нырнул под одеяло. Илиан же, особо не заморачиваясь, просто прикрыл свое достоинство свисающим до пола краем сбившейся простыни. Спустя пару секунд на меня поверх одеяла плюхнулся небольшой, но увесистый "слоненок" и стал по мне скакать, хохоча и выкрикивая: «Папа, вылезай, я тебя нашла, теперь моя очередь прятаться!»       Высунув голову из-под одеяла, с умилением посмотрел в сияющие изумрудные глазки и ласково погладил по каштановым кудряшкам неугомонную трехлетнюю девчушку.       ― Милана! ― резкий оклик заставил меня поморщиться.       Девочка резво спрыгнула и, топоча, помчалась к окликнувшей ее маме.       ― Сколько раз тебе повторять?! Это не папа, это братик, ― пояснила Настя, подхватывая на руки подбежавшую дочь.       ― Что, опять? ― устало спросил появившийся рядом с Анасталикой Юрташ. ― Вот неугомонный ребенок! Стоит только отлучиться, и она тут же сбегает к Ждану, ― добавил он с обидой в голосе.       ― Ребенок не виноват, что мы так похожи, ― буркнул я из своего укрытия. ― К тому же, я гораздо лучше тебя, поэтому она меня и любит больше, ― я показал Юрташу язык и подмигнул Милане.       И такие сцены происходят чуть ли не каждый божий день! Никакой личной жизни, скажу я вам...