Золотое наказание

Утро. Солнце только недавно показало себя на востоке, но облака с самой ранищи как в воду канули, оставя небо в полном одиночестве. Погодка в это время дня была самая лучшая, жары нет, наоборот, приятная прохлада. Сейчас многие люди, кому на работу и кому нет, ещё спали, но вот Голден, который мог спать, сколько ему влезет, уже проснулся. Он сидел на кровати и недовольно рычал, сегодня впервые ему приснился сон, но не какая-нибудь несбыточная фантастика, нет, всё было реально, ему приснилось прошлое, что не могло не пугать. С одной стороны, подумаешь, сон и сон, но вот парень никак не мог успокоиться, события вчерашнего дня, этот гуляющий сам по себе бантик, да ещё воспоминания того дня, которое в корне изменило характер аниматроника, и он никак не мог успокоиться. И вот вскоре, устало выдохнув, Золотой вновь плавно скатился головой на подушку и зарычал. Как же это начинало надоедать и бесить, постоянно одни проблемы, то Мари с её придумками, то этот почти раздолбанный кроль лезет не туда, куда следует, раньше в образе аниматроника он то и делал, что каждый день натягивал на свою вечно недовольную медвежью морду счастливую улыбку и шел развлекать детей, а ночью, оттерев от своей шкуры очередное пятно от кетчупа, робот развлекался уже сам, играя с очередным охранником, а вот теперь фигушки, так спокойно не поживешь. Тогда снова растрепав свои золотые волосы, парень опустился по подушке ещё ниже, чтобы быть на одном уровне с той, которая одна единственная из всех могла вызвать улыбку на его чересчур серьёзном лице. Хелен мирно спала, изредка перебирая в руках ткань от покрывала, и что-то бормотала, как будто с кем-то разговаривала во сне. Голден смотрел на неё и пытался найти сходства с той девчонкой, что видел во сне. Очков не было, веснушек тоже, но те же миниатюрные черты лица, и самое главное, те же большие голубые глаза, в которых всегда можно было увидеть эту самую знакомую наивность и доброту. Парень ещё раз окинул её взглядом и наконец убедился, какие тут вообще могут быть сомнения, эта та самая девушка, которая когда-то восемь лет назад спасла его. И сейчас Золотому стало как-то не по себе, он не понимал как, как смог забыть её так быстро, а ведь это был первый человек, который помог этому аниматронику, при этом в её глазах не было отвращения или другой отрицательной эмоции, а было что-то совершенно другое, что ему не суждено, наверное, никогда понять. Голден снова провел пальцами по её щеке, и тут девушка хватает его ладонь и легонько сжимает. Прижав к своему лицу его холодную руку, Хелен улыбнулась и, снова прошептав вслух его имя, крепче заснула. Конечно, раньше Золотой часто думал, какова будет реакция девчонки, если та увидит его уши и его глаза, которых пугались буквально все, идей было много и все с несчастливым концом, но то, что происходило в реальности, превзошло все лучшие его ожидания. Она не испугалась, нет, ей они понравились, и это он отчётливо понял. И все эти мысли были такими хорошими и приятными, что Золотой подвинулся к ней и тихонько поцеловал эти пухленькие губки девушки, но тут одумался и отстранился, вспомнив, что сейчас ещё шести утра на часах не видать, а будить её у него в планах не было. И тогда, не зная чем ещё заняться, парень вскочил и поплелся на улицу. Он сидел на одной старой лавке в самой глуши их участка. Вокруг лишь старые яблони и высокая трава, через которую это место и не увидишь. Лучи солнца не пробирались через эту густую крону деревьев, поэтому в этом месте было много комарья, но почему-то ни один из этих кровососущих не подлетал к нему близко, как будто чуяли этот едкий запах ржавчины. А Голден снова сидел и снова думал, конечно, зачем размышлять, если ты сидишь на месте и не действуешь, но у него это, скорей всего, просто вошло в привычку. Достав из кармана свой черный с фиолетовым отблеском галстук-бабочку, стал осматривать эту вещицу. Он всегда носил этот аксессуар, никогда не снимал, эта вещь казалась такой родной, о многом напоминала. Парень, попав в эту ссылку, постоянно мечтал, как уберется из