Беги. Драбблы

      Сокджин за что-то полушутя ругает Чонгука, а потом останавливается (Тэ приходится экстренно прыгать в соседние кусты) и снимает с себя злоебучее пальто, накидывая его на плечи мелкого. Ким в кустах не знает, как ему потише блевануть. Он выдыхает облегченно, когда голубки возобновляют движение, и вливается в редкий поток людей.       Когда они заходят в невысокое здание, у Тэхёна будто падает камень с души. Они пришли к Намджуну в студию, и Тэ несказанно рад тому, что может последовать за ними внутрь — здесь же работает над музыкой и Юнги-хён, к которому с недавнего времени Ким может наведываться без приглашения. Он был здесь уже много раз до этого, даже был представлен Рэп Монстру, но прийти сюда одновременно с кем-то из его окружения никогда не решался. Сегодня он слишком долго простоял, подпирая стену, и слишком долго шел за этими двумя, чтобы разворачиваться и уходить.       Комната Юнги почти в самом конце коридора на четвертом этаже, и Тэхён слышит громкий смех, пока идет туда. До него не сразу доходит где именно и кто смеется, так что он бесстрашно открывает дверь с громогласным «Хён, мне тут скучно было», ожидая увидеть раздраженного внезапным гостем хёна. Вместо трехэтажного мата и бледного Юнги он натыкается на четыре пары удивленных глаз и почти теряет сознание от внезапности. Над восседающим в кресле Мином склонился Ким Намджун, до этого что-то высматривающий в экране компьютера, а рядом спокойно стоят эти чертовы голубки. Тэхёну хочется сдохнуть от стыда.       Юнги легко, почти незаметно улыбается и кивает ему, почему-то радостно даже.       — Привет, — и поворачивается к ним. — Знакомьтесь, мой донсен, Ким Тэхён.       И черт, Ким Сокджин, за которым Тэ так долго наблюдал и которому так сильно завидовал, протягивает ему свою ладонь и коротко представляется, не забывая мягко улыбаться. Младшему кажется, что это сон, когда он пожимает его руку в ответ, такую теплую, нежную и сухую, своими холодными потными ладонями, и, наверное, краснеет. Чонгук кивает только, безразлично, но Тэхён не может на него злиться: Чонгук весь из золота, а на нем самом несколько слоев ржавчины. Он чувствует себя рядом с ними настоящим дерьмом, и даже если Чон младше, ему кажется, будто он вернулся в школу и стоит перед выпускником, желающим сравнять его с землей и выбить побольше денег на сигареты.       — Я, н-наверное, зашел не вовремя. Я пойду, — ему слишком стыдно, чтобы оставаться здесь еще дольше, но Юнги тормозит его у двери.       — Ты не помешал, пойдем лучше поедим.       Время обеденное, и Тэхён давно не ел, и отказываться будет еще более неловко, а потому он берет себя в руки и кивком соглашается. Сокджин приобнимает макнэ за талию, когда они идут к кафетерию, а Юнги и Намджун обсуждают очередной трек, так что он чувствует себя лишним, но до крайности возбужденным тем фактом, что будет есть вместе с ними всеми. Здесь не хватает Хосока и Чимина, чтобы Тэ мог представить, будто он часть их тусовки, такая же важная, как и все они, а потом вспоминает, что с Паком они учились вместе, и тот мог бы его узнать (если помнил или вообще знал) и, может быть, попытаться подружиться, и еще вспоминает, что никогда прежде не замечал за Юнги-хёном такой близости к этой компании, будто он тоже ее часть. Тэхёну думается, что если, вслед за Чонгуком и Чимином, Юнги тоже смог, то он сам может хотя бы попытаться.