И звезды сегодня выглядят совсем иначе

Это была любовь с первого взгляда, но я поняла это не сразу. Он стал для меня как гром среди ясного неба, электрический разряд, ворвавшийся в мою жизнь. В нашу первую встречу я не сказала ему ни слова, а он, скорее всего, и не знал о моем существовании. Он шел по светлому коридору с букетом цветов, улыбался, проговаривал какие-то слова себе под нос, репетируя речь, а я наблюдала за ним, пока наливался мой кофе из автомата. Это удивительное чувство, когда ты не можешь сделать вдох полной грудью, мне захотелось, чтобы он принес такой букет мне, чтобы он просто навестил меня. Позже я узнала, что у нас много общего. Мы любили один кофе, он был фанатом комиксов и фильма «Звездные войны», судя по его мелодии телефона, нам нравилась одинаковая музыка. Я видела его каждый день и, кажется, уже не представляла жизнь без него. Я влюбилась. А когда он сказал мне свое первое «привет», я была так счастлива, как ребенок, получивший мороженное. И все закрутилось, завертелось и засияло в этом мире. Я узнала, что любовь многогранна и непредсказуема, что она всепоглощающая и невероятно болезненна, как острое лезвие, воткнутое в самое сердце. Но я никак не могла признаться ему в своих чувствах, я не имела на это право. И у меня были на то причины, целых две. К сожалению, раковые клетки уже подсчитали оставшиеся мне дни, а он… он уже был влюблен. И я ничего не могла изменить.

***

Blur - Coffee And TV David Bowie - drive-in Saturday

-Как проходит твое лечение? – Мелисса, дежурившая медсестра, поправила мое одеяло. Я приподняла руку, исколотую иглами капельницы. Тонкие вены уже не выдерживали такого количества инъекций, кожа покрылась синяками и кровоподтеками. Мелисса ласково улыбнулась, так улыбаются мамы своим детям, но в ее нежности читалась сочувствие. Если честно, я ненавижу жалость, но все вокруг испытывают ее ко мне. Мне семнадцать лет и я умираю, мне не нужно ваше сочувствие, мне нужна жизнь, долгая и счастливая, как у всех нормальных людей. -Юна, ты уже дочитала книгу, что я тебе принесла? -Еще вчера, - я кивнула на столик рядом с кроватью. – Я почитала бы что-нибудь попроще. -Например? -Я мне нравятся комиксы. -Я могу принести тебе, если хочешь, - Мелисса взяла со столика книгу и быстро пролистала. -Серьезно? – я приподнялась, воодушевившись ее словами. – Конечно, я очень хочу! -Договорились, после обеда постараюсь к тебе заскочить, - снова ее нежная улыбка и она проводит ладонью по моим волосам. Когда она ушла и оставила меня наедине с моей капельницей, я непроизвольно начала вспоминать, как все началось. А случилось все очень быстро. Я еще жила в Сеуле, вместе с моим отцом, была обычным ребенком и ходила в школу, любила кататься на велосипеде по олимпийскому парку и гулять в старом районе Пукчхон. Однажды после школы, я решила заглянуть на улицу художников, присмотреть что-нибудь для себя, просто полюбоваться интересными вещами. В этом городе все красиво, улицы, дома, природа, люди и их одежда. Я шла мимо бутиков, как вдруг в глазах начало темнеть, а сдавливающая боль в голове стала нарастать из ниоткуда. Мне сказали, что я упала в обморок, которому я не придала значения, мне казалось, что я просто устала и была голодна. Через пару недель отец объявил о нашем переезде в Америку. Я не хотела покидать родной город, ежедневные нервы перерастали в постоянную раздражительность, наступила вялость и сонливость, а головные боли стали неотъемлемой частью моего существования. Уже в штатах, в солнечный калифорнийский день, я переходила дорогу, как невыносимая боль буквально