Свалились же друг другу на голову.

      День выдался теплым. Лето только начало вступать в свои права, но, так как весна была сухой и солнечной, этого почти не ощущалось. Люди сновали туда-сюда, вечно чему-то улыбаясь. Знакомые встречные, которых блондин видел каждое утро по пути на работу, улыбались и здоровались в ответ, обещая на обратном пути заскочить в кондитерскую за лучшей выпечкой и сладостями в городе. Тсукури льстило такое признание, и на работу он уже бежал в два раза быстрее.       Большая и ухоженная площадь встретила парня веселыми отблесками раннего солнца и неким умиротворением. Ведь сюда народ набежит только после обеда, а пока вокруг пробегали такие же улыбчивые, редкие прохожие, да небольшие группы школьников, что немного опаздывали на уроки. Подойдя к двухэтажному заведению, Дейдара вытащил ключ из кармана и повернул его в замочной скважине. И люди, что стояли неподалеку, начали медленно заходить внутрь. — Доброе утро пташки мои! — Пропела низенькая женщина тридцати лет. В этом кафе-пекарне она была самой старшей, поэтому относилась к своим коллегам, как к братьям, а самых молодых считала детьми. — Доброе! — Послышались радостные крики со всех сторон.       Дейдара улыбнулся. Несмотря на такую рань, работающие здесь люди всегда приходили с улыбками на лице. Атмосфера вокруг была легкой и солнечной, отчего хотелось вечно петь дурацкие песенки и подтанцовывать. Люди любили это заведение не только за приятную и уютную обстановку, но и за вечно таких добрых, порхающих, как бабочки по цветам, официантов.       На первом этаже, по левую сторону, располагались кругленькие столики в пастельных тонах, рассчитанные на три-четыре человека. Удобные мягкие стулья, зона для детей и диванчики в углу ожидания заказов. Справа была стойка администрации, многочисленные витрины с легкими и быстрыми напитками и уже нарезанными пирогами, тортиками и булочками. Три кассы, каждая из которых предназначалась для разного рода клиентов.       Первая служила для людей, которые хотели взять что-нибудь в дорогу. Тут была оборудована специальная кофе-машина, пластиковые стаканчики, милые крышечки, трубочки, ложечки и фирменные пакетики. Вторая касса была для приема заказов посетителей, которые желали быстро перекусить в самом заведении. Здесь уже их ждали улыбающиеся и вечно готовые прийти на помощь официанты. Рядом лежали номерки, которые посетители разбирали для того, что бы их заказ доставили прямо к столику.       Если человек пришел один, он мог пройти чуть дальше, к третьей кассе, где, за барной стойкой, ему могли предложить лучшие слоеные пирожные с творогом, чашечку кофе или какао. А вот, в основном, для молодежи, которая собиралась тут после обеда, так как рядом стояло сразу несколько учебных заведений, был специально подготовлен второй этаж. Там людям уже нужно было немного подождать, так как готовили различные легкие блюда сразу при посетителях.       Осмотрев любимое заведение, Дейдара, по обыкновению, раздал поручения своей рабочей команде. Кому нужно было съездить за свежими продуктами, кому вычистить задний двор, ведь не предугадаешь, когда нагрянет эта проверка. Несколько человек, что работали над пиаром кафе, по привычке переоделись в форму, взяли листовки и ушли гулять по городу и зазывать посетителей, остальным пришлось пройти на второй этаж, чтобы помыть полы, расставить стулья и столы, протереть их, вычистить витрины и далее по списку. Не зря эта кафе-пекарня славилось своими лучшими оценками среди критиков, дегустаторов и различных санитаров. В общем, блондину еще несколько часов предстояло провести одному, среди тарелок, кружечек и чашек. Поэтому, когда, нагнувшись к нижним полкам, что спрятаны за стойкой, где было обычное рабочее место Дея, он услышал звон