Королева Средиземья

Твое прошлое — лишь история, и как только ты поймешь это, оно не будет иметь над тобой никакой власти.

С улыбкой Арагорн вышел из дома, предвкушая, как покурит свою трубку. Он глубоко вдохнул, как только оказался на улице — ночной свежий воздух всегда успокаивал его. Арагорн путешествовал в компании четырех хоббитов — Фродо, Сэма, Мерри и Пиппина, которые стали его близкими друзьями. Однако иногда эти четверо все же выводили его из себя. — Я есть хочу! — Я тоже! — И я! — Почему вы не можете подождать, пока мы доберемся до таверны? — спросил он всех четверых. — Давайте проголосуем! — Пиппин, по мнению Арагорна, был ужаснее всех, а Мерри был с ним заодно все время, что бы его друг ни задумал. — Кто хочет есть прямо сейчас? — Я! — Я хочу! — Я могу подождать. — Спасибо, Фродо, — Арагорн закатил глаза. Трудно быть тем, кто объявлен вне закона и вынужден вечно прятаться от шпионов. Присутствие четверых вечно голодных хоббитов в этом нисколько не помогало. Тем не менее, он был счастлив, что у него есть хоть какие-то спутники. С того времени, как хоббиты приняли его сторону на войне, он искренне радовался дружбе с ними. Небо было ясным, вокруг стало прохладно. Странник наполнял свою трубку табаком, когда неожиданно заметил кого-то странного слева от себя. На незнакомце был капюшон, его взгляд был устремлен на восток. Он стоял там, словно тень, столь тихо, что Арагорн даже не услышал, как он пришел. Готовясь к худшему, странник обошел силуэт незнакомца, сжимая в руке меч. Оказавшись совсем рядом, он узнал своего старого друга Леголаса. — Друг мой, я не ждал встретить тебя, — удивленно произнес Арагорн. — Я пришел, чтобы найти тебя, — сказал эльф. — Случилось то, что изменит будущее. — Но что? — спросил странник с тревогой. — Что-то появилось в мире, — он замолчал, чтобы набрать воздуха в грудь, — и это поменяет все. В будущем волшебники и люди буду крепко связаны друг с другом. Эльф остановил взгляд на лице Арагорна, надеясь увидеть его реакцию. Мужчина смотрел на друга недоверчиво, не зная, что и думать. Увиденное Леголасом всегда было правдиво, но сейчас то, что сказал эльф, вызывало сомнения. Волшебники и люди? Крепко связаны? Было трудно поверить, что война, длящаяся уже четыре года, закончится и обе стороны заключат мир между собой. И что имел в виду Леголас, когда говорил о чем-то, появившемся в мире? Что могло прийти в Средиземье извне? Арагорн решил подумать об этом утром, все равно сейчас он мало что понимал. Он очень устал и хотел только одного — выкурить трубку. — Ты остановился здесь? — спросил Арагорн друга. — Да, — сказал эльф. — Я останусь с тобой и с хоббитами. — Спасибо, — странник почувствовал себя спокойнее. Он был рад, что кто-то еще разделит с ним заботу об этих четверых маленьких бестиях. С тех пор, как Арагорн бежал от волшебников, он жил так, что было понятно, почему люди зовут его странником. Он не мог позволить себе долгого отдыха, так как знал, что волшебники жаждут заполучить его голову, и потому постоянно переходил с места на место. В дороге он подобрал хоббитов — они бежали от фермера, у которого украли припасы. Мужчина не хотел воспользоваться компанией этих маленьких людей, но они всегда упорно следовали за ним. Так он пришел к мысли, что лучше странствовать в компании, а не одному. Слова Леголаса вновь зазвучали в его сознании: «Волшебники и люди будут крепко связаны друг с другом…». Странник тряхнул головой — то, что сказал Леголас, было лишь мечтой, которой никогда не суждено сбыться. Арагорн мечтал о мире, но спокойная пора не наступала с того момента, как все старые короли и королевы были убиты руками волшебников, захвативших эти земли. Он бился на стороне людей против магов, уже доказавших свою силу. Колдуны уничтожили всех, кого он знал, и вовсе не намеревались прекратить убийства невинных людей. Нет! На этот раз Леголас ошибся — никогда Арагорн не завяжет дружбы с магами!