этого людского мира, как он снова вернется в пиццерию, как сможет припомнить кукле все её выходки, но теперь этот бант, напоминающий о прошлой его жизни, казался таким чужим и ненужным. Голден давно уже забыл, что в любой момент по прихоти Мари может снова вернуться в эту ненавистную пиццерию, раньше ему было всё равно, что там, что здесь, но сейчас он засомневался, хочет ли он туда вернуться. Там…, а что там? Только вечно недовольные рожи его бывших друзей, вечные споры, издевательства и угрозы друг другу. Хотя, в этом людском мире ни капельки не лучше, да и проблем гораздо больше, но зато среди всей этой серой массы, он смог найти одну единственную, которая, видя его эгоистический характер, всё же смогла его полюбить и показать, что не все люди настолько ужасны, какими их описывал когда-то его брат, все разные, у каждого есть свои беды и проблемы, никому в этом мире не живется хорошо. И вот неизвестно сколько бы ещё Голден потратил времени на своё занятие, но вся эта тихая погодка и шуршание листвы быстро сморило его, тогда, наплевав на свои раздумья, он прислонился к стволу дикой яблони и задремал. На улице было так тихо и мирно, чистый лесной воздух, легкая сырость от близлежащего водоема и комары не жужжали. Из-за этих приятных факторов Золотой проспал достаточно долго, и проснулся уже тогда, когда вся природа ожила. Солнце светило ярко, ветер пробирался сквозь каждый листок, а некоторые маленькие птички то и дело быстро перелетали с одной ветки на другую. И тогда, стряхнув со своей головы всякий мусор, навалившийся сверху, парень поднялся на ноги и пошел домой, пробираясь по ещё видным бороздам между заросшими грядками. Когда парень зашел в дом, то увидел, что девушка стояла у стола, что в главной части здания и гладила его желтую рубашку, при этом напевая какую-то неизвестную ему мелодию, явно не слыша его прихода. Тогда Голден, воспользовавшись этим, встал у порога и стал за ней наблюдать. И вот когда Хелен убрала этот старый утюг и, вернувшись к столу, стала рассматривать рубашку на наличие дырок, тогда Золотой также тихо подошел к ней сзади и приобнял. Девчонка от неожиданного прикосновения вздрогнула, но тут же успокоилась, поняв кто это был. Тогда взяв со стола элемент одежды, она обернулась и без лишних слов отдала ему это. Парень так же, не проронив ни слова, взял рубашку и стал её одевать. — Куда-то уходим? — наконец-то парень прервал это молчание, пытаясь засунуть руку в этот злосчастный рукав. — Да, домой, Рубен обещал скоро приехать. — А обязательно уезжать? — снова спросил Голден, пытаясь разобраться с пуговицами. Хелен, видев его борьбу с рубашкой, тихонько посмеивалась. — Я бы осталась, но у меня работа, — ответила она и, приблизившись к нему, стала аккуратно застегивать пуговицы. И вот спустя минуту, пуговицы были застегнуты, и Хелен стала поправлять воротник, но тут её взгляд скакнул с ткани на лицо парня; он, наклонив голову на бок, молча, но внимательно наблюдал за её действиями, вновь появившиеся золотые уши были чуть опущены и изредка вздрагивали, в его глазах было какое-то странное любопытство, а на губах снова появилась легкая ухмылка. Увидев его взгляд, девушка подумала, что опять что-то не то сделала, поэтому тут же убрала руки с его рубашки и отступила назад, пока сзади не появилась преграда в виде стола. Положение головы Голдена ничуть не изменилось, но тут его глаза быстро осмотрели её с ног до головы, он подошел к ней и, схватив за талию, посадил на стол. Хелен немного с испугом и удивление наблюдала за его действиями. И тут, хитро сощурив глаза, парень еле заметно облизнулся, заключил её в плотное кольцо из своих рук и вновь поцеловал. Целовал протяжно, мягко, почти безболезненно, иногда играючи прикусывал её нижнюю губу и оттягивал на себя, от чего можно было услышать недовольное ворчание с её стороны, но это его не останавливало, только смешило. И позже парень спустился ниже и прильнул к тонкой шейке девушки; было приятно, но при этом очень щекотно, поэтому Хелен попыталась вырваться, но его объятия были через чур крепки, чтобы