Драбблы

«Это просто влечение, это пройдет», — думал Рис, когда со стоном насаживался на Джека, обнимая того ногами: тот лишь просто брал и ничего не отдавал взамен, между тем прикусывал шею парня и царапал спину ногтями, понемногу увеличивая темп. Но оно не проходило. С каждым разом становилось все сложнее оставить всю эту муть с чувствами, бросить начисто. Это сравнимо с тем, что ты заядлый курильщик, который уже десять лет выдыхал ядовитый дым и вдруг решил резко завязать, ни с того ни с сего. Просто так решил, думая, что будет всем лучше, но нет: никому хорошо и не было. Каждый раз, каждый чертов раз, Джек приходил к нему в квартиру, и все начиналось заново. Жаркие поцелуи, от которых сносило крышу, быстрый и жадный секс до дрожи в пальцах, окурки в пепельнице и снова одиночество в квартире. Для Риса этот мужчина с разноцветными глазами и хищным оскалом — словно желанная сигарета с идеальной дозой никотина и безупречным фильтром. Он убивал медленно, но до рези в глазах приятно, слегка оседая на языке. До одури хотелось курить и двумя словами обрисовать ситуацию, в которую он попал, было довольно затруднительно. Рис каждый день молился и хотел, чтобы оно ушло, это зарождающееся чувство внутри, которое разжигало в нем похоть и ненависть, но оно только нарастало. — Оно убивает меня, Вон, — залпом выпивая виски со льдом, с горечью в голосе говорил Рис. Он развалился на диване, и опустевший стакан скоро выпадет с его рук. Взъерошенные волосы и развязанный галстук говорил о том, что тот уже не понимал, что делал и говорил. К счастью его друг успел взять чудом не упавший стакан и налить парню еще. — Пожалуйста, без подробностей. — Я не могу так, вот не могу. Хочу завязать, но это… сложно. Раньше я чувствовал по отношению к нему только благоговение и глубокое уважение, а сейчас меня к нему просто тянет. Я нуждаюсь в нем, — он сделал глоток адского пойла, тут же поморщился и посмотрел в стакан. В нем не было льда и это довольно удручало, — приворожил он меня что ли, ума не приложу. Вон на это только кивнул, медленно попивая свое пиво. Будь проклят тот день, когда Рис решился к нему наведаться и случайно нашел в холодильнике друга «Ред лейбл». Этот виски предназначался для особо важных случаев, но бро был непреклонен. А распивать его с Рисом для Вона было кощунством, тем более он быстрее начинал пьянеть, так что только пиво, нефильтрованное. — У меня был план: просто порвать с ним, не отвечать на звонки, не выходить на улицу и еще много-много «не». Даже была мысль уехать из города, на недельку, не больше, привести порядок в мысли, но что я сделал? — Рис молча уставился на Вона, тот лишь жестом просил продолжать, и он добавил, — я предложил провести этот уик-энд с ним, в одном бунгало, на побережье Санта-Моники. Джек естественно согласился. Боже, как я хочу разорвать его на куски, на сотни маленьких Джеков и давить, давить. Вон до этого момента сохранял нейтральное и глубокомысленное молчание, но сейчас решил сказать: — Судя по твоим словам, что-то не особо хочешь. Рис укоризненно посмотрел на него, но смолчал, решив, что выпить виски лучшая идея, чем ссориться с одним единственным другом. — Знаешь, я тебе это припомню. Но на следующий день Рис помнил только темноту и то, что он приехал в два часа ночи к Джеку и попросил как следует выебать его. Тот был в глубоком шоке и искрился злостью, но впустил парня. Мда, не получилось разорвать на куски, но вынести мозг Джеку удалось, как и крышесносный секс тоже. «Черт, как же я тебя ненавижу», — думал Рис, когда с нежностью смотрел на спящего любовника. Ни черта это чувство не проходило, только плотно оседало и росло с каждой секундой в сердце, в разуме, в мыслях и эмоциях, превращаясь в нечто большее, которое никогда не сойдет с губ Риса. Но все еще хотелось разорвать Джека на куски.