Дорожка, проложенная к счастью

Утро должно было быть просто шикарным. Но всегда есть какое-то «Но». И вот и сейчас оно бурно пробиралось через твое сознание. Твоя волчица хотела быть сейча здесь, а человеческая натура приказывала бежать. И чем скорее тем лучше. Надо просто подняться и уйти. Уехать из этого города, страны, континента. В голове уже раз двадцать ты дала себе пинка, но хотелось продолжать нежится возле теплого тела волчонка, вдыхая его аромат. Вот еще секундочка и ты поднимишся. — Ты такая смешная когда спишь, — нежный шопот под ухом заставил тебя подскочить на кровати. Пока не двигалась все было хорошо. Но сейчас, голова трещит по швам и ноги совсем отказываются слушаться. Ты просто пытаешся их нахально спихнуть с кровати. — Эй, ты чего, — взмолился ЧжинЕн, пытаясь уложить тебя на место, — это же я. — В этом и проблема, что это ты, — как можно равнодушней ответила ты. — Что ты имеешь ввиду? — непонимание, вот чем сейчас был пропитан его голос. — Мне надо домой, где моя одежда? — вот же надо быть такой стервой. Хотя чтобы выжить, такой и надо быть. — Зачем? Давай еще поспим? — он все пытался убразумить тебя. Его голос такой нежный и спокойный сейчас. Может и правда плюнуть на все и остаться. Думаешь одно, а говоришь совсем другое. — Одежда? Где она? — как рык, выдыхаешь ты. Он ничего уже не говоря поднимается с коровати и скрывается за дверью. Раз, два, три и он возвращается с аккуратно сложеными вещами. — Вот, — робко протягивает тебе их. — Спасибо и пожалуйста выйди, — шепчишь ты смотря прямо в пол. Тебе стыдно, что ты так поступаешь. Ты сломала жизнь ему. Хотя нет, еще есть выход. Он выходит прочь с комнаты. Преодалевая боль во всем теле и поднимающуюся температуру ты переоделась. Делаешь глубокий вдох, смахиваешь со лба несколько капелек пота и выходишь из комнаты. Выходищь, чтобы никогда не вернутся. Только на кухне какая-то возня. Мысли в голове мелькали, кричали, просто вопили, что все это неправильно. Но ты так решила. Решила уйти. Одной проще. — И что, ты просто так уйдешь? — послышалось за спиной. — Да, — как можно тверже ответила ты. Сжимая кулаки с такой силой, что ногти просто прорезали кожу ладоней. — Слияние! Оно было и ты теперь моя, — прокричал он. — И, — равнадушно ответила ты. — Ты что не понимаешь или думаешь я такой дурак и не знаю, что это такое. — Знаю, понимаю и предлягаю выход из этой ситуации, — подняв голову, обернувшись посмотрела на него. — Что? Выход...... И какой? — его начинало колотить от злости. — Откажись от меня, — ответила ты скрываесь уже за дверью. Он молчал и в квартире была полная тишина. Все как будто вымерли. Лишь дойдя до лестницы ты услышала звук ломающейся мебели и рык. Вот ты ушла. Ни планов, ни стремлений, лишь выжженное и очерствевшее сердце осталось с тобой. Мозг. Где-то был, но сейчас он просто отключен. Работает автопилот и он напрвляет твое тело прямиком домой. Дом, милый дом. Но надолго ли теперь. Кровать, хочется спать. Яд опять разыгрался в твоей крови и опять взялся за свое дело. Ты забрала почти себе все себе, жгучий яд давно должен выйти из твоего тела, но организ почему-то отказывается с ним бороться. За окном ранне утро, а ты просто завалилась спать, плотно закутавшись в одеяло. Проснулась ты от смеха, который просто-таки разрывал твою голову. «Доброй ночи, малышка! Ты наверное сильно вымоталась. Уж больно крепко ты спала», — последавало после смеха. «Что тебе надо от меня?» — ты зарычала в ответ, а твоя вторая сущность просто оскалилаль внутри тебя. «Знаешь, до некоторого времени ты мне не нужна была, я скажу больше, я даже не знал, что ты так близко находишся ко мне. Мне нужны были просто семь молодых шкурочек недоволчат, и все. А тут бац, и ты нарисовалась. Прибежала спасать своего щеночка, как его