Оружие корабля "Глада Миллениум"

— Капитан, мы поймали чей-то сигнал бедствия! Для хозяина корабля этот факт стал настоящей неожиданностью. «Глада Миллениум» впервые получает зов о помощи. Полёт уже несколько недель проходил без посадок, поиск планет с чем-нибудь стоящим на поверхности или в недрах ни к чему не приводил. Столько топлива ушло впустую. Теперь же, как нельзя кстати, подвернулся шанс хоть на чём-то заработать. — Дальность? Помощник капитана и второй пилот в одном лице — Фи́ллард — быстро произвёл расчёт: — Пять часов, если сейчас сменить курс. — Откуда исходит сигнал? — приборы показывали частое мерцание в незнакомом для капитана участке космоса. — Планета Ино́ла, седьмая по планетарной шкале величина. Заселена расой двенадцатой гио-группы, присвоенный маркер F28. Контактов с нашим народом не поддерживает. — Это вообще космическая раса? Поискав уточнённую информацию, Филлард ответил: — Да, но слабая. Устаревшие модели маломощных двигателей на энергии распада. Предельная достигнутая скорость — полторы звёздных полосы в час. — Это точно наш сигнал? — капитан тем временем просчитывал расход топлива и прикидывал, где можно будет подзаправиться. Помощник ещё раз перегнал цифровую комбинацию через дешифратор. — Да, сигнал близери́йский. — Что делает близа́рий на этой планете? Дай ему ответную точку, мы заберём его. И проверь заодно, нет ли на орбите корабля. Некогда горячий суррогатный напиток из воды, прошедшей на «Глада» сотни циклов повторной очистки, уже остыл и стал отвратительным на вкус. Капитан отправил его на переработку и налил себе новый. Он размышлял о том, что спасение бедствующего, если тот будет ещё жив к моменту их прибытия, — это отличная возможность подзаработать. Деньги сейчас были нужны. Через пять месяцев у десяти рекрутов из тридцати на корабле закончится срок службы. Нужно будет нанимать новых, но при этом рассчитывать на уже повысившиеся расценки. «Где взять деньги, если всё уходит на поддержание этой посудины на ходу?» — раздражённо думал капитан. — Я только что узнал один нюанс о планете, — отвлёк его помощник. — Говори. — Планета заражена теко́идами. И корабля на орбите нет. Капитан кивнул. Повезло, что последними его растратами были именно волновые щиты, некоторое время они могут глушить восприятие тека́нами объекта, в данном случае — челнока или даже целого корабля. Вот и проверит приобретения в деле. Теканотекоиды — зараза космоса. Неизвестно, как они умудряются оказаться на кораблях незамеченными, кто знает, может, молодые особи способны пробраться в технические шахты и не умереть там. С кораблей теканы попадают на другие планеты. Это можно считать началом катастрофы. Если текоид пробирается через защиту космопорта на поверхность планеты, значит, она в скором времени будет кишеть хитрыми и опасными тварями, которые вымрут только после полного истребления всего животного мира. Они — хищники. Разумными теканов не назовёшь, но они могут с лёгкостью вывести из строя корабль, энергостанцию, космическую базу, техническое оснащение, словно понимают слабые места любой системы. Стычки с теканотекоидами показывают, что те имеют невероятное пространственное восприятие и опираются, в основном, именно на него. На этом принципе и основано волновое оружие против них: пучок сильных волн ненадолго оглушит текана, а небольшой волновой фон сможет укрыть челнок от их органов чувств. Капитан лично сталкивался с текоидами лицом к лицу всего один раз, защищая павший ныне корабль «Аве́нтор». Когда на него внезапно выпрыгнула из вентиляционной шахты тварь, обладающая немыслимой гибкостью суставов и позвоночника, которая позволяет ей перекручиваться в пару витков при необходимости, то ему стало не просто не по себе: отнялись руки и ноги, волновое ружьё R19 стало тяжелее в несколько раз, он, казалось, бесконечно смотрел в глаза хищника, задёрнутые розоватой плёнкой, и на его