Беги. Драбблы

      Сокджин сохраняет в отдельную папку еще одно электронное письмо и трет затекшую шею — вот уже второй час он разгребает почту, потому что согласился помочь Юнги отобрать лучшие истории для его радиопрограммы. Сам Юнги сидит рядом, опершись спиной на его плечо, и набрасывает в Ворде примерный план следующего подкаста.       Экран сокджинового телефона загорается ярким в полутьме светом, и Джину сначала приходится снизить яркость, чтобы не болели глаза, а уже потом он читает сообщение от Намджуна. Тот спрашивает, где он, потому что Сокджин живет в соседней квартире, а Намджун считает смыслом своей жизни беспокойство о других.       «У друга, вернусь утром, не волнуйся», пишет Джин, но знает, что Джун все равно будет волноваться. Он собирается вернуться к письмам и закончить на сегодня, но открывает другой чат и пишет теперь уже Хосоку, что переночует у друга. Хосок присылает в ответ хмурящийся смайлик, и Джин не может не почувствовать вину. Снова.       Он не рассказал своим друзьям о Мин Юнги. Видит Бог, он собирался сказать им, что у него появился парень, но аккурат перед этим Хосок пошутил про Чимина, и он просто не смог. Он пытался и позже, когда поздним вечером они ехали по трассе, заканчивая свое маленькое путешествие по окрестным городам Сеула, но Намджун поставил юнгин свежий подкаст и сказал, что нашел «это сокровище» недавно. И Сокджин почему-то не смог сказать ему, что над «этим сокровищем» он иногда работает вместе с его автором бок о бок.       Сокджин как раз отбирает ровно двадцать лучших писем, когда Юнги откладывает свой ноутбук и идет налить новую кружку кофе. Джин знает, что когда он вернется, то снова сядет за шоуноты, а потом поздней ночью будет записывать новый выпуск, поэтому выключает свой ноутбук, целует Юнги на ночь, просит не перенапрягать себя и засыпает на диване под немного шепелявый, но очень красивый и успокаивающий голос своего парня.       Утром Юнги будит его легкими поцелуями, и Сокджин довольно морщится, не открывая глаз, наугад обнимает Мина руками за шею и утягивает в медленный утренний поцелуй. Юнги протестует (из-за утреннего дыхания, Джин знает), но ему очень нравится его дразнить, и очень нравится его целовать.       Юнги все же отстраняется и корчит недовольную мордашку, и Сокджин знает, что ему не противно на самом деле, но новых попыток поцеловать больше не предпринимает, и уходит в душ (как же удобно, что он в студии есть). Все тело болит, потому что диван в десятки раз менее комфортный, чем сокджинов ортопедический матрас, но Джин готов пожертвовать своим бедным старым телом, ради утренних юнгиных поцелуев. Когда через полчаса Джин ищет ключи от своей машины с капающей с волос водой, Юнги показушно громко вздыхает, хватает полотенце и силком усаживает Джина в кресло — сушить ему волосы. Мин делает вид, что делает это исключительно потому, что его бесят джиновы мокрые волосы, но его прикосновения полны нежности, и это еще одна вещь, на которую Джин так радостно променял свою удобную кровать. Когда он, наконец-то, уезжает на учебу, то знает, что Юнги только ложится спать.       Намджун раздражен, потому что Сокджин слегка опоздал, и теперь им придется сидеть в аудитории на одном из последних рядов (чему и Джин, и Хосок в тайне очень рады). По лестнице он едва ли не бежит, и даже тихо рычит по звериному, — Джин уверен, что ему не послышалось, — когда первокурсник Пак Чимин останавливает их пожелать Сокджину доброго утра (а Хосок опять ехидно пихает его в бок, и Сокджин бесится, потому что влюбленные в тебя мальчики-первокурсники — это не смешно). В итоге им удается отхватить три места на четвертом ряду, ради чего приходится пододвинуть пару людей, но Намджун все равно недоволен, потому что теперь они сидят как сельди в бочке.       После четырех пар Сокджин чувствует себя разбитым, и в машине не принимает участия в разговоре друзей, молча следя за дорогой. На светофоре Хосок хлопает его по плечу, и спрашивает в порядке ли он, на что получает вымученный кивок. Намджун советует сегодня «выспаться дома», и Джин может только криво усмехнуться: сегодня Юнги пришло еще больше писем, и он должен помочь ему их разобрать. С этой мыслью Сокджин паркуется во дворе их дома, поднимается наверх только переодеться, но случайно засыпает.       Когда он просыпается, то первым делом сильно пугается: в комнате уже довольно темно. Но часы показывают только четыре дня, на улице пасмурно и небо серое. Джин набирает Юнги и первым делом извиняется, говорит, что день был сложным, и он заснул совершенно случайно, но Юнги мягко отвечает, что все в порядке, и он может не приезжать, если чувствует себя не очень хорошо. Но Джин упрямится, и через двадцать минут он уже в студии.       