Драбблы

Поездка от Портленда, штата Мэн, до самого Майами, штат Флорида, была отвратительной, начиная с пошлых шуточек Джека и заканчивая солидным штрафом за превышение скорости на одном из шоссе. А путешествие через всю Америку только начиналось! Хорошо, что такого позора не видели его родители, а то пришлось бы слушать жалобные причитания матери и получить строгий выговор от отца. Полицейский, да еще и нарушающий правила дорожного движения: позор, и только! – Я тебе говорил, что не надо меня отвлекать, когда я за рулем, – бурчал Рис и теперь смотрел только на дорогу, с силой сжимая руль лексуса, – сейчас бы мы с родителями ехали вместе, а не порознь, а так я даже не знаю, где они! Они обогнали их на десять минут, или больше. – Для чего тебе телефон, тыковка? – открыл банку с пивом Джек. – Телефонная связь для слабаков? – Она здесь не ловит! – Рис вытащил из кармана джинсов телефон, и отдал Джеку: – Попробуй, позвони им. Выпивший и в то же время раздраженный Джек – это просто квинтэссенция самого худшего кошмара в жизни Риса. Он искренне не понимал, почему с ним сошелся. Из-за ранения, комплиментов его пирогам, или, быть может, из-за потрясающего секса? Господи, почему все так сложно? – Здравствуйте, миссис Кэмпани, – мило протянул Джек, общаясь по телефону Риса. Тот с явной ненавистью посмотрел на него и сразу же вернул взгляд на дорогу, – где вы находитесь? О, мы скоро к вам подъедем, займите нам столик и закажите, пожалуйста, воды Рису, а то он уже умирает от обезвоживания. Вот что за хрень сейчас произошла? Телефон в руках Риса фонил, создавал адские шумы и помехи, и не собирался звонить кому-либо, а когда смартфон взял Джек, тот заработал как миленький. Вся техника сегодня была явно против Риса, будто сговорившись с погодой. Вместо обещаний синоптиков об облачной погоде с умеренной температурой, стояла невыносимая жара и казалось, что воздух плавился, постепенно обрастая миражами. Да, сегодня Рису не везло по всем фронтам. – Как же ты меня бесишь, – процедил Рис, завернув на автозаправку. Осталось полбака бензина, а ехать до Майами еще далеко, да и придется в мотеле остановиться. – Когда ты тупишь – это взаимно, детка. Боже, дай ему сил, до Майами ехать еще двадцать часов!

***

До момента, когда они подъехали к придорожному кафе, в котором их ждали родители Риса, прошло еще как минимум полчаса. Выйти из прекрасной новенькой машины навстречу горячему ветру и идти по раскаленному асфальту было той еще пыткой. – Милый, ты весь красный! – запричитала Сара и начала рыться в своей бездонной пляжной сумке. – Вот, держи. – Спасибо, мам, – устало произнес Рис, забирая из ее рук крем от загара и понимая, что эта забота запоздала как минимум на полчаса. – Долго нас ждали? Но вопрос был задан в пустоту, так как Сара уже ушла хлопотать над Джеком: тот, судя по ее словам – «сильнее обгорел, чем единственный и любимый сын». Где-то внутри, под самым сердцем заклокотала маленькая ревность и легкое возмущение. Конечно, Джек сильнее обгорел: ведь он решил-таки побыть «джентльменом», и пошел заправлять машину, гуляя под палящим солнцем в одних шортах и майке, вместо того, чтобы отсиживаться в автомобиле с кондиционером. У Риса обгорели только руки, плечи и шея, еще тогда, когда они складывали вещи в багажник. – Да не беспокойся ты. Твоя мать забудет о вас, как только мы приедем в Майами. Она мне всю плешь проела, когда вы отстали, – внезапно положил руку на обгоревшее плечо Риса отец. – Боже, пап! – Рис отпрянул от него на несколько шагов, попутно открывая тюбик с кремом. – Хватит так подкрадываться! – Да брось, ты не настолько обгорел, как твой, – Стив сделал многозначительную паузу, но все-таки добавил, – парень. Из губ отца, «парень, бойфренд, мужчина», звучали чуть ли не с издевкой. Рис поморщился от его слов и пошел за столик, любезно занятый родителями, пытаясь намазать на свои руки жирный крем. Крем мало чем мог помочь, но все равно, приятная прохлада и увлажнение немного остудили и успокоили кожу. Нужно было лететь самолетом, а не колесить чуть ли не через половину Америки на машине, но родителям такое предложение не понравилось. А точнее не понравилось бы оно отцу – тот был всерьез обеспокоен атаками террористов и уперся как баран за автомобильное путешествие, благо у него имелась машина – хаммер, купленный со скидкой три года назад. Не автомобиль, а монстр, одним словом. – Чего не заказываем еду? – присел за стол Джек, открывая меню, мать с отцом ушли за другой столик, подальше от них. – Тебя жду, – мрачно сказал Рис, стараясь не смотреть на Джека, – не пускай пыль в глаза моим родителям, и не надо расшаркиваться перед ними, они такое не любят. – Рис не хотел это признавать, но все же добавил: – Хотя мама к тебе благосклонна. – Да, вроде бы все замечательно. Сара во мне души не чает, а Стив, – Джек улыбнулся и подмигнул парню, – привыкнет. – Сотрудники ЦРУ, хоть и бывшие, с трудом привыкают к переменам, так что, будь осторожнее. – Ради тебя – все что угодно. И, о боже, – Джек выглядел пораженным, – Тыковка, ты обо мне заботишься? Рис прыснул от смеха, но потом призадумался. Это и правда так выглядело? Боже, у них еще круглой даты не вышло, только какая-то безызвестная «почти неделя», а точнее дней пять от силы. Это все усугубляло. Черт возьми. Поездка до Майами предстояла долгой, полной страданий и всевозможных подколов.