колокольчиков, которые оповещали о новом посетителе, блондин немного удивился. В это раннее утро к ним редко заходили, но делать нечего, нужно работать, и, крикнув «пройдите, пожалуйста, к третьей кассе», голубоглазый юноша быстрее начал доставать все необходимые чистящие средства, за которыми, собственно, и полез. Но голос, который он надеялся слышать, разве только в своих кошмарах, заставил Тсукури пораженно застыть на несколько секунд, выпучить глаза, а затем резко поднять голову, позабыв о том, что сейчас думающая часть его туловища находилась в недрах большого, деревянного ящика. — Разве так встречают посетителей? — Надменный, властный голос пробасил прямо над головой бедного голубоглазого парнишки.       Выскочив из-под барной стойки, при этом смачно приложившись об нее же головой, Тсукури рассеянно посмотрел перед собой, до сих пор молясь всем существующим и не очень богам, что бы голос показался ему простой галлюцинацией. Но видимо сегодня, эти всевышние создания решили сходить в ближайший бар и хорошенечко надраться, потому, как человек, что сейчас восседал перед ним, не был, ни галлюцинацией, ни уж тем более миражем. Но надежда, чтоб ее, всегда умирает последней, поэтому Дей резко зажмурился, протер глаза, потряс головой и снова уставился на свой оживший кошмар. — Что? Никак не можешь поверить, что я настоящий? — Надменно фыркнул брюнет, чуть улыбнувшись. — Надеялся, что ты простой черт из табакерки. — Огрызнулся в ответ блондин. — Это так в наше время учат с посетителями обращаться? — Ехидно протянул красивый и приятный голос. — Не твое дело. Как хочу, так и разговариваю. — Рявкнул Дейдара в свою защиту. — Вот как. Тогда сбегай за администратором, я бы хотел увидеться с ним. Надеюсь, он научит тебя хорошим манерам. — Огонек победы в этих холодных глазах не заметил бы, разве что слепой. К сожалению, Тсукури не был ни слепым, ни глухим. — Правда что ли? Я не обязан мотаться туда-сюда. У меня, вообще-то, рабочий день. — Хмыкнул парень, ничем не показывая свое злорадство. — Тебе нужно, ты и зови. — А не боишься, что после того, как я «смотаюсь», ты можешь «вымотаться» отсюда? — Разозлился черноглазый брюнет. Его яростную ауру можно было не только увидеть, но и потрогать и даже «поймать» руками. — Ох, простите, господин Итачи, сейчас я все исполню. — Сложив ручки на сердце, пролепетал блондин, словив победную улыбку своего вечного соперника, а потом добавил: — Ты ведь именно этого ожидал, да? — Чуть пухлые губы изогнулись в кривой усмешке, а голубые глаза заблестели от чувства превосходства. Обломать своего ненавистного бывшего одноклассника оказалось лучшей порцией заряда с утра. — Я хочу видеть администратора немедленно. — Громко отчеканил каждое слово черноглазый брюнет. Хоть маска спокойствия и равнодушия на лице все еще присутствовала, в глазах стоял недобрый огонек. — Ох, ну так и быть, — снизошел, наконец, блондин, — сейчас позову. — На этих словах он нырнул под стойку, чем немного озадачил раннего гостя. Но, проговорив свое извечное «хн», Учиха решил не обращать на своего давнего знакомого внимания, мало ли что придет в эту безумную голову без тормозов. Но когда, буквально через пару секунд, блондин вынырнул снова и провозгласил: «да, да», Итачи чуть не поперхнулся воздухом. — Молодой человек, вы, вроде, хотели, что бы я научил своего неприветливого работника манерам, — тяжело вздохнул Тсукури, — но, к сожалению, учить себя сам я не могу, какое досадное упущение. — Состроил страдальческую моську администратор. — Ты что же, администратором тут работаешь? — Ничто не выдавало интереса этого заносчивого ублюдка, кроме его чуть вздернутой брови. «Семейное у них это, что ли». — Выругался про себя блондин, а вслух произнес: — Ты что же, читать разучился? — Вопросом на вопрос