Долго и счастливо

На часах уже давно перевалило за три, но я продолжаю сидеть на кухне и пить прямо из горла коньяк, который нашла у ребят в шкафу. Мне бы сейчас с кем-нибудь поговорить, но Остина и Виктории все еще нет, Кайл ушел, громко хлопнув дверью, а я осталась одна. От горя я снова делаю большой глоток янтарной жидкости и вспоминаю, что такого же цвета глаза у Кайла. Вот зачем я сморозила такую глупость? Я же первая полезла к нему целоваться, а потом отказала ему. Я наврала ему, сказав, что буду утром жалеть об этом. Но я все равно боюсь. Это мой первый раз, и он мог быть бы с лучшим другом моего брата! Вот ужас-то. Я даже не знаю, как это терять девственность. Знаю только то, что это очень больно. Я делаю еще глоток и беру телефон. Ищу в контактах Кайла и нажимаю на «вызов». Долгие гудки, и наконец-то он поднимает трубку, впервые за два часа! — Кайл, — всхлипываю я, — извини меня, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть… — А это не Кайл, — слышу я до боли знакомый и противный голос. — Он нам ванну набирает. Извини, ты в пролете. Сьюзен отключается, а я с секунду слышу гудки, а потом все замолкает. Слезы горячим потоком начинают литься из моих глаз. Я швыряю телефон в стенку, он ударяется и падает на пол. За ним летит пустая бутылка коньяка. Осколки разлетаются по всей кухне. Я кричу и бью кулаками по столешнице. Как я могу верить ему, если после каких-то слов он уезжает к другой и получает то, что не получил от меня? Я иду в гостиную и переворачиваю там все, кроме дивана, кресел и телевизора — сил просто не хватает. Затем я захожу в спальню к Кайлу и сдираю простыни, потом открываю шкаф и начинаю выкидывать его одежду, некоторые футболки рву и кричу от злости и ненависти к этому человеку. В бессилии я падаю на пол, все еще сжимая в руках разодранную футболку. Меня кто-то трясет за плечи. Я мычу и еле-как разлепляю свои опухшие глаза. Перед глазами все плывет, я понять не могу, где я нахожусь. Все тело адски болит. Я тру глаза и часто моргаю. Передо мной склонился Остин. — Малышка, что случилось? — обеспокоенно спрашивает он и берет меня за руку. — Ты почему спишь на полу? И почему в доме все перевернуто вверх дном? Я хватаюсь за голову и стону от боли. Черт, я стала настоящим алкашом. — На тебя напали? — не унимается Остин. — Нас ограбили? — Нет, — раздраженно говорю я и пытаюсь подняться. Остин мне помогает. — Пить хочу. Брат ведет меня на кухню. Там, около плиты стоит Виктория, видок у нее тот еще. Да я сама по-любому не лучше. Я плюхаюсь на стул и растекаюсь по столешнице. Остин дает мне стакан воды и я полностью его осушаю. — Что произошло? — спрашивает Виктория. — Когда мы пришли все было перевернуто и в осколках. Эйприл, с тобой все в порядке? Я расплывчатым взглядом смотрю на часы: 07:47. Я зеваю и все тело сводит судорогой. — В порядке, — хриплю я. — Это я вчера такой погром учинила. Просто… мне казалось, что меня все бросили. Ребята переглядываются и садятся по обе стороны от меня. — Эй, малышка, тебя никто не бросил, — ласковым голосом говорит Остин и обнимает меня. — Извини, что тебе пришлось так подумать о нас. Мы любим тебя. Из моих глаз льют слезы, и я крепко обнимаю своего брата. Как мне не хватало этих объятий. Голова из-за слез начинает больно пульсировать и я ойкаю. Виктория сует мне в рот тайленол и дает еще один стакан воды. Я запиваю таблетку и вздыхаю. — Я сейчас все уберу, — говорю я и встаю со стула. — Нет, ты сейчас пойдешь спать, — произносит Остин. — Мы сами все уберем. Я настаиваю на своем, и в скором времени мы все трое убираемся в квартире. Я иду в спальню Кайла и подбираю все вещи. Мне не стыдно, что я так поступила с его вещами. Мне наоборот хочется порвать остатки. Тут я слышу стук двери и голос: — Что здесь произошло? А Эйприл где? Дверь в комнату открывается, и я вижу как Кайл облегченно выдыхает и подходит