Драбблы

«Вот бы засадить Марджери», — раздалась чужая мысль в сознании Риса от пройдохи-алкоголика, сидевшего за третьим столиком. Рис тут же повернулся к нему — посетитель, которому принадлежала развратная мечта, пожирал глазами одну пьяную клиентку бара; она медленно и вызывающе танцевала возле музыкального автомата вместе с подругами. «Завтра приедут дети, и опять никакой жизни», — женским голосом прошелестела мысль в голове Риса, а затем еще десять, полных самоуничижения, похоти и ярости, от которых не на шутку разболелся левый висок. Бар «У Вона» — это то что нужно для обычного официанта-телепата в захудалом городишке. Рис сделал один глубокий вдох и быстрый выдох и прошел к барной стойке передать заказы посетителей повару. Болотистая местность, крокодилы в реках и острая напряженность между людьми — это все штат Луизиана, а точнее, забытый Америкой город Линчвуд. Добро пожаловать в маленький ад Риса. Именно что маленький; от большого города, такого, как Батон-Руж или, чем черт не шутил, Нью-Йорк, Рис мог сойти с ума и доживать дни в какой-нибудь психиатрической клинике. Так что лучше маленькая постоянная проблема, чем огромная катастрофа. Рис был заложником своего дара — он мог читать мысли людей, проще говоря, был телепатом. Услышать в голове, как женщина ругала в мыслях своего мужа-пьяницу на чем свет стоял, для Риса было в порядке вещей, несколько раз в день точно мелькало. А сколько было других мыслей от жителей Линчвуда… голова раскалывалась на части и с трудом собиралась снова. Обезболивающие не помогали с прошлого месяца, и Рис считал, что никогда не сможет насладиться тишиной и покоем, пока не встретил одного человека. Правильней сказать, не человека. Вампира. Он вошел в бар, словно был звездой экрана в каком-нибудь блокбастере, — важно и развязно; его темные очки плохо скрывали шрам на лице, и мужчина снял их; Рис заметил, что один глаз у вампира был выжжен. Мужчина, улыбаясь, прошел дальше и бросил резкое: «Две пинты теплой Настоящей Крови и побыстрее». Раньше вампиры ассоциировались с кровососущими гадами, которые боялись лучей солнца и серебра с осиновым колом, они были сказкой, драматическим образом, воспетым в безвкусных подростковых книжках и второсортных сериалах. А сейчас эти «существа» стали реальностью, требуя равные с людьми права. Они явили себя миру, когда пять лет назад в Японии изобрели искусственную кровь. Позже изобретение японцев начали называть «Настоящей Кровью», и теперь оно поставлялась в бутылках, даруя вампирам возможность не питаться человеческой кровью. Рис в реальной жизни никогда не видел вампиров. Этот мужчина — первый на его памяти. — Рис, не надо, — предостерегал Вон — лучший друг и по совместительству владелец бара, в котором Рис работал несколько лет. Вампир за это время сел за дальний столик и со скукой рассматривал зал, все так же нахально улыбаясь. Он даже помахал одной дамочке рукой, а та, взвизгнув, выбежала из бара с подругами, не забыв перекреститься. Что поделать, Линчвуд был одним из самых религиозных городков в Луизиане. Рис не мог оторвать взгляда от незнакомца. Он ничем не отличался от людей, находившихся в баре, только выбор напитка предполагал, что незнакомец — вампир. А все остальное наводило на мысли, что он был одет не по сезону. — Чего не надо? — Рис наконец-то соизволил повернуться к Вону, точнее, к барной стойке, но все равно краем глаза посматривал на вампира. — Не надо думать о нем! Я хоть и не телепат, как ты, но все по твоему лицу вижу! Он вампир, бро! Вампиры опасны! — Опасен в нашем городе только Криг! Не понимаю, как Майя может с ним уживаться, — покачал головой Рис и обратился к Саше, когда та пошла к барной стойке и взяла две пинты «Настоящей Крови»: — Саша, будь солнышком, отдай мне этот столик на ближайший час, — взмолился Рис перед ней. — Ты издеваешься? — она смешно нахмурила брови и поставила бутылки в микроволновку. — Я тоже хочу пообщаться с вампиром! Думаю, Фиона охренеет от того, что я сделала селфи с ним. Поговаривают, что они все-таки отражаются в зеркалах. — Саша! — Чего тебе, дорогой