парировал Дей, указывая на свой бейджик. — Хн. — Вздохнули со стороны, — ладно, пора заканчивать этот балагур. Я по делу. — Ну конечно, без дела ведь ты у нас не сидишь. — Все еще щетинясь, проговорил администратор кафе, — чего тебе нужно? — Хочу связаться с непосредственным начальником этого заведения. — Спокойно проговорил Итачи, не обращая внимания на пренебрежительный тон, кладя деньги на стойку и указывая на крепкий черный кофе. — На кой черт он тебе сдался. — Проговорил Тсукури, по привычке быстренько орудуя кофе-машиной и наливая ароматный и свежий напиток в белоснежную кружку. — Думаю выкупить заведение и построить тут магазин для продажи товаров своей фирмы. — Пожали плечами в ответ. — Что?! — Сдуру выплюнул все кофе Дейдара, которое уже успел налить и себе, а так же сделать хороший глоток. — Того. — Коротко проговорил неожиданный гость, пытаясь напустить в голос всю холодность и вытирая себя платком, вытащенным из кармана дорогих брюк, но блондин отчетливо видел, как терпение брюнета подходит к концу. — Ни-за-что. — Отрезал Дей. — Это не тебе решать. — Чуть прищурившись от таких слов, поведал простые истины Итачи. Эта ситуация его немного расшевелила, потому что он видел, как дорого заведение этому шумному школьному экс-хулигану. — Так ты дашь мне номер своего босса? — Он тут. — Проговорил Дейдара. — Отлично, тогда позови его. — Мило улыбнулся брюнет. — Я здесь. — Вдох, выдох и на душе уже спокойнее. — Я вижу. — Нетерпеливо постучал пальцами по столу Итачи. — Господи. — Тихо проворчал блондин, забираясь под барную стойку, а через пару секунд выныривая из нее и разводя руки в сторону с громким криком «вуа-ля». — И долго мы еще будем это проходить?! — Так, значит, это твое кафе? — Теперь Итачи правда удивился. — Учиха, мать его, ты издеваешься? — Раздражению Дейдары не было предела, — неужели такой весь идеальный, ты и, правда, имеешь проблемы со зрением? — Хм? — Приподнял одну бровь в немом вопросе брюнет. — Матерь божья, да на табличке при входе крупными буквами мое имя написано! Или за столько лет сидения в своем кресле директора, твои мозги совсем из ушей вытекли и ты не смог его вспомнить? — Ладно, я понял. — Остановил поток ругани неудавшийся покупатель, — и все же я предлагаю тебе несколько миллионов за этот участок. — К чему такая щедрость? — Сложенные руки на груди, чуть вздернут подбородок, и взгляд стал более цепким. От Итачи не промелькнуло без внимания ни единое изменение в шумном и неугомонном некогда мальчишке. — Ты, как предприниматель, сам мог догадаться. Хорошее географическое положение, открытая местность из-за чего видно вывеску издалека, никаких конкурентов в округе… — Да, да. Мы поняли. — Перебил Дей. — Мой ответ не изменится. — Я дам тебе время подумать. — Итачи достал свою визитку, положил ее на стол и направился к выходу, неприятно осознавая, что блондин выкинул ее тот час же.       После неожиданной встречи надоедливый брюнет приходил каждый день. Он постоянно мешал, отвлекая самыми разными, и порой, не самыми честными способами. Непонятно из-за чего злился, если блондин от него отмахивался, раздражался, когда тот «слишком долго», по мнению Учихи, разговаривал с кем-нибудь из работников. Иногда, даже, Дею казалось, что он видел ревность в этих черных глазах, когда особенно надоедливый покупатель подходил «слишком близко» или посмотрел «не так». А после брюнет и вовсе начал узнавать, будто невзначай: «часто ли вон тот парень приходит сюда», или «почему та леди так мило тебе улыбается, у вас явно что-то было». Тсукури такое поведение своего врага школьных лет только раздражало. Ведь Итачи не терял шанса поставить его в очень неловкое положение, намекая недвусмысленно на их связь.       