Лезвием конька

Утро. Какой дурак будет с радостью вставать утром? Именно, никакой. Миша ничем не отличался от этих людей, поэтому поднявшись он взглянул на экран своего мобильного телефона и горько усмехнулся. Сегодня исполнилось ровно четыре месяца, как его бывшая жена Алина Морозова ушла к своему тренеру по фигурному катанию — Олегу. Своим уходом она оставила в сердце Михаила множество шрамов, которые наверное уже невозможно было вылечить нечем. После того, как девушка ушла, Пономарев хотел уйти из хоккея, но его закадычный друг Евгений Царев отговорил его от этой затеи. Молодой человек взял с пола спортивную сумку, и вышел из квартиры. Теперь Миша так же как Царев, Назаров и Дрозд жил в таком прекрасном городе как Москва, а все потому что этих ребят взяли в молодёжную сборную России по хоккею. Из "Титана" пришлось уйти, оставив после себя только хорошие воспоминания. Макеев сильно расстроился из-за того, что такие игроки как эти ребята покидают его, но что поделать. Жизнь хоккеистов в основном и состоит из смены клубов и городов, ведь их покупают и продают, поэтому вечно в одном клубе они играть не смогут. Хоккеист свернул за угол и перед его глазами открылся вид на замечательный Ледовый Дворец, в котором собственно они и тренировались. — Эй, Мих, чего завис? У нас игра через полтора часа, а нам ещё переодеваться и на раскатку идти, — раздался рядом веселый голос Евгения Царева. Вот кто-то, а этот парень всегда был весёлым, несмотря не на что. — Да я просто задумался, — отмахнулся Михаил. — пошли. Полтора часа пролетели незаметно, и вот вся команда Российской сборной стоит на льду, прожигая взглядом своих противников. Сегодня их соперниками была сборная Словакии. Что ж, не самые слабые игроки, но ничего они справятся, они сильнее. Михаил выигрывает сбрасывание, и отдаёт пас на Дрозда, который в свою очередь отдаёт шайбу Цареву. Кстати, Пономарев теперь капитан сборной, что не может не радовать, ведь эта должность наверное самая желанная в жизни хоккеиста. Вот к воротам словаков подъезжает Назаров, но всего лишь на секунду отвлекшись, парень теряет шайбу. Миша набирает скоростью, и вроде бы уже догоняет соперника, как вдруг какая-то неведомая сила заставляет его поднять голову на трибуны. Лучше бы он этого не делал, потому что в пятом ряду сидела она. Алина. Но она была не одна, а с ним, с этим Олегом. Пономарев с Морозовой встречаются взглядами, но хоккеист борется с собой и наконец-то ему удаётся победить себя. Отведя взгляд, он поворачивается по направлению к воротам, и делает первые шаги, но поздно. Первая шайба уже в воротах России. Перерыв. Напутственные слова тренера. Но для Миши все слилось воедино, ведь сейчас на него смотрела она. Алина следила взглядом только за ним, за "девяносто пятым" и не за кем больше. Наверное после пяти месяцев расставания чувства должны были остыть, но увы, они стали ещё сильнее. Выход на лёд, и все заново. Крики болельщик, звук скольжения железа по льду, голос диктора. Сейчас это не имело значения. Вот Пономарев обводит защитника Словакии и вдруг падает на лёд. Оказывается словак задел его коньком, но хоккеист и этого не заметил. Тренер подзывает к себе команду, для того, чтобы называть человека, который должен был пробивать буллит. — Буллит пробивает номер 95, Михаил Пономарев, — прозвучал металлический голос диктора. Капитан хотел было выехать на лёд, как вдруг чья-то рука легла ему на плечо. — Миш, выброси все из головы, сейчас главное игра, остальное потом, — сказал Царёв, убирая руку. Женя все понимает, он видит, что парень мучается, пытается поддержать, но все бестолку. Михаил выезжает на лёд. "Девяносто пятый" поднимает голову на трибуны, взглядом находит девушку, которая незаметно посылает ему улыбку. Что она делает? Знает ведь, что ему больно, знает. Но все равно продолжает приходить на матчи и посылать ему с трибун незначительные улыбки. Он переводит взгляд на вратаря-словака, и подхватив шайбу движется по направлению к воротам. Миша делает обманное движения, слегка сгибает руку для удара и... — ГООООЛ, — крик болельщиков оглушил Пономарёва, и эхом разнесся по всему Ледовому Дворцу. Вот финальный свисток, и все спешат поздравить, молодёжную сборную России с победой. Выслушав несколько поздравлений, Михаил махнул рукой и направился в раздевалку, желая отдохнуть от всего этого. Капитан не стал ждать никого из товарищей по команде, а просто переоделся и собрав свои вещи покинул помещение. Пройдя по коридору, он получил ещё несколько поздравлений, но ничего не ответил, а лишь кивнул. Толкнув дверь, молодой капитан оказался на улице, и наконец-то вдохнул свежего воздуха. Как же больно было видеть её там, на трибунах. Да даже не столько больно видеть, сколько знать, что теперь Морозова не его, а другого человека, который бесстыдно смотрит Пономареву в глаза. — Миш, все хорошо? — раздался рядом до боли знакомый голос. — Что? — Михаил поднимает голову, и вновь опускает её. Она. Снова. — все в порядке. — Точно? — вновь вопрос. — Точно, — кивает головой молодой человек. — Миш, подожди, — произносит Алина в тот момент, когда "девяносто пятый" делает шаг по направлению к тротуарам. — я хотела поговорить. — А что? Олег разве разрешил тебе со мной разговаривать? — удивленно приподнимает брови парень. — Я хочу объяснить... — Алиночка, вот ты где, — Олег подходит и целует девушку в щечку, переводя взгляд на стоящего рядом Михаила. — а этот что здесь делает? — Этот, уже уходит, — молодой человек разворачивается, делая акцент на слове "этот". — Миша! — крикнула Морозова вслед уходящему Михаилу, но тот уже не услышал. Вот так люди теряют своё счастье. Всего лишь одно слова, одна выходка и все. Тебе перестают верить, тебя перестают любить. Хотя последнее здесь не нужно, ведь по хоккеисту видно, что он все ещё любит Алину, так же как и по фигуристее видно, что она все ещё не забыла своего хоккеиста. Она хотела объяснить ему все, хотела объяснить то, почему ушла, но он даже не захотел слушать, потому что боялся услышать очередную ложь. Снова вечер, снова она проведёт его с нелюбимым человеком. А тот, который дорог наверное убивает себя на льду, пытаясь забыть её или хотя бы на время выкинуть её из головы. — Миша, — шепчет Морозова, держа в руках открытую книгу, где прятала от Олега их совместную фотографию с хоккеистом, сделанную на матче, где они в последний раз были мужем и женой. — твой номер у тебя на груди, а у меня в сердце.