кузен? — она отвлеклась от раздумий и посмотрела на Риса. Родители Саши и Фионы приютили Риса, когда его мать с отцом погибли в авиакатастрофе пятнадцать лет назад. Когда ему исполнилось двадцать, состояние родителей перешло к нему, включая маленький домик на краю города и все еще живой пикап. — Я отдам тебе свою машину на выходные, чтобы ты смогла съездить к Августу. И, словно в подтверждении его слов, микроволновка закончила греть бутылки, оповестив находившихся у барной стойки людей противным писком. В Линчвуде остро стояла проблема с машинами, и не оказалось чем-то удивительным то, что Саша, поколебавшись несколько секунд, отдала поднос с бутылками и открывалкой убрала с них крышки. — Ладно, забирай столик, — поцокала языком Саша. — Ключи отдашь после смены! — Ты чудо, — бросил последние слова Рис и поспешил к заветному столику. По пути Рис наслушался множества нелицеприятных мыслей по поводу вампира от тамошних завсегдатаев бара. «Какого хрена здесь забыл кровосос, и надо бы найти что-нибудь из осины», — от мужчины за пятым столиком, у его друзей были такие же мысли, только с матами и угрозами убить чудовище. «Я б ему дала, будь я моложе лет на двадцать», — сладким голосом пропела дама за шестьдесят за восьмым столиком. Слава Иисусу, у ее сына не было мыслей, он тупил в телефоне, пытаясь выбить рекорд в одной игре. — Ваша «Настоящая Кровь», сэр, — осторожно поставил бутылки на столик Рис. Вампир смерил бутылки скучающим взглядом, затем так же посмотрел на Риса и спросил: — Они хоть теплые? При ближайшем рассмотрении Рис заметил, что у вампира был затянувшийся шрам в виде перевернутой буквы V. Странно, во всяких медиа вампиры обладали невероятной регенерацией. Но шрам никак не портил его, наоборот, Рису казалось, что с ним мужчина выглядел еще более грозным и... загадочным. — Да, — кивнул Рис. Он попытался услышать мысли вампира, интересно ведь, о чем они думали, и на всякий случай удостовериться в том, что этот мужчина не хотел никому причинить зла. К собственному удивлению, у Риса не получилось. Сидевший перед ним вампир был недосягаем — полная тьма и пустота, он не мог услышать его мысли. — Поразительно, — прошептал от шока Рис и, вопреки ресторанной этике, подсел за столик к вампиру. Настроить все телепатические силы на него и чувствовать блаженную тишину и покой, которых Рис искал очень долго в громком баре, — словно он нашел оазис в пустыне. Одним словом — это было прекрасно. — Чего? — сделал глоток из бутылки вампир. — Я не слышу тебя, — поняв, какую глупость сейчас сказал, Рис поспешил добавить: — Нет, не в обычном смысле! — Парень, ты головой тронулся? — усмехнулся вампир. — Можно сказать и так, — улыбнулся Рис. — Как тебя зовут? — Тебя это ебать не должно. — Ты первый вампир в нашем городе! — И поэтому я должен сказать тебе свое имя… — вампир небрежным взглядом прошелся по униформе Риса и, увидев бейдж с именем, добавил: — Рис? — Ну, мое имя ты знаешь, так что в какой-то мере ты мне должен. Рис не ожидал от себя такой настырности, но впервые в жизни он не слышал мысли, натыкаясь на прекрасную тишину. — Джек, детка. Для тебя Красавчик Джек, — оскалился вампир, попивая «Настоящую Кровь». Если трезво оценивать внешность Джека, то на Красавчика с пересекающим лицо шрамом он тянул с огромной натяжкой. — Хорошее имя, мне нравится, — сказал Рис. — О, пирожочек, давно я не слышал комплиментов. Лет эдак сто, наверное. Ничего себе, Джеку больше ста лет! — Рис, ты нам нужен! — закричала Саша, размахивая блокнотом. Сегодня в баре было на удивление многолюдно. Все, блаженная тишина кончилась, как только Рис отвлекся от вампира по имени Джек. — Было приятно с тобой познакомиться, Джек, но я должен идти. Приятной ночи в Линчвуде, — опустив «Красавчик», попрощался с вампиром Рис и пошел принимать заказы посетителей бара. — Тебе того же, тыковка, — послышалось от Джека. Рис мог поставить пять баксов на то, что вампир улыбался. Это знакомство определенно стоило обвести красным маркером в календаре. И Риса не покидало стойкое ощущение, что с Джеком он еще встретится.