Обезболивающий укус

Гаррет Хоук. Важная шишка в Киркволле – герой, Защитник и вообще классный парень. Беженец из Ферелдена, выбившийся из грязи в князи. Для кого-то – пример того, что даже беженец, когда-то живший в Нижнем городе, может взять от жизни все. Для нее – пример того, что за счет упорства и работы можно урвать свой кусок хлеба. О Хоуке уже давно идет слава по Киркволлу, он заработал себе имя изначально в качестве наемника. То есть, он до сих пор занимал эту нишу, только теперь его услуги были доступны по большей своей части влиятельным личностям города. Лезть в дом к Хоуку было глупо, опрометчиво и гарантировало проблемы. Все, как она и любит. Правда она любит в разумных пределах. А вообще Шира была против этой идеи, но работать в банде не одно и то же, что работать в одиночку. Она знала, что перспективна в криминальном мире. Поэтому когда ей об этом прямо заявил глава, то не особо удивилась. А вот получив задание на кражу в доме Хоука вместе с обещанием повышения статуса в банде в качестве награды (не считая материальной, конечно) – не просто удивилась, но и струхнула. Да и до сих пор Шира считала, что ее просто подставляют, а, получив свое, выбросят, как глупого котенка, чтобы на него спустить всех собак, а самим остаться с чистыми ручками. Но выбора у нее не было. Путешествия по крышам ночью она, откровенно говоря, никогда не любила, но профессия вынуждает. Девушка упруго отталкивалась беззвучными плоскими подошвами от шероховатых поверхностей крыш, чтобы приземлиться на следующую. Добираться к нужному поместью поверху безопаснее, чем ночью по улице гулять. За себя девушка не опасалась, ей было важно не терять времени на ненужные стычки и драки. Решила забраться в дом через второй этаж она сразу, после первого же изучения поместья ночью, двумя сутками ранее. Она наблюдала за жителями с вечера, стараясь вычислить привычки, посещает ли дом кто по ночам, когда уходит и приходит хозяин. Дом, к слову, посещали – пышногрудая смуглая брюнетка, тоже довольно знаменитая – Изабелла, входящая в негласную, но хорошо известную компанию Хоука. Велико было искушение пошуршить по дому, пока они развлекались наверху, но Шира сдержалась, решив не торопить события, а составить хоть примерный график активности в доме. — Примерно к двенадцати слуги расходятся спать,- бормотала она под нос, поводя плечами, чтобы как-то сместить натирающую лямку легкого рюкзака, в котором были необходимые инструменты для взлома окна и без труда забираясь к нему, пользуясь крайне удобной архитектурой дома, где было куда поставить ногу и за что зацепиться. К слову, практически все поместья были такими, на радость грабителям. Однако, как выяснилось – никакие инструменты ей не понадобились. Полюбившееся окно было приоткрыто, что в принципе не было слишком удивительным – летние ночи Киркволла были чрезвычайно душными, но… поневоле Шира напряглась. Понятно, что в воровской жизни все предсказать невозможно, а нужно подстраиваться, но открытое окно Ширу совсем не обрадовало, ей было бы куда спокойнее, если бы оно было закрыто, как и предыдущие две ночи. В летней ночи лишь слабо скрипнуло дерево, впуская в дом новый поток сквознячка и темную фигуру, которая бесшумно двинулась с балкончика, открывающий вид на холл поместья, слабо освещенное, так как большинство свечей были потушены на ночь. Шира передвигалась не громче крупной кошки, крайне осторожно, поскольку справа от нее, за стеной находилась спальня хозяина дома. А его внимание было ей совсем не нужно. Преодолев опасный участок, и особенно осторожно спустившись по лестнице, даже затаив дыхание, Шира облегченно вздохнула. Одна ступенька скрипнула, но никто не выбегал с оружием наперевес, что ободряло. Ничего определенного у нее в списке на кражу не было. Все, что стоит хорошие деньги и что может поместиться в рюкзак. Ну, и конечно… компрометирующие письма. Легкая улыбка скользнула по губам девушки, когда она зажигала свечу. Груды писем лежали прямо на столе в холле, небрежно рассыпанные по поверхности. Сама бы Шира не стала оставлять какие-либо опасные бумаги в таком месте, но кто знает? Устроив подсвечник на столе, девушка склонилась, с едва слышным шуршанием перебирая письма. Письма от Мередит – главной фурии города, которая за последние годы словно с цепи сорвалась в своем стремлении сжать магов в еще более жесткий кулак. Участи магов завидовать было нечего – сидеть взаперти в Круге, зданием для которого послужили бывшие Казематы. Впрочем, бывшие ли? Очень нарицательно. С другой стороны, Шира без стеснения признавала, что лично ей куда спокойнее, что маги сидят под замком и неусыпным наблюдением храмовников. Особенно теперь, когда в ответ на слишком ужесточившийся контроль поднялись бунтовщики, появилось множество магов крови, которые призывали демонов и сами попадали под их власть, творя воистину страшные вещи, по сравнению с которыми ее ночная жизнь – просто детские шалости. Письма от Орсино – первый чародей, своеобразный противник Мередит, на деле не обладающий никакой реальной властью, точно такой же пленник Круга – который просил Хоука о помощи его подопечным. Шира с тихим фырканьем отложила эти записи, не представляющие для нее интереса. Благодарности. Просьбы о помощи. Скучно. Скучно. Может стоит отправиться дальше и попытать удачу в других комнатах? На секунду взглянув на портрет неизвестного ей человека, который висел прямо перед столом, девушка задумалась, скользнув взглядом по теням на нем, и вернулась к письмам. — А вот это интереснее,- одними губами