короткие, но смертоносно острые когти, которые, как известно, справляются не только с органикой, но и с пластиком, железом, изоляционными материалами. Тело типично: голова, по паре верхних и нижних конечностей, примечательно лишь наличие кожаных перепонок между пальцами и подмышками. В пасти зубы редкие, игловидные, но больше и не нужно — тектек рвёт тело жертвы в кашу своими когтями и только потом ест самые лакомые кусочки. Капитан считал их вид созданным искусственно, а виновниками тому полагал расы накт-групп. Иначе, как объяснить тот факт, что никто и никогда не находил опустошённые корабли нактов, когда подобные суда гио-групп обнаруживались везде и всюду? А сейчас они летели на Инолу, кишащую теканами. Но деньги им были нужны, даже если новые щиты окажутся подделкой. На крайний случай «Глада Миллениум» оснащена аварийной волновой системой, проходящей через весь корабль. Если челнок принесёт с собой незваных гостей, то придётся её применить. Правда, после этого судно станет космическим мусором, но с него хотя бы можно будет подать сигнал бедствия и выжить. Несколько часов, и капитан уже видел мерцающую точку на модели планеты. — Филлард, давай на челнок. Возьми с собой несколько ребят с R19. Помощник кивнул и живо убрался с мостика. Некоторое время капитан сидел в тишине, но затем Филлард подключился к связи: — Через пару минут начинаем входить в атмосферу Инолы. — Включи щит после входа. Нежелательно, чтобы теканы сбежались к месту снижения, бедствующему нужно как-то до нас добраться. — Есть, капитан. Камеры челнока передавали типичные картины развитой планеты, недавно захваченной теканотекоидами: пожары по всей поверхности. Эти твари будто знают, где и что нужно сломать, чтобы оно взорвалось. — Где он? — По данным координатора датчик на шестой планетарной высоте. — Значит, ищем высокое сооружение. Филлард быстро нашёл башню из стекла и бетона. Капитан, наблюдая пейзаж через камеры, подумал о том, какое это неказистое здание. Простое квадратное сечение, должно быть, оно достаточно неустойчиво при колебаниях коры планеты. — Я отослал группу с R19 к шлюзам, они будут готовы оттеснить теканов, если нам не повезёт встретиться с ними. Датчик поднялся по уровню. Должно быть, бедствующий идёт на крышу. Капитан отозвался: — Отлично, не придётся искать его по этажам, наверху и подберём его. Филлард, сможешь зависнуть так, чтобы он дотянулся до спущенных шлюзовых лестниц? — Ненадолго смогу. — Хорошо. Капитан задумался, где же принять путника. Вместе со всеми в столовой или в своём отсеке, гордо именуемом «капитанский»? Или всё же в столовой? Он решил сначала выяснить с ним всё с глаза на глаз. На модели челнок завис перед зданием, удерживаясь на мощных планетарных двигателях, выжигая всё под собой. — Капитан? — обеспокоенный голос Филларда. — Я слушаю. — Их двое. — Двое? — Да. Один из них близарий, второй же ниже ростом и закутан в тёмную ткань, неясно кто это. Нам разобраться? Капитану хватило секунды размышлений. — Поднимайте обоих, скажешь, чтобы их привели в мой отсек, я приду туда, как только передам тебе управление. «Двое, — думал он, — нет, так мы не договаривались». С нетерпением ожидая прибытия челнока, он выпил ещё пару суррогатов. Когда Филлард оповестил капитана, что они состыковались, то он встряхнулся и ввёл приоритетный курс. Система начала поиск подходящих гравитационных дорожек. Дождавшись помощника, он дал ему некоторые разъяснения по маршруту и покинул мостик. Когда он, наконец, зашёл в свой отсек, то на его лице были видны явные признаки неудовольствия. Две пары глаз внимательно взглянули на капитана — близария с белыми косами, связанными в пучок. — Меня зовут Аца́ха. Вы находитесь на борту моего корабля «Глада миллениум». Представьтесь. Рослый темноволосый пришелец завёл руку за спину и поклонился: — Я — Дзаа́рха. Приятно встретить земляка, особенно в такой ситуации. Он говорил