Наложница

      Почему правда больнее? Ведь должно быть наоборот, или не должно? Зачем он всё это сказал, или действительно думал, что я смогу бросить его сына? Вот так просто, спустя столько лет. Не понимаю я этого, хотя мне, наверно, и не дано понять, всё-таки он Бог, а я обычный среднестатистический человек, ничего особенного. Но всё же, лучше бы Чак ничего не говорил, ведь зачем, кому от этой правды стало легче. Мне? Я узнала, что все, кого я любила, погибли из-за меня! Люциферу? Он ещё больше стал ненавидеть отца! Нашим детям? Они слишком малы, а Эмили я не хочу вредить этой правдой, я всегда хотела, чтобы она была счастлива в независимости от ситуации. Так кому, чёрт побери, стало легче от этой правды?!

***

      Как же смешно сейчас вспоминать, когда Люцифер подумал, что я его брошу. Неужели он до сих пор не понял, насколько сильно я его люблю. Ведь невзирая на все трудности я оставалась с ним без малейшего сомнения. Хотя, в чём-то я его понимаю, его предал близкий человек, или не человек вовсе, но это сути не меняет. Его предал отец, тот, кому Люцифер доверял больше всех, любил больше всех и, если бы я его оставила, это была последняя капля. Он больше никогда никому не верил бы и не смог открыть своё сердце, а я ведь одна знаю, насколько оно может быть прекрасно и насколько сильно способно любить. Любить обычного человека, без какой-либо сверхъестественной силы и получать согревающую любовь в ответ. Быть чем-то больше, чем ты есть на самом деле и это всё реально, остаётся лишь дотянуться рукой и вот, счастье нужно лишь взять в руки, не упустив и не разбив вдребезги единственный путь к прощению. Такова любовь падшего, согревающая меня в холодные вечера, когда его не было, но я ощущала её и буду чувствовать всегда. Ту самую частичку, без которой не было бы жизни на нашей планете.       Да, Люцифер — Дьявол зло, но разве он по своей воли стал им? Нет и этот ответ невозможно оспорить. Он заслуживает быть любимым и, как никто другой достоин быть счастливым, невзирая на прошлое. Ведь все мы не безгрешны и если раз ошиблись, то что, ставить на себе крест, это ведь глупо. Но когда рядом с тобой нет близких, эта идея глупостью не кажется. Я рада, что смогла помочь ему обрести себя, нет не изменить, а именно найти себя, ведь Люцифер был всегда таким, нужно было дать ему шанс начать всё сначала. Жаль, что не все это осознали. Но а я останусь с ним навсегда, потому что, чтобы не произошло в прошлом, это остаётся в прошлом и нет смысла ворошить его. Родных я не верну, а продолжать страдать больше не хочу, слишком много я страдала, пора ставить точку.       Но я так боюсь это делать, не знаю почему, но мне ужасно страшно. Ведь за столько лет происходящих чередой не самых приятных событий, я боюсь, что всё плохое, что мы пережили вновь вернётся к нам. Из-за этого я себя порой ненавижу, ведь каждый раз, когда всё вроде бы хорошо, я жду какого-то подвоха, хотя иногда у меня даже повода нет. Какая же я всё-таки дура и это уже обоснованный факт. Я постоянно чего-то опасаюсь, боюсь. Ненавижу это чувство, хочется взять и вырвать его из своей груди, чтобы ощутить долгожданный покой, которого я так жаждала. Ведь я постоянно жила с этим страхом, сначала я боялась опозорить родителей не верным решением, или же сделать что-то не так, что подорвёт их авторитет в глазах общества. К тому же, я была старшей сестрой, а это ещё одно клеймо вести себя подобающе и именно так, как от меня ожидали другие и плевать было всем, как я при этом себя чувствую. Потом боялась Люцифера, не зная ещё каким он может быть. Судила его по слухам, даже не пытаясь понять, а стоило всё-таки, может, тогда всё было по-другому. И я бы его не страшилась с самой первой нашей встречи. Боялась потерять единственное, что держало меня на этом свете после того, как падший изгнал меня из Ада. Никогда не забуду те чувства, переполняющие меня в тот миг: любовь, ненависть, отчаяние и надежда, словно глоток свежего воздуха, всё это переплелось внутри меня образовывая тугой узел, который временами даёт о себе знать и по сей день. Я всю жизнь жила в неком вакууме собственных страхов и собственных предрассудков, боясь покинуть привычную среду обитания.       