***

Спустя тринадцать часов Прекрасно, бронь в мотеле через приложение не сработала и теперь придется делить двухместный номер с одной двуспальной кроватью, а Рис так хотел, чтобы их было две, иначе заинтересованных взглядов от родителей, а точнее от матери, не избежать. Еще и по соседству те заселились, что просто замечательно. Ему даже показалось, что мама держала за него кулачки, а отец быстрее толкал ее в номер, когда они заселялись. – Ну что, пошумим? – интимно прошептал на ухо Рису, Джек. Все тело ныло от езды в машине, обгоревшие руки, плечи и шея тоже давали о себе знать. Он хотел лишь холодный душ, увлажняющий крем и спокойный сон, а не озабоченного бойфренда. – Конечно, Джек, давай, когда мои родители буквально в двух метрах от меня, – повернувшись к нему, и увидев желание в чужих глазах, Рис быстро сказал. – Нет, я пошутил! Я хочу спать и жутко устал. – Да ладно тебе, мы будем тихими. – Джек ненадолго призадумался и затем пошло добавил: – Хотя ты любишь покричать. Джек шутил, Рис это знал, и, усмехнувшись, он сказал: – Да, и сегодня мы будем с тобой вместе орать, – и Рис прикоснулся к обгоревшему предплечью Джека, тот чуть ли не взвизгнул от боли. – Кто-то обгорел почти полностью. – Ладно, ты меня убедил. Ну, хоть ночь они должны провести спокойно.