***

— Я устал! Неплохо было бы передохнуть! — прокричал Рон сзади. Уже три дня трое друзей шли без остановки, и нервы их были на пределе. Ноги и руки Гермионы ужасно болели, девушка хотела лечь спать и не просыпаться до тех пор, пока ей не станет лучше. Однако проблема не решилась сама собой, им нужно было вернуться домой. Друзья предприняли несколько попыток аппарировать обратно в дом Уизли, но ни одна не закончилась удачно — каждый раз они опять оказывались в Средиземье, в другом лесу, рядом с другими горами и озерами. Никого не радовало то, что за время перемещения по Средиземью они ни разу не встретили ни одной живой души. Они не знали, где они и надолго ли хватит им запасов еды. Гермиона всегда брала с собой заранее собранную сумку на случай, если опять понадобится бежать. С виду сумка не казалась большой, но с помощью магии ведьма создала там настолько огромное пространство, что даже дом мог бы при случае поместиться туда. К счастью, она взяла с собой достаточно еды и палатку, так что, по крайней мере, волшебникам было, где спать. По мере того, как ночь опускалась на лес, Гермиона чувствовала себя все хуже. Желая передохнуть, она свалилась на скалу. — Неплохая идея! — сказал Рон, садясь неподалеку от нее. Гермиона даже не ответила ему — она почувствовала, как проваливается в сон. — Остановимся здесь, — произнес Гарри, наводя чары, чтобы скрыть их пристанище. — Поставишь палатку, ладно? — спросила Гермиона. — Я даже стоять не могу. — Без проблем, — он достал палочку, и на глазах у всех палатка сама встала на землю. Ночь была тихой и спокойной. Гермиона крепко спала, ей снилось, как она, Рон и Гарри гуляют в Средиземье, собирая цветы, как вдруг… Что-то было не так — это она почувствовала даже сквозь сон. Ведьма слишком устала, чтобы мыслить ясно, но даже во сне она ощутила, как произошло что-то странное. С усилием Гермиона открыла глаза — вокруг было темно, однако она видела палатку и кровать, на которой лежала. До носа донесся запах гари. Пожар? Девушка быстро спрыгнула с кровати. Где парни? Она оглядела комнату, но никого не обнаружила. Тогда Гермиона пошла к выходу в надежде, что огонь еще далеко от двери. Может, они уже вышли? Но почему они не разбудили ее? — Гарри? — крикнула она во тьму. — Рон? Остатки сна слетели с нее, и теперь ведьма понимала, что случилось. Кто-то из мальчишек совершил большую глупость, оставив камин открытым. Когда-нибудь это должно было случиться. Языки пламени подбирались ближе. Теперь они горели ярче и освещали комнату, несмотря на глубокую ночь. — Гермиона! — завопил Гарри, оказавшись перед ней. Как он сюда попал? Пробраться через вход было невозможно! — Тебе надо бежать! — крикнул друг. Но для побега нужно опередить огонь! Если она попытается, то сгорит заживо. — Туда! — он показывал на дверь неподалеку. Чудесно, там ведь была дверь, когда Гарри пришел в комнату! Гермиона не понимала, откуда она взялась, но долго думать не стала. Дверь была на приличном расстоянии от огня. Девушка уже собралась было покинуть палатку, но вдруг заколебалась — нельзя же уйти и оставить Гарри здесь! Ведьма обернулась, чтобы взглянуть на друга, но Гарри уже исчез. Вместо него перед ней был отец, который метался по комнате, пытаясь потушить огонь с помощью магии. — Беги! — закричал он. — СЕЙЧАС! Он поднял палочку, чтобы удержать огонь подальше от Гермионы. Та застыла, как вкопанная. Нельзя уйти без отца, сейчас она должна помочь ему. Она так не хочет его смерти… — ГЕРМИОНА, БЕГИ! БЕГИ! — кричал он. — Нет, я помогу тебе! — завизжала девушка, но ее голос потонул в шуме. Она открыла рот, чтобы закричать снова… — Гермиона! — отец стоял перед ней, взяв ее за плечи. Ведьма чувствовала, как он тряс ее. — Гермиона! — откуда-то послышался голос Гарри. Но где же он? — ГЕРМИОНА! — Что? Ой! — она сидела в постели, широко раскрыв глаза. Гермиона оглядела комнату — никакого огня, да