Конечно, блондин вечно опровергал все слухи, отмахивался от особенно любопытных, но после закрытия кафе, выкидывая мусор и натыкаясь на виновника всех его бед, у которого вошло в привычку сторожить оного после смены, устраивал тому хорошую взбучку. И на вечный вопрос: «тебя проводить» все время пинал брюнета по ноге, говорил «идиот, я тебе не девчонка какая-нибудь», злостно хмыкал и уходил восвояси.       Время шло, а монополизация со стороны Учихи только увеличивалась. Теперь он стал приходить в кафе чаще: минимум два раза в день. Всегда ждал того после закрытия, иногда, даже, умудрялся проводить его немного, а еще стал звать на ужин. Но после того как однажды этот зазнавшийся придурок обнял его вечером на открытой со всех сторон площади, наклонился непозволительно близко, а затем взял длинную золотистую прядку волос и поцеловал ее, назвав при этом «своим сладким», у Дейдары пропало всякое терпение. Он лишь смачно замахнулся на «обидчика», при этом выплевывая отборные ругательства. К сожалению, Итачи легко перехватил кулак взрывного парня, поцеловал в кисть и со скользкой улыбочкой сообщил мимо проходящим полицейским, что его: «муженек сегодня не в духе» и что «не нужно обращать на нас никакого внимания». После такого заявления Тсукури нанял пару громадин и повесил лицо Учихи в золотую рамочку над входом в кафе, надпись которой гласила «номер один в черном списке, не пускать никогда, ни за что и ни при каких обстоятельствах». После этого брюнета не было видно две недели.       Когда страсти поулеглись, Дейдара уже подумал расслабиться, пока однажды черная дорогая иномарка не остановилась возле его скромного подъезда, и оттуда не вылез кошмар всех его дней — Итачи Учиха. После всего содеянного у этого нахала еще хватило смелости подарить ему, парню, цветы! При этом он так громко изъявил свое желание поужинать, что отказывая ему, блондин слышал со всех сторон неодобрительные словечки своих соседей. Пришлось согласиться. И вот теперь, сидя в самом дорогущем ресторане Парижа, Дейдара кидал злые взгляды в сторону своего личного ада, который, кстати, сидел с самым наиневинным лицом, хлопая ресницами и улыбаясь, как довольный кот, поймавший свою мышку. — Можешь заказывать, что только пожелаешь, — Пропели тонким голоском прямо на ухо Тсукури, — я все оплачу. — Придурок, ты думаешь, у меня своих заработков мало? — Фыркнул блондин, отодвигаясь в сторону. — Ну что ты, малыш, я вовсе так не думаю, просто хочу побаловать тебя. — Мило улыбнулись в ответ, когда проходящая мимо фигуристая официанточка, явно напуская свои феромоны блондину в затылок, оказалась в зоне слышимости. Ее спеси поубавилось, и она решила быстренько ретироваться, да и взгляд брюнета в ее сторону пугал похлеще, чем любой ужастик в мире. — Итачи, мать твою, ты что городишь?! — Прошипел Дей так, что бы его услышал только сидящий напротив приставучий знакомый. — Только чистую правду! — Включил дурачка собеседник.       Следующий час прошел относительно спокойно. Но тишина закончилась, когда принесли заказ. Итачи все время пытался наклониться чуть ближе, подсесть чуть плотнее, иногда, будто не специально, задевая рукой то колено, то бедро блондина. Заказал им хорошего вина, пытаясь налить больше, чем себе. Дейдара не был дураком, а потому сразу заметил, что его пытаются споить. Решив, что таким образом Итачи пытается выудить у него согласие на сделку, парень только надменно фыркнул. Ну конечно, откуда этому пустоголовому знать, какие они с друзьями-коллегами устраивали попойки после очередной удачной проверки их любимого кафе. Их выдержке позавидовал бы даже самый отпетый алкоголик.       