пошевелиться. Тогда, растерявшись, она положила руки ему на голову, вновь зарывшись в этих золотых прядях волос, и, поняв, что он не против, её пальчики стали медленно пробираться к его ушам, пока не достигли цели. Голден, почувствовав постороннее, попробовал избавится от её рук, дергая ушами, но девчонка не отставала, она только крепче хватала их. Тогда парень сдался и, изо всей силы встряхнув головой, отстранился от неё. — Ты таким образом хотел меня переубедить? — посмеялась она, смотря на парня. Голден просто замер, его уши нервно вздрагивали, помня эти прикосновения, а сам до сих пор не мог понять, что же на него нашло, ведь его ещё никогда так не тянуло к этой девчонке. А она так же сидела и ждала от него хоть каких-нибудь объяснений. Золотой хотел сам понять причину, но тут снова взглянув на неё, и он вновь приблизился к ней и, убрав её руки себе за голову, снова впился ей в губы, а его руки теперь стали медленно блуждать по её телу. Тогда Хелен ему на зло стала пробираться своими пальцами к его ушам, но тут раздался очень недобрый рык, и ей пришлось вернуть свои руки в исходное положение. Неизвестно сколько бы это продолжалось, но тут, услышав её усталое дыхание, и ему пришлось вновь отстраниться. Они были почти вплотную друг к другу, прикоснувшись лбом о лоб, его глаза так внимательно всматривались в её. — Объясни, зачем ты это делаешь? — снова испуганно спросила она, совершенно не ожидая от него таких нежностей. — Не знаю, просто ты такая приятная, — чуть ли не мурлыкав, ответил тот. Девушка промолчала, но румянец на её щеках выдал все её эмоции. — А что, ты против? — вдруг наигранно возмутился он. — Нет, но твоё настроение так быстро меняется, что даже не знаешь, что именно от тебя ожидать, — сказала Хелен, а её ответ сразу вызвал на его губах хитрую улыбку. — Именно… — начал Голден, но тут его перебивает звонок на телефоне. Парень что-то недовольно проворчал и отошел к стене. И тогда Хелен, быстро вскочила на ноги, и подбежала к этому телефону. Около полминуты она беседовала по телефону, но этого было достаточно, чтобы решить вопрос где и когда. — Ну что, скоро выходить? — спросил он, наконец-то дождавшись, когда она прекратит эту беседу. — Да, — ответила девушка, положив телефон на стол. — Ну… тогда не буду мешать собираться, — каким-то не однозначным тоном сказал парень и обернулся, чтоб уйти. — Но… я уже всё собрала, — тихо промямлила Хелен, думая, что тот даже не услышит. Но он услышал и тут же посмотрел на неё удивленным с ноткой восхищения взглядом, типа: «Когда хоть успела?». В ответ на его реакцию девушка только скромно улыбнулась, взяла со стула тот самый небольшой рюкзак и быстренько побежала на выход, ну, и парень поплелся следом.

***

Убедившись, что ничего не забыли и заперев всё, что можно было, они спокойно пошли по дороге к выходу из деревни. Голден как-то не очень переживал по поводу этого переезда, всё равно, что там дома сидел, что здесь, правда в этом месте народу очень мало, что не могло не радовать, но единственное по чему он точно будет скучать — это тот мопед, на котором он исколесил почти весь берег того большого озера. Они снова шли молча, даже не смотрели друг на друга, одна боялась, другой не хотел, наверное, это молчание продолжалось ещё долго, но тут, проходя мимо уже знакомого дома, к ним с радостными криками подбегает Марк и крепко обнимает девушку, она от такой неожиданности пошатнулась и чуть не упала, но парень успел вовремя её поймать. И пока мальчик терся рядом с ней, радуясь, что после того случая с девчонкой всё в порядке, не считая ссадин на теле, к ним, чуть прихрамывая, подошел тот веселый старичок и поздоровался. — А вы одни, где Ольга? — поинтересовалась Хелен. — Да, они втроем уехали в город в больницу, а мне вот внучка навязали, — пожаловался тот. — В больницу? А что случилось? — искренне обеспокоившись, вновь спросила девушка. — Да, Дженни где-то там на пляже с обрыва скатилась вот и повезли её, — ответил старик и тут же нахмурился, готовясь начать критику в своем репертуаре. — Так ходят, уткнувшись носом в эти свои