История одного маленького дракончика

      Шкуры драконов проходят через четыре стадии. Молочная детская чешуя, светлая-пресветлая, бледно-серебристого оттенка, которая тоньше человеческой кожи. Потом она потихоньку твердеет, обретая цвет, превращаясь в чешую, подобную чешуе стального панциря человека. Потом она начинает дико шелушиться, облезая с дракона и оставляя его в яркой, цветной броне алмазной твердости, которую сам дракон со временем может укрепить найденными сокровищами.       Настоящие драконы – ужасные бездельники. Они могут годами валяться на горе золота и бриллиантов и каждый день откладывать "на потом" починку своей чешуи. Часто это кончается довольно плачевно для драконов. Я была не похожа на своих сородичей. Часто не могла усидеть на месте от нетерпения, пока основательный и спокойный отец соберется на вылет или неторопливо поджарит в струе пламени оленя или лося.       Так вот. Я пребывала в том самом неудобно-неприятном, юношеском возрасте, когда моя шкура слезала с меня. Еще несколько лет назад я была серебристо-белым, искрящимся дракончиком с прозрачно-серыми глазами, но сейчас моя шкура должна быть нежно-голубой, как и мои, еще светлые глаза.       Вымыться я не могла очень-очень долго, поэтому чешуя, вылезая, так и оставалась на боках. А из-за этого я вся жутко чесалась, хуже, чем от блох. Поэтому на идею короля помыть меня я отреагировала очень благосклонно. К сожалению, показать свое согласие я не рискнула. Пусть продолжает думать, что я простое животное. Пока я, вроде, его ничем не разочаровала.       - Речка… Речка, ты команды знаешь? – он поднялся, отошел на несколько шагов, - К ноге! Ко мне!       Ага, бегу и падаю. Размечтался. Пффф! Дрессированный дракон – жирно ему будет! И простого хватит.       - Ты думаешь, что этот зверь… М-м-м… Безопасен? – эльфийка все еще стояла за решеткой, с опаской глядя на меня, - посмотри, какие зубы!       - Ну и что? Одно то, что в Дейле она никого не убила и даже не пыталась, несмотря на то, как с ней обращались… Мне кажется, это показатель!       - Ладно, твое дело! – вздохнула эльфийка, - но, милый, пожалуйста, будь осторожен! Чуть что – ты ее…       - Буду, любимая, буду! – король подошел к решетке, коснулся кончиками пальцев ручки девушки и вернулся ко мне.       - Пожалуй, ты прав, - морщась, кивнула Арвен, изучая оставшееся на своей ладошке грязное пятно от прикосновения супруга, - ее надо помыть. И как следует!       Нет. Все равно она мне не нравится. Хоть ты тресни. А ведь.. И правильно не нравится! Она побрезговала. Поэтому и согласилась, а не по доброте душевной. Все, успокоилась. Ну, пошли, что ли?       Я подняла задницу с пола и снова ткнулась носом в бедро короля. Он, улыбаясь, опустил мне на затылок ладонь. Арвен попятилась, когда мы вышли из-за решетки. Я протяжно фыркнула, потом чихнула. Его королевское величество осторожно сжал ладонь, придерживая меня за рог. Ладно, пусть держит. Сначала надо стать любимицей. Любимиц так просто не отдают всяким там эльфийкам! Но все равно! Буээ!!! Ненавижу быть покорной!       Но ради ЭТОГО стоило потерпеть пару десятков минут смирения. Роскошная, огромная бадья с водой, несколько мочалок и два куска мыла! Рай! Сначала король хотел спихнуть помывку на своего верного слугу, Фарамира, кажется. Но я вцепилась зубами в край плаща Эллесара и легла на пол. Фигу. Раз я его питомец, пусть сам обо мне заботится. Лично.       Король вздохнул и чуть брезгливо оглядел меня. Бадья была высокая, и посадить туда меня можно, только подняв на руках. Я сидела на попе, едва сдерживая злорадное хихиканье. Очень уж у него был вид растерянный. И пачкаться вроде как не по чину, и дракон вредничает. Дилемма. Однако долго наслаждаться душевными терзаниями моего нового хозяина мне не пришлось. Он колебался всего несколько секунд. Потом наклонился, аккуратно поднял меня, прижимая к груди, и поставил в восхитительно теплую воду. Когда он поднял меня, неожиданно я снова ощутила этот тошнотворно-терпкий запах. Арвен? Что? Наверное, Арагорн носит какую-то ее вещь…       Но потом мне стало не до рассуждений. Вода! Вы понимаете! Вода! Горячая! Для меня! Я могу искупаться! Я растеряла весь свой снобизм и вредность и повалилась на бок, принялась плескаться, чесать спину… Ладно, вредность я растеряла не до конца. Первая же волна моего восхищения водой облила короля с ног до головы. Он быстро оглянулся, но в ванной никого не было – Фарамир ушел, дабы не мешать его величеству решать сложную задачку.       Следующее действие Эллесара меня просто поразило. Он коротко, но заразительно рассмеялся, сдернул с себя мокрые насквозь плащ и рубашку, и принялся меня натирать сначала жесткой мочалкой, потом губкой. Я затихла и блаженствовала под осторожными руками моего нового хозяина. Шкура слезала с меня буквально клочками. Когда меня вынули из бадьи, вода в ней была болотно-серая. Мне же казалось, что я заново родилась. Король снова, с некоторой натугой поднял меня (я девочка тяжеленькая, во мне около 130 фунтов). Я обвисла на руках блаженной тряпочкой. Это не покорность, быстро убедила я себя, это разумная экономия энергии.       Меня плюхнули на подстилку в соседней комнате и накрыли полотенцем. Я, уже почти засыпая от счастья, все-таки успела удивиться про себя – а он силен. Он, наверное, не просто король. Он еще и воин. Вон, какая стать… Загорелый, крепкий…       - Арагорн, ты с этой тварью возишься уже третий час! – раздался капризный голосок эльфийки, - и тебе интересно?       - Но Арвен…       - Никаких но! – категорично попыталась его оборвать девица. Но Арагорн встал, неожиданно оказавшись на две головы выше ее, подошел, поднял на руки и веско сказал:       - Арвен, выслушай меня. Дракон – это невероятный престиж для двора. Но если он в клетке – это одно. Если же дракончик на церемонии сидит рядом с королем – это совсем другой уровень уважения. А чтобы дракончик слушался – с ним нужно заниматься. Тем более, что готов поспорить – Речка у нас дама капризная, но умная. И договориться с ней можно.       - Ах! – девушка раздраженно вырвалась из руки мужчины. И отвернулась. Я удовлетворённо опустила голову на лапы. Первая семейная ссора – есть!