В общем, когда Учиха понял, что таким темпом его спутника не споить, мужчина немного расстроился, но бдительность не потерял. Тсукури то просто пришел на ужин, не замечая никого и ничего вокруг. Но кто ж, блин, знал, что эта долгожданная вылазка с голубоглазым знакомым вылезет самому Итачи боком? Блондин настолько был окружен вниманием, что просто ужас какой-то! Брюнет уже после первого часа весь извелся и сидел на нервах. Мало того ему нужно контакт наладить, ничего лишнего не сболтнуть и не испугать своего спутника, так еще и всякую шваль отвадить, и желательно незаметно.       Девушек можно было пугать взглядом, особенно официанток, а вот с мужчинами проблематичнее. Одних он отваживал тем, что показывал пол Дейдары. Со спины из-за его длинных волос можно было не разглядеть, что он на самом деле мужчина, но вот когда, после такого, вроде бы, очевидного факта, у некоторых посетителей глаза загорались пуще прежнего, Итачи просто готов был, то ли рычать, то ли выть, главное в голос и погромче. Тут уже приходилось хитрить. А в моменты, когда уж явно зазнавшиеся нахалы заказывали Дею вино, цветы или еще чего-нибудь, Учиха приходил в бешенство. Благо это отпугивало назойливых официантов, что уже в который раз пытались преподнести блондину подарки от «поклонников». В общем, вечер близился к концу, настроение падало в геометрической прогрессии, а вот сблизиться с упертым знакомым не представлялось возможным.       От Дейдары настроение брюнета не укрылось, потому на лице все отчетливее сверкала победная улыбка. И вот, ужин, наконец, закончился, пара расплатилась и вышла из заведения. — Может, прогуляемся? — Расставаться Итачи не хотелось, потому он и предложил такой вариант взрывному блондину, пытаясь как можно тщательнее скрыть свое ужасное настроение. — Можно и прогуляться. — У Дея же, напротив, настроение просто зашкаливало, потому он решил сделать черноглазому мужчине одолжение.       Но отойти далеко от ресторана им не дали. Буквально через десять минут к ним подошли трое парней, громко присвистывая и косясь в сторону Тсукури. — Эй, милашка, не хочешь с нами прогуляться? — Пробасил, видимо, глава этой шайки голосом курящего человека. «Тц, — раздалось в голове Учихи, — при первой же возможности обрежу все его патлы нафиг!», — а сам резко повернулся лицом к подошедшим парням и закричал: — У тебя глаза на заднице что ли? — Уже вконец разозлившийся брюнет, все-таки, не выдержал. — Че вякнул? — Сразу же набычился этот не-пойми-кто. — То и вякнул! — Гаркнул Итачи, — Это парень! Не видно, что ли?! — Хм… — нахмурилась троица, — о, и правда, парень! Смотри, бык, какой красавчик! — Вижу, скелет, не слепой! — Прокричали в ответ, а затем продолжили: — Ну, так что, пойдешь с нами, потусуемся там да сям. — Никуда он не пойдет. — Глаза, что были некогда черными, в свете луны блеснули кроваво-красным, нехорошим огоньком. Ребят, это, видимо, убедило. — Э, чувак, да расслабься ты! Шутим же, не видно, что ли. — Пропищал тот, чье прозвище не назвали. — Ага, шутим же! — Вторил ему «Бык». — Пошли, пацаны. — И парни удалились.       Чуть погодя, из-за вечерней тишины вокруг, двое гуляющих могли услышать, как недавние приставалы переговаривались между собой: — Вампир он, что ли. Глаза вон, красными стали. — Забей и пошли лучше быстрее, пока он, чего хорошего, за нами не пошел. «Пойду, — пронеслось в голове Итачи, — обязательно пойду. Я с вами, мать его, так потом потусуюсь, что и маму родную не вспомните». — А ты чего вылупился?! — Разъяренный брюнет все не мог успокоиться, а потому стеклянный, задумчивый взгляд, устремленный в сторону уходящих, пришелся ему не по душе. — Да вот предложение, думаю, не плохое все-таки было. — Как-то отрешенно проговорил блондин. — Идиот! Они же трахнуть тебя хотели! — Схватил Дейдару Учиха и хорошенько, так, встряхнул. — Ну, тот, что справа, вроде ничего такой был. — Пожал плечами Тсукури, видимо, все еще раздумывая, не пуститься ли ему следом.       