Юнги сегодня выглядит до безобразного красиво и мягко, Джину очень хочется полежать с ним на диванчике в тишине, но у него 120 непрочитанных писем, и приходится на диванчике сидеть с ноутбуком на коленях.       Время близится к восьми, у Джина еще 43 непрочитанных, и он трет глаза, прежде чем открыть новое. «Здравствуйте, Мин Шуга!», читает Сокджин в который раз, «Дело в том, что я тот самый «страшненький друг». Мой лучший друг очень красив, и люди всегда обращают на него внимание, а со мной девушки разговаривают только для того, чтобы подобраться к моему другу. Я никогда не расстраивался, он ведь не виноват, что настолько красив, а моя голова похожа на яйцо. К тому же, он на самом деле прекрасный человек как снаружи, так и внутри: у него прекрасный характер, он скромен, вежлив и трудолюбив, будто главный герой манхвы, и будь я на месте всех этих девушек, я бы тоже непременно в него влюбился». Сокджин перестает читать, зацепившись за смутно знакомое в тексте, и переводит взгляд на имя отправителя. RM. Джин знает, что так Намджун подписывает свои стихи в блокноте, и помнит, как однажды они с Хосоком шутили, что Сокджин — оживший бисёнен, и помнит, как Джун один-единственный раз поделился с ним переживаниями по поводу своей внешности: он тогда сказал, что его лицо выглядит как куриное яйцо. Сокджин застывает, потому что его друг меньше всего похож на того, кто будет переживать из-за отсутствия отношений с девушками и даже напишет об этом письмо любимому ди-джею. Но, видимо, Сокджин вообще мало что знал о друге, потому что дальше он читает: «Но в последнее время мне очень сильно нравится первокурсница нашего университета. Я итак не мог найти в себе мужества признаться ей, так она еще и влюбилась в моего друга. Каждый день она магическим образом находит нас в огромном здании, чтобы немного поговорить с ним. А на меня она даже ни разу не взглянула…». Сокджин не дочитывает, отмечает письмо флажком, и пытается вспомнить, о какой девушке идет речь. И единственная догадка больно бьет под дых: первокурсницы не разговаривают с Джином. Единственный человек, который подходит под описание из письма — Пак Чимин.       Сокджин не слушает лекцию, подперев подбородок рукой и разглядывая сидящего рядом Намджуна. Сокджин боялся рассказать друзьям о Юнги, потому что считал, что они гомофобы. Они никогда подобные темы не поднимали, у него не было возможности предугадать их реакцию, но кто бы знал, что Намджун и сам не натурал? Конечно, в своих огромных мягких свитерах и с выглядывающими тонкими запястьями, Пак Чимин не олицетворял мужественность, был на целую голову ниже Намджуна и красил волосы в пастельные цвета. А еще Чимин учился на направлении современных танцев, и Сокджин видел, как плавно и легко он может двигаться, когда однажды они с Намджуном ходили на университетский концерт смотреть на танцующего Хосока, и как он может буквально взлетать над полом. Но еще он видел, что тело у Чимина не худенькое, а подтянутое, с впечатляющим рельефом мышц. И Намджун тоже это видел. Так что Намджун определенно влюбился в Чимина не за сходство с девушкой.       Сокджин смотрит на друга, и не понимает, откуда в том столько неуверенности в себе. Намджун действительно красив, и не так, как Джин — словно он и правда сошедший со страниц комикса бисёнен, а по-настоящему. Намджун высокий, с идеальными пропорциями, подкачанным телом и красивыми чертами лица, с прекрасным вкусом в одежде; Намджун эрудированный, экстремально умный, воспитанный и далее по списку всех хороших черт характера… Но что важнее всего, Намджун внимателен с другими, и рядом с ним любой мог почувствовать себя важным, нужным и мог быть услышанным. Сокджин так никогда не умел.       Во время обеденного перерыва к ним снова подходит Чимин. За эти полгода Сокджин уже привык к постоянному вниманию со стороны донсена, но сегодня он не мог спокойно поговорить с ним, не когда напротив сидит Намджун. Чимин вежливо здоровается, а потом, не дожидаясь приглашения, садится за их стол, рядом с Джуном, и просит у Сокджина помощи с экономикой. Сокджин думает недолго.       — Я в ней не шарю, — Джин с мастерством, достойным студента актерского, изображает размышления. — А вот Джун шарит. Думаю, он не откажет такому милому донсену, да, Намджун?       Намджун смотрит на него широко распахнутыми глазами, но быстро берет себя в руки, когда Чимин недоверчиво косится на него. Тот выглядит недовольным.       — Но, хён, ты же мне обещал, — тянет он, расстроено надув губы. — Не перекладывай свои обещания на других.       — Я правда занят сейчас, Чимин-и, — как можно мягче говорит Сокджин, — а Намджун и правда хорошо разбирается в экономике, и он умеет объяснять даже самый сложный материал. Проверено на личном опыте. — Джин обезоруживающе улыбается, применяя все свое обаяние. Чимин рассерженно щурится, но соглашается. Намджун тоже кивает. — Отлично тогда.       Сокджин никогда еще так не волновался за чужие отношения, и снова сидя у Юнги в студии тем же вечером, с замиранием сердца ждет звонка или сообщения от Намджуна. И тот действительно пишет.       Ким Намджун 18:32       Этот парень, Чимин, так и не пришел, хён, я прождал его два часа       А на следующее утро, когда Сокджин спрашивает Чимина, почему тот не предупредил Намджуна, что не придет, Пак, чтоб его побрал, Чимин, целует Сокджина в губы прямо на глазах у всех, кто есть в коридоре, и прямо на глазах Намджуна.       Пак Чимин 14:58       Прости, что так неожиданно       Подумай над этим, хён       — Давно не виделись, друзья. Это Ди-джей Шуга, — привычно начинает запись Юнги. Он делает это раз в два-три дня, но Сокджин наблюдает за записью только в третий раз. И для него эта запись особенная, потому что в этот раз из чужих динамиков будет звучать еще и его голос. — И сегодня я не один, мне будет помогать мой близкий друг и очень важный для меня человек, который часто стоит за созданием этих подкастов.       Сокджин улыбается, когда Юнги берет его за руку, нервно сглатывает и как можно спокойнее представляется в микрофон.       — Здравствуйте, меня зовут Джин.       Сокджин волнуется, что из-за него запись может затянуться, и у Юнги добавится работы, но тот ни на секунду не отпускает его руки, и ближе к середине Джин совсем расслабляется. Они шутят и смеются, читают чужие письма, и Сокджин напрягается снова, когда очередь доходит до того самого.       — И следующее письмо от нашего слушателя с ником Арэм, — Юнги поглаживает его ладонь большим пальцем, пока читает письмо Намджуна, а Джин берет себя в руки.       — На самом деле, — начинает Сокджин, — я тоже был в такой ситуации. Только по другую сторону, на месте «красивого» друга.       Моему другу понравился парень, который бегал за мной, и когда я узнал об этом, то захотел ему помочь, но провалился, и тот парень признался мне прямо на глазах моих друзей. И правда в том, что я, на самом деле, рад, что у меня ничего не вышло: мой друг — один из самых прекрасных людей на всей планете, и я не хотел бы, чтобы он был с человеком, который его недостоин.       Спустя несколько часов, Юнги говорит долгожданное «готово», и Сокджин публикует часовую запись сам. Намджун ее обязательно прослушает, об этом Сокджин не переживает, но Чимину он отправляет ссылку сам. «Послушай обязательно, очень интересно», подписывает он, и закрывает диалог, не дожидаясь ответа.       Намджун увлеченно слушает Юнги, впитывая в себя каждое его слово. Хосок, тоже очарованный сокджиновым парнем, непривычно много шутит в перерывах между глотками кофе, вызывая у Юнги улыбку. Сокджин не может быть счастливее, видя, что Юнги понравились его друзья, а им понравился Юнги.       Пак Чимин 16:03       Что за херня, хён       — Не могу поверить, что хён скрывал от нас такого милашку, — смеется Хосок, вытаскивая из коробки сотое по счету печенье. Юнги наигранно надувается, бубня, что он не милашка, и Хосоку лучше завалить, если он не хочет проверить, как сильно ошибается, на собственном болезненном опыте.       Пак Чимин 16:05       Это же обо мне и твоем друге, да?       Хосок опять смеется, а Намджун болезненно тыкает Сокджина в бок.       — А я не могу поверить, что минут десять распинался о том самом прекрасном подкасте, и этот старик просто промолчал, что встречается с его автором! — Джин неловко улыбается, разведя руки в стороны. Юнги краснеет на комплимент, и Намджун, заметив это, тоже заливается краской.       Пак Чимин 16:08       Ну, если я не достоин твоего блестящего Намджуна, может быть я хотя бы тебя заслуживаю?       — Так… Тебе нравится мой подкаст? — Юнги притворяется безразличным, но Джин знает, как на самом деле для него важно одобрение других.       — О, да, — Намджун выпрямляется на стуле, готовясь пуститься в длинные рассуждения. — Я слушаю каждый выпуск, перед тем как лечь спать.       Вы 16:09       Может быть       Но люди не всегда получают то, что заслуживают       Видя как Юнги не сможет сдержать счастливой улыбки, Сокджин не может сдержать своей. В груди разливается приятное тепло, и прежде чем нежно поцеловать своего парня в губы, Джин привычным жестом переплетает их пальцы.       Пак Чимин 16:09       Это твой ответ, хён?       Вы 16:11       Да