гаджеты, на дорогу не смотрят, а потом руки-ноги ломают. Уж совсем это поколение отупело от своих «сморфонов», — это возмущение вызвало у всех троих легкую улыбку, но никто не решился сказать что-то против, пускай уж поворчит. — Хелен, а вы уже уходите? — тут задал вопрос Марк, и когда ребенок услышал ответ, то тут же разревелся, но, получив строгий выговор от деда, ему пришлось успокоиться. Тогда пенсионер снова с приподнятым настроением одел на свою голову ту же шляпу из бумаги, прикрывая седые волосы, и взял ребенка за руку. — Ну, раз так, тогда вынужден с вами простится, — добавил мужчина и пошел дальше, но тут, проходя мимо Голдена, он резко остановился и постучал парня по плечу. — Давайте с этим не затягивайте, чтоб на следующий год уже можно было бы вас поздравить с прибавлением, — хрипло посмеявшись, пожилой человек повел Марка дальше в противоположное направление. Золотой стоял как вкопанный, эти действия и слова веселого старичка застали его врасплох. Парень пытался понять, правильно ли он понял смысл сказанного, и вдруг увидев, что девчонка снова стояла вся красная, тут же стало понятно, что мысли этого старика он правильно уловил. Тогда Голден улыбнулся, больно уж ему нравилось видеть её стесняющеюся, поэтому, быстро обвив рукой её талию, он прижал Хелен к себе, и они продолжили свой путь. Шли они той же дорогой, что и две недели назад, только в обратном направлении, и всё так же молча, ничего не говоря друг другу. И вскоре дошли до той большой деревни. На часах половина одиннадцатого, а на улице почти никого, только носится разная малышня и всё. И тут выйдя в это более оживленное место, они увидели, что у почтового отделения припаркована машина, а водитель, вероятней всего, что-то высматривал в капоте этого проржавевшего ВАЗа. Поняв, что это её друг, Хелен радостная подбежала к нему и обняла, тем временем мужчина стоял, разведя руками в сторону, ибо он измазюкался в этом машинном масле, но не хотел пачкать и её. И когда Рубен увидел недобрый взгляд Золотого, который так же к ним приближался, он тут же увильнул от девчонки и, вернувшись к капоту, закрыл его. И пока мужчина, вытирая руки о тряпку, беседовал с Хелен, Голден стоял неподалеку и тихо рычал, уж больно ему не понравились эти их обнимашки, пусть даже дружеские. И когда их спор по поводу, как ехать, был решен, все стали садится в машину, Золотому бы пришлось снова сидеть на переднем сидении, но тут: — Сядешь, пожалуйста, со мной, — взяв его за руку, попросила Хелен; парень сам был не против, уж лучше видеть её, чем этого психованного, который усидеть на месте не мог, всё ёрзал по своему водительскому креслу.

***

Целый час они потратили, чтоб выехать из этого леса, так как глиняные дороги после вчерашнего дождя все размыло, что даже внедорожнику здесь было бы проблематично проехать, что уж там говорить про заниженную развалюху. И вот после нескольких объездов и кругов вокруг деревней, они наконец-то выехали на широкое чистое шоссе без всяких там кочек и дыр, как-никак дорога-то ведет прямиком до столицы, поэтому за состоянием этой трассы хорошо следят. И теперь они потратили ещё час, пока ехали, и когда вдали наконец показался город, машина резко останавливается, и судя по ругательствам, идущих от водителя, они попали в пробку. Позже выяснив, что они застряли здесь как минимум на полчаса, Рубен всё равно не мог усидеть на месте, просидеть полчаса в машине вместе с этим парнем казалось ему безумием, но все же догадавшись, что тот его не тронет в присутствии девушки, он немного успокоился. И тут его взгляд скользнул на зеркало заднего вида, конечно, мужчина не хотел за ними следить, но вот увиденное его заинтересовало. Хелен, схватив парня за руку и положив голову на его плечо, тихо спала, всё же дорога была утомительной, а Голден тем временем убирал волосы, которые так и норовили попасть ей на лицо. Лицо парня было таким спокойным, на губах даже вроде показалась улыбка, но тут, заметив слежку, он перевел свой взгляд на зеркало и, злобно оскалившись, сильно ударил по водительскому креслу, от такого