сжала мою голову до размеров горошины. И я отключилась. Проснулась уже в больнице, думала, что это последствия стресса и перелета, но врачи назначали целую кучу анализов. Их серьезные грустные глаза избегали контакта с моими, они поджимали губы листая историю моей болезни, пока в один день не поставили мне диагноз. Опухоль мозга. Дальше понеслось. Таблетки, уколы, мощные обезболивающие и самое страшное – химиотерапия. Я плакала в голос, когда длинные черные волосы начали оставаться на моей расческе, а потом и вовсе на моей подушке. Я похудела еще сильней, казалась скелетом обтянутым кожей, которая покрылась синяками и ссадинами, а дрожь в руках и ногах стали сопровождать меня повсюду. -Привет, - бодрый голос отвлек меня от рассматривания кофейного автомата. Когда я обернулась, я забыла, как дышать, буквально чуть не задохнулась от волнения и неожиданности. Это был он, парень, который мне так нравится. Он стоял позади меня, улыбаясь и держа в руке старенький выпуск «Бэтмена». Все, что я могла это молча хлопать глазами и рассеяно разглядывать его. Он был выше меня, и мне нужно было задирать голову, чтобы увидеть его глаза. Они очень красивые, приветливые и открытые. -Я Стайлз, - он забавно улыбается, немного на сторону. – Мелисса сказала, ты любишь комиксы. У меня есть несколько выпусков, которые давно никто не читал. Может быть тебе понравятся? -Уверена, что да, - меня вернуло на землю, и я закивала головой. Он, по-прежнему улыбаясь, протянул мне комикс. Я так волновалась, что прежде чем взять его, вытерла ладонь о свои серые спортивные штаны. Стараясь скрыть дрожь в руке, я ухватилась пальцами за переплет и случайно коснулась его руки. Мимолетно, но мне хватило, чтобы через это касание меня пробрал разряд подобный шоковой терапии. -Что ж, у меня много таких. Могу принести тебе их все. -Нет! – я с силой прижала комикс к груди. – Не нужно. У меня мало места в палате, не люблю бардак. Лучше принеси мне еще один завтра, пожалуйста. Конечно, это полная чушь. У меня в палате можно устраивать пенные вечеринки с командой по лакроссу, но если он принесет мне все разом, то у меня не будет повода увидеться с ним снова. -Ладно, без проблем, - вот так просто и легко, Стайлз пожал плечами и кивнул. -Спасибо, - мою благодарность едва слышно. Я по привычке сделала поклон, прощаясь с ним, и засеменила в сторону палаты. -Эй, подожди! Ты не сказала, как тебя зовут! – выкрикнул он мне вслед, и я обернулась на ходу. -Юна. Я буду ждать! Завтра! И я ждала. Проснувшись раньше обычного, я убежала в душ, смывать с себя запах медикаментов. Мне казалось, что вода сделает меня здоровой и красивой, ровно до тех пор, пока я не увидела свое отражение в зеркале. Бледное пятно, покрытое синяками. Волосы отросли, но все еще не касались плеч, черные и прямые, они стали такие тусклые и олицетворяли все мое существование. Я ненавидела эту девушку в зеркале. Натягивая на себя тонкий свитер, я пониже опустила рукава, чтобы не было видно следов капельницы. В этой палате все мои вещи. Я привезла их сюда, чтобы по возвращению домой я точно знала, что они со мной. Мой папа начал пить, страшно и беспросветно. Горе убивало его, сначала он потерял жену и старшего сына, а теперь теряет меня. В приступах запоя он тащил из дома абсолютно все, не скупился даже на одежду. Перед тем, как лечь в больницу, я лишилась своих кед. Поэтому, береженого, бог бережет. Все мои вещи со мной. Я вытащила из-под подушки свой плеер и погрузилась в томительное ожидание, растянувшись на кровати. В палату постучали несколько раз. -Войдите, - ответив, я села, поджав