там зовут, а то я забываю постоянно», — как всегда самодовольный и уверенный в себе. Он говорил, а твои руки все крепче и крепче зжимали одеяло. «Отцепись от них! Они еще слишком молодые, чтобы их шкуры были хорошими, тебе надо подождать как минимум несколько лет, — пытаешся отвечать спокойно и понимаешь, что просто теряешь контроль над своими эмоциями. — А так они нужны тебе только ради того, чтобы просто убить, и все, без всякой на то выгоды.» «Да, ты права, я хочу убить их всех. И не просто убить, а убивать долго и мучительно, и обязательно, чтобы ты все это видела и…» «Я убью тебя раньше!» -перебивая его, шипишь ты. «Да?! Ну тогда удачной охоты нам обоим», — и наступила тишина, вокруг темно, тихо, и лишь экран часов отсвечивается на гладкой поверхности прикроватной тумбочки. Сейчас только одинадцать часов и семь минут вечера. «О, кстати, он весьма милый и чем-то похож на меня», — опять прорывается в твое сознание противный голос. — Что? — шепотом ты спрашиваешь сама себе и понимаешь, что он сейчас за ними наблюдает, он рядом с ним. Срываешся с кровати, падаешь и опять поднимаешся. Хватаешь все ту же уже собранную утром сумку и бежишь. Такси, адрес, двери. Их, дверь. За ней шум, они ругаются. Ты робко стучишь в дверь, они не слышат. Стучишь сильнее, кто-то идет к двери. Марк. Он дурак, потому что открывает дверь и даже не думает спросить, кто там, и ты в приоткрывшуюся дверь слышишь. — ЧжинЁн, ты идиот, обьясни нормально, что она с тобой сделала? — Отстаньте от меня все, — кричит он и хлопает дверью. И только, когда дверь уже почти полностью открылась и Марк соезволил повернуть голову к тебе, выдать перепуганное: «Ой!» — А тебя не учили спрашивать, кто там, перед тем как открывать дверь?! — тихо говоришь ты, проходя мимо него. — Ааааа, — только и может выдать он. Спокойно проходишь в глубь квартиры, с кухни доносится звон посуды, из зала выбегает Джексон, останавливаясь в дверном проеме, а за ним прилетает подушка. Глаза Джексона разширяются, а рот открывается, чтобы задать вопрос, но так же быстро захлопывается обратно. Все происходит тихо, все машут тебе «привет», а ты продолжаешь медленно, как будто в замдленной сьемке, идти к закрытым дверям чжиненовой комнаты. Не смело стучишь, а в ответ: — Парни отвалите от меня, я не буду вам сейчас ничего обьяснять! Я хочу побыть один!!! «ЧжинЁн», — переходишь на мысле-речь. «Ты? — и оно звучит как-то перепуганно. — Где ты? Давай поговорим, пожалуйста!» «Я за дверью». «Что? Дверью?» «Да дверью, твоей дверью», — отвечаешь и легонько стучишь. Дверь бысто открылась, и тебя просто-таки окатило теплом от его улыбки, которая сейчас сияла ярче солнца. — Поговорим? — спросила ты чуть слышно, с чуть грустной улыбкой. — Иди ко мне ближе… И не бойся, я рядом. Все будет хорошо. Обещаю, — как же тебе хотелось, чтобы его слова были реальными. — Нам нужно найти безопасное место и обговорить все. Зайдя в комнату и устроившись на мягкой кровати, терзаешь себя мысылью «Правильно ли ты поступаешь, прийдя к нему?». ЧжинЕн присел рядом, взяв твою руку и теперь нежно поглаживая ее. Ты сморела на это и где-то глубоко внутри хотела оказаться далеко от сюда, от этих проблем и главное и единственное, чтобы он был рядом. Не самое подходящее время, поддаваться самым разным мыслям, по-новому представлять свою судьбу и судьбу этого молодого вервольфа, еще толком и не узнавшего вкус истинной жизни. «Милуетесь голубки?!» — послышалось в ваших головах. Вы оба сполошились и насторожились. Твоя волчица просто рычала и рвалась наружу. Она рвалась на охоту. — Уходим, он не здесь, он далеко, но очень скоро будет здесь, — взяв его за руку, направилась к выходу. — Парни, соберите все самые нужные вещи. Вы несколько дней поживете в другом месте, — говорила ты, выпихая