***

На следующее утро – Мама, не смотри на меня так, – пытался скрыться от ее пронизывающего взгляда за огромным меню, Рис. – Ничего у нас не было. Утро никогда добрым не было, Рис это прекрасно знал, но думал, что все обойдется, что они не увидят мать с отцом на выходе из номера. Но он глубоко ошибался. Мама его выцепила, как только он вышел из комнаты и повела в кафе, которое соседствовало неподалеку от мотеля. – Но вы кричали, – мать Риса с присущей ей достоинством отпила кофе из кружки. – Или это были стоны? Твой отец не мог ночью уснуть из-за вас, и хотел уже пойти к вам номер, сказать пару слов твоему, – она засмеялась, – бойфренду. Но я его убедила оставить вас в покое. Вы же молодые, энергии у вас хоть отбавляй. Боже, только не краснеть, только не краснеть при собственной матери! Еще все тело чесалось от обгоревшей кожи. – Джек обгорел похуже чем я, так что его крики, ладно, наши крики были по поводу нанесения заживляющего крема. – Всю ночь? – Мама, ожоги за минуту не проходят, – и невзначай добавил, – и я люблю переворачиваться. «А еще случайно спихнул Джека с кровати, а потом мы целый час боролись за возможность поспать на ней», – подумал про себя Рис, но благоразумно промолчал. Такие подробности их личной жизни, ей не нужно было знать. Сара удивленно посмотрела на него и, судя по всему, не поверила словам сына, но спокойно сказала: – Ладно, больше не задаю вопросов. – Спасибо. Тут как раз подошла официантка, и они сделали заказ. Оглядывая сонных посетителей кафе и пару официантов, Рис спросил: – Отец кушать не будет? – Твой отец просыпается намного раньше нас с тобой, – произнесла она так, как будто Рис их вообще не знал. – Он уже позавтракал и мучается с машиной. – А что с ней? – Не знаю, – Сара пожала плечами, – скорее всего, масло кончилось. Хорошо, что здесь есть автомастерская, иначе мы бы поехали на твоей машине. – И правда, это хорошо, – нервно улыбнулся Рис, но перестал концентрировать внимание на матери, когда им принесли заказ. Рис уже хотел забыться в своем завтраке в виде омлета с беконом и стопки горячих панкейков, но у него не получилось: пришел Джек, да еще и зашел в кафе вместе с отцом. И выглядели они оба напряженными. Наверное, Джек умудрился встретить отца, когда он выходил из мотеля покурить. – Подвинься, Риззи, – буркнул Джек, подсаживаясь к нему, и взял меню. – Так, через полчаса уезжаем, приедем к ним где-то к четырем, – пробасил отец и вышел из помещения донельзя рассерженный, ничего не объяснив. Мать с беспокойством посмотрела сперва на Риса, а потом на Джека и тихонько спросила: – Что-то случилось? – Все прекрасно, миссис Кэмпани, все отлично, – нервным тоном ответил Джек и позвал официанта, чтобы сделать заказ. Джек выглядел слегка раздраженным и очень красным от солнечных ожогов, не то что Рис, и решил пока не мешать ему. «Расспрошу его потом, в машине», – подумал он и принялся за свой почти остывший завтрак.