под себя ногу и откинула наушники в сторону. -Привет, - в двери появилась лохматая голова Стайлза, а затем он просунул руку, в которой был еще один выпуск «Бэтмена». -Привет, - мне сложно сдержать счастливую улыбку и пригласительно махнула ему рукой. – Заходи! Стайлз тихо прикрыл за собой дверь, подойдя к кровати, передал мне комикс. Он внимательно осматривался по сторонам, пока его взгляд не остановился на одной из капельниц, а затем зацепился за пузырьки с таблетками. -Профилактика для иммунитета, - соврала я, когда заметила его несколько смущенный вид. – Слежу за здоровьем. -Выглядит устрашающе, - он невесело улыбнулся и присел на край кровати. – Надолго ты здесь? -Пара недель, может быть меньше, - я старалась держаться уверено, но врать все-таки сложное дело. -Понятно. Значит, одним Бэтменом тут не обойдется, - он посмотрел на меня, щурясь от солнечного света. -Я, кстати, еще люблю Капитана Америка. И это совсем не намек, - я хитро улыбаюсь, довольная своей смелостью разговаривать с ним. -Я понял, принесу тебе что-нибудь с Кэпом. Неловкое молчание, я продолжаю разглядывать его, пока он изучает стены моей палаты. -Я ненавижу такие моменты, - тихо начала я. -Ты о чем? – Стайлз удивленно посмотрел на меня, и внутри у меня все сжалось от его внимания. -Такие моменты, когда не знаешь о чем говорить. Вот вроде нас двое, мы сидим и молчим. Не знаем что говорить, хотя тем для разговора бесчисленное множество. Меня всегда бесили такие звуковые паузы. В мире так много недосказанности, может даже невысказанности. -Молчание, не всегда плохо. Есть такие люди, с которыми хорошо просто помолчать, на душе остается ощущение даже лучше, чем после длительной беседы. -Да, есть. Но ты меня знаешь всего несколько минут, мы не такие, - я села в такую же позу как он, на край кровати. За окном шелестели листья и пели птицы. Я хотела разговаривать с ним, говорить обо всем на свете, но не знала с чего начать. Мне было боязно показаться настойчивой в своем интересе. Поэтому я продолжала молчать. Мне захотелось остановить время, чтобы подольше посидеть вот так с ним. И может даже не потому, что мне нравился этот парень, а просто потому, что он пришел ко мне и тратит на меня свое время. -Ты уже кушал? – я смотрела на больничные тапочки, снова решив начать беседу. -Что? – опять удивление. -Извини, тут так не принято спрашивать, - мои губы непроизвольно растянулись в улыбке, и я посмотрела на него. – Старые привычки. -Откуда ты? – Стайлз откинулся назад себя и уперся локтями в кровать. Так просто и по-домашнему. -Я родилась в Южной Корее, в самом сердце страны – Сеуле. Если ты никогда там не был, то обязательно должен побывать. Это город жизни, ты всегда чувствуешь себя в безопасности и на шаг впереди, ты дышишь там полной грудью. -А как ты оказалась здесь? -Папа решил, что тут нам будет лучше, - я пожала плечами и тоже откинулась назад себя, стараясь скрыть свою грусть. Мы, молча, смотрели в потолок, по которому бегали солнечные зайчики. Блики отпрыгивали на стены, светло-розовые занавески, а затем убегали в окно и снова возвращались. -Знаешь, а я ведь, действительно, не ел, - Стайлз повернул ко мне голову и приятно улыбнулся. – Как насчет покушения на местную столовую? Я засияла изнутри, энергично кивая на предложение. Мне стало так хорошо, я ощутила прилив жизни и веры в себя. Мне стало казаться, что я вовсе не больна раком. Та легкость, с которой он говорил, передалась мне и заразила меня позитивом и надеждой на лучшее. Я хочу выжить, побороть болезнь и отблагодарить его за эти минуты радости. Обязательно, я так и сделаю.