Мой ласковый и нежный...Железный Бык

Кунари сидел на своём троне в «Приюте Вестника» и слушал треньканье барда, потягивая эль. Было спокойно и как-то тихо этим вечером, но чего-то не хватало. — О, привет, мой дорогой! Ты придешь, сегодня ко мне? – поставила ещё одну кружку с элем симпатичная эльфийка, случайно задев бедром его руку. — Извини, детка, не сегодня! – Бык бесцеремонно сунул ей в руки пустую посудину. Служанка недовольно надула губки и направилась на кухню. Мысли коссита вновь и вновь возвращались к Атааши. Из-за этой маленькой нахалки, Каллен подавился во время завтрака, Варрик смеялся так, что чуть со стула не упал. Мадам Вивьен прыснула в кулачок, а Сэра медленно стала сползать под стол, давясь истеричным хохотом. Только потом он заметил крохотные бантики на кончиках рогов из алой ленточки с запиской: – Прости Босс, но я спустила все деньги. Верну, когда прибуду из Убежища. И когда чертовка успела?! В прочем, не такая она и маленькая… Она была довольно крупной девушкой для человеческого рода – её макушка доставала ему до носа. Бык усмехнулся про себя, вспомнив её растеряно-невинное выражение лица, когда он притащил ванную и стал стаскивать с неё пропахшую и заляпанную медовухой одежду. И потом, ему вдруг ни с того, ни с сего захотелось, чтоб она была рядом… Вот сейчас! Но самое страшное было вчера. Еле-еле он себя заставил сдержаться, чтоб не наподдавать Максвеллу, только за то, что этот человеческий индивид обсуждал грудь его новобранца. Может всё потому, что он. Хм… Как ни странно это говорить, он считает Атааши своим «имекари»? Скорее всего - так! Хотя нет, нет. Как-то по-другому… Вчера во время тренировки она вспотела, но этот запах, тал-васготы бы его побрали, действовал на него похлеще духов. Ну, не пахнут так люди в этом мире! Ведь раньше пот людей был поганее запаха тухлой свинины, лежащей на солнцепёке! Но девчонка пахла как-то по-особенному, хотелось затащить её в укромный угол и зацеловать до смерти. Да что с тобой, Хиссрад!? Даже девочки с кухни тебя не привлекают? А они ведь обе на твой вкус – рыженькие ! Чёрт, ведь прав был Крэм: — Да мам, есть мам! Вот к чему приводит забота о ком-то! Да, скорее всего Атааши для меня – Имекари! Точка! Н-е-е-е-т, так я вообще до статуса Тамассран дойду! Всё! Хватит! А, всё таки? Да! Да! Нравится она мне и всё! Побудешь среди этих отвернутых от Кун, сам перестаёшь думать нормально - всё с подвывертом-хрен-знает-что.

***

Атааши завернулась в походное одеяло. Спать приходилось прямо в доспехах, ведь в Убежище лучше не зевать! Кое-как протиснувшись в шатре между своих товарищей, растолкав Крэма и Скорнячку, она рухнула между ними. Здесь было холодно, поэтому все пятнадцать из семнадцати Быков, набились в один шатёр. Двое стояли на посту. Громче всех храпел Глыба, казалось ещё немного и временное убежище рухнет, но пока всё было в порядке. Глаза девушки закрылись, дыхание стало спокойным и ровным. Она провалилась в сон. Они целовались с Боссом в его палатке. И как они здесь оказались? Она так и не смогла понять, а, возможно, просто не хотела об этом думать. Заклёпка за заклёпкой он расстёгивает её доспех. Прислушиваясь к каждому вздоху кунари, она боялась того, что всё будет как с Уиллом. Ведь она не... — Т-с-с-с, сладкая моя! Всё будет хорошо! – перебив размышления девушки, улыбнулся в поцелуй Бык. Она верит ему, и не просто верит - доверяет! Кунари быстро избавил её от последней преграды из доспехов и одежды. Соски до боли затвердели под его руками. Бэт робко своей ладошкой дотрагивается до серебристой кожи коссита на мощной шее, в ответ он взял ей тонкую руку и, расцеловав каждый пальчик, дотронулся горячими губами до шеи Бэт. Такой нежности она ещё не испытывала. — Эй! Всё хорошо? – толкнул её в бок локтем Крэм. Атааши нехотя открыла глаза. — Нормально. Сон плохой видела. Спи, лейтенант. — Бывает, – тихо засопел тевинтерец. Девушка повернулась на спину и уставилась в полог шатра. "Жаль, что это сон. Этого никогда не будет!" – пронеслось в голове у Бэтти.