толчка Рубен чуть не влетел лбом в руль, но обошлось. Тогда водитель тут же отвернулся, но, не вытерпев даже минуты, он снова посмотрел на них. Золотой снова занялся тем же, что и до обнаружения, только тихонько скалясь, зная, что за ним наблюдают. — Что, так интересно?! — не вытерпев, прорычал он. Рубен, забыв, что у парня такой грубый, чуть ли не загробный голос, от неожиданности подпрыгнул на месте и снова отвернулся. Но вскоре любопытство опять взяло верх, поэтому мужчина уже полностью повернулся к ним. — Она знает о твоих… особенностях? — как-то неуверенно спросил он. От этого вопроса парень злобно посмотрел на него исподлобья. — Знает, — грубо ответил Золотой, надеясь, что тот отвалит, но он продолжал сидеть, смотря на них, а больше на него, как будто вспоминал, где же он мог его видеть. — Слушай, мы случайно нигде не встречались? — усомнился Рубен, почему Золотой казался ему таким знакомым, аж до дрожи знакомым. — К твоему счастью, что нет! — снова с угрозой прорычал парень, но соврал. Голден-то отлично его помнил, этого охранника, кто один из немногих, смог его обыграть и прожить все эти пять ночей. Они продолжали сидеть молча, парень кое-как успокоился и решил воспользоваться тем, что Рубен в порыве скуки может рассказать все, о чем его спросят. — И давно вы с ней знакомы? — Да не особо давно, — ответил Рубен, и тут почему-то ему захотелось рассказать всю историю, и увидев, что Голден готов слушать, он продолжил. — Когда четыре года назад наконец-то выбрался на свободу, то первый год просто сходил с ума, не знал что делать и как вообще жить в этом мире, и вот так вот вскоре довел себя до того состояния, что напился и под машину попал. И пока в больнице лежал, поумнеть пришлось. Нашел своих бывших сокамерников, они — ребята хорошие, помогли. И вот в один день, когда город только-только отошел от той трагедии, что произошла не далеко отсюда, я поздно вечером, идя с работы, увидел девушку, она сидела на остановке и ревела, рядом стоял маленький рюкзак. Не знаю, что на меня в тот раз нашло, но я пригласил её к себе домой, и только потом узнал, что у этой девчонки в кораблекрушении погибла вся семья, и пока она лежала в больнице с каким-то там психическим отклонением, квартира была продана за неуплату, толи они её снимали, толи ипотека, не помню уже. А потом в больнице ей просто впихнули пару таблеток и выгнали на улицу. И в тот момент мне стало её жалко, человек как никак, пригласил погостить, а там дальше и сдружились, — досказав свою историю Рубен обернулся, думая, что парень заснул от его болтовни, но было наоборот, Голден внимательно слушал каждое его слово. — И за все это время вы остаетесь только друзьями, не больше? — как-то усомнился парень, сам не понимая, с чего вдруг его потянуло на разговор с этим человеком. — Для чего-то большего я не считаю её особо привлекательной, слишком худая, да и эти слёзы, она же всегда ревет из-за глупой обиды, а если случайно затронуть её семью так сразу истерика до конца дня, даже не понимаю, как ты это терпишь, я лично не могу. Конечно, я бы не против с ней просто так, ради удовольствия, но не хотелось портить девчонке её первый раз, может хоть в этом деле ей повезет, — смеявшись рассказывал он. Голден немного охренел от прямолинейности его слов, мужчина говорил об этом так свободно, даже не стесняясь. Теперь Рубен стал уверенней себя вести, не чувствуя от собеседника агрессии. Тогда снова повернувшись, он стал смотреть на девушку и, убедившись, что она спит крепко, продолжил: — И да кстати, предупредить хотел, тебя этот Джеймс по всему городу ищет… — А тебя так волнует, кто кого ищет?! — снова огрызнулся Золотой. — Что касается тебя, меня мало волнует, но вот у этих малолетних отморозков нет даже понятия чести, они что хотят, то и творят. Поэтому я больше беспокоюсь за Хелен, ведь они по-любому воспользуются этим, и используют её для своих целей, — доложил он и, достав из бардачка пачку сигар, вышел из машины. Пожалуй, ещё никогда Голден не был так сильно напуган чьими-то словами, даже не зная как реагировать на его слова.