на классическом варианте их языка — ви́лиш. Капитан выразительно повёл глазами в сторону фигуры в тёмном. Пришелец проследил за его взглядом и промолчал. — Кончайте эти игры, или я прекращу их сам, — резко сказал Ацаха, не дождавшись ответа. Дзаарха со вздохом развернул накидку из ткани. После увиденного у капитана сузились глаза в яростный прищур: — Инораска. Я не хочу инорасов на своём борту. — Я не могу оставить её здесь. — По каким причинам? — По личным. Ацаха бросил ещё один быстрый взгляд на невысокую девушку с вьющимися каштановыми волосами. Она напряжённо глядела прямо на них, не понимая их речи, но догадываясь о предмете спора. — Может, кто-то заплатит за то, что мне придётся выделять питание на двоих? За отсек? За износ топливного стержня, который приуменьшился за пять часов, что я летел сюда? Ваши личные причины могут профинансировать это? Спасённый близарий поднял руки, останавливая поток слов: — Я заплачу сполна, как только дойду до вашего терминала. Если не хотите брать на борт инораску, я заплачу столько, сколько необходимо для того, чтобы вы изменили своё мнение. Дайте нам возможность уйти с Инолы, мы в изоляции уже три месяца. Это всё, о чём я прошу. Капитан был непреклонен: — Уверен, что тебе хватит денег на путёвку? Бесцеремонный переход на «ты» не остался незамеченным. На вилиш не существовало такого обращения вовсе, это было невежливо и неуважительно. Капитан вёл себя слишком нагло, так сразу переходя на ки́рше — лёгкий повседневный жаргон. Дзаарха холодно ответил: — Я не пользовался трёхгодовым армейским жалованьем. Должно хватить, если у вас, капитан, ещё есть совесть. Ацаха едко усмехнулся. Уж обдерёт он его как следует. — Я возьму вас на борт при нескольких условиях. Первое: деньги. Второе: полное повиновение до пункта назначения, который я выберу сам. Третье: вы отвечаете мне абсолютно на любые вопросы. Вплоть до тех самых «личных причин». Дзаарха мрачно кивнул. Ему нужно было убраться отсюда любой ценой. — Тогда добро пожаловать на «Глада Миллениум»! — с деланным радушием обратился к ним обоим капитан. — Пойдёмте, я покажу вам отсек, который будет вашим временным пристанищем. Ацаха был доволен. Договориться об оплате — уже полдела. А уж отвезти куда-то путника, когда этот корабль и так бороздит просторы вселенной, не так уж и сложно. Он проводил их в отсек на верхней палубе недалеко от столовой и, дождавшись, пока Дзаарха заведёт инораску внутрь, остановил его до того, как тот последовал за ней: — Не хочешь ли сразу оплатить услуги, земляк? «Земляк» одарил его оскалом и ответил: — Отведите меня к терминалу. Не люблю быть в долгах. Инораска осталась в отсеке, Дзаарха удалялся оттуда с тревогой в глазах и обернулся по пути несколько раз. Капитан с лёгким презрением подумал о том, что пришельцу нет смысла беспокоиться: на его корабле не было явных расистов, вряд ли кто-то проявит к ней интерес. После оплаты весьма немалой суммы, Ацаха сказал: — Это нужно отметить хотя бы чашечкой суррогата. Он отвёл спасённого в столовую, налил себе привычный напиток и со смехом наблюдал за тем, как чужак думает, что выбрать. — У них всех практически одинаковый вкус, не напрягайся, — всё-таки отпустил капитан замечание, — мы давно не пополняли запасы концентратов. Значит, ты с Ха? Надо же. Я могу высадить тебя там. Дзаарха покачал головой: — Мне нужно на любую планету соглашения. На Ха не пустят инолийку без регистрации. — В чём проблема, её я могу высадить в одном месте, тебя — в другом. — Нет. Было что-то странное в таких решительных отказах. — Только не говори мне, земляк, что ты спутался с инораской, — капитан начал понимать, что происходит. Быстрый взгляд только подтвердил его опасения. — Мы не раз помогли друг другу выжить, остальное — не ваше дело. — Третье условие! — поднял палец Ацаха. — Ты умеешь сдерживать свои обещания? Угрюмости пришельца не было предела. Он смотрел