Мой ласковый и нежный...Железный Бык

В таверне Флиссы было по-своему уютно - одним словом, душевное заведение. Поскольку Бэт не умела сражаться и колдовать, её определили в таверну - разносить еду и напитки. И надо сказать, получаться у неё начало только во вторую неделю. К вечеру она уставала так, что валилась спать на свой тюфяк без задних ног. За полмесяца у девушки сошли синяки и ссадины, чёрные волосы с медным отливом заблестели, а глаза цвета солнечного океана наконец-то открылись от отёков и стали больше, поскольку новоиспеченная официантка начала стремительно худеть. — Эй, потеряшка, налей-ка мне мёду, - отряхивая снег с воротника куртки, сказал вошедший в таверну Варрик. Девушка улыбнулась и начала цедить из новой бочки пряный напиток. — Два серебряных, уважаемый Тетрас, - Бэт поставила перед гномом огромную кружку, наполненную до краёв. — Да ты очаровашка! Никто не обижает? – улыбнулся Варрик, заметив, как Бэтти зарделась. — Пока нет, но я помню, что мне советовала Флисса, - промямлила потеряшка. — Нет, дорогая, не вписываешься ты здесь, как породистая лошадь среди мулов, - едва слышно сказал Тетрас. — Ну раньше я была... сек... - на полуслове она осеклась, но все же добавила, – секретарём. — Кем-кем? — Ну, как дипломат. — А-а-а, Жози? — Что-то вроде казначея ещё, извините. — На «ты», милая. Я для тебя Варрик и всё. Скрипнула дверь, и, пригнувшись, но всё равно задев косяк рогами, зашёл Бык. Этого великана - кунари Бэт боялась как огня. Коссит сел рядом с гномом, стул под ним жалобно заскрипел. Девушка скорёхонько поставила перед ним пинту эля и скрылась на кухне. — Вот, чёрт! Опять убежала! - с сожалением сказал Бык. — А чего ты хотел? Она боится тебя! - с усмешкой посмотрел на Хиссрада поверх кружки Варрик. — Чего?! Да я с дамами сам галантность! - устало возмутился Бык. — О, цветик мой, я уверена, что она из благородных. Может из Вал-Руайо, - подала голос Вивьен из тёмного угла и, наконец, пододвинула стул к двум мужчинам. — Да, похоже, слишком правильно говорит, умеет читать и считает, как казначей. А руки... ммм... нежные, с такими розовыми коготками, - прикрыл глаз Бык, вспоминая «французский» маникюр потеряшки. Ему вдруг захотелось рассмотреть каждый её пальчик. — А ещё осанка, мои дорогие, пусть она несколько полновата, вот только она выше обычной женщины. Хммм, это всё портит, - изящно отпила вино из кубка магесса. — Да нееее, даже нисколько не портит, - отозвался великан, - может, в её роду были косситы. *** Дня через два Максвелл Тревельян с магами пошли закрывать «гадящую дыру» в небесах. У Бэтти работы прибавилось в тот вечер. Люди веселились, пили, угощались – праздновали, одним словом. Девушка бегала туда-сюда с разносами. Дориан Павус познакомился и быстро нашёл общий язык с ней, как и Варрик. Кассандра с Лелианой долго присматривали за новенькой, а потом оставили в покое – дескать: "Работай!". Солас… А вот эльф-маг всегда задумчиво наблюдал за новой прислугой, словно волк, отчего Бэт чувствовала себя не в своей тарелке. Каллен заходил иногда, но не обращал на неё никакого внимания, больше он смотрел на Кассандру. Жозефина приходила к ней поговорить, у них было много общего, чаще сидели и хихикали за одним столом, что наталкивало госпожу посла на определённые мысли - Бэтти из знатной семьи. Мадам Вивьен пыталась рассмотреть в девушке магический дар, но безрезультатно, что явно расстроило магессу. Блэкволл, Серый Страж, вообще никак на потеряшку не реагировал - она прислуга и всё тут. Максвелл Тревельян молча и задумчиво наблюдал за Бэтти, иногда улыбаясь своим мыслям. Железный Бык пугал девушку, было в нём что-то сугубо мужское, необузданное, подавляющее. Уилл был сволочью, но худосочной сволочью. Этот гад однажды сказал ей: «Да ни один мужик тебя не хочет, только я закрываю глаза, что ты такая дылда! Да ещё и сейчас располнела!». Эти слова он повторял много раз, загоняя её всё больше в комплексы по поводу своего роста. А вот Бык... Бэт казалось, что своими огромными ручищами он свернёт ей шею просто за то, что она есть, или сделает что-то не так. В общем, закомплексованная дура! Сэра