***

Остаток поездки они ехали уже молча, Рубен понял, что его слова задели парня, поэтому решил больше не надоедать ему своей болтовней. После их разговора Золотой повернулся в сторону двери и смотрел на улицы города, уйдя далеко в свои мысли. Очнулся только тогда, когда они остановились рядом с уже знакомым домом. Тогда разбудив девушку, он вышел из машины и стал ждать её уже на тротуаре. Вскоре Хелен, о чем-то переговорив с другом и попрощавшись, так же вышла, и проследовала в сторону дома. Голден снова насильно забрал у неё рюкзак и пошел за ней. Рубен её некоторое время смотрел им вслед и до сих пор не мог понять, где же он мог видеть этого парня, но потом уехал. За эти две недели ничего не изменилось дети большие и маленькие носятся по детской площадке, кто постарше на роликах да велосипедах. А у подъезда на лавочке снова сидели всё те же бабушки в том же количестве, и снова всех обсуждали. Но когда мимо них проходила наша парочка, все эти старушки тут же примолкли и стали искоса смотреть на парня, что-то бормоча, а Голдену смешно, видно, что до сих пор не забыли. Поднявшись на второй этаж к их квартире, они увидели очень странную картину. К двери была приделана связка чеснока, на полу стояли разного цвета свечи, некоторые были уже сгоревшие, некоторые ещё целые, а на дверном звонке висел маленький деревянный крестик. Девушка, увидев эту картину, испуганно посмотрела на парня. Голден лишь прорычал и быстро скинул всё, что было, куда-то в сторону. — Не обращай внимания, — попробовал он успокоить, и вроде получилось. Хелен поглубже вздохнула и, подойдя к двери, открыла её. Войдя в квартиру, она тут же пошла открывать все окна, и на счастья здесь было спокойно без всяких сюрпризов.

***

Следующие час девушка затеяла небольшую уборку, помыла полы и протерла пыль. В этот раз она не стала заставлять парня, всё равно бы нормально не помог, только путался бы под ногами. И Голден будучи свободным сидел на диване и осматривал комнату, он даже и не подозревал, что на столько сильно соскучился по этому месту, ведь с этой квартирой у него связаны самые лучшие воспоминания, пожалуй, наверное за всю его жизнь. И пока Золотой сидел, Хелен уже успела убраться и так же сбегать в магазин за продуктами, и вот, наконец освободившись, она подошла к парню и присела рядом, но не успела и привыкнуть, как вдруг Голден хватает её за талию и снова сажает себе на ноги. Девушка не сопротивлялась, просто сидела, но тут сильные руки обняли и прижали к себе. Приятно. -Голден… — неожиданно произнесла она и подняла голову, чтоб посмотреть в эти ярко-фиолетовые глаза, — Пойдём погуляем? — очень неуверенно попросила. — Нет. — Ну, пожалуйста, у меня с завтрашнего дня работа, так что я больше не буду к тебе приставать. — Не могу, — ворчливо ответил тот. Тогда девушка опустила голову, тяжело выдохнув, и через силу оттолкнулась от него и пошла прочь. Без лишних слов Голден понял, что она снова обиделась. — Я не могу пойти в этом, — резко продолжил он, это заставило её вновь повернуться, — Слишком приметная, — договорил парень, показывая на свою рубашку. От его слов глаза девушки вновь засияли радостью, и она тут же подбежала к шкафу, и достала оттуда что-то аккуратно сложенное, и бросила ему. — Надень, — скомандовала она. Голден молча распаковал сверток и одел, то что дали. Это была легкая болоньевая ветровка темно-серого цвета. Возможно, она не совсем сочеталась с его волосами, но так он, и вправду, меньше выделялся, чем в этой ярко-желтой рубашке. Парень стоял перед зеркалом и осматривал себя, при этом успея проверить все карманы. — Нравится? — спросила Хелен, заставя его закончить любование и повернуться к ней. — Да, но когда ты… — Давно, хотела отдать, но боялась, — перебила она, уже зная его вопрос. Голден кое-какое время стоял слегка растерянный, но тут резко улыбнулся. — Ты, похоже, на всё готова, чтоб только вытащить меня из дома.