на Ацаха и не мог поверить в то, что этот близарий спас его. Неужели рядом не мог пролететь какой-нибудь нормальный корабль, а не эта грузовая развалина? К тому же, имя Ацаха казалось ему знакомым. — Я сдержу своё слово, — сквозь нахлынувшее отвращение сказал Дзаарха, — а пока у меня есть просьба, капитан. Если нужно, я заплачу ещё. — Что за просьба? — Мне нужны два наручных информа. Мой давно отказал, всё, что он мог — пустить сигнал бедствия и принять зелёную точку. Трудно общаться, не зная языка. Капитан смотрел в сторону и пил суррогат. Дзаарха уже подумал о том, что Ацаха не захочет содействовать его общению с инораской. — Ты получишь их. Платить не нужно. Тут же он включил корабельную связь, хлопнув по электронной панели на стене: — Филлард! — Да, капитан. — Рассчитай курс до ближайшей планеты соглашения. При этом если обнаружишь по пути что-то интересное, скорректируй путь. И найди торговую базу покрупнее. — Будет сделано. Ацаха снова повернулся к чужаку, серые глаза капитана были полны смешливых искорок. Он коснулся чёрной косы Дзаарха, поиграл ею в пальцах, шутливый жест, но очень интимный. Если бы это не был близарий, который спас ему жизнь, то Дзаарха, не задумываясь, вырвал бы из его рук свою косу, да и саму руку, возможно, тоже бы вырвал. Охоту касаться его отбил бы точно. Но сейчас он терпел, понимая, что находится во власти Ацаха. Поэтому он просто враждебно взглянул на него и, зло скривив губы, сказал: — Не ведите себя, как ясте́ф. Я заплатил. Капитан отпустил его косичку и встал из-за обеденной стойки. — Пойдём, я обеспечу тебя информами. Они спустились на три палубы ниже, где Ацаха дал рекруту распоряжение раздобыть пару необходимых устройств. Перед тем, как отдать информы, капитан ввёл в них код доступа к отсеку. Также он заверил пришельца, что хоть и обладает шифрами от всех помещений, не имеет привычки входить без предупреждения. После Ацаха оставил его. Дзаарха взглянул ему вслед. Капитану на вид лет тридцать семь–сорок, наверняка он немногим старше самого новоприбывшего, которому не так давно исполнилось тридцать шесть. Его даже можно было назвать юнцом. Сорок лет — не так много для тех, кто живёт, в среднем, по сто шестьдесят. «Тот ещё тип», — решил Дзаарха, направляясь к своему отсеку. Его ожидало нечто, будоражащее сознание: впервые за три месяца общения жестами он сможет поговорить с инолийкой. Поговорить о многом. В отсеке он настроил им информы на нужные языки. Пристегнув к ушным хрящам наушники, они посмотрели друг на друга с тревогой, и она неуверенно начала: — Привет. Меня зовут Каэ́да. — Это я понял с первого раза, — засиял близарий. — А ты — Дзаарха? Это настоящее имя? — Самое что ни на есть, — ответил он, хотя вопрос показался ему странным. После недолгого молчания Каэда продолжила с нервной улыбкой: — Всё так быстро случилось, я растеряна, не знаю даже, что у тебя спросить. — Что угодно, — подбодрил он её. Она улыбнулась, и Дзаарха не смог сдержаться и не обнять её, такой она была притягательной, и не нужно было больше оборачиваться на каждый шорох, боясь теканов. Прислонившись к его горячему плечу, Каэда спросила, куда они летят, и из-за чего Дзаарха спорил с капитаном. Близарий не стал уточнять о личной неприязни Ацаха к инолийке, сказал, что это из-за оплаты. — Оплаты? — переспросила Каэда. — За что ты платил? — За спасение, конечно же. Каэда была безмерно удивлена: — Ты отплатил ему деньгами за то, что он поднял нас на борт? — Естественно. Ведь иначе я остался бы его должником, а он был бы хозяином моей жизни. Это не совсем верные слова, мы говорим — ястеф. — Странные у вас порядки. — Разве? — спросил он, и инолийка тряхнула головой. Её порадовал тот факт, что их доставят на планету соглашения с космопортом. А потом она задавала новые и новые вопросы: — А ваши волосы? Ты не давал мне касаться их раньше. С ними у вас что-то особенное связано? Какое-то