***

Спустя семь заветных часов, Майами Ни хрена у парня не получилось: Джек говорил обо всем, но только не о разговоре с отцом Риса. Например, он рассказывал о том, что в одиночку нашел лабораторию по производству метамфетамина, пока «тыковка пыталась снять котенка с дерева, вместо того, чтобы помочь Джеку». В итоге они поругались, и пару часов провели в молчании: один смотрел на дорогу, стараясь не предотвратить какую-нибудь дурацкую аварию, а другой втыкал в телефон, играя в акулу-убийцу. Даже когда подъехали к дому дяди Феликса, чтобы переодеться, они играли в молчанку. Первым не выдержал Рис, попросив Джека не вымещать свое угрюмое настроение на родственниках, когда приехали в ресторан. – Они не заслужили твоих остроумных шуточек, – начал свою мысль Рис, аккуратно завязывая галстук на Джеке – тот умудрился сделать себе морской узел на шее. – Прибереги их лучше для меня, когда вернемся домой, хорошо? Джек где-то с секунду презрительно на него смотрел, а потом зловеще засмеялся. – Господи, Риззи, ну что ты как курица носишься со своими яйцеобразными родственничками, – он подмигнул ему, что еще больше насторожило парня. – Все будет в порядке. Когда Джек так делал, это означало «ничего хорошего от меня не жди, детка, но я постараюсь». Все, теперь верить ему точно было нельзя, и Рис уже собирался возразить по этому поводу, но его прервала «любимая кузина» Фиона, спускавшаяся со второго этажа ресторана, вся такая эффектная в своем винтажном красном платье. – Кто к нам пожаловал! – Рис искренне хотел, чтобы она споткнулась и кубарем полетела на паркетный пол, но его мечта не сбылась, и Фиона изящно продефилировала к ним на высоких каблуках. На данный момент Кэмпани очень не хотел видеть ее, а все потому, что Рис проболтался старшей дочери дяди Феликса о том, чего не следовало писать в ватсапе о Джеке. – Рис, так это он – твой «три-М»?? – Чего? – Джек недоуменно посмотрел на парня, в надежде что тот даст ответ. Но Рис не отвечал, он продумывал план по отвлечению Фионы и хотел отвести Джека к черному входу, чтоб тот помог затаскивать ящики с винами и шампанским в ресторан, или любезно ждать молодоженов с кучкой родственников на улице под палящим солнцем. – Фиона, а тебя дома не было, привет! – обнял Рис кузину и угрожающе прошептал ей на ухо. – Скажешь ему еще что-нибудь, моя квартира мигом превратится в платный пятизвездочный отель, когда захочешь проворачивать свои махинации в Портленде. Но Фиона знала о том, что ее дорогой кузен блефовал, и, выбравшись из крепкой родственной хватки, повернулась к Джеку. – Ты не смотрел «Секс в большом городе»? – когда он покачал головой, Фиона от шока округлила глаза, но быстро взяв себя в руки, с завидным интересом посмотрела на них. – И Рис не говорил тебе? Наступила довольно неловкая тишина, разбавляемая звоном тарелок и выкриков официантов. – Джек, не хочешь помочь с вином? – встрял Рис и уже взял Джека за руку, чтобы утянуть мужчину к черному ходу. – Нет, тыковка, иди помогай, я тут с твоей кузиной поболтаю, – выдернул руку из захвата Джек и жестом показал, что можно продолжать. – Нет, Риззи не говорил о «три-М». Рис уже начал краснеть, его уши загорелись постыдным розовым. Не надо было напиваться до звездочек в глазах и точно не нужно было отвечать на ее сообщение в три часа ночи, когда Джек лежал в реанимации с пулевым ранением. – Это его любимый сериал, – Фиона подмигнула кузену и продолжила, – там главная героиня искала своего «три-М», что означало, с ее слов, – «мужчина моей мечты». Последние слова она почти смаковала, вскользь наблюдая за своим кузеном, как тот краснеет и потихоньку пятится к черному ходу. Рис хотел провалиться сквозь землю, он мечтал о том, чтобы в ресторане произошло ограбление с захватом заложников, и они с Джеком, как бравые полицейские отбивались от них и ждали подкрепления. Потом он одумался и выбросил эту мысль: портить такой день просто немыслимо и очень эгоистично с его стороны. Но мысли не сбывались, вселенная или бог отвернулись от парня, была только возня с посудой и пара взглядов: изумленный взгляд Джека и злорадный – Фионы. – Ладно, Джек, я без тебя справлюсь, – помахал ручкой Рис и чуть ли не вприпрыжку пошел за вином, стараясь не смотреть на кузину и «мужчину его мечты». «Все, Фиону в черный список, ватсап и остальные мессенджеры удалить со смартфона, с Джеком неделю не общаться, а лучше месяц, и жизнь наладится. По крайней мере на ближайший месяц», – так думал Рис, выходя из ресторана и вдыхая жаркий, тугой воздух Майами. В помещении было намного прохладней чем на улице, но мыслить здесь намного проще. Да и в этом кирпичном закутке находился только грузовик с открытыми задними дверцами и закрытый мусорный контейнер. Джек вряд ли пойдет за ним как в дешевых мелодрамах, так что у него есть пара минут, чтобы привести мысли в порядок. Итак, с чего начать? Со слов Фионы о том, что Джек пресловутый «три-М», или о том, что он чувствовал к нему и почему так повел себя? Или то, что отношения с Джеком могут затянуться на более долгий срок? Мысли кружились в водовороте эмоций и белого шума мчащихся автомобилей за поворотом, рубашка неприятно липла к телу, а галстук все туже затягивался на его шее, и казалось, что он задыхался. На ум ничего не приходило, только то, что он идиот, и не нужно так реагировать. Подумаешь, в пьяном бреду написал «три-М», ну ладно, всякое бывает. Но то, что он чувствовал к Джеку, Рис попросту не мог объяснить: сказывалось полтора года работы с ним, в которых было все – от ненависти до странной дружбы, и теперь заканчивающимися романтическими отношениями. Рис ослабил галстук, сделал глубокий вдох и такой же выдох. С одной мыслью разобрались, остались еще две. Но подумать об остальных проблемах ему не дали, дверь открылась и за ней показался дядя Феликс. – Тебе плохо? – осторожно спросил он, протирая от пота платком очки. – Нет, все в порядке. Помощь с вином нужна? – Уже нет, все из грузовика вытащили, – дядя Феликс улыбнулся. – Тебя сюда Сара отправила? Я говорил ей, что помощь не нужна, для таких вещей есть грузчики, а не сын в костюме. – Да ничего, все нормально. Волнуетесь? – По поводу чего? – Феликс недоуменно посмотрел на него и через мгновение пришло осознание, и он засмеялся. – А, насчет свадьбы спрашиваешь. – Он сразу стал серьезным, и продолжил: – Мне никогда не нравился Август, и вряд ли мое мнение о нем и его семье изменится в будущем, но если Саше с ним хорошо, то кто я такой, чтобы препятствовать ей. – Он на секунду призадумался, позже выдав: – Больше всего меня волнуют траты и будущие драки на свадьбе, с его семейкой все может быть, – сказав про семью Августа, Феликс поморщился. – Давай зайдем в ресторан, сегодня в городе слишком жарко. Да и через пять минут начнется церемония. Рис с ним молча согласился. Да и о проблемах можно потом подумать, например, в Портленде, а сейчас нужно наслаждаться первоклассными блюдами и радоваться за счастье молодоженов.