***

Прогулка проходила относительно спокойно. Они, держась за руки, шли по улицам около центра города, Хелен рассказывала истории о разных старых домах XIX века и старше, которые встречались им на пути. Голден слушал её внимательно, ему было интересно, а когда они проходили мимо какой-то церкви или монастыря, то тот удивлялся этим постройкам, как какой-нибудь там ценитель архитектуры. А в особенностях ему нравилось смотреть на церковные кресты, золото, из которого они были сделаны, так красиво переливалось под лучами летнего солнца. Они продолжали идти, иногда останавливались на отдых или попросту смотрели на какой-нибудь памятник. Так же девчонка сводила его, в так называемый, «Парк Победы», где Голден впервые услышал о Великой Отечественной Войне. Конечно, девушка не могла рассказать всю хронологию этого события, но вкратце объяснила, но так же удивилась, почему он об этом ничего не знает, как будто вчера родился. Они смотрели на обелиск, стену памяти, на вечно горящее пламя и красивейший фонтан, в который девушка заставила его кинуть монетку. Место красивое, жаль это место просвещенно не очень радостному событию. Позже, уже достаточно подустав, они снова сидели на той же набережной, на той же скамейке, что и в тот раз. Эта прогулка превратилась больше в какое-то подобие экскурсии, но никто из них не был против, да и вообще, Голдену было бы полезно больше узнать об этом мире. Но вот теперь нагулявшись, они сидели отдыхали, парень снова смотрел куда-то на левобережную землю, где за деревьями выглядывал ещё один монастырь, а девушка, прижимаясь к нему, слушала музыку, что играла на пристани, и ела мороженое. Золотой сначала был против этой прогулки, но теперь в очередной раз понял, что ошибался, было весело и интересно. — Будешь? — в очередной раз Хелен пытается навялить ему это мороженое, но тот в очередной раз отказывается. — Ну, попробуй хоть чуть-чуть, вкусно ведь, — опять не отстает она. Парень устало фыркнул, а ведь она не отстанет, и тогда ему в голову пришла идея. Голден хитро улыбнулся, быстро приблизился к её лицу, и играючи слизал с её губ этот сладкий десерт, и сидел довольный, облизываясь. А девушка, явно не ожидая такого, раскраснелась и снова, стесняясь, опустилась голову, при этом от неожиданности выронила мороженое из рук. — И вправду, вкусно, — посмеялся парень. — Опоздал, я его уронила, — ответила она. Тогда Голден нежно взял её за лицо, заставляя подняться и посмотреть на него. — А я и не о мороженом, — прошептал он; Хелен непонимающе посмотрела на него, и тут, воспользовавшись случаем, Голден снова прошелся языком по её губам и тут же перешел на поцелуй. Всё повторялось, как и в прошлый раз, целовал так же медленно, нежно, но уже более игриво.

***

К вечеру они сидели уже дома. Золотой развалившись на диване смотрел какую-то программу о всемирном заговоре, а Хелен, сидя у трюмо, что-то шила. Послушав всякий бред, Голдену надоело, поэтому он вскоре выключил этот ящик и, ещё немного повалявшись, поднялся и пошел к девушке, с ней-то всё же интересней. — Что шьём? — поинтересовался он, снова приобняв её. Девчонка, почувствовав тепло от его тела, улыбнулась и протянула ему игрушку. Это был желто-оранжевый медведь с двумя пуговицами на животе и с темно-фиолетовым цилиндром. — Это из той пиццерии? — скорей сказал, чем спросил он с каким-то отвращением в тоне. — Да, мой друг детства, Фред, — ответила она, забрала этого мишку обратно и обняла, как маленький ребёнок. — Фред? — удивился Голден, не понимая, почему у его копии такое имя. — Но у этого робота было такое сложное имя… — Фредбер, разве сложное? — Но для меня да, да и для многих детей тоже, поэтому и сокращали… Я нашла эту игрушку на чердаке, жаль, что бантик пропал, — сказала Хелен и стала продолжать зашивать оторванное ухо. Тот, кто не любил эту игрушку с самого начала, впервые понял, что не такая уж она и плохая. Вдруг он посмотрел на то место, где должен был быть бант и задумался. И тут парень