относилась к ней дружелюбно, но всякий раз вгоняла её в краску, чем Бэт была явно недовольна. Всё было хорошо, хлопотный вечер подходил к концу. Бэтти не помнила хода игры, да и не могла знать, поскольку она только начала в неё играть, а потом оказалась в мире Биовара, но что-то было не так: слишком весело, слишком хорошо. — Иди спать уже! – Флисса дружески похлопала её по предплечью. - Бык вышел на улицу, пялиться на фейерверк. — Спасибо, - девушка задумчиво повертела огромную кружку в руках. «И всё-таки в этом кунари что-то есть, такое… такое благородное» - эта мысль заставила «потеряшку» поперхнуться. Бэтти только-только задремала, ей снилось море – синее-синее. Визг Флиссы из кухни таверны выдернул её из объятий сна. — Помогите! Ради Создателя, помогите! – надрывно вопила трактирщица. Бэтти вскочила с тюфяка и подбежала к двери, схватив попутно сковороду, которая всегда висела в кладовой, а теперь покоилась возле ложа потеряшки. Выбежав в кухню, девушка оторопела от страха: кругом было всё перевёрнуто, занимался огонь, едкий дым разъедал глаза, а сквозь тёмно-сизое марево какое-то красное чудовище волокло подругу к окну. Внезапно страх начал проходить, его занял гнев, а потом слепая ЯРОСТЬ, которая заняла всё сознание трясущейся потеряшки. БАМ! Ужасное подобие человека обернулось и зарычало. Бэтти врезала ещё раз, а затем, с диким воплем прыгнув на кошмарного незнакомца, начала молотить сковородой по ухмыляющейся морде. Разум затмила красная пелена, теперь только одно – убить, или оно убьёт меня! — Остынь, детка! - голос доносился издалека, сквозь всхлипывания Флиссы. Кто-то схватил её за запястья и оттащил от кровавого месива. Бэтти заплакала и прижалась к незнакомцу. Девушку трясло как в лихорадке, сквозь слёзы она даже не поняла кто её «спаситель». Она вцепилась, как клещ, за чьи-то ремни и рыдала, как малый ребёнок. — Идёмте отсюда! – Варрик потянул обомлевшую и бледную трактирщицу за руку к выходу. Бэтти не помнила как оказалась в храме. Командор Каллен переговорил с Максвеллом Тревельяном, а затем было приказано, чтобы они двигались в путь. Одна из служительниц сунула ей в руки сапоги, и только теперь девушка заметила, что она босиком и в нижнем платье. *** - Замёрзла? – Железный Бык подошёл к ней ближе, как бы закрывая от порывов ветра. Бэтти покачала головой, обойдя великана, двинулась дальше. Она обняла себя за плечи, но упрямо двигалась вперёд через сугробы. Солнце постепенно садилось, пошёл снег, по сугробам пробежала позёмка, и началась метель. Кунари посмотрел на девушку и улыбнулся, затем отошёл к ближайшему нагруженному бронто. Девушке было всё равно, когда её вдруг завернули в одеяло и понесли. Она так устала и замёрзла. Сквозь сон было слышно, что её занесли в палатку, подальше от больно хлещущего холодного ветра. Благословенная тьма, словно бархатный плащ, обняла Бэтти. Девушке показалось, что её качает на корабле - вверх-вниз, вверх-вниз, только почему-то из-под подушки слышалось, как бьётся огромное сердце. Она отогрелась и устроилась поудобнее. Вдруг подушка всхрапнула и, повозившись под ней, обняла огромной ручищей. Бэтти открыла глаза и повернула голову, на неё смотрел, улыбаясь, кунари. Девушка покраснела. — Я... я... это... там, – начала было лепетать Бэт. Хиссрада это позабавило, на что он улыбнулся ещё шире. — Тихо! – пробасил он — Ч-что?! - девушка покраснела ещё гуще. — Теперь ты Атааши! Понимаешь? – он погладил её по разметавшимся волосам, - Ата-а-а-ши. — Нет, не понимаю. Я так… так… виновата, - Бэт задрожала всем телом. — А-та-аши, ты ни в чём не виновата. Ты выпустила свою сущность и спасла Флиссу. Всё хорошо, иначе бы ты умерла. Железный Бык нежно провёл пальцами по лицу, от чего девушка вздрогнула и затравленно посмотрела на выход из палатки. — Ты слишком напряжена Атааши, успокойся, я не обижу тебя. Поспи. Странное ощущение покоя и защиты снизошло на Бэт: теперь она поняла, что никогда уже не будет прежней, что-то сломалось в ней, но и в то же время появилось что-то новое и важное. Робко положив свою голову на мерно вздымающуюся грудь коссита, она подумала: «Теперь я Атааши».