***

Спустя N минут, главный зал ресторана После прекрасной и душещипательной истории Августа о том, как он встретил Сашу и жить без нее не может и попросил снова ее руки, а та согласилась, Рис смахнул с лица скупую слезу, даже вытащил платок из нагрудного кармана. Такие церемонии никогда не проходили для него бесследно. – Ты чего плачешь, пирожок? – тихо спросил Джек, сидя по левую руку от него. Он вообще выглядел как кремень, статно и сдержанно. Не то что Рис. – Отстань. Мать Риса, сидевшая по правую руку от сына, шикнула на них. Джек в ответ лишь тихо усмехнулся и продолжил смотреть на обручение. После получасовой церемонии в виде стандартного монолога священника и страстного поцелуя новой ячейки общества, наконец настала пора расходиться по столам и пробовать блюда. Рис надеялся, что родителей посадят за стол к их ровесникам, точнее к дяде Феликсу и Вэллори – матери Августа, но нет, они сидели вместе с ними. Неловкая тишина и смертельная аура окружала их столик: Рис был окружен родителями по правую и левую стороны, а напротив него сидел Джек, в общем, удачно они расположились. Стив молча разделывал стейк на своей тарелке, Сара метала беспокойным взглядом по сыну и Джеку, а Рис мечтал о том, чтобы хоть что-то началось: конкурсы или танцы, без разницы, лишь бы перестать испытывать неловкое напряжение. Один лишь Джек чувствовал себя в своей тарелке, по крайней мере ему это неплохо удавалось. Спустя полчаса или меньше, начались тосты и поздравления, и быстро поздравив молодоженов вместе с семьей, все вернулись на свои места. Через некоторое время Рис уже не мог давиться овощным салатом и все чаще налегал на вино, за что отец одарил сына неодобрительным взглядом. – Я слышал, Рис, – черт возьми, Джек назвал его имя не перевирая, но тон его голоса парню не понравился. – Что ты собираешься в ФБР? Рис чуть вином не поперхнулся, Сара тут же начала легонько бить сына по спине. Откуда он узнал? Неужели ему сказал об этом отец? И, если это так, то теперь все прояснилось с поведением Джека в придорожном кафе. Рис не горел желанием идти в ФБР, ведь там его посадят на кадровую должность, и он вряд ли вернется к расследованию преступлений. Да и в полицейском участке он намного быстрее сделает карьеру. Поэтому, он не стал говорить столь радостную новость Джеку, она не стоила его внимания. – Я еще не решил, – откашлявшись, прокаркал Рис, и вместе с этим заработал еще один неодобрительный взгляд от отца. – Предложили повышение в кадровой структуре. «И скорее всего, отец подергал кого-то за ниточки», – подумал он, но озвучивать предположение не стал. – Ха, соглашайся, Риззи, – усмехнулся Джек, но усмешка была злобной. – Может, тогда я перестану прикрывать твою жопу, да и участок мигом похудеет без твоих пирогов. Рис понимал, что Джек подтрунивал над ним, но мать с отцом его сарказм вряд ли поймут, и поскорее добавил: – Окей, Джек, хорошо, – выставил руки перед собой Рис, – ты меня убедил. Больше не буду готовить пироги и кормить тебя с ложечки, когда ты в следующий раз окажешься в больнице. Вышло довольно грубо, но Джек переживет, у него крепкая нервная система, в отличие от родителей. – Итак, дамы и господа, – звонким голосом воскликнула Фиона в центре зала, держа в руках микрофон. – Время танцев, так как папа задолжал моей сестренке как раз один такой. – Где-то в воздухе послышался усталый вздох и тихие смешки. – Закуски подадут через полчаса. Все, теперь можно спокойно вздохнуть, укрыться в каком-нибудь темном уголке и подумать обо