достал из кармана своих брюк этот галстук-бабочку и сильно сжал его в кулак, как будто прощался с чем-то дорогим. — Может это подойдёт? — протянул ей свой бант. — А разве тебе не нужно? — Теперь уже нет, — уверенно заявил он и отдал вещичку. Девушка, обрадовавшись, поблагодарила его и тут же стала пришивать. А Голден с трезвым разумом и чистой совестью поднялся с колен, но неожиданно замер. Снова он почувствовал чужое присутствие, обернувшись парень увидел в темном коридоре знакомы силуэт. Незнакомец стоял, прямо так и манил подойти. Не побоявшись, Золотой пошел туда. Выйдя в коридор, он не заметил ничего необычного, но тут дверь в комнату захлопнулась и перед ним настал мрак. Парень в этой темноте видел лишь нечеткие очертания предметов, но тут прямо перед его лицом блеснули две алые точки, мгновение, и чья-то рука с длинными металлическими когтями хватает его за горло и прижимает в стену. — Что, свободы захотел?! — ужасный механический голос раздался на всю комнату. Голден схватил незнакомца за руку и попытался прекратить это удушье, но тот лишь рассмеялся и второй своей когтистой рукой схватил его за ухо и стал вырывать. Золотой попытался сопротивляться, но он был чересчур слаб, поэтому вскоре он уже не мог дышать и стал терять сознание, а его убийца продолжал смеяться. — Сначала ты, потом девчонка, — эти слова прошли по всем уголкам его разума, он был готов проиграть, но бросить её, это была вершиной предательства, и этого нельзя было допустить, и тут Голден разозлился, в глазах началось ужасное жжение, как будто проткнули паяльником, руки начали покрываться ожогами, а на пальцах образовались те же здоровенные когти. Золотой в ярости хватает нападающего за руки и с огромной силой отбрасывает его в стену. Нападающий явно не ожидал сдачи со стороны парня, но он все равно продолжал ржать. — Кто ты?!! — проорал Золотой, видя эти две красные точки, что мерцали из одной части комнаты в другую. — Кто я? А ты угадай, — снова с усмешкой сказал незнакомец и вдруг появился напротив его на расстоянии в несколько метров. И только сейчас в этой непроглядной тьме Голден смог разглядеть очертания черных ушей у этого человека и что-то желтое. — Найт? — сам себе не веря, произнес парень вслух. — Найтмер, — таким же загробным голосом поправил его этот черный силуэт человека. Раздался снова его смех, и эти алые точки растворяются во мраке, оставя парня одного. Голден был удивлен, нет, шокирован, стоял не жив, не мертв, но тут вспомнив о девчонке, он быстро убирает все свои кошмарные черты и несется в комнату. Хелен лежала на полу без сознания. Тогда испугавшись, что что-то случилось плохое, он быстро переносит её на кровать. При осмотре наружных повреждений он не нашел, но и разбудить не мог. Тогда достав из тумбочки нашатырный спирт, дал ей понюхать, и это сработало. Девчонка, тут же кашляя, открыла глаза и схватилась за голову. — Что случилось? — обеспокоенно спросил парень, но при этом радуясь, что вроде ничего серьезного. — Не знаю, просто голова закружилась, — ответила Хелен и попробовала встать, но тот её остановил. — Может не стоит вставать, лучше отдохни, — предложил Голден и протянул ей стаканчик с разбавленным снотворным, чтоб быстрее успокоилась, и девушка, чувствуя неожиданную слабость, согласилась. — А ты со мной полежишь? — попросила она, когда парень собрался уже уйти. И тогда Золотой, не видя повода отпираться, прилег рядом и обнял её. Вскоре снотворное подействовало, и девушка, чувствуя тепло исходящее от него, заснула, тогда Голден мягко поцеловал её в щеку, встал, подошел к трюмо и со всей силы ударил по нему руками. То что было сегодня удивило его, медведь до сих пор не хотел верить этому, но ему больше не давал покоя тот факт, что его родной брат, единственный, кого он уважал и слушал, напал на него и чуть не убил, и самое главное это черный пытался навредить ей, той, которую Золотой обязался защищать до самого своего конца, даже пойдя против собственного брата…