и отец исчез. Только Гарри сидел рядом, глядя на подругу с тревогой. — Т-тут был пожар? — спросила девушка дрожащим голосом, задыхаясь. Ладони у нее вспотели, в руке она крепко сжимала палочку. — Пожар? Нет, — юноша усмехнулся и погладил Гермиону по плечу, чтобы немного успокоить. — Тебе просто приснился кошмар. Ведьма с шумом выдохнула. Кошмар? Проклятье, он казался таким реальным! Сон все никак не отпускал ее. — Ты кричала во сне, — сказал Гарри. — Я тебя разбудила? — Да, немного, — он со смехом подмигнул. — О, прости меня, пожалуйста. — Не стоит! Мне снилось всякое дерьмо, так что я даже рад, что проснулся, — улыбнулся Гарри. — А как же Рон? — Спит, как младенец. Даже храпит. Пойдем лучше, выпьем чаю. Посидим немного, чтобы ты успокоилась. Гермиона кивнула, следуя за другом, который пошел на кухню. Действительно, лучше всего сейчас — отдохнуть от кошмарных снов. Все равно она больше не заснет, да и трясет ее до сих пор от страха и волнения. Кое-как поднявшись с постели, она оделась и прошла на кухню. Гарри уже сидел там, прихлебывая чай. — Спасибо тебе, — сказала девушка, достав чашку из шкафа и наполнив ее чаем, который Гарри только что заварил. — Лучше? — Да, немного. — Так что же тебе приснилось? Ведьма вздохнула — об этом говорить ей не хотелось. — В нашей палатке случился пожар, — она сказала только это. Расскажи она свой сон в подробностях, Гарри начал бы задавать вопросы, а отвечать на них она не желала. — Да уж, неприятная штука, — кивнул юноша. Этот сон снился Гермионе уже давно, причем почти всегда один и тот же, лишь изредка менялось место, где все это происходило. Девушка знала, почему она видит такие кошмары, но размышлять об этом было тяжело. Она взглянула на Гарри — тот сидел, допивая свой чай. Казалось, он глубоко задумался о чем-то своем. — Гермиона, — осторожно позвал он после нескольких минут молчания. — Да? — она подняла голову. — Я хотел бы спросить кое-что. — Что? — Почему мы здесь? — Гарри посмотрел на нее решительно. Гермиона боялась, что когда-нибудь ее спросят об этом. Да, некоторое время ей везло — друзья не интересовались этим за время странствий по Средиземью, однако вопрос всегда безмолвно висел в воздухе между ними тремя, ожидая ответов. Ведьма хотела сказать другу, что знает ровно столько же, сколько и они. Это была ложь, потому что она прекрасно понимала, почему их компания оказалась именно здесь. — Ну… — начала было Гермиона. — Я тоже хочу узнать, — перебил ее Рон из темноты. — Может, нужен свет? Он достал из кармана делюминатор и включил фонари на стенах. Рону нравилось играть с этой штукой, потому что лишь он один мог это делать. Одно время он дразнил маглов — отключал в их домах свет, а потом возвращал обратно, как только они бежали посмотреть распределительный ящик. Но в тот момент никому не казалось, что Рон желает позабавиться. Юноша выглядел рассерженным. Гермиона вышла из-за стола и приблизилась к другу. — Рон, почему ты так злишься? — она знала, почему, просто надеялась, что у нее будет больше времени, чтобы во всем разобраться. — Потому что хочу вернуться! — прикрикнул он. — Ты же знаешь, что моя семья еще там! Наверняка они уже мертвы! Гермиона ощутила, как бешено застучало ее сердце. Нет. Это совсем не то время, когда стоит о таком говорить. Гарри были дороги оба друга, но сейчас он увидел, как расстроилась Гермиона. Он очень не любил, когда Рон начинал орать на людей и портить отношения. — Тогда почему ты пошел с нами? — Гарри повысил голос. — Погибать не хотел! — теперь рыжий громко кричал. Похоже, он сошел с ума. — А еще я думал, что мы попадем в такое место, откуда сможем вернуться! Гермиона закрыла глаза и стиснула зубы. Да, они оказались тут из-за ее ошибки. Хоть друзья и старались не обвинять одну лишь Гермиону, правду знали все. — Рон, — девушка приложила усилие, чтобы ее голос звучал как можно более невозмутимо. — Мне жаль. Она