Теперь я точно знаю, что не я его спасла, а он меня вытащил из пропасти, которую я собственноручно вырыла для себя, даже не осознавая этого. Вот что значит судьба, когда вы пытаетесь спасти друг друга, на самом деле спасаете самих себя утопая в бездонной любви.       Но несмотря на все потери, которые пришлось пережить, я всё же рада, что я смогла испытать поистине настоящую любовь, о которой раньше читала только в книгах. И пусть не с самым хорошим парнем на земле, да и во всей вселенной, наверное, но для меня он останется самым лучшим и мне всё равно, что думают об этом окружающие. Я нашла своё счастье и мне абсолютно плевать, что он является в нашем мире наибольшим злом. Ведь он только мой. Хотя раньше я об этом даже подумать не смела, а сейчас не представляю своей жизни без него. — О чём задумалась? — спросил Люцифер обняв меня за талию и опустив подбородок на моё плечо. — Как ты мог подумать, что я смогу тебя оставить? — вопросом на вопрос ответила я. — Не знаю, — немного отстранившись от меня, он погладил по голове одного из близнецов и добавил — Придумала как назовёшь? — Не думала об этом, ведь у меня должно было быть ещё полтора месяца, а тут… — Как насчёт Сабриэль? — Сэйб значит, что ж, мне нравится, — согласилась я. — А как насчёт второго имени? — Может Дэвид, — предложила я. — В честь брата? — спросил падший. — А сам то, думал, я не замечу, — усмехнулась я, повернувшись к мужчине. — Прям ничего от тебя не скроешь, — улыбнулся Люцифер в ответ. — И пытаться не стоит, — ответила я поцеловав, — Ну что же, значит Сабриэль Форд и Дэвид Форд, — сказала я, повернувшись к детям, — Звучит не плохо… — Абсолютно согласен, — согласился падший, погладив по голове Сэйба, — Кстати, помнишь, что ты обещала после рождения близнецов? — И что же? — насторожилась я. — Выйти за меня. — А, ты об этом, — с облегчением выдохнула я, — Давай немного подождём… — Ты передумала? — Да нет, что ты, просто я хочу, чтобы малыши немного подросли для того, чтобы оставить их с Мэг, — объяснила я. — А не передумаешь за это время? — Нет, ведь я уже и так твоя, или тебе мало доказательств, — улыбнулась я, указав на малышей, — И притом, я не представляю своей жизни без тебя… Так что, я до сих пор не понимаю, как ты мог поверить, что я могу тебя оставить? Ты ведь знаешь, как я тебя люблю, — я ощутила подступающий к горлу комок и замолчала. — Знаю, прости меня… Я не хотел этого… Просто так вышло… — Не нужно объяснять, я и так всё прекрасно понимаю, — перебила его я.       Да уж, я понимала как никто, хотя в голове всё же не укладывалось, как он мог до такого додуматься. Это ведь невозможно, а Люцифер так спокойно об этом говорит, что от подобного меня бросает в дрожь. Что если он действительно считает, что нам нужно расстаться и что так будет лучше. Только вот кому из нас? Ну точно ни мне и ни Люциферу, это я знаю на сто процентов и даже не сомневаюсь в этом. Наше с ним расставание я могу представить только в самых жутких кошмарах, да и то не уверенна, что у меня что-то получится, а тут наяву и абсолютно беспочвенно, хотя нет, почва всему этому была, да ещё какая. — Помнишь, как ты зарекалась, что не станешь моей? — перебил мои мысли падший вновь, улыбнувшись прежней улыбкой, такой тёплой и родной, что я не смогла сдержатся и улыбнулась в ответ. — Конечно помню и я рада, что ошибалась, — я вздохнула, вспомнив первые дни пребывания в Аду, по телу пробежала мелкая дрожь, которая была развеяна одним лишь взглядом в небесно-голубые глаза, в которых я, как и прежде, тонула снова и снова не желая быть спасённой. — Я тоже…