при этом ЧжинЁна из комнаты. Парни четко услышали, что ты сказала и так же четко и громко хохоча, наблюдая за твоим стремлением выпихнуть ЧжинЁна из комнаты. Ну, вот этого цирка еще не хватало тебе именно сейчас. Возмущенно уставилась сначала на одного, потом на второго, третий и четвертый, с громким топотом разбежались по комнатам. Остальные с перепуганными глазами стояли не дыша. — Ну и чего стоим, чего ждем? Особого приглашения? Могу дать пинка под зад, для ускорения и по лбу чтобы дошло быстрее, — насупилась ты. Миг, и все оствшиееся дети унеслись складываться. Чего-то возражать тебе мысли не возникло ни у кого. «Так-то лучше…», — фыркнув, посмотрела на ЧжинЁна, который уже закрывал свою сумку. «Все ведь будет хорошо?» — спросил тебя твой малыш так, как будто он на это «хорошо» уже и не надеется, а готовится к самому худшему. «Когда не знаешь ничего наверняка, подозреваешь самое худшое, но я не хочу ничего такого и сделаю так, чтобы ничего плохого не случилось»», — ответ для него звучал для тебя как клятва. Ты сама для себя решила, что будешь бороться. Бороться за его улыбку и теплые руки. Две машины такси остановились в квартале от твоего дома. Машина, к которой вы добирались странным путем, стояла на подземной стоянке в соседнем доме. — Садитесь. — Твоя?! — Моя, забирайтесь, нам надо ехать, — невозмутимо приказала ты. Все дальше было в полнейшей тишине, и только через два часа ЧжинЁн нарушил тишину. — Куда мы едем? — У меня есть загородный дом. Мы там спрячемся, и я попытаюсь все решить, -он ожидал подобного ответа, но дрожь в твоем голосе выдавала тебя. Ты боялась. Взяв себя в руки, ЧжинЁн опять решил поговорить с тобой. — Что мы будем делать? Как быть с парнями? Это был тот охотник? — Я со всем разберусь. С парнями все будет хорошо, ну, по крайней мере, пока я жива, — ответила ты, посмотрев в зеркало заднего вида, в котором четко видела лицо Марка и Джексона, они тоже сидели тихо и даже мысленно не переговаривались. — И да, это был охотник, — ответила ты и, остановив машину возле небольшого домика, вышла из машины. — Идите в дом, я скоро прийду. — Но! — Мне надо подумать, я через несколько минут прийду, — сказала ты, на что они согласно покачали головами и направились в дом. «Стая баранов, а не волков. Хоть бы раз возразили мне», — пронеслось у тебя в голове. Внутри тебя борьба, сердце борется с умом. И как всегда твой ум побеждает сердце, которое бьется в конвульсиях боли и отчаянья. Но ты все решила. Так будет лучше. Достав телефон, ты набрала номер главного менеджера. После первого же гудка, он взял трубку. — Алло, — строго и сухо ответил тот. Даже разговаривать охота отпала, но надо все уладить с расписанием парней. — Менеджер, это я, — сказала ты и захлопала хлазами так, будто ты стоишь прямо перед ним. — Что-то случилось? Мне менеджер Ким говорил, что у тебя дела. — Нет, все хорошо, но я хотела бы попросить вас еще об одном одолжении, — начала ты. — Хочу вас попросить передвинуть, если можно, поездку парней. — Какую еще поездку? — непонимающе спросил он. — В которой парни отдохнут и потренируются на свежем воздухе, — уточнила ты. — Мы должны были ехать на следующей неделе, но тут мой друг уехал в Америку и его дом пустой. И вот я решила, спросить нельзя ли поменять даты. Там и место лучше для мероприятий, и места больше для тренировок, платить не надо за съем, — тихо закончила свои обьяснения. — А, вспомнил. Я тебе через несколько минут перезвоню и скажу, — сказал он и повесил трубку. Прошло пятнадцать минут, и они были самыми долгими в твоей жизни. Тебе он не позвонил, а прислал сообщение, которое гласило: «Папочка дал добро. Забирай парней, и вы на три дня свободны. Отредактированый график скину на почту». — Вот и славно. У меня есть три дня, чтобы все решить.