У Итачи аж глаза на лоб полезли. В голове крутилось столько мыслей, но озвучить их не давала челюсть, что никак не хотела подниматься обратно на свое место с асфальта. Брюнет даже и не знал, радоваться ему от того, что его потенциальный объект страсти «по мальчикам», или же яростно врезать тому по лицу от того, что «тот справа был ничего». Видимо, собрание из маленьких Учих в его голове выбрало третий вариант, потому он вцепился в блондина мертвой хваткой, не обращая на протесты со стороны оного, и зашагал в неизвестном направлении.       Сначала, Дейдара, не понимая, куда его так настойчиво тянут, вырывался изо всех сил, но уже через пару минут понял, что Итачи ведет его на стоянку, где он оставил свою машину. Мысли в голове закрутились самые разные: от «он точно хочет меня убить», до «неужели решил подвезти до дома, а ведь сам звал погулять». Но, так или иначе, парень решил дождаться, пока слишком нервный брюнет не успокоится, ну, или хотя бы, не доберется до первого пункта назначения: машины. Правда, когда черноглазый мужчина начал запихивать Тсукури на заднее сиденье авто, и сам же полез следом, в голове блондина наперебой завопили об опасности такие родные тараканы. «Что-то у меня нехорошее предчувствие, — подумал про себя Дей, когда Итачи, увидев его взгляд на дверце иномарки, быстро закрыл все на замок. — Не хорошо… ой не хорошо это». — Ну, что? Ми-лаш-ка, — нарочито медленно пропел Учиха, явно передразнивая ту недавнюю шпану, — потусуемся? — И глаза тут же вспыхнули недобрым огоньком. — И-итачи, — сглотнул ком в горле блондин, — а что это… ты делаешь? — Мне вдруг показалось, — облизнулся брюнет, — что тебе стало жарко. — Н-не… нет… тебе просто показалось. — В конец запаниковал юноша, хватаясь за руки спутника и не давая тому снять с себя куртку. Учиха на это действие грозно рыкнул, быстро поднял Тсукури на себя, что бы тот сел вертикально, а затем резко дернул руками вниз, из-за чего они выскользнули из захвата бывшего одноклассника, и куртка все-таки поддалась напору, слетая на пол. — С-стой! — Завопили во весь голос. — Что ты себе позволяешь?! — Ох… — выдохнули в ответ, — неужели голосок прорезался? А казался таким беззащитным. — Наигранно расстроились черные глаза. — Я тебе покажу «беззащитного», ты, идиот! — Замахнулся блондин и со всех сил попытался ударить Учиху в лицо, но тот явно не был настроен на такой расклад, потому выставил блок. Из-за этого рука юноши соскользнула и хлестнула по левому плечу. Брюнет поморщился от резко пронзившей его боли и Дею, наконец, удалось выбраться из-под него. — Что-то с плечом? — Поинтересовался искренне Тсукури, как только увидел ничуть не притворяющееся лицо напротив. — Поранил? — Недавняя сцена тут же была забыта. — Хн. — Выдал свое фирменное Учиха, скосив презрительный взгляд на знакомого. — Нечего мне тут хныкать! — Как и ожидалось, реакция пошла незамедлительно. — Хватит вопить, ты мне лучше вот что скажи, — потирая ушибленное место, проговорил брюнет, — какого черта не сопротивляешься, когда я тебя пытаюсь изнасиловать? — Совершенно спокойно, без единой эмоции, так, будто объясняет, почему нужно дышать, а один плюс один будет два. — Изнасиловать? — Удивленные голубые глаза хлопали так наивно, что можно было подумать, будто их обладатель не знает даже, как держаться за руки. — О, ками-сама. — Закатил глаза Учиха. — Дейдара… — и говоривший резко замолчал. — Что? — Да вот не могу все с ответом определиться. — Подозрительно сощурились бездонные глаза. — С каким? — Вопросительно приподнял брови Тсукури. — Ты, правда, такой глупый… или просто блондин? — Тут глаза резко расширились, а одна бровь чуть приподнялась, придавая выражению лица брюнета некоторого скептицизма, намекая на то, что обладатель этих черных глаз уже знает ответ. — Что?! — Завопили на обидчика что есть мочи. — Что значит, не можешь определиться?! — Да я уже, судя по всему, определился… — вновь сощурил глаза Итачи, скосив их на крикливое существо рядом с собой, — только понять не могу, как меня влюбиться в тебя угораздило. — Что?! — Снова закричали в ответ. — Тц, — цыкнул брюнет, — люблю я тебя… говорю. — Ч… — но договорить блондину не дали. — Только попробуй сказать это еще раз и я, чтоб его, точно вставлю тебе кляп! — Рыкнул Учиха, так как нервы уже были ни к черту.       