суеверие? И Дзаарха объяснял. Волосы на голове близариев — не просто волосы, а особая ткань толщиной с палец, которая является симбиозом волосяного покрова и нервных окончаний. Они росли до девяноста–ста лет, с детства их заплетали в косы (исключение составляла императорская семья — им делали более сложные плетения). Высокая чувствительность волос делала любое прикосновение к ним чрезвычайно интимным, поэтому этикет строго запрещал касаться волосяной ткани не родственника и не партнёра. Таковы были их традиции. — Как интересно. Я никогда не слышала о вашей культуре. И твой голос! Иногда ты рычишь, или издаёшь такие странные звуки, и я не понимаю, доволен ты, сердишься, а может, раздражён. Дзаарха замолчал и взял руки инолийки в свои. Перебирая её миниатюрные пальчики, он задумался, что сложно будет объяснить значение звуков, которое сами близарии чувствуют на уровне инстинктов. — Это остатки древнего речевого аппарата. Подобные звуки помогают выразить эмоции. Например, — он издал тихий вибрирующий рокот, — символизирует, в основном, удовольствие. У звуков много разных оттенков, об этом трудно говорить. Но ты спрашивай, я постараюсь сказать, как есть. Каэда разглядывала его, вспоминая, что ещё не давало ей покоя. — Эти штуки на твоих руках, — указала она. Дзаарха взглянул на бугорки, чуть возвышающиеся на поверхности тыльной стороны его кисти. Всего их было шесть: по три на каждой руке. Расположены они были таким образом, что образовывали почти равносторонний треугольник. — Это особые железы, мы называем их кри. — И для чего они? — Как тебе объяснить… — призадумался Дзаарха. — Когда два близария очень близки друг другу, они могут раскрыть свои кри. Как только выделившийся секрет желез прорвёт кожу, партнёры соединяют свои точки. Потом на их месте останутся шрамы. При таком обмене секретом происходит то, что я не смогу тебе точно описать словами. Словно бы партнёр становится тебе родной кровью, начинаешь его лучше чувствовать, узнаешь его запах из тысячи, можешь интуитивно понимать, где он находится на небольшом расстоянии, нервные системы перекликаются. Не знаю, существует ли у вашего народа что-то подобное. — Так значит, у тебя нет того самого, близкого тебе близария? — Были влюблённости, но так серьёзно ещё не заходило. Они переговаривались полночи, пока не уснули, впервые за несколько месяцев расслабившись по-настоящему. На корабельных часах как раз занималось утро, когда проснулся Дзаарха. Каэда ещё спала, он не стал будить её. Выйдя из отсека, он прошёл по извилистому пути до столовой, где находился только один парень, сидящий возле стойки и читающий что-то по информу. — Тут можно разжиться чем-нибудь съестным? — спросил у него Дзаарха. — Так ты и есть спасённый, — с улыбкой ответил молодой близарий. — Меня зовут О́рмак, я здешний повар, если это можно так назвать. Обслуживаю желающих поесть на автоматах с девяти до девятнадцати по местному времени. Что хочешь отведать? Выбор, правда, не велик… Ацаха тем временем ещё дремал в капитанском. Его грела сумма на его личном счету, ему уже нравилось третировать новоявленного земляка, он мечтал о том, как выторгует что-нибудь на базе, о нормальных продуктах, о новых рекрутах, в конце концов. И теперь ему было с кем поболтать. Полторы недели Дзаарха не видел капитана. За это время он познакомился с некоторыми рекрутами, изучил план корабля. И узнал, что он практически всегда правильно понимал её. Каэда везде ходила вместе с Дзаарха, команда корабля быстро привыкла к ней. Они отпускали милые шуточки в их адрес, это было странно, учитывая, как их принял капитан. Как-то раз, он лежал на постели без сна. Каэда давно уснула, а Дзаарха мучился, переворачиваясь с боку на бок. Вдобавок ему захотелось выпить чего-нибудь горячего и расслабиться. Он осторожно встал с постели и покинул отсек. В столовой, к своему удивлению, он обнаружил капитана, сидящего на