попыталась успокоить друга, положив руку ему на плечо, но тот грубо оттолкнул ее. — Пожалуйста, успокойся, — взмолилась Гермиона, снова пытаясь утихомирить его дружеским прикосновением. На этот раз Рон толкнул ее сильнее. Девушка шагнула назад, на глаза невольно навернулись слезы. Как это все нечестно! Она ведь тоже страдает, так почему ответственность за то, как они себя чувствуют, ложится именно на ее плечи? — Мы найдем путь домой, хорошо? — голос Гермионы задрожал, не внушая друзьям уверенности. Ведьма уже потеряла надежду на возвращение, но все еще хотела попробовать отыскать способ вернуться. — Гермиона, если ты не заметила, мы попали в никуда! — теперь голос подал Гарри. — Сколько раз мы пытались выбраться, и сколько раз терпели неудачу! — Знаю. Но мы все равно вернемся, — девушка пыталась говорить как можно более убедительно. Нельзя сдаваться! Если они сложат руки, то останутся в этом мире навсегда. — Ага, ага, — Рон закатил глаза. — Не думаю, что мы вообще поймем, как это сделать. Предательские слезы побежали по щекам. Как они могут быть так жестоки с ней? Почему они не верят? — Как мне это все надоело, — произнес Гарри. — Пойду прогуляюсь. Он прошел мимо Гермионы и Рона и вышел из палатки. — Я тоже. Увидимся, — бросил Рон и отправился вслед за Гарри, оставив позади Гермиону. Ей казалось, что он сходит с ума. Ведьма вытерла слезы и уставилась в дверной проем, где никого не было. Все еще тихонько всхлипывая, она вышла наружу, вдыхая прохладный ночной воздух. Парни уже разошлись в разных направлениях, поэтому Гермиона решила остаться — должен же кто-то охранять палатку. Она присела на землю перед входом. Гермиона всю ночь читала, пытаясь найти в книгах, принесенных с собой, хоть что-нибудь, что могло бы им помочь. Она просматривала страницы в поисках информации насчет аппарации. Министерство Магии лицензирует Аппарацию. Волшебники и ведьмы должны достигнуть 17 лет… Студенты имеют риск разрыва между исходной точкой и местом назначения… Аппарация — ненадежный способ перемещения на дальние расстояния… Гермиона загрустила. В книге не было ничего об аппарации между двумя разными мирами. Для перемещения волшебнику нужно полностью сконцентрировать внимание как на заклинании, так и на месте назначения, нужно почувствовать это всем телом… Прекрасно. Вместо того, чтобы думать о Лондоне, она вспомнила об этих местах во время побега со свадьбы. Но почему именно Средиземье? Может, это как-то связано с теми воспоминаниями об отце, которые посетили ее во время нападения? — Гермиона! — кто-то позвал ее сзади. Девушка вынырнула из раздумий и обернулась — Гарри шел к ней. Ночь уже прошла, и на небе всходило солнце. Гарри где-то бродил всю ночь, а Рон так и не вернулся. — Можно поговорить с тобой? — спросил он, подбежав к подруге. — Да, конечно. Гермиона отодвинула книги, освободив для Гарри пространство. Юноша присел рядом. Его взгляд задержался на заголовках книг. — Послушай, — начал он медленно и осторожно. — Я всю ночь думал об этом. Мне правда очень хочется знать, почему мы не можем просто взять и вернуться? Девушка вздохнула и опустила взгляд на книгу, которую все еще держала в руках. — А я всю ночь пыталась выяснить это. Гарри только кивнул. Он уже понял, что его подруга сама не совсем понимает, что происходит. — Это не наш мир, — вот и все, что она смогла объяснить. Перемещение в другой мир казалось таким же невероятным и невозможным, как полет без метлы. Даже в книгах об этом ничего не было: видимо, никто никогда не совершал подобное. Глаза Гарри были полны любопытства, он горел желанием услышать все ответы сразу. В их компании Гермиона была тем человеком, который всегда все обо всем знал. — Я даже не знаю, как у нас получилось попасть сюда, — солгала ведьма. Она встала, забрала с собой книги и ушла в палатку, оставив обескураженного друга в одиночестве. Слишком много вопросов на сегодня.