ко мне. — Слава богу, с тобой все в порядке, — говорит он и берет меня за руку. — Что здесь произошло? И как будто и не было вчерашней сцены. Я злюсь и швыряю в него рваную футболку и выдираю руку. — Пошел ты знаешь куда! — все еще хриплю я и кашляю. — Иди к своей мымре и продолжай с ней развлекаться. Я отворачиваюсь и прохожу к зеркалу. Вижу, как Кайл удивленно смотрит на мое отражение. — Ты про кого? — Про Сьюзен, — бурчу я. — Я тебе звонила ночью, а она сказала, что ты наливаешь для вас ванную. Вот и иди купайся с ней! Я краснею от злости и начинаю перебирать вещи. Голова все еще болит, в горле все пересохло, а ноги подкашиваются от похмелья. Кайл подходит ко мне сзади и пытается обнять, но я пинаю его ногой. — Отвали. — Эйприл, я не спал с ней. Я просто приехал к ней, потому что больше не знал, куда ехать. Это было как на автомате. Я почти сразу же уснул, а когда проснулся поехал обратно домой, к тебе. Я смотрю в его глаза через зеркало. Верить или нет? Что-то я сомневаюсь, что он, находясь с девушкой в одном помещение, не переспал с ней. Я закусываю губу и хмурю брови. Кайл оглядывается и спрашивает: — Так это ты учинила такой погром? И мои вещи порвала. Молодец, мне теперь не в чем ходить. Я краснею и поворачиваюсь к нему. — Прости, — шепотом говорю я. — Я заплачу за одежду. Он смеется и притягивает меня к себе. Я утыкаюсь носом в его плечо и чувствую некую защищенность. Все обиды тут же стираются из памяти и из сердца. А сомнения уходят сами собой. Кайл берет меня за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. — Ты ревнуешь меня, — не спрашивает, а утверждает он. — А ревнуют только тогда, когда влюбляются в человека. — Ты тоже меня ревнуешь, — говорю я. — Но я не отрицаю, что влюблен в тебя. Если бы ты мне не нравилась, то я бы переспал со Сью, я бы вообще ее бросать не стал. Я улыбаюсь и целую его. Кайл нежно обнимает меня и сквозь поцелуй улыбается. Вдруг дверь в комнату открывается, и я слышу «ой!». Мы отскакиваем с Кайлом друг от друга и смотрим на Викторию. Она хихикает и прикладывает палец к губам. — Я молчок, — смеется она. — Остин просил Кайла выйти. Кайл вытирает влажные губы и выходит из комнаты. Я смотрю на подругу и смеюсь. — И когда вы скажете ему? — спрашивает Виктория. — Когда уже второго ребенка заведете? Я смущаюсь и кривлю лицо в смешной мордашке. Виктория закрывает за собой дверь и продолжает допрос: — А у вас был… ну ты поняла. — Почти, — говорю я. — Вчера. Но только я сказала, что не буду, потому что… блин, чего я там говорила? А, то что я буду жалеть утром об этом. А на самом деле я просто боюсь. Виктория хохочет надо мной. — Там ничего страшного нет, — говорит она, все еще смеясь. — Только больно, у тебя потом весь день будет адски болеть низ живота. Ты будешь ныть и говорить, что больше никогда в жизни не займешься сексом. А потом, когда все заживет, ты будешь получать такое удовольствие! Тем более с Кайлом. Все говорят, что он в постели просто бог. У меня челюсть упала на пол от таких подробностей. Футболка прилипла к спине, а дыхание участилось, как только я представила себя и Кайла. Внутри все сжалось в тугой комок в районе живота. — А… с кем у тебя был первый раз? — спрашиваю я у подруги. — С одноклассником, — отвечает Виктория. — Я тогда была безумно влюблена в него, мы встречались около двух лет, а в семнадцать лет я решилась отдаться ему. А потом… потом он меня бросил. Было больно, но теперь с появлением Остина все снова налаживается. Я же с того раза ни с кем больше не спала, хоть и хотелось. Я глотаю комок в горле. А если Кайл такой же? Получит свое и уйдет. Ведь он так делал со многими девушками, чем я лучше их? — Кстати, — тянет Виктория и загадочно сверкает глазами. — В следующую пятницу у Кайла день рождения. Может устроишь ему романтический ужин? День рождения? А я и забыла совсем об этом. — Я подумаю, — говорю я.