стойке. Ацаха, видимо, пребывал в хорошем расположении духа, с блаженной улыбкой он смотрел на большой информер, который транслировал пейзажи за бортом. И снова чашка суррогата — как он может так спокойно пить эту гадость? — Доброй ночи, капитан. — Ночи, Дзаарха. Он тоже налил себе горячего пойла и присел рядом. Капитан наблюдал звезду красного спектра, которая медленно уходила с экрана. — По корабельным сейчас ночь. Вам не спится? — спросил Дзаарха. — Я не умею жить по часам. А у тебя что? Бессонница? — капитан говорил с беззлобной насмешкой. — Что-то вроде того. — А где инораска? — Её зовут Каэда. Она спит. Сколько времени займёт полёт до планеты соглашения? — Месяц, может, полтора. Послезавтра будем на торговой базе. Возможно, вы даже сможете застать нормальную кухню в этом царстве пресной пищи. На Ацаха было странно смотреть. Молодой близарий, перед которым открыты все перспективы, является капитаном независимого судна неопределённого рода деятельности. Можно сказать, прожигает свои годы. Учитывая постоянные финансовые проблемы, о которых можно судить по состоянию корабля. Но на вид капитан был настолько умиротворён и беспечен, будто такой образ жизни — его мечта. Это немного запутало Дзаарха. — Скажите, вы — тот Ацаха, который в ходе политической войны между императрицей и её братом, смог выслужиться до шестого ранга всего за пять лет? — решился спросить он. Кислая улыбка. — Кто-то читал старые заметки? Не самое интересное чтиво. — А что вы делаете здесь? — А что я могу делать на собственном корабле? — Вы могли бы служить императрице и получать отличное жалованье, а не болтаться по космосу на этой старой кастрюле. Добрый взгляд искоса: — Она, между прочим, спасла твою шкуру. Если тебе так интересна моя судьба, то я немного повздорил с начальством, а потому я без жалованья, без ранга, зато моя, как ты выразился, кастрюля со мной. Дзаарха разглядывал близария, про которого однажды читал статью в армейских архивах. Кажется, Ацаха в своё время участвовал в нескольких штурмовых операциях: успешные захваты кораблей, баз, получил пару наград и ряд повышений. Неужели это он? — Я представлял вас несколько иначе, — вырвалось у него. — Ты не первый, кто говорит мне это, Дза-а-ар, — протянул Ацаха, будто старый приятель, непозволительную по этикету краткую форму имени. Дзаарха издал раздражённый рокот, на который капитан не обратил внимания. — Ну, так что там с инораской, земляк? — Вы думаете, я захочу этим делиться с вами? Ацаха пожал плечами: — Я думаю, ты знаешь, кто здесь капитан. Судно летит туда, куда я прикажу. Я могу расстроиться от отсутствия общения. Задержать тебя здесь, пока мне хватит денег на то, чтобы прокормить вас. Так ты поделишься? Ладно, раз ты молчишь, я помогу тебе начать. Как ты оказался на Иноле? Чужак подумал о том, что ничего не потеряет, если потешит самолюбие близария, от которого избавится через два месяца навсегда. — Был рекрутом на «Быстроногой». После выполнения задания мы летели на базу. Пираты подбили нам двигатели возле орбиты Инолы, потом нас притянуло гравитацией. Команда катапультировалась, корабль погиб. Планета оказалась заражена текоидами. Я растерял членов своей группы и остался один, пытаясь выжить. Надеялся, что кто-нибудь поймает мой сигнал. Капитан слушал и думал о том, что намного проще добиться признаний шантажом и тиранией, чем долгие месяцы зарабатывать доверие и дружбу. Способ был безотказным. — Так что инораска? — Спасла меня от неприятностей, оглушив текана. Он как раз встал на ноги и выставил вперёд когти, вжав меня в стену. Готовился атаковать. — Жуткое зрелище, — вставил Ацаха, — когда теканы встают, они слишком похожи на изуродованных нас. Дзаарха кивнул и продолжил: — Так мы и познакомились. Стали вместе выживать. Мы не понимали язык друг друга, но вполне обходились и без этого. А потом… Он умолк, не зная, как объяснить то, что произошло