произнесла она, заприметив конверт из бумаги очень хорошего качества и явно очень дорогой. Из империи Тевинтер, чуть ли не царства магов, где каждый мало-мальски уважающий себя влиятельный человек (обладающий даром, конечно, иначе он не влиятельный) практикует магию крови и делает, что его душеньке угодно. Авторитет и власть там зависят только от твой магической силы. Вот уж где Шире не хотелось бы оказаться. Она вспомнила жуткие рассказы одного из ребят в ее банде и поежилась. Тот умел расписывать кровавые действия в деталях и со вкусом. — Магистр Данариус…- ловкие пальцы мгновенно развернули письмо. Компания Хоука была широко известна, в Нижнем городе и Клоаке особенно, еще до того, как он добился своего влияния. Шира помнила молодого эльфа, седого и со странными татуировками на теле, который постоянно ходил с двуручником. Странно было, что он вообще такой тщедушный его удерживать может. Впрочем, того, что эльф прекратил появляться в городе девушка не заметила. Фенрис – так его звали. Ей казалось, что они с Хоуком большие друзья. Впрочем, Хоук со всеми был на короткой ноге, ходили, правда, слухи, что нынешний Защитник в каждой бочке затычка, да и вообще своеволен, не сдержан и всегда действует по-своему, не всегда в пользу окружающих… Судя по этой дорогой бумаге, так и было. Шира конечно, не особо вникла в смысл о магических штуках, что упоминались в письме, но зато четко поняла, что тот эльф, которого ей случалось видеть, сейчас стал чуть ли не игрушкой, рабом. У него стерли память и… его продал тевинтерскому магистру (они вообще-то славятся тем, что у них разрешено рабство и они охотно покупают и эльфов, и людей со всего материка) их великий и расчудесный Защитник, о котором байки такие слагают, что впору умирать от зависти! Это настолько переворачивало весь образ их городского героя, что Шира так и замерла, пытаясь вникнуть в прочитанное. Наверное, она все-таки осталась в глубине души наивной девочкой. Она верила, что герои - герои до конца, каждым помыслом. Или ей хотелось в это верить? Только воровской инстинкт спас ее от мощного удара по голове в следующую секунду – едва слышный скрип половиц совсем рядом, легкий шорох одежд… Девушка уходит в сторону, но тяжелая рука хоть и скользяще, но настигает ее, больно заехав по уху. Голова отклоняется от удара, но Шира быстро адаптируется и разворачивается лицом к нападавшему, устояв на ногах. Если бы она не уклонилась, то вполне возможно валялась бы оглушенная на полу. В карих глазах Защитника девушка видит отражение собственного напряженно застывшего лица. Он красив. Она не любит бороду и усы у мужчин, тем более, когда все вместе, но от Хоука всегда исходит такая харизма, что внешние факторы удивительно гармонично переплетаются со внутренней силой. Правда сейчас от него незримыми клубами дыма исходила злость. Он одет в одни брюки, можно без труда изучить тело, чтобы лишний раз понять, что добился он всего отнюдь не за счет одной удачи. — А вот и мой гость,- бархатным, но очень зловещим тоном тихо изрекает мужчина, грубо и с силой хватая воровку за горло и сжимая его, поднимая легкое тело над полом. Сначала она брыкается и впивается в его руку, в тщетной попытке ослабить хватку, но потом руки тянутся к кинжалу на поясе. Хоук улыбается – умная девочка, и отшвыривает ее на стол. Шира больно ударяется о край рамы того злосчастного портрета и на секунду теряет ориентацию. Письма и бумаги с шуршанием рассыпались в разные стороны, а свеча упала, заливая стол воском и, кажется, уже поджигая какую-то из бумажек. — А теперь мы поговорим о том, почему ко мне нельзя забираться домушникам,- все тем же размеренным тоном произносит хозяин дома. Она никогда не считала себя паникершей, но зловеще надвигающийся на нее Хоук заставил сердце ускорить и без того совсем неровный ритм. — Что ты здесь забыла?- резко вопросил мужчина, но вместо ответа Шира стремительно вскинула ногу, ударяя его по челюсти снизу вверх носком сапога. Так можно и язык оттяпать человеку - как хватанет сам зубами... но Хоук, хоть явно и не ожидал выпада, дернулся назад, сводя ущерб лишь к ноющей челюсти. — С-сука,- даже такая мелочь прилично покоробила самолюбие мужчины. Следующий его бросок, с целью схватить за лодыжку действия не возымел - Шира уже совладала с собой и скатилась по столу вправо, в противоположную сторону от горящих писем. Кажется только треск огня, который довольно пожирал листы привлек внимание Хоука: секунда - и начавшийся было пожар был пресечен покрывшей часть стола толстой коркой льда. Шира готова была взвыть от досады - с разъяренным Хоуком ей точно не судьба обшарить дом. Более того - она со своим чертовым любопытством не прикарманила вообще ничего, даже самой бесполезной вещицы! Но выбора у воровки не было, так что как только мужчина отвлекся на стол, она что есть духу припустила по лестнице, благо приземлилась на ноги с ее стороны, поскольку оббегать или, хуже того, проскакивать мимо Хоука к лестнице ей совсем не хотелось бы. Краем взгляда она заметила, как мужчина вскинул руки, явно в магическом жесте, и, на всякий случай, присела. Мало ли чем в нее там запустили. Выждав секунду, девушка подорвалась вновь, уже не оглядываясь, и с такой скоростью, словно за ней гнался демон из Тени. Уже без помех она взбежала на площадку второго этажа и прыгнула на подоконник, оттуда - на ближайшую крышу, с размаху и оттолкнувшись изо всех сил. Только минут десять спустя, в безопасности, Шира обнаружила, что до сих пор сжимает в руке уже изрядно смятое письмо из Тевинтера.