***

Прошел еще день, но Рон так и не вернулся обратно к друзьям. Гермиона не слишком печалилась из-за этого. Ей нужно было немного времени, чтобы привести свои мысли в порядок и дать им с Гарри отдохнуть еще немного. Ночью Гарри стоял у входа, охраняя палатку, когда услышал, как Гермиона рыдает в палатке. Гарри не удивился — она столько сдерживала все свои чувства в себе, что сейчас ее просто прорвало. Когда Гарри вошел, девушка быстро вытерла слезы рукавом. Она никогда не любила, когда кто-нибудь видел ее плачущей. Гермиона боялась, что друг опять захочет спросить то, чего она не знает, но тот не сказал ни слова. Молодой волшебник просто сел напротив и взглянул с тревогой на подругу, которая отвернулась к стене, чтобы Гарри не увидел ее покрасневших глаз. Прошло несколько минут, и Гермиона понемногу успокоилась. Когда ее рыдания стихли, Гарри подошел к ней. — Мне жаль, Гермиона, — произнес он, протягивая ей руку. Девушка вложила свою ладонь в его, и друг помог ей подняться. — Мы обязательно найдем путь домой, — пообещал Гарри с улыбкой, стирая слезы с лица ведьмы и поправляя ей воротник. — А сейчас повеселимся. Чего хотела Гермиона, так это сидеть и жалеть себя, но никак не улыбаться и радоваться. По-видимому, у Гарри было другое мнение на этот счет. Он взял девушку за руки и стал танцевать вместе с ней. Сначала она упорно не хотела этого делать, но потом позволила Гарри вести и поняла, что это довольно весело. Ничто уже не казалось настолько ужасным. — Так-то лучше, — со смехом проговорил Гарри, делая поворот. Так, смеясь, они танцевали в ночи… Этой же ночью, но немного позже, Гермиона сторожила палатку. Гарри заснул, положив голову на стол, и Рон наконец вернулся после своей затянувшейся прогулки. Ни слова не сказав Гермионе, он отправился спать. Та ночь была холодной, но тепло костра приятно согревало. Языки пламени колебались на ветру — огонь, который она так ненавидела, которого боялась больше всего на свете. Девушка подняла взгляд. На небе столько прекрасных звезд, и луна здесь еще больше и ярче… Галактика казалась такой же, как и в их мире, с теми же звездами, солнцем и луной. Может, у них есть хотя бы малейшая возможность вернуться домой?..

***

В то же мгновение, но совсем в другом месте в Средиземье, Арагорн сидел у костра, покуривая трубку. Хоббиты уснули, а Леголас бродил по лесу, высматривая врагов. Глядя на небо, мужчина увидел, как огромная луна заливает своим светом все вокруг. Рассматривая ночное небо, звезды и всю вселенную, простиравшуюся над ним, он не мог перестать думать о том, что сказал ему эльф. Наверное, Леголас поведал ему об этом неслучайно. Стоит дать шанс тому, что видел эльф. Может, когда-нибудь люди и волшебники смогут жить в мире и согласии?..