Минута тянулась за другой, в машине повисла тишина. Дейдара, видимо переваривая информацию, залип конкретно, хлопая своими большими глазами, что уже так давно преследовали Итачи по ночам. А потом, резко выдохнув, голубоглазый разразился хохотом, иногда смешно похрюкивая и силясь что-то сказать. — Я на этом языке не понимать. — Коротко бросили в сторону смеющегося. — Итачи… ха-а… — пытаясь одновременно и отдышаться и сказать что-то, Дей раскраснелся, как маков цвет, — неужели… ради фирмы на такое… пойдешь. — Что?! — Крикнул уже брюнет. — А мне кляп обещал. — Ехидно прокомментировал сие действие длинноволосый. — Тц… так! Не отходи от темы! Ты и правда думал… — Учиха был в таком шоке, что глаза уже начали побаливать от такого давления на их персону. — Ты что, правда думал, что я делал это все ради той сделки?! — А разве нет? — Мне… ты… да я бы… — слов не находилось, потому Итачи решил просто все рассказать, как на духу. Набрав в грудь воздуха, брюнет выдохнул и начал говорить: — Я влюбился в тебя еще в детском саду. Не той любовью, конечно, которой я люблю тебя сейчас, но это было первое светлое детское чувство. Ты был таким ярким, шумным и непохожим на остальных… на окружающих меня вокруг. Делал то, что вздумается, бунтовал. — На этих словах мужчина чуть улыбнулся, смотря в переднее стекло, а затем продолжил: — Не спал, когда не хотел, не ел то, что дают, если тебе это не нравилось. Не только дети, но и люди вокруг тебя невольно улыбались, а я, живущий в вечном холоде, тянулся к тебе, как утопающий к воздуху. И вот, когда терпеть больше не было ни сил, ни желания, я решил тоже начать дружить с тобой. — Рассказ резко прервали, а легкая улыбка, навеянная детскими теплыми воспоминаниями, померкла. — Я был маленьким и глупым, несмотря на то, что взрослые говорили обратное, ведь я даже не знал простых истин: как заводить друзей, как смеяться или играть вместе со всеми. Мысль, в общем-то, пришла быстро, я просто решил поделиться с тобой игрушкой, вот и все. А ты тогда так разозлился, закричал: «мне не нужны ничьи подачки», встал и ушел. И только в школе я понял, о чем ты тогда говорил… — Итачи… — перебил, вдруг, Тсукури. — Помолчи. — Ответили тому и продолжили: — Все вокруг, почему-то, решили после этого случая, что я не прочь с ними пообщаться и в итоге ты остался один. Прости. — Итачи грустно улыбнулся. — Да забей, лучше скажи… — Цыц! — Показали указательный палец неугомонному урагану, — я все время пытался завести с тобой дружбу, но ты упорно, и так смешно, кстати, — снова весело улыбнулся Учиха, — пытался со мной соревноваться. Я не намерен был отступать, потому и преследовал тебя. И школу я выбрал ту, в которую ты пошел. Постоянно пытался заговорить с тобой, но ты вбил себе в голову, что я настроен враждебно. А потом мы выросли и все так закрутилось. Рождение Саске, разорение компании отца, еще и дед вдруг объявился. К средним классам я уже был в отчаянии, потому и в кружки те же записался. Думал, что так у нас появятся общие темы для разговора. Но положение моей семьи в обществе всегда мешало мне, и я даже подумывал уйти, лишь бы тебе это не доставляло проблем… — Послушай, я… — вновь Дейдара попытался что-то сказать. — Да тихо ты, — шикнул брюнет, — та ситуация с клубом меня