всем: об отношениях, его неловких чувствах и повышении. Первым из-за стола вышел Рис, затем Джек, родители остались за столиком. В ресторане играла ненавязчивая музыка, и помещение быстро заполнилось танцующими парочками. Рис как раз хотел воспользоваться моментом, затеряться в танцующей толпе и пройти в туалет, но не получилось. – Это что сейчас было, пирожок? – Джек выловил его около барной стойки. – Двадцать восьмой скандал, или что-то посерьезней? – С чего ты взял? Джек выглядел не особо раздосадованным, но и радость на его лице не мелькала. – Ну, знаешь, твой позорный уход, когда я мило беседовал с твоей кузиной, и твое повышение. Ты вообще собирался рассказывать мне о нем? – Нет, – покачал головой Рис и, заметив на лице Джека постепенную смену эмоций от спокойствия до гнева, поспешил сказать. – Да я даже в участке никому об этом не говорил! И вообще, – настала пора Риса давить на «мужчину своей мечты», – откуда ты узнал, что я получил повышение? От отца? – Правда, что ли? Нет, но он подтвердил эту новость. Перед отъездом решил зайти в бухгалтерию участка насчет моего больничного и ненароком услышал разговор твоего хоббита и очкастой по поводу «в ФБР тяжело работать, но наш Риззи справится». Точно, про Вона и Иветт Рис благополучно забыл, считая, что они не относятся к полицейским, ведь они обычные гражданские, которые могут с легкостью задержать зарплату или урезать значительную часть по приказу капитана. И правда, неприятная ошибка вышла. Все еще мало понимая, отчего так Джек вскипятился, ведь они с ним не та пара, которая вместе лет пять, как Август с Сашей к примеру, а от силы пять дней, не меньше. Набрав в легкие больше воздуха, Рис как можно спокойней сказал: – Ладно, твоя взяла. Ты прав в том, что я никудышный детектив в отличие от тебя и в том, что у всех в участке ожирение началось из-за моих пирогов, кроме тебя одного, кстати, но, – Рис нежно поцеловал Джека в щеку и крепко обнял, – эта новость не стоила твоего внимания, я не хотел нагружать твой гениальный мозг. Да и когда приедем в Портленд, я откажусь от повышения. На плечи легли тяжелые теплые руки и дышать стало гораздо легче. – Ты уверен? – Да, – отпустив Джека, Рис уверенным взглядом посмотрел на него. – Там нет перспектив. – А здесь как будто будет? – Ну, – Рис выдержал некоторую паузу и многозначительно добавил, – по крайней мере, с тобой не соскучишься. За всю поездку от Портленда до Майами, Рис впервые смог увидеть на лице Джека искреннюю улыбку, и где-то под сердцем приятно закололо. – Получается, что я должен за тебя всю работу делать, а ты мне на шею сядешь и ножки свои длиннющие свесишь, так я тебя понял? За плечом Джека Рис видел, как в центре зала собираются все девушки и на красиво оформленную сцену выходит Саша, чтобы кинуть в толпу букет невесты. Зная то, что его младшая кузина была лучшим питчером* в старшей школе, Рис невольно подобрался. Саша никогда не промахивалась. – Да, так и думай дальше. Я пошел в туалет, и не смей в мое отсутствие что-нибудь выкинуть. – Конечно, детка, – донельзя самодовольный ответил ему Джек. – Ничего не произойдет. Чуть позже, выйдя из туалета, по возмущенным женским крикам и мужскому смеху, Рис понял, что последнюю фразу можно было не озвучивать, ведь Джек сделает все ровно наоборот, чтобы позлить парня. – Риззи, смотри что я словил! – держа в руке букет невесты прокричал довольный Джек. – Отец этого не переживет, – прошептал от шока Рис и, посмотрев на «мужчину своей мечты», чуть позже добавил. – И я тоже.