***

Прошло две недели, с тех пор как Боевые Быки ушли на задание и вестей, как бывало, от них не было. Кунари после вылазок с Инквизитором всё чаще пропадал на смотровой площадке, пытаясь рассмотреть в темноте знакомую фигуру. В одно холодное утро послышался цокот копыт лошадей, Бык приободрился и глянул вниз. Все его подчинённые вернулись, а с ними прибыли ещё беженцы. Вздохнув, командир Быков неспешно направился вниз. — Приветствую. Вот, босс, Атааши попросила передать, - Крэм не спешившись, бросил тугой кошель Быку. — Где наша чертовка? – как можно беззаботнее поинтересовался коссит. — Не знаю, как сказать, но она у себя и просила не беспокоить, - побледнел лейтенант. — Тааак! Выкладывай! – рявкнул Бык. Крэмизиус пожал плечами и продолжил: — Не хотела она сюда возвращаться, Босс, – как можно тише продолжил лейтенант.

***

Атааши аккуратно сняла доспехи с грязного тела, поморщившись. Странно болел бок, тошнило, и кружилась голова. Кое-как она дошла до камина и, через пару секунд в нем заиграл огонёк. Нужно было бы помыться, но сил, ни на что уже не осталось. В глазах резко потемнело, и она провалилась во тьму… Было как-то тепло и уютно, словно в коконе, где-то пела Мариден. Девушка попыталась повернуться, но услышав шаги, затихла. —Что это было Солас? – пробасил знакомый голос. — Ну, вовремя всё сделали. Хорошо, что ты её нашёл. — Нет, эльф, скажи мне! — Да обыкновенное приворотное зелье, а у неё невосприимчивость к некоторым компонентам. Добавили в масло, которым обрабатывают доспехи, – спокойно проговорил Солас. Лёгкие шаги стали удаляться. Дверь открылась. Атааши живо представила, как огромный коссит прислонился к косяку и наблюдает за ней. Послышался утомлённый вздох. — Что так тяжело вздыхаешь, Босс? – прошептала девушка. — Пф! Вот и я думаю, кто из нас хиссрад?! – с улыбкой проговорил Бык. Бэт боялась почему-то открыть глаза, внезапно она почувствовала дыхание на своей щеке, ложе заскрипело под весом севшего. — Посмотри на меня, – с хрипотцой попросил кунари. Снедаемая любопытством, Атааши открыла глаза. — А всё-таки, глаз у тебя красивый! – прошептала девушка. Она протянула бледную руку и потрогала рог. Он был на удивление тёплый в мелких щербинках и бархатисто-твёрдый. Потом её пальчики направились ко лбу и пробежались по мелким и крупным шрамам. Кожа здесь была нежной. Атааши тихонько погладила ладонью между рогов. Мужчина закрыл глаз и замер. Ладошка скользнула по носу, щеке, губам. Губы сами ответили на её ласку и поцеловали ладонь. Кунари рвано выдохнул и, легко приподняв девушку, усадил к себе на колени. Обведя тонким пальцем контур его губ, Бэтти прильнула к ним так страстно, что по телу пробежали мурашки, а сердце пропустило удар. Бык тяжело задышал, оторвавшись от сладких губ девушки, он прошёлся поцелуями по шее, обжигая нежную кожу дыханием. Из груди девушки вырвался тихий стон. Она запрокинула голову и впилась острыми ногтями в плечи кунари. Хиссрад отстранился. Бэт взглянула на него с осторожным любопытством. Поджав припухшие губы, рукой провела по мощной шее и остановилась на груди, обрисовав мышцы, но стоило ей дойти до пресса: мышцы под её рукой дрогнули. Коссит глубоко и порывисто вздохнул. Девушка почувствовала, как его сильная рука остановила её изыскания, крепко сжав запястье. — Ты сама пока не ведаешь, чего хочешь, Атааши. Ещё немного и мы наделаем глупостей, – пытаясь успокоиться и перевести дыхание, сказал Бык и посмотрел на неё. — Почему? – девушка залилась краской и смущенно опустила взгляд. Кунари лишь улыбнулся ей в ответ, мягко опустив на ложе. Легко прикоснувшись к её щеке, Бык быстро встал и вышел. — Потому, что ты – Имекари, Атааши. Я утверждаю это себе, но так мне этого не хочется, – с удивлением подумал Хиссрад, спускаясь по лестнице в таверну.