конкретно подкосила, я собирался бросить, но потом подумал, что ты начнешь еще больше меня ненавидеть. Я ведь знал, зачем тебе деньги, потому приносил цветы на могилу твоего отца каждый день вместо тебя. — Но я никогда не видел цветов! — Поразился блондин. — Да, я подумал, что тебе это может быть неприятно. Какой-то неизвестный каждый день носит твоему отцу цветы, когда ты не можешь. Поэтому я попросил смотрителя убирать их перед твоим приходом. Но, чтобы я не делал, ты никак не желал признавать меня. В итоге к старшим классам я ничего не достиг, и ситуация между нами только ухудшалась. Я начал побаиваться, ведь, окончив школу, отец должен был отправить меня за границу и я, правда, мог тебя больше не увидеть. Тогда я впервые решил бороться за то, что мне действительно дорого, и я победил. — Легкая улыбка и нежный взгляд задели что-то внутри блондина. — Университет… — ответ пришел сам собой. — Верно. Я, правда, надеялся, что ты тоже будешь поступать туда, хотя, если бы ты подумал о другом направлении, я бы легко переубедил тебя. — Так вот почему ты все время доставал меня с этим институтом! — Взорвался Дей. — Да, да. К тому времени я уже заметил, как многие на тебя заглядываются. В школе можно было припугнуть, что я, в общем-то, и делал, а вот там было уже сложнее. Но, как видишь, я справился с задачей. — Ага, и спор с той милой леди тоже был выходом из положения? — Скептически хмыкнул Тсукури. — Нет. — Честно признался брюнет, — я знал, что она тебе нравилась, а я нет. Это была месть и некий психологический трюк. Ты ведь после этого на девушек не заглядывался? — Ухмылка, довольные ехидные глаза и бомба снова пришла в действие. — Итачи гавнюк! — Знаю, знаю. Зато сработало. Я думал, после этого будет легко влюбить тебя в себя, ведь оставался последний год, и нужно было что-то делать. Вот я и решил поставить ва-банк. Но анализы твоей матери ухудшились, и стало не до того. — Ты и про это знал?! — Удивлению в голубых глазах не было предела. — Помню, как я удивился, что ей вообще сделали операцию. Думал, она решила скрыть от меня это. — Знал, конечно. Все, что касалось тебя, я все знал. Старался помочь, чем мог. А мама твоя лечилась у нашего семейного доктора, вот я и попросил по старой дружбе пропустить вас вперед на операцию. Сенджу мне тогда ночью позвонила, сказала, что упустили момент, но шанс еще был, да и мать твоя была согласна… — О, ками-сама. Вот, значит, о каком ангеле-хранителе Тсунаде тогда говорила. — Вздохнул Дей, сложив руки на груди. — Да, она с самого детства была в курсе всех моих махинаций, потому что она была единственным другом. — Я даже не знал… — Ничего, я сам виноват. И… — тут брюнет осекся, — за маму. Мне очень жаль. — Не стоит. Ты ведь пытался помочь… — Я так боялся, что ты мог сломаться. Решил, во что бы то ни стало, все тебе рассказать… но ты уехал. Я ждал тебя весь год, подумал, что тебе нужно прийти в себя. Но ты так и не вернулся… — Да… — опустил глаза в пол блондин. — Не смог. — Я понимаю. Я ведь мог сказать тебе все так, как оно есть еще в начальных классах и не терять столько лет. — Мог! — Вдруг завопил юноша, резко взмахнув руками в знак негодования. — Что же не сказал?! — Испугался. — Честно признался Итачи. — Но я все еще не потерял надежду. — Да уж, вижу. — Хмыкнул Тсукури. — Дейдара, ты ведь после всех моих страданий не откажешь мне, правда? — Улыбнулся Учиха, но лицо было таким устрашающим, а глаза прям, вопили о том, что это был вовсе не вопрос и что, в принципе, у парня нет права выбора. — Д-да… — заикнулся тот. — Ну, вот и славненько. — Облизнулся брюнет, весьма довольный таким раскладом. — А теперь продолжим. — Что продолжим? А, нет, стой! Погоди! Я не готов! — Раздался голос Дея из черной иномарки, — я точно не готов! — Но кто его послушает?