дальше. Капитан спросил: — Что потом? Странно, но желание пришельца обсудить с кем-либо случившееся оказалось столь велико, что Дзаарха вдруг выложил капитану всё: про то, как проникся к инораске уважением, а затем и чем-то иным, как она стала жаться к нему в холодные ночи, про то, как лежал ни жив, ни мёртв, не в силах среагировать хоть как-то на её прикосновения, и как он выяснил, что физиологически они вполне совместимы, судя по их играм в постели. Ацаха слушал, не выказывая никакой бурной реакции, но Дзаарха и не ждал ответа. Ему нужно было сказать кому-то. Назавтра на «Глада Миллениум» был пир — они достигли торговой базы. Экипаж и два пассажира засели в столовой, поглощая свежую пищу. Все смеялись, травили байки, смотрели информ с каналами, которые транслировали на этой торгплощадке. У всей команды был выходной, капитан решил отменить вахту и оставить на сутки корабль в доке, заодно оплатив проверку двигателей. Ацаха, как и всегда, особняком сидел на стойке, свесив ноги, и слушал россказни рекрутов, не принимая участия в разговорах. Он ушёл раньше всех, сославшись на желание выспаться. Через сутки корабль вновь шёл сквозь бескрайний космос, возвращался прежний режим. Сонная апатия захватила всех на борту. Ацаха ежедневно изучал путь следования, надеясь наткнуться на заброшенную планету, где можно было поживиться остатками выработанных шахт или же редкими металлами. Но сканер молчал уже который день. Все попадающиеся объекты были пусты или заражены. На «Глада Миллениум», конечно же, был груз, который можно было продать на крупной площадке, но этого было недостаточно для того, чтобы обеспечить следующий полёт. Непредвиденный доход в качестве оплаты за спасение пришёлся весьма кстати, чтобы купить топливных стержней и не уйти в минус, но не более того. — Капитан, есть кое-что интересное. — Да, Филлард? — отозвался Ацаха. — В трёх часах от нас по инерции движется корабль. Активности двигателей нет. — Показатели жизни? — Об этом ещё рано говорить, сканеры достанут до этой информации только в непосредственной близости. — Размер? — Втрое больше «Глада». Ацаха был озадачен. Если неизвестный корабль не имеет признаков жизни, то здесь только два варианта: текоиды или космические пираты. При первом варианте слишком высок риск заражения, а при втором с корабля нечего брать, если только не тащить его на буксире на разбор. Но размеры того не позволяли. И всё-таки взглянуть стоило, раз он по пути. Когда спустя три часа они замедлились рядом с кораблём и взглянули на него через экраны информа, стало ясно, что делать здесь нечего. Огромное грузовое судно было изрешечено дырами от нападения извне настолько, что тут и там из-за разошедшейся обшивки выглядывали кишки системы. Жизненных признаков, конечно же, не обнаружено. Форма корабля была знакома Ацахе: это был тяжеловоз, и не исключено, что на его борту ещё есть груз. — Теканотекоиды? — Кто знает, сканеры вряд ли обнаружат спящих. Они мгновенно проснутся и достигнут «Глада», если мы состыкуемся. Капитан жадно разглядывал умерший тяжеловоз. Но риск был крайне велик. — Слишком далеко до ближайшей системы с патрулированием. Если что-то случится, придётся долго дрейфовать, — сказал он после вздоха, — продолжаем полёт по намеченному курсу. Филлард безропотно следовал указаниям. Он был безупречным пилотом и помощником, Ацаха не мог нарадоваться тому, что раздобыл такое сокровище: осторожный и трудолюбивый, он выполнял свою работу чётко, как автопилот с интеллектом. Быть может, он слишком молод — всего-то двадцать пять, неизвестно, почему он до сих пор не в армии — однако, капитан не заметил за ним никаких подростковых замашек. Филлард управлял «Глада Миллениум» уже который по счёту полёт от Ха и, вроде бы, не собирался уходить с этого поста. Настоящая находка. Увы, не все члены команды были такими, а потому Ацахе нужно было постоянно следить за их работой.